Кофе по понедельникам

Глава 16. Десять плюс один

Сон был странный, муторный. Сергей спешил за ускользающей женской фигурой, и толком не мог разобрать, кто именно торопится скрыться от него в переулках. Смутно угадывались кварталы Фабричного городка, но почему-то без привычных заборов и палисадников. Дома теснились, наползали друг над друга, и Серёга вдруг понял, что бежит уже не по улице, а по сомкнувшимся крышам.

Беглянка впереди достигла большого оврага: парень чётко различил знакомую площадку возле больницы, к которой почти вплотную подступали верхушки деревьев, росших в низине. Женская фигурка сделала шаг – и то ли взлетела, то ли подпрыгнула, разом оказавшись на противоположной стороне, на зигзагах лестницы, соединяющей две параллельные улицы.

Сергей остановился на мгновение, силясь рассмотреть, за кем же он гонится. Но силуэт на лестнице расплывался, будто подсвеченный изнутри – и только мелькали босые пятки, отсчитывая одну за одной стёршиеся ступени, вытесанные из старых могильных плит. Серёга прыгнул следом, взлетел над проложенной по дну оврага улицей, увидел под собой деревья и крыши – и почувствовал, как падает. Отчаянно замахал руками, силясь удержаться в воздухе, тяжело ухнул вниз – и проснулся.

– Что случилось? – сонный голос Леры прозвучал справа. Её рука ещё лежала поперёк живота парня, а тот обнаружил, что наполовину сполз с кровати, и вдобавок в попытке «лететь» во сне ощутимо приложился ребром левой ладони об пол.

– Ничего, просто сон. Спи, ещё рано, – прошептал он. Женщина ответила что-то неразборчивое и чуть подвинула руку. Сергей осторожно высвободился из её объятий, поправил на Валерии тонкое одеяло и, нацепив лежавшие на тумбочке очки, вылез из постели. Спать больше не хотелось, хотя до сигнала будильника явно оставалось порядочно времени: бледные лучи только-только начавшего разгораться рассвета едва прорисовали на стене комнаты очертания оконного переплёта.

Парень прошёл к кухонному уголку, взял с посудной подставки кружку и, стараясь не шуметь, набрал воды. Медленно выпил, вернул кружку в подставку и подошёл к окну. Внизу, на перекрёстке, терпеливым стражем маячил Фагот.

Серёга разглядывал знакомую лохматую фигурку и озадаченно размышлял о своём сне. Как часто случается, чёткое и последовательное сновидение, складывавшееся во вполне вроде бы логичную цепь событий, сразу после пробуждения рассыпалось на отдельные звенья, из которых к тому же три четверти немедленно забылись напрочь. Осталось только ощущение преследования и безнадёжное понимание того, что догнать свою цель не получится. Сергей нахмурился, силясь припомнить детали, но так и не сумел вспомнить больше. За кем же он гнался? И зачем?

Вроде бы дело было недалеко от Монастырки. Значит, Валерия? Парень повернул голову, всматриваясь в полумрак ниши. Спящая фигурка на кровати чуть шевельнулась, подтянула выше одеяло и сунула ладонь под щёку. Жест получился одновременно каким-то детским и беззащитным, и Серёга невольно улыбнулся. Потом тихонько натянул спортивные штаны, в каких обычно ходил дома, футболку – и, достав из холодильника пару сарделек, вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.

* * *

– Да уж… Конкурировать с псом за внимание мужчины мне ещё не доводилось, – раздался позади насмешливый голос. Сергей, присевший на корточки перед Фаготом, в каком-то полуметре от лохматого бродяги, оглянулся через плечо. Женщина была в своих джинсах, но вместо рубашки накинула Серёгину куртку, висевшую на вешалке у входной двери. Сунув руки в карманы, Лера склонила голову набок и с интересом наблюдала за псом, деловито дожёвывавшим последний кусок сардельки.

– Это с него ты рисовал наброски?

– Почти. Находил похожие фото в Интернете.

– Дай угадаю: тот холст, что стоит у шкафа?

– Именно.

– А почему не напишешь с живой модели? – поинтересовалась она.

– Не думаю, что даже за сардельки он согласится долго позировать.

– Сделай фото. Или хочешь – я сделаю?

– Не надо, – покачал головой Сергей. – И лучше не подходи близко. Мне кажется, он не доверяет людям.

– Кинется? – удивлённо спросила Валерия, и как-то опасливо окинула взглядом пустынную в этот ранний час улицу.

– Нет, не кинется. Уйдёт.

– И?

– Я немало времени потратил, чтобы он ко мне привык.

– Зачем тебе это?

Парень пожал плечами:

– Сам не знаю. Наверное, жаль его. Видно, что очень умный пёс. Плохо, что он остался один.

Фагот проглотил остатки сардельки, облизнулся. Некоторое время внимательно смотрел на человека, потом развернулся и, не спеша, направился в сторону своего дома.

– По-твоему, попытка сделать снимок будет расценена им как предательство? – с ноткой иронии в голосе спросила Валерия, но тут же посерьёзнела, поймав взгляд Сергея.

– Может быть. В любом случае – фото не передаст того ощущения, которое у меня было, когда я в первый раз его увидел. Понимаешь: дождь, пустая улица, раннее утро – почти как сейчас. И только он один на перекрёстке. На своём посту. А потом я узнал, что ждать ему уже некого.

Женщина прикусила нижнюю губу, чуть склонила голову, разглядывая сеточку трещин на асфальте у своих ног.

– Поэтому холст всё ещё на стадии наброска?

– Поэтому, – кивнул художник. – Но я обязательно закончу эту картину.

– Верю, – слегка улыбнулась Лера, и вдруг спросила:

– А если бы ты писал мой портрет – какое бы у него было настроение?

– То есть?

– Ну, как бы ты меня написал? Надеюсь, не в том виде, что вчера?

– Нет, не в том, – согласился Сергей. – Хотя, пожалуй, это было бы красиво. Но я бы писал головной портрет.

– Почему?

– Чтобы подчеркнуть глаза.

Тёмные брови вопросительно приподнялись.

– У тебя изумительно красивые глаза. Ты сама очень красивая, но глаза – просто невероятные.

– А ты романтик, – сказала Валерия, подходя вплотную к парню. – Ох, Серёжка… Кому же достанется такое счастье?

* * *

Сергей с самого открытия ждал визита Жанны, но когда он в очередной раз вскинул голову на звонок дверного колокольчика, то с удивлением увидел, как в дверь протискивается Маша с картонной коробкой в руках. Девушке пришлось развернуться боком, чтобы затащить внутрь свою ношу; за дверью маячил угрюмого вида мужик в спецовке, нёсший еще одну коробку.

– Привет! Стаканчики пришли! – напарница с победным видом подняла свой груз над головой – коробка явно была хоть и объёмная, но не тяжёлая.

– Но мы же не заказывали… – Серёга недоумённо оглянулся на дверь в кладовую. Два часа тому назад, открывая заведение, он лично видел на полках приличный запас тары.

– Так это не заказ. Это от шефа. Твои творения.

– Ооо! – Сергей сам не заметил, как расплылся в довольной улыбке.

– Поздравляю! Надеюсь, это подымет продажи. Тогда он наверняка закажет у тебя ещё серию рисунков.

Мужик в спецовке, поставив первую коробку прямо у входа, всё с тем же угрюмым видом продолжал таскать груз из кузова небольшого грузовичка.

– Знаешь, а ведь это первый мой заработок как художника… – задумчиво заметил Сергей, когда они с Машей, вскрыв упаковку, склонились над стопками аккуратно уложенных стаканчиков. В этой серии, сделанной из отобранных Николаем Алексеевичем набросков, было десять наиболее узнаваемых городских пейзажей. Художник нарисовал их акварельными карандашами и сделал обводку чёрными линерами; рисунки получились сочные, яркие, немного напоминающие книжные иллюстрации.

– Ещё раз поздравляю. Такой почин надо отметить, с тебя стол! – заявила Мария, вертя в руке вытащенный из коробки стаканчик, чтобы оглядеть его со всех сторон.

– Договорились. Завтра? Ты вроде не работаешь.

– А Миха как же?

Серёга чуть замялся. Потом упрямо мотнул головой:

– При всём уважении – с самого начала были мы двое. И к тому же это ты предложила шефу использовать мои рисунки. Если бы не твоя замечательная идея, меня бы тут, может быть, вовсе не было. Так что мне хочется тебя отблагодарить.

– Как скажешь, – тут же согласилась Маша. – В каком виде будет благодарность?

– А в каком ты хочешь?

– За стадионом, у Кадетского парка, есть замечательная кондитерская. Я люблю «Эстерхази».

– Без проблем, – улыбнулся парень.

– Тогда часика в два? Ой…

– Что?

– У тебя же завтра пленэр?

– Он только в шесть. Четыре часа – мало на кондитерскую? – удивился Сергей.

– Да нет, четыре часа нормально. Кстати, а твоя пассия не будет возражать?

– Какая пассия?

– Обыкновенная. С которой ты заходил на выходных.

– А… Нет, не будет.

Мария смерила напарника оценивающим взглядом, фыркнула, но ничего не сказала.

– Это что сейчас было? – чуть нахмурился Серёга.

– Да так, просто.

– Поясни.

– Распишитесь, – вмешался в разговор курьер, и сунул в руки Маше планшет с прикреплёнными к нему бланком и ручкой. Девушка чиркнула закорючку на двух листах, один мужчина отдал ей, второй спрятал в нагрудный карман комбинезона, и ушёл, не сказав больше ни слова.

– С чего вдруг тебя заботит, кто будет или не будет возражать?

– Ну мало ли, – напарница вертела в руках оставленный курьером экземпляр бланка. – Всякое бывает. Ревность там.

– Это не тот случай, – пожал плечами Сергей.

– Скажи ещё, что ты с ней не спишь.

– Чего-чего?

– Да ладно тебе, не делай такой удивлённый вид. Или правда не спишь?

– Слушай, ну это уже…

Маша скорчила скептическую гримасу:

– Только не заливай мне про «интересных собеседников» и «просто друзья». Колись давай.

– Что за допрос с пристрастием? – недовольно проворчал Серёга. Девушка в ответ только кивнула, будто удостоверившись в своём предположении:

– Ясно. Как-то даже и не думала, что тебя привлекают… женщины постарше.

Парень промолчал, исподлобья глядя на неё. Маша ещё некоторое время задумчиво рассматривала напарника, потом рассеянно взглянула на лист в руках.

– Забыла сказать. Шеф позвонил сегодня утром.

– По поводу стаканчиков?

– И их тоже, но не только, – она замялась, будто борясь с нерешительностью. Потом выпалила скороговоркой:

– Сказал, что назначает меня старшим менеджером в кофейне, и чтобы все рабочие вопросы теперь решала лично я, и отвечать перед ним тоже буду лично, и… и вот, – девушка с какой-то опаской посмотрела на Сергея, будто ожидая взрыва возмущения – и с удивлением увидела, как ошарашенное выражение на лице парня сменяется искренней радостью:

– Поздравляю! – Серёга обошёл стол, на котором всё ещё стояла вскрытая ими коробка, и прежде, чем Мария успела что-то сказать или сделать, стиснул девушку в объятиях. – Молодец!

– Спасибо, – смущённо пробормотала она.

– Может, начальство обнимать не стоит? – иронично поинтересовался парень.

– Ой-ой-ой! Но ты правда не обиделся?

– С чего мне обижаться? Слушай, ты профессионал, и шеф совершенно правильно поступил. А мне, кстати, забот теперь меньше, – он подмигнул новому старшему менеджеру.

– Это точно. Вы с Михой будете спустя рукава работать, чуть какая проблема – дергать начальство, а все шишки на меня посыплются, – с показным недовольством проворчала Маша. Но, не выдержав, тут же сама прыснула со смеху.

– Знаешь же, что я всегда помогу, – улыбнулся Серёга. – Но!

– Что – «но»?

– С тебя теперь тоже стол.

– То есть ты мне тортик – я тебе тортик?

– Нетушки, так просто ты не отделаешься. С тебя пирожки, шеф!

– Ладно, – согласилась девушка. – В воскресенье ваша с Михой смена – принесу вам к обеду пирожков.

– Спасибо.

Звякнул дверной колокольчик, и знакомый голос у порога произнёс:

– Работаете? Или переезжаете?

– Работаем, – повернулся Сергей к Жанне. – Латте?

– Да, – девушка выглядела бодрой и свежей; в уголках её губ пряталась улыбка. – Сегодня – по классике. А в честь чего коробки, если не секрет?

– Не секрет, – вмешалась Мария. – Вот, посмотрите.

Жанна подошла к столу и склонилась над стаканчиками.

– Это твоя работа? – подняла она глаза на Серёгу. Тот только молча кивнул, стараясь придать лицу спокойное выражение – мол, какие пустяки, и говорить не о чем.

– Класс, – похвалила девушка, снова наклоняясь над коробкой и разглядывая пейзажи. – А можно?..

– Конечно, – Маша принялась вытаскивать стаканчики с разными рисунками и выставлять их в ряд на столе перед посетительницей. – Можно прямо коллекцию собрать.

– Действительно, – согласилась Жанна. – А что будет тому, кто соберёт? Сколько их всего, кстати?

– Десять, – старший менеджер задумалась. – Хорошая идея… Тому, кто соберёт – кофе в подарок.

– Это официально? – поинтересовалась сероволосая, снова улыбнувшись.

– Абсолютно, – с серьёзным видом кивнула Мария. – У меня все полномочия. Серёж, дай, пожалуйста, доску и мелки.

Парень передал ей грифельную доску, которая после открытия «переехала» под стол, и до сих пор так там и пылилась. Маша устроилась за одним из столиков и, высунув от усердия кончик языка, принялась рисовать объявление о новой акции.

– У вас же штатный художник, – заметила Жанна. – Может, ему поручить?

– Не будем злоупотреблять талантом, – отозвалась девушка, выводя очередную завитушку. – К тому же в леттеринг я умею.

– Смотрю, у вас тут все – люди творческие, – заметила посетительница, принимая от Сергея кофе.

– Есть такое, – кивнул он. – Может, шоколадку?

– Нет, спасибо.

– «Американер»?

– Тоже нет. Но всё равно спасибо.

– Как тренировка?

Жанна небрежно махнула рукой:

– Как обычно. А почему ты спрашиваешь?

– Просто для поддержания разговора.

– Ааа…

– А работа? Закрыла сделку?

– О, ты помнишь? – девушка с интересом взглянула на бариста. В синих глазах блеснули азартные искорки. – Закрыла. Начальство довольно, клиенты довольны.

– Главное – сама довольна, – улыбнулся парень.

– Само собой, – кивнула Жанна, но что-то в поспешности этого кивка насторожило Серёгу.

– Мои поздравления.

– Спасибо, – девушка занесла над бокалом трубочку, но остановилась, рассматривая нарисованную на молочной пенке божью коровку. – А ты прав, – она подняла глаза на Сергея. – С каждым разом получается всё лучше.

– Практика. Мой наставник не устаёт повторять, что в нашем деле всё решает практика.

– «И опыт, сын ошибок трудных…», – продекламировала Маша, держа доску на вытянутых руках, и рассматривая результат своих усилий. На чёрном грифельном поле белым мелом было выведено: «Твой Город – твой кофе. 11-й стакан в подарок!».

– Ты правда хочешь, чтобы покупатели собирали стаканчики, и потом несли их нам? – забеспокоился Серёга.

– Нет, конечно! – фыркнула девушка. – Заведём онлайн-форму, будем вписывать имя, фамилию и телефон клиента, и отмечать купленные стаканы. Само собой, им не нужно строго собирать все десять пейзажей. Хотя, думаю, кто-нибудь сам захочет для себя сохранить. Они действительно классные. Вообще с ними можно и какой-нибудь мерч сделать, если будет интерес.

– Кстати, шеф, – на такое обращение Жанна, успевшая уже погрузиться в чтение в своём смартфоне, удивлённо подняла голову, и посмотрела сначала на Сергея, потом на Марию. – А если клиент попросит чистый стаканчик, как раз из-за рисунков?

– Дать, – категорически заявила девушка.

– Всем желающим бесплатно?

– Заведение не обеднеет. Наше дело – довольные посетители. Впрочем, – девушка чуть прищурилась и хитро усмехнулась. – Никто ведь не запрещает ненавязчиво предлагать вдогонку что-нибудь ещё.

Она снова критически оглядела доску с объявлением и подвесила её на пару крючков, специально для этого прикрученных к верху входной двери. Вышла, оценила, как реклама смотрится снаружи, потом вернулась.

– Понимаю, что обзор перекрывает, но зато посетители не пропустят объявление.

– Как-нибудь проживём без вида на парковку, – усмехнулся Серёга.

– Я тоже так думаю. Ну, побежала. Пока!

– Хорошего дня!

Жанна помахала Марии рукой. Звякнул колокольчик, девушка вышла.

– Прости, если лезу не в своё дело, – осторожно начал парень. Сероволосая вопросительно посмотрела на него. – Мне показалось, что ты не очень довольна закрытой сделкой. Что-то случилось?