Конфетная фабрика попаданки или Муж не нужен! (СИ)

Глава 18

Решив, что кота за хвост тянуть не стоит, я прямо на следующее утро объявила мистеру Дювалю о принятом мною решении, едва он переступил порог магазинчика сладостей.

Правда, старик отреагировал вовсе не так, как я рассчитывала. Должной радости мое заявление не вызвало. Да и энтузиазма, который из меня так и хлестал, мистер Люпин не испытывал.

Вместо этого он взглянул на меня с плохо скрываемым скепсисом. А после с тяжким вздохом поинтересовался:

— Ну и зачем это вам, миссис Сент-Клер?

— Хочу вам помочь, — честно призналась я.

Правда, о том, что еще я хочу вернуться к любимому делу, сообщать не стала.

Я пока еще помнила, что по договору, заключенному между мной и Женевьевой, об обмене я распространяться не могу. А, значит, и о своей прошлой жизни тоже не должна никому ничего рассказывать.

— Вы? — удивился мистер Дюваль, взглянув на меня с еще большим скепсисом.

Понимаю, конечно, что репутация у Женевьевы так себе. Но сейчас, вообще-то, было даже обидно.

— Не поймите меня неправильно, миссис Сент-Клер, — вздохнул он, снимая с носа очки и протирая их, — Но ваша репутация бежит впереди вас. И пусть я много лет вас не видел, но я все еще помню, сколько проблем вы создавали своему дядюшке в детстве и юности.

Ну вот. Так я и знала, что прошлое Женевьевы даже в таких делах не перестанет меня настигать! Как будто мне мало было всех ее бывших любовников, мечтающих меня придушить.

— В общем, миссис Сент-Клер, просто признайтесь честно, чего вы хотите на самом деле? Потому поверить в то, что вы решили снизойти до простой работы, да еще и по доброте душевной, мне просто невозможно.

М-да, вот уж не думала, что первой проблемой, которая встанет на моем пути к любимому делу, будет мистер Дюваль и его подозрительность.

Но и старика можно было понять. Я Женевьеву знала плохо. Но даже у меня бы на его месте закрались нехорошие подозрения.

Но мне-то что с этими подозрениями делать? Уж точно не сдаваться. А потому…

Кажется, слишком быстро я в свои школьные годы покинула кружок по актерскому мастерству. Знала бы, что ждет меня в будущем, точно бы там задержалась.

— Как вы верно отметили, мистер Дюваль, — произнесла я неспешно, — Вы много лет меня не видели. Понятия не имеете, как я жила и чем занималась.

Старик в ответ взглянул на меня хмуро.

— Хотите сказать, что, путешествуя по стране, обучились ремеслу, которому ваш дядя безуспешно пытался научить вас долгие годы? — уточнил он.

— Каждый может повзрослеть, переосмыслить свою жизнь и взяться за ум, — кивнула я уверенно.

— И все равно я вам не доверяю, — в лоб заявил мне мистер Люпин Дюваль, — Вы можете оставаться здесь столько, сколько посчитаете нужным. И обещанной частью выручки я вас обеспечу. Исключительно из-за того, что вы формально хозяйка фабрики и этого магазина. И из уважения к вашему усопшему дядюшке, — добавил он, — Но на большее можете даже не рассчитывать.

М-да… Не самое лучшее начало.

И с чего я вообще решила, что мистер Дюваль непременно поддержит мою идею?

Видимо, Женевьева была именно такой, как и описывал фамильяр. Не в плане того, что она была обаятельной, роковой женщиной. А в плане того, что впечатление она производила и впрямь неизгладимое.

И я даже не знаю, как сильно мне нужно постараться, чтобы исправить сложившуюся ситуацию.

В общем, план не удался. Идти мне было по-прежнему некуда. На обдумывание запасного плана нужно было время, как и на получение обещанных денег.

И мне пришлось остаться. Даже после неприятного разговора с мистером Дювалем.

Первую половину дня я просто бесцельно слонялась по небольшому магазинчику, разглядывая ассортимент. Выходить на улицу я разумно опасалась, помня, что где-то там ходит злой как черт бывший любовник, точно знающий о моем приезде.

Вторую половину дня, пока крысеныш нагло отсыпался, дорвавшись, наконец, до сытой и спокойной жизни, я наблюдала за тем, как мистер Люпин Дюваль обслуживал немногочисленных клиентов.

И из собственного многолетнего опыта работы в сфере услуг я точно могла сказать, что, может, как главный алхимик вкусовых иллюзий мистер Дюваль и был хорош, но как продавец он был просто ужасен.

Сухое приветствие, никакой улыбки. Да и общался с посетителями так, будто они почем зря отвлекают его от безумно важных дел.

А за сладостями ведь в основном заходят дети и их родители. С ними нужно быть приветливым, лучезарным. Таким, чтобы они верили, что попали в настоящую сладкую сказку, какой, по сути, и являлся магазинчик.

Более того, мистер Люпин Дюваль строго выдавал то, что просил клиент. И никаких тебе предложений попробовать еще один вкус леденцов, никаких вам скидок, промоакций. И… Никаких предложений заходить снова.

В общем, уже к концу первого дня здесь я с уверенностью могла сказать, почему дела в магазинчике идут из рук вон плохо. И причин этих у меня собралось уже на целый список.

Кажется, если я все же хочу получить из этого бизнеса хоть какие-то деньги, придется брать дело в свои руки. Это я вам как кондитер, имеющий сеть собственных пекарен, говорю.

И плевать мне, что там о Женевьеве думает мистер Дюваль. Не спасти магазинчик сейчас — и он загнется точно так же, как загнулась перед этим и фабрика.

А если мистер Дюваль не желает давать мне шанс, значит, будем наглее и этот шанс возьмем сами.