Конфетная фабрика попаданки или Муж не нужен! (СИ)

Глава 9

Выбора у меня особо не было. Поэтому мне пришлось перебороть все свои внутренние зажимы. И, еще раз развернув письмо и прочитав имя поверенного, я принялась расспрашивать буквально каждого встреченного мною прохожего на предмет того, где уважаемого мистера Марселя Вальмонта можно найти.

Прохожих попадалось мало. То ли около вокзала народ особо и не ошивается, то ли в такое время все уже по домам сидят, то ли Флервиль не особо плотно населенный городок. Одним словом, негусто.

А вот большая часть тех, кого все уже удалось встретить, предпочитали обходить меня дугой, даже не откликнувшись. Крайне недоверчивые люди здесь живут, однако…

Впрочем, и без казусов не обошлось. Какой-то мужчина средних лет остановился, внимательно меня выслушал. А после, сощурившись, поинтересовался:

— Женевьева Делакур? Все думаю ты, не ты.

— Сент-Клер, — поправила его я, — Женевьева Сент-Клер.

— Значит, все-таки ты, — покивал он, — Не узнаешь старика?

Э-э-э-э. Да как бы ему сказать…

— Конечно, узнаю, — подтвердила с энтузиазмом, помня о том, что согласно магическому договору, заключенному между мной и Женевьевой, о нашем обмене никто не должен знать.

Кто его знает, какие последствия за нарушения пунктов у этих магических договоров? В суд меня, конечно, никто не потащит. Да и штраф вряд ли выпишут. Зато магией может прилететь так, что мало не покажется.

Так что, стараемся вести себя нормально, подозрительных признаков не подаем и каждого старого знакомого уверяем в том, что я его непременно помню.

— Так, подскажите, где мистера Вальмонта можно найти? — уточнила я.

— Понятия не имею, — пожал плечами мужчина, — Но ты молодец, что приехала. Давно пора было, — назидательно сообщил он, прежде чем отправиться дальше по улице.

Спустя еще полчаса неустанных попыток найти нужный адрес я поняла, что таким методом нам точно не удастся ничего добиться. Но, слава богу, не попадалось и больше никого, кто Женевьеву бы узнал.

Хотя, скорее всего, в родном городе мисс Сент-Клер я еще встречу тех, кто ее помнит и знает. А, значит, нужно будет с особым чаянием допросить крысеныша и узнать побольше о бывшей владелице этого тела, чтобы не попасть впросак.

Сам фамильяр помогать мне никак не спешил. Идей никаких не подавал. И, удобно обустроившись на моем плече, громко храпел мне на ухо.

Хорошо крысенышу живется. Никаких проблем, никаких забот. Спит себе спокойненько.

А у меня в это время уже живот от голода сводит. И урчание такое, что вполне себе затмевает своими звуками храп фамильяра.

Конечно, стресс я сегодня пережила такой, что о еде времени вообще задумываться не было.

Но раз уж у меня осталось пару монет после покупки билета на дилижанс, может, их хотя бы на какой-нибудь перекус хватит? Где тут у них вообще продуктовые магазины?

Ткнув пальцем в крысеныша, я дождалась, пока он лениво приоткроет глаза, и поинтересовалась:

— Ты помнишь хоть, в какой стороне дом Женевьевы? Или конфетная фабрика? Куда хоть нам идти?

Сонно моргнув, крыс приподнялся, задумчиво почесал затылок. Посмотрел направо, потом налево. И уверенно ткнул пальцем.

— Нам туда.

Потом снова призадумался. И через мгновение ткнул пальцем в противоположную сторону.

— Или туда…

В ответ я лишь тяжко вздохнула.

Все с ним ясно. Придется разбираться самой. И в выборе маршрута лучше положиться на собственную интуицию, а не на дырявую память фамильяра.

Встав прямо на перекрестке, я повернулась сначала вправо, потом влево. Поколебалась немного и решила свернуть налево.

Пройти пришлось несколько кварталов, прежде чем мне на глаза попалась соблазнительная вывеска, гласящая «Пирожковая лавка. Вкусно, жирно, сытно».

Такой слоган моему оголодавшему желудку пришелся по душе. Он вновь запел свои серенады. А мозг уже принялся смаковать эту мысль и воображать, насколько пирожки будут вкусными, жирными и сытными.

Едва не подавившись слюной, я тут же ускорилась, приближаясь к той самой лавке. И почувствовав на самом пороге соблазнительные ароматы, решительно распахнула дверь.

Помещение внутри выглядело достаточно темным и было насквозь пропитано ароматами пирожков.

И если бы в другой любой день меня это оттолкнуло, то сейчас я была настолько зверски голодна, что впилась в прилавок жадным взглядом, находу доставая тканевый мешочек с остатками денег.

— С мясом, бери с мясом, — тут же раздался на ухо жадный голос крысеныша, — И два бери. Нет, три.

— Куда тебе три? — едва слышно шепнула я, — Тут пирожок в два раза больше тебя самого.

— Запасы делать надо, — важно произнес крыс, похлопав себя по брюху, — Они сами себя не отложат. Так что бери три. Два мне, один тебе. Тебе за фигурой следить надо, — добавил он и тут же юркнул под капюшон плаща, не давая мне возможности ответить.

Услышав подобное заявление, я даже воздухом поперхнулась возмущенно.

Вот ведь мышь наглая! Никакой управы на него нет.

Вновь повернувшись к стойке прилавка, заметила огромную жабу, сидящую с краю. И взгляд у этой жабы, направленный в мою сторону, был настолько осознанным, что у меня невольно закрылись подозрения, а уж не фамильяр ли она часом.

Но тут жаба отвернулась, потеряв ко мне всякий интерес. А после и вовсе спрыгнула куда-то вниз. И я решила, что ошиблась. Ну откуда взяться магическому животному в мелкой пирожковой лавке, в которой не мешало бы сделать ремонт?

А обычной жабе, собственно, откуда⁈

Тут из подсобного помещения показалась пожилая женщина, отвлекая мои мысли от всяких странных жаб. И, узнав у нее цены на пирожки, я скрепя сердце от мясного решила отказаться, взяв пирожок с капустой.

Оставшихся у меня денег хватало всего на два пирожка. Но тут уже моя внутренняя жаба против такого транжирства запротестовала. Поэтому пришлось довольствоваться всего одним. И то, напополам с крысенышем.

Расплатившись за покупку, я получила свою вожделенную еду. И, глотая слюни, вышла из лавки.

Отойдя от порога на пару шагов, я взглянула на огромный пирожок в своей руке. Вновь сглотнула набежавшую слюну и уже собралась вгрызться в вожделенную выпечку, когда сбоку раздался мужской голос.

— Женевьева? Женевьева Делакур?

Повернувшись, увидела симпатичного мужчину лет тридцати пяти. И кивнула в ответ, искренне надеясь, что сейчас он быстро скажет, что хотел, и уберется подальше, не мешая мне есть.

Но что-то пошло не по плану.

Крысеныш, в этот момент выглянувший из-под капюшона, чтобы разведать обстановку, незнакомца тоже заметил.

И испуганно икнул.

А мужчина начал медленно приближаться ко мне, зачем-то закатывая рукава своей рубашки.

— Вот я и дождался того дня, когда наконец-то смогу с тобой поквитаться.

Ой! Кажется, дела совсем плохи…

Словно прочитав мои мысли, фамильяр тут же отдал приказ, тоненько пропищав мне на ухо:

— Бежи-и-им!

И я, удобнее перехватив в одной руке дорожную сумку, а в другой — пирожок, бросилась прочь.