Невеста проклятого герцога

Глава 28.

Мир возвращается рывком – так резко, что у меня выбивает опору из-под ног. Меня швыряет на холодный каменный пол. Колени обжигает болью, из легких выбивает весь воздух. Я поднимаю голову и с трудом удерживаюсь от крика.

Зал огромный, круглый, уходит в темноту под высоким куполом. Он весь усыпан рунами: они вспыхивают одна за другой, складываясь в гигантский пульсирующий узор на полу. Кроваво-красные линии извиваются, словно сосуды живого организма. Над всем этим возвышается потолок с узкой прорезью окна. Луч тусклого дневного света падает ровно на алтарь, будто специально подчеркивает, где именно должна пролиться кровь. Ну… хотя бы мы не в подземелье. Уже прогресс.

Вдоль стен стоят люди в черных мантиях. Около десятка человек. Вокруг некоторых вьется знакомая темная дымка. Остальные смотрят на меня с мерзким блеском триумфа в глазах. Передо мной возвышается алтарь: монолитный, тяжелый, будто вырезанный из единой глыбы. В центре алтаря – пустое углубление в виде чаши. Одного взгляда хватает, чтобы по позвоночнику пробежала ледяная волна ужаса. Попала на собрание кружка сатанистов в роли жертвенного козла.

— Встать, — приказывает Сайрон.

Мои дрожащие ноги едва слушаются. Лицо Сайрона выглядит спокойным и практически не выражает эмоций. Как будто он собирается провести рутинный обряд.

— Начинаем, — произносит он.

Руны вспыхивают ярче. Один из магов шагает вперед, разворачивая свиток. Его глубокий голос разносится по всему залу, усиливаясь акустикой.

— Ритуал разделения… — тянет он.

— Предоставление сосуда…

— Разрыв тканей мира…

— Создание новой силы…

Стены начинают дрожать. Я смотрю на чашу в алтаре, и перед глазами всплывают картинки из моего мира. Алтари, кровь, жертвоприношения. Про козла – это я в точку подумала. Сайрон подводит меня к алтарю и закрепляет на нем широкими ремнями – жестко, уверенно, как мастер, делающий привычную работу.

Я оказалась распластана на огромном черном камне алтаря, и канавка с чашей проходит ровно посреди моего тела.

— Ты, — произносит маг, и хоры голосов подхватывают на неизвестном языке.

Сайрон подходит ближе, сжимая в руке нож. Слова, которые он произносит, я могу разобрать:

— Отмеченная.

— Намеченная.

— Подготовленная.

Дальше его голос тонет в нестройном хоре голосов. Значение слов ускользает от меня. Я пытаюсь вдохнуть и не могу. Грудная клетка не слушается. Чувствую, что мои пальцы похолодели так, будто из них выкачали всю кровь. Из глаз льются отчаянные слезы. Я так не хочу умирать. Только не сейчас. Не после того, как я впервые за жизнь начала выбирать себя. Не после того, как нашла Рейва. Не после того, как почувствовала, что могу быть не лишней, не случайной, не ошибкой. Почему все должно заканчиваться так? Сознание опасно балансирует на грани истерики.

Маги читают дальше. Их слова звучат резко, будто они вспарывают ими воздух как лезвием. Руны вспыхивают в такт, земля под ногами и алтарь вместе с ней дрожит все сильнее. Я чувствую жар, поднимающийся от ступней. Он обжигает снаружи и изнутри, будто меня погружают в расплавленный металл. Я не могу сдержать крика. Алтарь подо мной светится кровавым светом. Что-то важное и самое ценное покидает меня, я буквально чувствую, как жизнь по капле уходит из меня прямо в алтарь. Сайрон протягивает руку и остальные маги делают то же самое.

От их ладоней отделяются нити света. Красные. Черные. Тонкие, как волос. Они тянутся ко мне, и впиваются в мою кожу десятками раскаленных игл. Я захлебываюсь новым криком боли и ужаса. Пол дрожит. По кругу расползаются трещины – тонкие, как паутина, но угрожающие. Голоса магов сливаются в далекий гул. Сайрон шагает ближе и поднимает нож.

Я не могу смотреть и что есть сил зажмуриваюсь и именно в этот момент сверху раздается грохот. Сначала глухой. Потом оглушающий. Вибрация ударяет по залу, как волна. Пыль срывается с потолка, и следом летят куски камня. Один из магов поднимает голову и не успевает даже вдохнуть как плита размером с дверь обрушивается ему на плечи, накрывая его собой как мелкое насекомое.

В зале начинается паника. Вместо стройного хора голосов, теперь вокруг меня крики ужаса. Нити больше не пронзают меня, один Сайрон еще настроен довести ритуал до конца. Я не могу оторвать глаз от свода. Каменный купол буквально взрывается, разлетается в стороны тысячами каменных осколков. Свет рун гаснет на половине круга. Внутрь зала врывается горячий ветер. И сквозь пробитый потолок в зал просачивается огромная тень.

Ни смотря на слезы на глазах, я приглядываюсь и понимаю, что это огромное крыло. Его чешуя сияет темно-стальным блеском. За ним внутрь проникает второе такое же. А затем, раздвигая оставшиеся камни, в зал врывается дракон. Огромный. Массивный. Грозный, как сама стихия. Удар теплого ветра хлестнул меня по лицу, от яростно рыка закладывает уши.

Рейв. Он здесь. Он нашел меня. Золотые глаза – яркие, живые, полные ярости – встречаются с моими. И что-то внутри меня будто обрывается, я чувствую, как отчаянная, почти безумная улыбка расползается по треснувшим губам.

Сайрон отступает и замечает дракона, поднимает руку в его сторону. А дракон падает камнем вниз, распахивая крылья так, что по залу проносится ударный вихрь, сбивая ближайших магов с ног.

Я балансирую на грани сознания, поймать которое так же трудно, как удержать воду в руках. Мир тонет в какофонии звуков: крики, падающие камни, ревущий ветер и звук пламени. Рейв принес с собой хаос и смерть. Но я этому рада, даже если пострадаю вместе с другими.

Все вокруг ощущается какими-то урывками, как быстрые кадры в кино. Вспышка – белая, ослепляющая. Рев – глубокий, вибрирующий в костях. Огонь – такой мощный, словно дышит сама стихия. Сайрон кричит что-то, его голос тонет в ревущем ветре. Маги бегут. Те, кто еще остался на ногах.

Я вижу все будто через толщу воды. Рейв пикирует в сторону ближайшей группы магов, и от его удара воздух сжимается, лопаясь. Тени мечутся. Вспыхивают руны. Крики становятся рваными, оборванными.

— Рейв… — сипло выдыхаю я.

Он слышит меня. Сквозь все это безумие слышит меня. Тяжелое золото его взгляда вспыхивает, метнувшись ко мне – и в этот миг что-то грохочет наверху. Я не успеваю даже повернуть голову. Каменная глыба срывается с обломанного купола прямо на меня. Я чувствую быстрый резкий удар и мир уходит во тьму.