Невеста проклятого герцога

Глава 5.

Проснулась я от звона. Не колокольчика, не магической тревоги, просто звона в ушах. Похоже, моё тело решило, что стресс – мой новый способ бодрствования. С трудом разлепляю глаза, с отчаянной надеждой увидеть родной потолок своей квартиры студии или хотя бы больницы. Но нет. Все тот же мрачный замок. Хотя роскошная постель отлично скрашивает впечатление от моего нового обиталища. Я буквально тону в мягкой перине ощущая себя в невесомости. Знаю есть любители потверже, но я люблю чтобы постель обнимала меня. Так что хоть с этим повезло.

Я медленно со стоном принимаю сидячее положение. Продолжая осознавать, где нахожусь. При свете солнца, пробивающегося сквозь гардины на окнах, комната не выглядит настолько холодной и чуждой как вчера. Наоборот, в ней чувствуется какое-то умиротворение и покой. Именно за этими размышлениями о качестве интерьера меня и застает стук в покои и знакомый звонкий голосок.

— Госпожа Элира! — голос Лины раздается из-за двери, а сама Лина появляется в проеме приоткрытой двери. При одном взгляде на нее понятно, девушка горит своей работой и полна энтузиазма по самую макушку— Уже рассвет! Герцог ждёт вас к завтраку!

— Звучит как приговор, — простонала я, уткнувшись в подушку.

— Простите?

— Ничего, я просто морально готовлюсь.

Интересно, во время завтрака герцог одарит меня своим фирменным взглядом “вслух не осужу, но в мыслях накатаю разгромную критическую статью”. Лина едва слышно хихикает, распахивая тяжелые шторы. Я с любопытством смотрю на свою служанку, что-то мне подсказывает, что отношения, которые устанавливаются между нами, не похожи на типичные отношения слуги и госпожи. Но, с другой стороны, Лина славная девушка и очень мне симпатична. К тому же, ну с кем мне еще общаться. Да и не умею я держать лицо надменной герцогини. Даже не знаю как лицо это выглядит. Ладно, надеюсь ни к чему плохому наша дружба не приведет.

Тем временем комната приобретает другие черты, окрашиваясь солнечным светом. И в глаза сразу бросается легкое чувство запущенности. Я встала чтобы оглядеться повнимательнее. Комната явно не видела хозяйку давно. Не сказать, что где-то валялись куски пыли или ползали пауки, но все выглядело каким-то нежилым. Застывшим во времени. Сложно описать откуда берется такое ощущение в этой в целом роскошной комнате. Однако возникало такое чувство и все тут.

— Герцог приказал показать вам владения после завтрака, — напоминает Лина. — Говорят, он сам будет вас сопровождать.

— Сам? То есть это не экскурсия, а спецоперация? — Лина дипломатично молчит, но по её лицу я вижу, что попала в точку.

Я с трудом отбиваюсь от Лины, которая всерьёз вознамерилась проводить меня в ванную. Ей-богу, я до сих пор не могу понять идею купать женщину старше пяти лет. Так что в ванную я вхожу в полном одиночестве и с легким трепетом, подспудно ожидая увидеть нечто вроде деревенской бани, зачем-то встроенной прямо внутрь замка. И замираю на пороге.

Комнату заливает мягкий свет множества магических светильников. Пространство оказывается немаленьким: каменные арки, гладкий каменный пол, выдраенный почти до зеркального блеска. Под одной из арок расположена огромная чаша, в которую медленно стекает вода с возвышения в нише. Она льется без спешки, тихо, наполняя комнату лёгким, успокаивающим плеском.

Ванная выглядит невероятно уютной - словно таинственная пещера, в которой можно спрятаться от всех жизненных невзгод и просто на время исчезнуть. Это ощущение усиливает свет, льющийся через потолочное окно: он мягко ложится на камень, скользит по воде и делает всё вокруг почти нереальным.

Недалеко от чаши на грубом деревянном столике выстроилась целая армия флакончиков - разных форм, размеров и оттенков. Я выбираю один, пахнущий наиболее непритязательно, но приятно, и с опаской подхожу к чаше. Осторожно касаюсь воды кончиками пальцев. Температура оказывается идеальной.

Я с удивлением обхожу чашу со всех сторон, пытаясь найти отверстие, через которое уходит вода: при постоянном притоке она ведь должна куда-то деваться. Но сколько ни смотрю - ничего не нахожу. В конце концов махаю рукой на внезапный приступ любопытства, решив успокоиться мыслью, что это просто какая-то чудная магия. И с чистым удовольствием погружаюсь в воду

К моменту моего выхода из ванной комнаты все проблемы кажутся далекими и неважными. Благодаря моей расслабленности Лине удается завладеть моими волосами и сделать мне прическу. Хотя это тоже немного выше моего понимания. Последний раз кто-то занимался этим, когда мне было 6 перед утренником в садике. Я выбрала простое платье - бледно-серое под цвет глаз с лёгким голубым отливом. Никаких украшений надевать не стала, хотя на столе стараниями Лины появилась коробочка с разными побрякушками. Пока не было желания дразнить судьбу и начинать совместную жизнь с другими элементами одежды герцога. Останусь верна рубашке. Воспоминания о вчерашнем эпизоде вспыхивают в голове и я чувствую, как щеки начинают гореть.

Этот странный мужчина. С одной стороны его готовность подписать смертный приговор своей невесте выглядит как уверенный красный флаг. С другой, он сказал, что у него не было выбора. Хотелось бы узнать побольше как именно он подбирал кандидатуру в невесты. С этими размышлениями я шагаю в коридор вслед за Линой.

Коридор встретил привычной тишиной, на миг у меня возникло чувство что мы здесь совершенно одни. Хотя тишина уже не была такой плотной как вечером, чем ближе мы подходили к лестнице на первый этаж, тем явственное доносились звуки жизни. Кто-то что-то ставил, кого-то звал, шуршание и бряцанье. Но при этом ощущение легкого запустения продолжало преследовать меня.

— Лина, а много ли людей в замке?

— Это родовое поместье, герцога госпожа. Здесь только самый необходимый штат прислуги, чтобы поддерживать замок в надлежащем состоянии на случай приезда герцога.

—Угу — задумчиво тяну я — и часто такие случаи выпадают?

— Нет, госпожа — Лина замялась — Его Светлость посетил нас впервые за год. Чему мы несказанно рады — добавляет с энтузиазмом. А мне чудится, что она старается перевести тему. Ну уж нет.

— Подожди про радость. А почему он так редко приезжает? Родовой замок – место силы. Важное наследие и все в таком духе — я кручу запястьем в воздухе — чем герцогу не угодило это место?

— Никто точно не знает — вздыхает Лина, но мне опять не верится в ее слова — возможно, это связано с проклятьем. Браки можно заключать только здесь. Возможно, Его Светлость старался держаться подальше от напоминания о своей тяжкой ноше?

Я с сомнением смотрю на Лину. Ну не знаю… что-то она скрывает. Но судя по ответам узнать этого сейчас я точно не смогу. Внезапно одна из дверей в длинном коридоре распахивается и из нее буквально вылетают две горничные. Завидев меня, они синхронно приседают в реверансе - и делают это с такой точностью, что я едва удержалась от аплодисментов.

— Доброе утро, госпожа, — пискнула одна. — Мы рады, что вы… живая.

— Что я что?

— Тилли! — шикает вторая. — Простите, леди! Она хотела сказать – вы чудесно выглядите!

Я моргнула.

— Ну, звучит почти одинаково. Не беспокойтесь, я тоже немного шокирована своей живучестью.

Лина закатывает глаза, а девушки от стыда бледнеют и едва не роняют свои тряпки и метелки.

В этот момент раздается глубокий мужской баритон где-то за спинами двух девушек:

— Ваша Светлость, рады приветствовать вас в Торнвейл-холле.

Божечки-кошечки, я теперь тоже чья-то светлость. Но не успеваю я осмыслить эту мысль, как горничные приходят в движение охая и растягиваясь по стенам коридора. На опущенных в пол лицах отчетливо проступает румянец стыда. Из-за их спин выступает мужчина лет пятидесяти на вид, сухощавый, с аккуратной бородкой и лицом способным вызвать неловкость у гобелена за неправильно лежащую складку. Поджав губы, он смотрит на горничных тяжелым взглядом, а потом переводит его на меня. Его лицо вновь принимает нейтральное выражение.

— Позвольте представиться, я управляющий Лестэр. — говорит он с достойным поклоном — Его Светлость просил до завтрака представить вам штат прислуги. Пройдемте за мной. Все уже готовы и ждут нас в центральном холле.

— Ой, прямо все? — я поднимаю подол и шагаю вперёд. — Тогда поторопимся!

Лестэр смерил меня взглядом, от которого даже паутина, наверное, испарилась бы.

— Миледи, — сдержанно произносит он, отступая и указывая путь, — прошу следоватьза мной.

Кажется, первая запись в моём личном дневнике герцогини будет «купить книгу по этикету».

После спуска по лестнице нам открывается огромный холл, полностью залитый светом. Посередине стоит несколько человек. Лица некоторых выражают настороженность с примесью любопытства. Лестэр спускается вниз, встает перед прислугой и ждет пока мы с Линой подойдем. Из-за наших спин быстрой поступью выбегают горничные из коридора и становятся в строй, Лина присоединяется к ним. Рядом со знакомой мне троицей гордо стоит представительная дама внушительных размеров.

— Госпожа, позвольте представить вам штат Торнвейл-холла. — Лестэр принимается указывать рукой на каждого, стоящего в ряду озвучивает их должность и имена.

У меня буквально глаза разбегаются, а мозг начинает скрипеть. Я всегда была плоха в именах. Пусть людей оказалось и немного, запомнить имена я даже не пытаюсь. А вот на должность и внешность внимание обращаю. Здесь был садовник с руками, в которых навеки поселились мозоли; внушительных размеров повар, внешне больше похожий на мясника; рыжая девчушка-помощница, глядевшая на меня так, будто я сейчас заколдую котлету. Затем шли уже известные мне горничные вместе с той внушительной дамой – старшей горничной. Замыкал строй мужчина в боевых сапогах и коротком плаще – капитан стражи, Торн. Это было единственное имя, которое я запомнила. Возможно, потому что все его лицо выражало дружелюбие и где-то на дне глаз мелькали смешинки. Он единственный тепло улыбнулся мне и слегка наклонил голову в поклоне.

Лестэр закончил свою речь и я поняла, что кажется слово предоставляется мне.

— Приятно со всеми вами познакомиться, — говорю, прокашлявшись. — Спасибо за службу! Надеюсь, на долгое и плодотворное сотрудничество! — заканчиваю с энтузиазмом. И довольная смотрю на прислугу передо мной. А что? По-моему неплохо справилась.

Тишина. Капитан Торн прикусил губу, чтобы не рассмеяться, а Лестэр смотрит на меня так, будто я только что пожелала всем «счастливого нового урожая».

— Его Светлость ожидает вас к завтраку, — сухо произносит он. — Прошу следовать за мной.

Пока мы идем по залитому светом коридору, я чувствую, как нарастают неловкость и странное чувство чужеродности. Всё здесь кажется слишком правильным, выверенным, чужим. А я – слишком… живая для этого мраморного мира. Может, хватит уже пытаться соответствовать? Всё равно Рейв скоро узнает, что я не та девушка, на которой он должен был жениться. Может, даже уже знает. Тогда к чему этот маскарад? Я глубоко вдохнула и вошла в открытую Лестэром дверь столовой. Мне открывается огромный зал, залитый светом из высоких окон с витражами. Посередине стол как минимум на 10 персон, но накрытый всего на двоих человек. Темные стулья обиты красным бархатом и довершает всю композицию огромная люстра с магическими светильниками по кругу. Во главе стола восседает герцог. Безупречно одетый, сосредоточенный, опасно спокойный.

— Леди Элира, — произносит ровно, не поднимаясь. — Рад, что вы вовремя.

— Я старалась, — отвечаю, усаживаясь справа. Мой голос слегка дрогнул — Даже не упала по пути.

Когда страшно – шути. Старое правило. Работало с недовольными клиентами, может, и с герцогами сработает. И конечно, я бы предпочла сидеть напротив. Глядишь не стал бы мне орать через стол свои замечания и ценные комментарии, но что есть – то есть. Он бросает на меня короткий взгляд, и в уголке его губ что-то едва заметно дрогнуло. Может с этим холодным типом не все потеряно и я даже позволяю себе немного расслабиться, обратив внимание на еду.

На столе компактно расположились простые и сытные блюда: омлет с зеленью и мягким сыром, поджаренный хлеб с мёдом и сливочным маслом, несколько ломтиков окорока и посередине пузатый чайничек с какими-то травами. Герцог отвлекается от меня и начинает сосредоточенно жевать, уткнувшись в какие-то бумаги, лежащие около него на столе. Я тоже не отстаю. Хоть еда выглядит очень простой, но на вкус все блюда просто восхитительны. Вот что значит свое производство!

Я тянусь к чайничку, но в этот момент подскакивает одна из горничных и наливает мне его в чашку. От напитка пахнет травами и чем-то сладковато-древесным. Тот же самый чай и у герцога, он медленно пьет из нее, не отрываясь от своих исключительно важных бумаг. Я тоже делаю глоток и еле сдерживаюсь, чтобы не выплюнуть все обратно.

— Простите, — говорю осторожно, — а кофе у вас не подают?

Рейв поднимает на меня взгляд, как человек, которому задали вопрос на совершенно неизвестном языке.

— Кофе?

— Ну, такой… напиток. — пытаюсь подобрать слова, чтобы объяснить всем известное понятие —Горький, бодрящий. Из жареных зёрен. Спасает от утренней смерти и плохих решений.

Он чуть хмурится.

— Вы хотите сказать, вы пьёте отвар из горелых семян? Добровольно?

— Именно! И с гордостью. — я задумываюсь как бы еще ему объяснить — Зерна растут на деревьях. Они такие красненькие, небольшие, гроздьями висят.

Уголок его губ дрогнул.

— У нас подобное используют для удобрения полей.

— Прекрасно. Значит, я найду себе дело – внесу вклад в сельское хозяйство.

Он тихо хмыкает, но на этот раз не прячет улыбку.

— Тогда придётся попросить повара держать вас подальше от компоста.

— Или наоборот, — бормочу а я. — Хотя бы до тех пор, пока не доберусь до зёрен лично.

Герцог задерживает на мне внимательный, изучающий взгляд - тот самый, от которого хочется немедленно перестать существовать или хотя бы стать столовым прибором и слиться с обстановкой. Похоже, он собирался что-то сказать, но в этот момент дверь распахивается, и в столовую плавно, почти величественно, входит Лестэр. Если бы не его лицо, я бы подумала, что всё в порядке. Но напряжённая линия губ и чуть побелевшие костяшки пальцев говорят об обратном.

— Господин, — управляющий встает у края стола и слегка наклоняется, — у ворот стоит карета барона Ашворта. Как прикажете поступить?

Я автоматически поворачиваюсь к Рейву и сразу встречаюсь с его внимательным, острым, что твой клинок взглядом. В груди неприятно сжимается. Отлично. Мой «папенька», который на самом деле мне никто, уже здесь. А я – чужой человек в теле его дочери. С трудом выдавливаю из себя улыбку, пытаясь выглядеть непринуждённо. Скорее всего вместо легкомыслия получилась каменная маска, которая вот-вот треснет от напряжения.

— Папенька, кажется, соскучился, — говорю тоном дурочки и сразу понимаю, что сильно переоценила свои актерские таланты.

Герцог смотрит на меня ещё миг - оценивая, взвешивая, словно примеряя мой ответ к какому-то внутреннему чек-листу. Потом коротко хмыкает и, как по команде, возвращает на лицо идеальную маску непроницаемости.

— Конечно, Лестэр. Проводи гостей в малую гостиную. Им придётся подождать конца завтрака.

Управляющий кланяется и быстро удаляется. А я… утыкаюсь носом в тарелку, пытаясь не заорать. Эта реальность честно пытается меня уничтожить. Только делает это вежливо, через социальный ужас. У меня пока нет ответа, что здесь опаснее: проклятия, магия или знакомство с родителями той, чье тело я занимаю. И что, если он решит, что его дочь «одержима»? А если тут практикуют экзорцизм? С огнём, благословениями и прочими вещами, которые я определённо не хочу испытывать на себе? Или решат, что Элира проклята, а проклятия снимают чем-то очень неприятным?

Я поднимаю взгляд на герцога. Он всё ещё не смотрит на меня. Надо сказать ему правду. Пока не стало хуже. Я только раскрываю рот, собираясь начать свою исповедь, как он резко отодвигает тарелку. Громко, уверенно – как ставят финальную точку.

— Леди, вижу, вы больше не прикасаетесь к еде. — Он поднимается, даже не взглянув на меня. — Что ж, пойдёмте к нашим гостям.

Вот ведь… блистательно. Я покорно поднимаюсь. Первые два шага получились жалостливые, почти понурые. Но я заставляю себя опомниться, выпрямляю спину, поднимаю подбородок и делаю вид, будто полностью контролирую ситуацию. Может смогу в это поверить.