Прошлое (не) исправить

Глава 13

Сегодня я собираюсь лечь спать пораньше из-за завтрашнего экзамена по дискретной математике. Но, глядя на невменяемого Соколова, понимаю: не получится.

Встречаю своего парня в старой пижаме. В последнее время специально ношу такую одежду, чтобы лишний раз не провоцировать. Иногда это работает, и он после очередного «веселого» вечера заваливается спать.

— Ты думаешь, он такой святой, да? — цинично смеется. — Ты о ком? — О Кире. О ком же еще!

Пошатываясь, заходит в квартиру, не глядя в мою сторону, скидывает обувь.

— Мой дядька Серега — самая настоящая мразь. Предал отца, хотя они начинали все вместе!

Я никогда не слышала эту историю подробно и не задавала вопросов. Молчу, скрестив руки на груди.

— В 2010 году он с моим отцом открыли компанию «Katana Car» по импорту тачек. — Зачем ты мне это рассказываешь сейчас? — серьезно спрашиваю я. — Хочу, чтобы ты знала о нем, — вдруг смотрит прямо мне в глаза. Взгляд пронизывающий, холодный. Кое-как подавляю желание попятиться назад. — Твой брат мне не интересен, — на выдохе отвечаю, стараясь придать голосу безразличие. — Лжешь, — смеется, показывая указательным пальцем из стороны в сторону. — Я видел, все видел! Как вы смотрели друг на друга. — Богдан… — Заткнись!

Я молчу, отвожу взгляд. Я снова боюсь его разозлить.

— Умница, — ржет. — Так вот, я продолжу с твоего позволения. Спасибо. Изначально дела шли хорошо, подобных компаний было мало. Позже появился бешеный ажиотаж на ввоз тачек, а спрос рождает предложение. Конкуренты, куча новых компаний с интересными предложениями для клиентов! — Выражение лица становится жестким. — Понимаешь, к чему я клоню? Диана?! — Да! — Клиентов стало меньше. Чтобы остаться на плаву, мой отец предложил снизить сумму комиссии за каждую машину. Да, они бы получали чистыми меньше, зато количество заказов бы увеличилось. Но батя Кира отказался. А позже мой отец узнал о его работе за спиной! Он воспользовался предложением отца, только не сказал ему об этом, оформлял их сам! Прикарманивал общие деньги! — Лицо Богдана искажается злобой.

Я стою как вкопанная и не могу сдвинуться с места. Исход событий мне уже известен. Старая изъезженная схема. Страх сковывает тело, сердце гулко стучит в висках. Соколов захочет снять стресс, в очередной раз без разрешения вырвет часть моей души.

Прикрываю глаза, заранее готовлюсь к поражению. Вдруг раздается звонок в дверь.

— Открой! — рявкает Богдан и сразу меняется в лице, на котором отражается страх.

Кидаюсь исполнить его «приказ», открываю и… В дверях стоит высокий мужчина лет 45–50. Я бы подумала, это отец Богдана, но они не похожи. Он брюнет с едва виднеющейся сединой, разве что глаза… Я слышала, Богдан похож на мать. Только вот глаза, глаза отца — голубые.

Мужчина, смерив меня надменным взглядом, кривится, будто увидел гору вонючего мусора.

— Где он? — спрашивает сквозь зубы. — Здравствуйте, Богдан дома. Проходите, пожалуйста.

На этот раз он даже не удосуживается на меня посмотреть.

— Пап…

Шлепок от удара. Я просто не верю своим глазам. Он ударил сына?! — Я звонил тебе! Где твой телефон, щенок?! — Я не слышал… — Снова взялся за старое?

Не хочу быть свидетелем их отношений, которые, судя по приветствию, весьма «высокие», поэтому поднимаюсь на второй этаж, отвлекаюсь книгой. До меня доносятся обрывки их разговора.

— …летишь послезавтра на два месяца в Новосибирск. С универом я договорюсь, — далее голос становится тише, слов не разобрать. — …Понял. — …В таком состоянии видел тебя в последний раз! Говорил я твоей мамашке, надо было аборт делать… С деньгами совсем беда? На лицо девка ничего, но одета… Купи ей новых шмоток, что ли… Или это разовая?

Он меня шлюхой назвал?! Теперь понятно, в кого такой сын! Отец — настоящий неадекват!

Хлопает дверь. Выжидаю несколько минут. Удостоверившись, что внизу тишина, аккуратно спускаюсь. Богдан сидит на диване, опустив голову на руки.

— Богдан… — Все слышала? Послезавтра я улетаю в командировку на два месяца. Живешь в этой квартире. Буду высылать тебе денег. Когда я звоню, ты всегда берешь трубку, поняла? — Да. — Иди сюда, — плотоядно скользит по мне глазами.

Утром привожу себя в порядок: в который раз закрашиваю тональным кремом следы усталости, капаю капли в глаза от красноты. В голове всплывают воспоминания вчерашней ночи, которую я хочу забыть. Еще одну. Все их. Нежен днем, груб ночью. На ум приходит мультфильм «Шрек», где рассказывается про секрет Фионы: "прекрасна днем, уродлива ночью". Прям почти про Соколова. Усмехаюсь и еще раз смотрю на себя в зеркало. На меня смотрит другая, абсолютно чужая Диана Савельева: наивность в глазах — отсутствует, блеск — отсутствует, любовь… сомнительно. Я не понимаю, как я смогла вообще допустить такое? Ведь изначально все было идеально…

«Нет, Диана. Изначально идеально не было», — отвечает сознание.

Одна слезинка скатывается по щеке.

— Не было, — повторяю я и выхожу из ванны.

— Малыш, доброе утро, — радостно улыбается Соколов. — Я вчера опять себя плохо вел.

Он варит кофе на кухне, когда я спускаюсь. На мне короткое белое платье на тонких бретельках.

— Доброе утро.

Подхожу к кофеварке, наливаю кофе. Богдан подходит сзади, целует в шею. От него пахнет его одеколоном. Раньше он казался мне вкусным и очень нравился, сейчас же нет. Он навязчивый и приторно-сладкий. Задерживаю дыхание, пока он стоит рядом.

В дверь звонят. Он идет открывать. Я знаю, это курьер. Все предсказуемо.

— Прости меня, — возвращается с букетом алых роз.

За месяц я видела их слишком много. Тошнит. Ненавижу розы!

— Спасибо, очень красивые, — вырывается на автомате. — Хотел тебе сказать, чтобы ты не обращала внимания на моего отца. У него своеобразный характер. — Судя по его «приветствию», он от меня явно не в восторге, — не удерживаюсь от комментария.

Соколов уже не слушает, погружается в телефон.

Ставлю букет в вазу.

— Сегодня вечером планируется мероприятие по работе. Будут очень важные люди. Ты идешь со мной.

Начав жить вместе, я узнала о семейном бизнесе Соколовых. Изначально в нем работал отец Богдана. Поступив в магистратуру, отец взял его в семейный бизнес, и Богдан стал параллельно работать в этой компании.

Будь это при других обстоятельствах, я бы обязательно обрадовалась. Тщательно готовилась, выбирая платье на вечер. Но Богдан не просит и даже не приглашает — он приказывает. Не дает выбора. Я напоминаю себе безмолвную куклу, соглашаясь со всем, что он говорит.

«А разве не другой жизни ты хотела? Хотела быть с любимым — получай».

Только вот поправочка: нет, не такой я жизни хотела. Я мечтала быть счастливой с любимым человеком. Тут минимум два несовпадения.

Пью горький кофе, пока Богдан с кем-то переписывается. Смотрю на него краем глаза и теперь уже не понимаю, что в нем нашла. Высокий, неплохо сложенный, голубоглазый блондин в дорогих шмотках. Смазливая внешность и отвратительный характер. Любит выпить, покурить, оторваться в клубе. И? Это все.

— Поехали, отвезу тебя, — отрывается от телефона и берет ключи от машины со стола.

Всю дорогу до универа Соколов с кем-то разговаривает по телефону. Говорит по работе, я почти не слушаю его. В последнее время я перестала чувствовать, думать, слышать себя. Постоянно чувствую себя опустошенной, потерянной, чужой в своем же теле. Мне кажется, у меня нет сил ни на что, я будто не живу, а существую. А для любви эти ощущения чужды.

Дискретную математику я сдаю на пять. Мне попадается вопрос: теория автоматов. Вспоминаю тот самый факультатив с Кириллом. Интересно, где он сейчас? После того занятия я видела его несколько раз. Мы встречались в стенах универа, здоровались, и я каждый раз краснела при встрече. Все еще помня, какими могут быть его прикосновения, корила себя и старалась забыть. К сожалению, благодаря Богдану, я отлично справилась с задачей.

— Диан, — догоняет Ленка на выходе из универа. — Торопишься? — Немного, — смотрю на часы. Через пять минут заедет Богдан. — Что-то срочное? — Хотела узнать, все ли у тебя нормально? Как дела с Соколовым?

Невольно напрягаюсь.

— Все отлично. К чему вопросы? — Не подумай, не хочу лезть не в свое дело, — Ленка колеблется, оглядывается по сторонам. — Просто ты в последнее время какая-то отрешенная. Напоминаешь мне мою знакомую. Ту, которая встречалась с твоим парнем. Скажи честно, он тебя обижает, да?

Я молчу. Не могу признаться, какой дурой была тогда, не зная человека, защищала его.

Малова хмурится.

— Пошли, присядем, — берет меня за руку, и мы идем к скамейке. — Ты классная девчонка, добрая. А этот Соколов — деспот. Если еще не поняла, то уходи от него. Не порть себе жизнь.

Я продолжаю молчать, боясь, что если открою рот, вся правда выльется наружу.

В сумке вибрирует телефон. Звонит Соколов.

— Лен, извини, мне пора. Богдан приехал.