Прошлое (не) исправить

Эпилог

Спустя два месяца после моего выхода из комы Ульяна наконец сыграла свадьбу. На дворе была ранняя весна, и только-только пришло тепло. Весна, снова она… начало новой жизни. Гостей было немного, лишь самые близкие родственники и друзья. Уля была счастлива, потому что это была та самая свадьба, о которой она мечтала. Без бесконечных родственников Тимура, который, несмотря на убеждения родителей, что на свадьбе должны быть все до единого родственника, согласился с будущей женой.

Я была свидетельницей со стороны невесты в лавандовом приталенном платье с рукавами-фонариками. Кир — свидетелем со стороны жениха в тёмно-синем костюме. Совпадение, причём очень великолепное. Ведь по одной из традиций для счастливого брака свидетель и свидетельница должны переспать друг с другом. Так что брак Ули и Тимура просто обязан был быть крепким! Несмотря на март, погода в этот день стала настоящим подарком для молодых — тёплая и солнечная. На Уле был красивый белый брючный костюм. Тимур — в чёрном костюме. Оба выглядели неотразимо.

Регистрация в загсе прошла быстро. Молодожёны обменялись кольцами и скрепили брак долгим поцелуем. Около двух часов заняла фотосессия в знаковых местах города: на видовых площадках, у моста, у стелы Владивостока, у Мариинского театра. К пяти вечера все гости собрались в ресторане с видом на море. К счастью, лёд уже сошёл, открыв волшебный вид на открытый океан. Столы ломились от различных блюд с морепродуктами и мясом. Приглашённый ведущий разыгрывал смешные конкурсы. Все вокруг веселились. Я общалась с гостями, танцевала и всегда видела в поле зрения Кира. Он был рядом. Я была в безопасности.

Кир вышел покурить с другими гостями. Я, ничего не подозревая, направилась в дамскую комнату и в коридоре столкнулась с Оксой. Мы смотрели друг на друга безмолвно, ни одна не произносила ни слова. Агафонова действительно изменилась. Вместо длинных шикарных волос — каре, в весе она сбросила килограммов пять, на лице были следы от синяков желтоватого цвета, тщательно замазанные тональным кремом. Окса опустила взгляд, уголки её губ подрагивали. Я смотрела на неё и чувствовала жалость. Мне действительно было её жаль, потому что она по своей глупости, так же как и я, оказалась сначала заложницей мнимых чувств, а затем ситуации. Но, несмотря ни на что, я искренне хотела, чтобы она была счастлива. Только я уже не смогла бы увидеть этого. Нельзя прощать предателей, в какой бы форме предательство ни проявлялось.

«Предал однажды — предаст и дважды».

К концу вечера половина гостей разошлась. Остались самые стойкие, в том числе мы с Миллером. Танцуя медленный танец, он показал мне на телефоне какие-то билеты.

— Что это?

— Через четыре часа мы летим на Мальдивы. Я должен тебе отдых на море, — сказал Кир. — Из-за меня он тогда отменился.

Я ничего не понимала. Копалась в памяти, в которой только-только начало всё складываться по полочкам.

— Нет, ты ничего мне… — я замолчала, вспомнив момент, когда Миллер без объяснений сорвался в Новосибирск. Но это было, когда я лежала в коме. То есть в моём сне. И самое… странное, я не говорила ему об этом!

— Как…?

— Тсс, — улыбнулся он и поцеловал меня в губы, не дав договорить.

— Собери свои вещи, Ди, — хрипло произнёс он.

— Хорошо, — кивнула я.

Кир решил, а я, конечно же, была «за». Такой внимательный, такой чуткий, он замечал всё до мельчайших деталей.

Не без слёз я попрощалась с Макеевой, в очередной раз тронутая её настоящей дружбой. Перенести ради меня долгожданную свадьбу — дорогого стоило.

— Будь счастлива, — пожелала я ей. — Люблю тебя, Уль.

— Спасибо, — впервые подруга не сдержалась и тоже расплакалась. — И ты будь счастлива.

Кир отвёз меня домой. Я вставила ключ в дверь, но замок не поддавался. За дверью послышался шорох, затем она резко распахнулась. Нас встречали папа и его коллега по работе Инна. Вид у них был взволнованный. Мы с Киром переглянулись: всё было понятно и без слов. Инна хорошо влияла на папу, будто заново вдохнула в него жизнь. Он поправился, начал больше улыбаться и как обещал: меньше времени проводить на работе.

В съёмной квартире царил настоящий хаос из сложенных в коробки вещей, напоминавший игру в «Майнкрафт». Скоро намечался переезд в нашу собственную квартиру, осталось уладить дела с бумагами. Мы с Миллером прошли мимо этих препятствий и оказались в моей комнате. Некоторые вещи находились в коробках с самого начала, включая те, что приехали из общаги. Находясь в академическом отпуске, я лишилась комнаты. Кир помогал разбирать вещи, переставлять коробки. Это заняло какое-то время.

— Не могу найти купальник, хотя везде обыскала.

— Заедем, купим новый, — предложил Миллер.

— Хочу старый, — проворчала я, наткнувшись на нетронутый пакет.

Я высыпала его содержимое на кровать и стала перебирать. В руки мне попался белый свёрток. Им оказалась белая футболка с бледно-розовым пятном. Ошарашенная, я уставилась на неё.

— А вот она где, — обрадовался Кир, забирая её у меня. — Моя любимая футболка. Я все думал, где она!

На меня нахлынули удивление, шок и зависший в воздухе вопрос: как?.. Я смотрела на Миллера и не могла понять. Вместо ответа он весело подмигнул мне и загадочно улыбнулся…