— Ульяна? — я делаю вид, что удивлена, хотя мой голос сочится ядом, как жало скорпиона. — Какая неожиданность. Ты звонишь похвастаться новым пентхаусом? Как вид из окна? Вдохновляет на открытие финансовых чакр? Или там открылся только портал в мусоропровод?
— Какой пентхаус?! — рыдает она так, что захлебывается. — Катя, тут крысы! Тут бабка со скалкой, она меня чуть не убила! Тут воняет мочой и безысходностью! Коля притащил меня в какую-то дыру! Катя, ты же женщина, ты же не можешь так с беременной! Забери меня! Я не могу здесь! У меня токсикоз! У меня паническая атака! Я умираю! Я понимаю, мы договаривались, но ты должна меня понять!
Дочь рядом прислушивается к моему разговору. Показывает мне большой палец.
— Должна? Серьезно? Я тебе что-то должна? — откидываюсь на спинку дивана. — Ты хотела Николая? Ты боролась за него, жгла свечи, дышала маткой на растущую луну, чтобы увести его из семьи? Ну так поздравляю. Вселенная тебя услышала. Твой запрос обработан. Теперь ты дышишь ароматами новой жизни с ним.
— Он мне не нужен такой! — визжит она, срываясь на ультразвук. — Он нищий! Он злой! Он орет на меня! Он… он психопат! Он защищает тараканов! Я ухожу! Слышишь? Я сейчас же вызываю такси и уезжаю! Пусть сам тут гниет со своими усатыми друзьями! Он же ненормальный, он таракана человеческим именем называет? И ты мне беременной предлагаешь с ним и дальше жить? Нет. Все.
— Стоять, — мой голос меняется мгновенно. Из него исчезает ирония. Появляется холодная сталь, которой можно резать стекло. — Никуда ты не поедешь, Ульяна. Ты останешься там. И будешь примерной женой. Как я ранее тебе и сказала. Наш уговор в силе.
— Но… нет! Я не могу! Я свободная женщина! Ты не можешь меня заставить! У меня есть нормальное жилье! Вот! А тут… это не жизнь, и даже не существование! Я не могу! И прошу тебя понять и просто меня отпустить.
— Не отпускаю. Ты не поедешь в свою однушку, которую снимаешь за деньги обманутых домохозяек.
В трубке слышно только, как Уля тяжело дышит, словно загнанная лошадь.
— Это удар ниже пояса. Так не честно. И все было не так, — шепчет, и в голосе появляется животный страх.
— Курс «Богиня Изобилия: как притянуть миллионы силой мысли». Три тысячи участниц. Или даже больше. Ты обещала участницам исполнение желаний, золотые горы, богатых мужиков, профессионально вешала лапшу, а получив деньги скинула им два идиотских видео и исчезла. Да. Ты подстраховалась, собирая платежи не на себя. Но у меня есть все доказательства твоей вины.
— Это… это клевета! Я не при чем! Это нельзя доказать! — ее голос превращается в писк.
— Это статья мошенничество в особо крупном размере. Знаешь, Уля, у меня очень настырная служба безопасности. Они нашли чат, где эти «богини» собираются тебя линчевать. Они очень злые. И они очень хотят знать твой новый адрес.
— Не надо…
— Надо, Уля, надо. Если ты выйдешь из этой квартиры, я сброшу им геолокацию. Представляешь встречу? Три тысячи разъяренных женщин против одной мармеладки. Или ты думаешь, Коля тебя спасет?
— Ты чудовище… — сипит она. — Ни капли сочувствия!
— Я — карма, — ухмыляюсь.
— Я все поняла. Я поступила подло. Мне не надо было так поступать. Катя, прощу тебя, просто отпусти меня. Пусть Коля один там гниет. Ему там нормально, у него есть друг таракан и с бабкой они нашли общий язык. А я там явно лишняя! — продолжает ныть. — А я там пропаду. Я не смогу. Моя кожа испортится, мои чакры засорятся, я же потом не восстановлю свой энергетический баланс.
— У меня нет времени слушать твои стенания. Ты остаешься.
— Нет! Я… — всхлипывает.
— Если ты надумала спрятаться от меня, чтобы я тебя не нашла, то сразу выкинь глупые идеи из головы, они реально портят твою ауру. И ведь это еще не все. Есть еще одна причина, по которой ты так вцепилась в Колю. Тебе же нужны деньги не только для себя. Ты у нас альтруистка.
— Замолчи…
— Как там поживает Раджив?