Развод по ее правилам

Глава 27

Люда предлагает нам всем поехать в ресторан. В доме сейчас невозможно находиться. Папа очень громко оплакивает свою реликвию, вспоминает давние бои и винит во всем нерадивых женщин.

Это давит нам на мозг, и тем более, Лине не стоит слушать этих завываний.

Ну и поговорить нам тут точно не удастся. Потому мы берем маму, ей тоже надо выдохнуть, и на двух машинах отправляемся в центр. Выбор ресторана доверяю Люде — это ее стихия.

Ресторан в самом центре города, встречает нас приглушенным светом, тихой джазовой музыкой и вышколенными официантами. После папиного музея имени «Великого Николая» это место кажется раем.

Мы занимаем угловой столик. Люда с особой тщательность выбирает блюда, делает заказ.

Мама сидит, робко сложив руки на коленях. Она все еще не может отойти от кучи новостей, свалившихся на нас. Кира болтает с Линой, вижу, как она всячески пытается подбодрить сестру.

— Ох, девочки… — вздыхает мама, глядя на нас с Людой. — И красивые вы у меня, и умные. А в личной жизни — как на минном поле. Обе без мужей остались. За что такая судьба? Где оно заслуженное счастье?

— Мам, мы не без мужей остались, мы избавились от паразитов, — Люда изящно поднимает стакан с свежевыжатым соком. — Это не потеря, это детоксикация организма. Предлагаю, порадоваться что мне больше никогда не придется слушать мычание твоего Питекантропа. Кать! Честное слово, эта устрица на тарелке обладает куда более сложной нейронной сетью, чем Коля.

— Согласна, — смеюсь. — Но я тоже хочу отметить, что тебе больше не придется измерять линейкой расстояние от края стола до десертной вилки. И выслушивать нудные лекции Егора о том, что громкий смех — это признак плебеев. Граф Пылинка свергнут с престола!

Люда фыркает, чуть не расплескав сок.

— О, дорогая, ты даже не представляешь, как именно он был свергнут. Его финальный выход был просто эпическим. Достойным античной трагедии в декорациях дуэльного клуба! Я его так красиво умыла… — она с горящими глазами наклоняется ко мне, но тут ее взгляд падает на Лину, которая внимательно смотрит на нас. Люда осекается и заговорщически подмигивает. — Но детали — это контент не для нежных детских ушек. Шантаж, грязное белье интеллигенции… Вечером, Катюша. Закроемся у тебя на кухне, и я расскажу тебе, как правильно препарировать педантов. А ты расскажешь мне, о взаимодействии Питекантропов с тараканами.

Я киваю, предвкушая этот вечер. Я так истосковалась по сестре. Вечер обещает быть очень познавательным.

Вдруг маленькая ладошка Лины ложится поверх моей руки. Я опускаю взгляд. Моя младшая дочь смотрит на меня абсолютно серьезными, взрослыми глазами.

— Мам, — тихо говорит она. — Ты не грусти из-за папы. Он поступил очень плохо. Он обманщик. А мы с тобой и Кирой — банда. Нам и без него хорошо. У нас есть бабушка и тетя Люда.

От этих слов у меня перехватывает горло. Кира на другой стороне стола шмыгает носом и тянется, чтобы взъерошить Лине волосы.

— Мелкая права, мам. Мы — банда.

Мама промокает глаза салфеткой.

— Золотые девочки. И вы, доченьки, все правильно сделали. Нечего обманщиков терпеть.

Сестра переводит взгляд на маму, и ее ироничная улыбка немного меркнет, сменяясь искренним сочувствием.

— Мам… мне прям физически больно от мысли, что тебе сегодня придется возвращаться в этот мавзолей бокса. Папа ведь сейчас там рвет на себе волосы над останками алтаря.

— Ох, Людочка, справлюсь как-нибудь, — вздыхает мама, поправляя салфетку. — Не впервой его закидоны терпеть. Поноет и успокоится.

— Если бы просто поноет, — Люда сурово сводит брови. — Кать, ты же понимаешь, что он не оставит своего Питекантропа в беде? Папаня наш — фанатик. Даю гарантию, он уже строит планы, как спасти чемпиона. Он устроит диверсию. И в таком состоянии он на многое способен.

— Теть Люда права, — кивает Кира. — Дедушка может начать спонсировать папу и оплачивать ему адвокатов. У него знакомые остались, связи.

— Да, — киваю, — Отец заслужил уважение в определенных кругах. Значит, надо перекрыть ему кислород. Лишить доступа к финансам.

— Однозначно, — сестра выставляет вверх большой палец. — Над этим поработаем.

А потом мы решаем закрыть неприятные темы, переходим к разговорам о работе Люды, учебе Киры, и атмосфера за столом заметно становится теплее.

И тут сестра, внезапно замолкает. Ее взгляд, острый, как скальпель, фокусируется на ком-то за моей спиной.

— Катя, — Люда элегантно промокает губы салфеткой. — По-моему, у тебя появился поклонник. И с очень… впечатляющими исходными данными.

— О чем ты? — я хмурюсь.

— Мужчина у окна, — кивает головой. — С идеально посадкой, в стильном костюмчике, сидит с каким-то пузатиком, и смотрит исключительно на наш столик… Точнее, на тебя. Взгляд такой… сканирующий. Словно он в уме высчитывает рентабельность твоей ауры.

Я медленно поворачиваю голову.

Со столика в противоположном конце зала поднимается Марк Таранов, и идет в нашу сторону.