Развод. Счастье любит тишину (СИ)

Глава 23. Завтра я подаю на развод

Следующие дни я старалась не думать о Можайском. С головой ушла в работу и домашние дела: отвозила Наташу в садик, забирала, читала ей сказки, стирала — я была готова делать всё что угодно, лишь бы не думать.

Каждую минуту чем-то заполняла, чтобы не было пауз. Пауз, которые позволяли моей голове прокручивать снова и снова всё, что связано с Богданом.

Только вот он сам не спешил исчезать. То к Наташе в садик приезжал без предупреждения, то вдруг оказывался в том же продуктовом, где и я — и обязательно с каким-нибудь «полезным советом».

А однажды утром, я подошла к шкафчику на работе, а на двери записка: «Оставил тебе кофе. Как ты любишь.»

Я выкинула стакан, даже не взглянув. Но сердце, предательски сжалось. Бесит.

А потом начала действовать она.

Диана.

Поступил звонок с неизвестного номера. Женский голос, наигранно тихий, мило говорил:

— Алиса, привет. Я… просто хотела извиниться. Наверное, всё вышло очень глупо. Я не собиралась разрушать вашу семью. Просто так вышло. Видимо не судьба вам с Богданом жить долго и счастливо. Такое бывает, ты не одна такая, Алис. В этом мире много несчастных женщин.

Я молчу. Дышу. Считаю секунды, чтобы не сорваться. Но она продолжает неискренний монолог, как под диктовку:

— Богдан добр ко мне. Помогает нам. Но я никогда не требую от него больше… — голос всё более притворный. — Он сам приходит. Сам звонит. Я не прошу его этого делать. Ему хорошо с нами. Я хочу, чтобы ты это поняла и не обижалась. Сама же знаешь, сердцу не прикажешь.

— Теперь ты закончила? — не даю ей вставить больше ни слова. — Забудь этот номер и больше мне никогда не звони. Иначе я за себя не ручаюсь. Запомни эти слова. Я с тобой не шучу. Бери себе своего «помощника» и оба оставьте меня в покое!

Тишина. И вдруг снова:

— Алис, ты всё…

Бросаю трубку.

Сижу с телефоном в руке, глядя в пустоту. Не могу поверить, что она посмела мне позвонить. Наигранно рассказывать про них, про то, как у них всё «само». Нахалка.

Актриса дешёвая. Как она меня бесит. Я её не пугала — я реально готова на неё накинуться и повыдергивать все её дурацкие наращенные волосы.

По дороге в садик за Наташей не могла успокоиться. Снова и снова ругалась с Дианой в голове. Потом убеждала себя, что я выше этого, что она не достойна моих мыслей. Но сама себя перехитрить не получилось.

По пути домой Наташа вдруг удивила:

— Мам, а папа сказал, что скоро мы снова будем жить вместе. Все вместе! И он подарит мне щенка, только ты должна согласиться. Это правда?

Я смотрю на дочь и чувствую, как внутри всё холодеет.

— Папа с тобой говорил об этом? — тихо спрашиваю.

— Угу. В садике.

— Вот сволочь, — бурчу себе под нос так, чтобы дочь не слышала.

Он что совсем на пару со своей любовницей обалдел? Манипулировать ребёнком? Врать ей? Делать вид, что мы скоро снова станем семьей? Еще и питомца пообещал.

Козлина!

Я набрала Богдана в тот же вечер. Он ответил сразу, как будто ждал.

— Мы должны поговорить, — сказала я.

— Я только за.

— Без Дианы. Без театра. Завтра, в парке около садика Наташи. В час дня.

Он не спорит.

— Давно пора, Алис. Я знал, что ты перебесишься.

— Перебешусь? Богдан, твоей самоуверенности можно только позавидовать. С чего ты решил, что я с тобой сходиться собираюсь? Ты ещё не понял, что это конец? Слышишь меня? КОНЕЦ!

— Ты сама не устала от своих психов? А? Вот я устал. Наташа тоже устала. Может, тебе успокоительных попить?

— Ты совсем обалдел, Можайский? Будешь со своей потаскухой так разговаривать, не со мной.

— Ты не борзей сама, Алис. Я и так на многое глаза закрываю. Но моё терпение не вечное. Психанутых баб с яйцами мужики долго не терпят. Показала характер — молодец. Хватит. Давай дальше думать конструктивно.

— Какой же ты мужлан, Можайский! Вы с Дианой идеальная пара. Два неотесанных…

Он меня перебивает:

— Всё. Хватит. Завтра поговорим, как раз успокоишься. Спокойной ночи, — с этими словами он бросает трубку.

Какая наглость. Меня просто разрывает от злости. Хочется высказать ему всё — прямо здесь и сейчас.

На следующий день после работы я еду к месту нашей с Богданом встречи.

Подхожу к парку. Он уже сидит на скамейке, в том самом пальто, которое я когда-то сама ему купила.

Вид слегка усталый, но как всегда — при параде. Это пальто я дарила ему на день рождения, знала, что будет дико хорошо на нём смотреться. Но сейчас смотрю на него как на противного бабника в пальто.

Не больше, не меньше.

Убеждаю себя, что он меня больше не привлекает. Как мужчина — точно нет.

Подхожу сзади и тихо сажусь рядом. Он поворачивается, улыбается широкой белозубой улыбкой. Не знаю, чему он так радуется.

Перехожу сразу к делу:

— Я не хочу, чтобы Наташа росла в этом фарсе. Ты врёшь ей. Ты позволяешь Диане не только лезть в нашу семью, которой уже не существует, но и имеешь наглость позволять ей звонить мне и выводить меня на разговор.

— И тебе привет, жена.

— Не перебивай меня, пожалуйста, Богдан. Послушай. Я не собираюсь возвращаться. Ни сейчас, ни потом. Я не прощу предательство. Всё.

Он смотрит удивлённо:

— Она тебе звонила?

— Да, Богдан. Представь себе, звонила. Сказала, что ты инициатор всего, что было и есть между вами. Что она тебя не держит.

Богдан выпрямляется.

— Это бред, Алис. Я тебе уже всё сказал. Что ещё ты хочешь? Да, помогал, да, были разговоры, но я с ней встреч не искал.

— Мне всё равно. Мне не нужны твои объяснения. Я уже миллион раз тебе это говорила. Тот факт, что она мне позвонила, доказывает, что при тебе она чувствует вседозволенность.

— Я ничего ей не позволял. Она делает это за моей спиной. Я с ней поговорю и скажу, чтобы нос свой больше ни при каких обстоятельствах не совала в нашу семью.

— Поздно, Богдан. Уже не во что совать нос. Нет нас. Нет семьи. Всё, о чём я тебя прошу — оставить меня в покое. С Наташей ты можешь видеться, я мешать не буду. Завтра я подаю на развод.