В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)

Глава 26 После монстров

Эдера, две недели спустя

— Как думаешь, этого достаточно? — я устало вытерла пот со лба, а затем вновь натянула на него шапку.

Мы с Долли смотрели на дорожку, ведущую к денникам магических животных, и радовались результатам: плиточки были идеально подогнаны друг к другу, грязь и копоть отчищена, проплешены и рытвины выровнены и устранены — мы постарались на славу. По такой дорожке можно ходить в домашней обуви, а не только в уличной — плиточки разве что розами не благоухали и то потому, что мы с Долли не сошлись на степени интенсивности запаха.

Подруга посмотрела сначала на дорожку, потом на денники, возле которых адепты младших курсов чинили деревянное ограждение, и только в последний момент перевела взгляд на огромную кучу мусора, собранную нами в процессе приведения территории в порядок.

— Надеюсь, — прозвучал усталый ответ, — у меня сил больше нет расчищать все это.

«Все это» означало всю территорию академии, которую уже несколько дней приводили в порядок все-все адепты, даже приглашенные, пусть и случайно. Да, нам увильнуть от уборки не удалось — лэс Маршелин первая вышла на уборку, погоняя нас зонтиком. Наш куратор считала, что адептки бытовой академии должны благодарить тех чудовищ, что наконец-то ушли в свой мир, за возможность проявить свои знания, полученные в академии Соверена, на практике.

Мы и благодарили, даже артефакторы и зоомагии, причем каждый раз, как натыкались на оторванную конечность, откусанное крыло или отломанный ус. К сожалению, наши благодарности изливались недолго, потому что полученные запчасти чудовищ изымались из наших рук с невероятной скоростью — быстрее только пегасы гадят на полигоне.

С тех пор, как закрылся последний портал, и ректор признал территорию академии безопасной для нашего перемещения, мы все свободное от уроков время проводили на территории: приводили ее в порядок, расчищали от мусора и возвращали первозданный вид «малым архитектурным формам», об которые поточили зубы и когти пришлые чудовища.

Местные тоже участвовали, соревнуясь, кто соберет побольше запчастей от чудовищ и сможет их утаить от зорких взглядов профессоров. Зачем парням зуб или коготь монстра было понятно — вроде как трофей, полученный в неравном бою. Бой считался особенно неравным, если адепт был с первого курса — таких к монстрам-то не подпускали близко, прямо почти как нас, соверенок.

За весь период открытия порталов мы, официально, видели монстров только на картинках в учебниках да на иллюзиях, а вот неофициально… Кажется, после появления миджей почти все мои сокурсницы хоть один раз, но кого-то видели — словно пытались компенсировать признание во взломе охранной руны, которую со слов девушек умудрилась уничтожить каждая первая. Кажется, своим появлением гигантские комары резко уменьшили наш страх перед опасностью и так же кардинально прибавили нам смелости — мы стали храбрыми и не боялись прятать запчасти чудовищ от профессоров и сбывать по приемлемой цене первокурсникам-кронстонцам.

Но вернемся к уборке территории. Это трудовое рабство мы сносили безропотно и выкладывались основательно лишь по одной причине — в конце нас ожидала награда. Причем не какая-то эфемерная, которой могли поманить, а потом забыть или уменьшить размер. Награда ожидала нас настоящая, невероятная и долгожданная: мы должны были покинуть территорию академии и отправиться на прогулку в город.

В настоящий город! На прогулку! ЗА ПОКУПКАМИ!!!

Лэс Маршелин сказала, что мы это заслужили своим уравновешенным поведением в нестандартной ситуации и грандиозным терпением в замкнутом пространстве. Так что наш куратор практически зубами выгрызла нам право первыми отправиться на мини-отдых.

Ради такого мы могли бы вычистить и дорогу до самого города, но, слава богам, не пришлось — ректор ограничился территорией вблизи общежития и тропинками к столовой, учебному корпусу и к денникам, где проходили уроки у зоомагов.

— Ну что же, — проговорил ректор, возникнув практически из ниоткуда, заставив нас с Долли нервно икнуть, — замечательный результат. Не понимаю, зачем вам преподаватель по бытовой магии, если уже за одну эту дорожку вам можно ставить «превосходно»?

За спиной ректора ледяной статуей возвышалась наша виасерская нимфа Маршелин и хмурила брови, словно увидела в самом центре дорожки безобразное пятно. Ежедневно нас отпускали с уборки под ритуальную фразу, с которой лэс Маршелин скрипела зубами и морозила землю вокруг себя и своего зонтика. Ежедневно мы накручивали на шеи шарфы в три слоя, натягивали вторые перчатки на руки и застегивали у шубы самые верхние пуговицы, потому что после ритуальной фразы погода резко портилась. Вот и сейчас над нами закружил снег, а следом повалил крупными хлопьями — погода не для пешей прогулки.

— Снова снег, — ректор чуть ли не потирал руки от удовольствия, обращаясь как ни в чем не бывало к лэс Маршелин. — Если повезет, то пока вы будете прихорашиваться и отдыхать от насыщенных дней, погода вернется в норму. Ну что, лэс Маршелин, отпускаем ваших фиалок?

Женщина кивнула, и тут уже мы с Долли не стали уточнять или ждать более внятного ответа — понеслись со всех ног, обгоняя друг друга, и все равно в общежитии нас ждала очередь в умывальную комнату, толкание локтями у зеркала в комнате и вечный выбор всех девушек: что надеть?

— Лишь бы Лоч не приволок сегодня обещанную мантикору, — пробормотала Долли, накрашивая один глаз, а я постучала опасливо по дереву — не хватало еще, чтобы слова подруги оказались пророческими.

Я хочу в город и точка!