В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)

Глава 62 Варианты выхода

Эдера

Депортация…

Слово приходило во снах то в виде огромного разросшегося миджа, нацеленного покусать меня своим тонким, но очень острым хоботком, то в виде брабуга, который почему-то катался, словно он клубок ниток, и постоянно терял тапочки. Причем здесь магические чудовища и тапочки — ума не приложу, но каждое утро я просыпалась в холодном поту, а на вопрос Долли, что мне приснилось, отвечала только одно: «Депортация».

Ни ректор, ни куратор, ни один из профессоров не могли мне объяснить, что мне сделать, чтобы остаться в Кронстоне, потому что подобное происходило в их практике впервые. Первые несколько дней даже теплилась какая-то надежда, что лаутус ошибся или просто решил испугать, но на третий день после «суда» мне в общежитие принесли предписание из министерства. Прямо с раннего утра, не дав ни продрать глаза, ни позавтракать, словно подобные новости воспринимаются исключительно на голодный желудок, как микстура.

В предписании слова «депортация» не было, но министерство четко дало понять, что в Кронстоне мне не найти места, где я смогу пройти летнюю практику. И даже посочувствовали, чтоб их.

А потом пришло осторожное письмо от мамы, которая несколько дней подряд пыталась пообщаться со мной через зеркало связи, но мои блокирующие браслеты совершенно не дружили с другими артефактами, так что пришлось написать оптимистичное письмо родителям и соврать, что у нас магическая аномалия привела в негодность все связующие артефакты. Каким образом при такой аномалии мне удалось отправить письмо через океан, да еще и получи ответ, объяснять, слава богам, не требовалось — мама бы все равно не поняла половины объяснений, а отец не стал заострять на этом внимания и уличать меня во лжи. Так что письмо из дома было наполнено осторожным оптимизмом, что я уже скоро вернусь в родное королевство и смогу как следует изучить те досье, личные дела, что собрала, подобрала мама, выискивая подходящего жениха.

За неимением возможности отправить мне эти личные дела, мама прислала маленькие портреты, размером с половину ладони, а на обратной стороне мелким убористым почерком прописала все положительные и отрицательные стороны — даже досье не понадобилось бы, собирайся я последовать настоятельной рекомендации родительницы. Я же только фыркнула и попыталась затолкать портреты в конверт, но колода не пожелала вернуться обратно: сначала встала поперек, выгибая бумагу своими острыми углами, а потом и вовсе рассыпалась.

И дернул же меня брабуг читать письмо в библиотеке! Лучше бы нашептал избавиться от родительского наставления сразу, без ознакомления, потому что пока я собирала портреты, витиевато обзывая каждого из кандидатов новыми словами, изученными в последние дни до и после «суда», мне кто-то принялся усердно помогать, и этот кто-то оказалась Пени.

— Держи, — протянула девушка мне неаккуратную стопку портретов, лишь мельком взглянув на верхние изображения. — Недурны, кстати, особенно вон тот блондин — кого-то напоминает.

Я только ругнулась и скрипнула зубами, потому что «вон тот блондин» был ни кем иным как Мариусом, про которого я вспоминала разве что со вздохом облегчения, что он больше не появится в моей жизни. Как оказалось, зря радовалась: вот оно, напоминание, да причем с целым досье. Любопытство взяло верх, и я перевернула карточку.

— Идиот! — вынесла я вердикт, прочтя, что помолвка блондина с Жужу расстроилась, причем причиной стало сокрытие женихом второй помолвки, которую он ринулся расторгать за океан.

Маминой рукой на портрете было выведено «Превосходно!», но порадовала меня приписка отца. Слова «даже не думай!» невероятно грели душу и вызывали улыбку — хоть кто-то на моей стороне.

— Что тут у нас? Ит, ты не говорил, что вы с Эдерой расстались. С чего вдруг она рассматривает кандидатов в женихи?

За время моего пребывания в Кронстоне были разные ситуации, но никогда я так сильно не хотела прибить Лоча, как в тот момент. Правда, больше всего мне хотелось объяснить Итану, что вышло недоразумение. Но слова застряли на полпути под хмурым взглядом моего парня, который, получив от Лоча портрет Мариуса, стал невероятно мрачным — радостная улыбка сползала с его лица с такой скоростью, словно брабуг слизал.

О боги, ну почему все всегда так нелепо?

— Это все ничего не… — я замялась, не зная как продолжить под тяжёлым взглядом Итана.

— Означает, что твои родители не в курсе про меня и наши отношения, — закончил за меня парень, а я поперхнулась возмущением.

Можно подумать, его родители про меня в курсе! Да мы даже не выходили никуда вместе! Хотя, куда можно вообще выйти из закрытого учебного заведения? Но ведь я же не бешусь по этому поводу! (Я пока что эмоционально стабильна — умиротворенное гладкое озеро в штиль, пока меня не трогают).

— Брось, Ит, — встряла в разговор Пени, а я напряглась так, что все мышцы одеревенели — мне только этой рыжей не хватает. — Можно подумать, твои родители не заваливали тебя портретами девиц. Наверняка даже в этом месяце прислали с десяток портретов перспективных дебютанток.

Что⁈ Кажется, у меня дернулся глаз, потому что Итан на слова рыжей не принялся отнекиваться, а стушевался, словно его подловили на горячем. Это как понимать⁈

— Сегодня в Академию прибудет мой отец, — после минутной заминки заговорил Итан, при этом его руки то взлохмачивали челку, то мяли портрет Мариуса, то лезли в карманы, отчего закрадывалось подозрение, что парень смущен. Хотя, такое разве возможно?

— Я хочу представить тебя ему.

Ой! Кажется, я только что не туда подумала. Вот кто моими мыслями управляет, что потом совершенно невинное желание вылезает боком? Может, не надо, а? Я не так давно видела портрет главы рода Крейн и жутко впечатлилась. Там один только взгляд замораживал не хуже зонтика нашего куратора лэс Маршелин. Да что зонтик — там явно железные кинжалы переваривали все десять предыдущих поколений.

Что-то подсказывало мне, что, чтобы понравиться этому суровому мужчине, нужно вывернуться наизнанку. И не факт, что удастся заинтересовать.

— Эм, а это обязательно? Может, как-нибудь без меня пообщаетесь?

Никогда не тушевалась при знакомстве с родителями молодых людей, а тут даже сердце куда-то поскакало от страха — явно устремилось в пятки прятаться.

— Я обратился к брату за содействием, чтобы тебе позволили проходить практику в гарнизоне Шаяг, но без согласия главы рода ничего не получится.

Вот же брагбуг в тапочках! Хотела попасть на практику в гарнизон вместе с Итаном, но после событий с Чарой и Пени все из головы вылетело — суд оказался той еще встряской для моего организма. А Итан, значит, тоже со своей стороны пытался мне помочь.

— А разве гарнизон не закрыли для практики? — спросила рыжая Пени, которая даже не собиралась отходить от нас: стояла и слушала, словно была членом нашей компании. Что за беспардонность? Но возмущение пришлось немного придержать, ведь вопросы девушка задавала интересные. И почему я о подобном не знаю?

— А ты-то откуда знаешь? — задал вопрос Лоч, причем не слишком дружелюбно, словно ему тоже сей факт был неизвестен.

— Так мне Гровер рассказал, — удивил меня ответ этой рыжей.

А что за Гровер? Это… это… Ах, да, секретарь ректора! Полезные знакомства водит эта рыжая.

— Как раз в тот день, когда нас с Чарой Эдера связала, Гровер сообщил мне, что практику в гарнизоне отменили, но не для тех, кто был одобрен до нового года.

Пени начала рассказ весело и задорно, но ближе к концу стушевалась под моим мрачным взглядом, который тяжелел от каждого упоминания мини-пони и ее связи с рыжей девицей. Вот что она за человек — прямо по больному бьет, ведь я до сих пор чувствую стыд за свое поведение, а порой и злость на этих двоих, что им понравилось быть связанными друг с другом. Что за напасть? Словно ревную, честное слово.

Но стоило бы прислушаться к рассказу Пени — наверняка, там еще не конец.

— Мое имя в списки внесли еще в прошлом году, ну, когда мы с Итаном были помолвлены.

Оказывается, меня много что раздражает в рыжей девице: связь с Чарой, помолвка с Итаном… Ее допускают в гарнизон, а меня депортируют из королевства. Жуть! Хорошо, что на мне блокирующие браслеты, а то дым уже их ушей готов валить, словно я одно из иномирных чудовищ. Надеюсь, я не позеленела от злости?

— Значит, твое обращение к брату было бессмысленным! — слишком радостно начала я и тут же немного убавила счастья, закончив немного уныло. — Так что в знакомстве твоего отца со мной нет необходимости…

И главное, в этот момент не выдохнуть облегченно, словно я избегаю общаться с родственниками своего парня. К такому, вообще-то, нужно готовиться заранее, причем сильно заранее. Вот я Итана даже не пугаю перспективами знакомства — пусть дышит свободно… пока.

— Вот вы где! — новое лицо возле нас перехватило на себя все взгляды, а я даже собралась выдохнуть, пока никто не видит, но, видимо, не судьба — следующие слова Гровера, секретаря ректора, заставили подавиться воздухом. — Я вас везде ищу! Крейн, Миович — в кабинет ректора, срочно! Вас желает видеть мэссин Глен Вальтер Крейн!

Да чтоб Гровера по дороге к нам брагбуг слизал, честное слово! Неужели, знакомство с родителем Итана все же не избежать?