В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)

Глава 73 Осуществить план и не провалиться

Итан

Как часто случалось с Лочем, его план строился на устаревших сведениях, отчего все шло вкривь и вкось.

Собственно, план был прост и бесхитростен и никак напрямую не касался Каитаны Роскин, внучки короля, сосланной в гарнизон Шаяг, что, скорее всего, и подкупило Итана. Ну а как прикажете рассчитывать на безбашенную принцессу, которая и дар усмирить не может, и ведет себя безответственно?

Отправила курс в другую академию.

Устроила выход иномирных чудовищ из портала.

Ввалилась в спальню к правителю соседнего королевства.

Сбежала с собственной свадьбы.

Список, наверняка, можно было бы и продолжить, но Итан знал только это: из новостных листов и от брата, которому не повезло приютить в гарнизоне эту рыжую принцессу.

Перечисление «подвигов» принцессы впечатлило мужчин и фамильяров, а вот девушки были иного мнения. Они не слишком прониклись опасениями Итана и посетовали, что план строится не на Каитане. Так прямо и сказали, что подобная творческая личность гораздо быстрее проникнется проблемами четверых влюбленных, чем министерский сухарь.

Как оказалось, что влюбленных стало не два, а четыре? Лоч за свои идеи потребовал комиссию в виде возможности и себе отменить продление безсемейной жизни на пять лет. Смотрел парень при этом исключительно на Долли, которая усиленно отводила взгляд и краснела от удовольствия — смущением в ее случае даже и не пахло.

Ну, а кто такой этот министерский сухарь, которого упомянули девушки? Им оказался старший из сыновей министра безопасности Магнума Калаи, Ромун Алан Калаи. Мужчина до недавних пор был куратором принцессы Каитаны, а после её перемещения с боевым курсом в южный Сторен был переведён в помощники к собственному отцу, правда ненадолго. По сведениям Лоча старший из братьев вернулся к обязанностям куратора принцессы и должен был находиться в Шаяге.

Вот на нахождении Ромуна в Шаяге и строился весь «гениальный» план Лоча. По этому плану Итану с поддержкой Глена нужно было всего лишь обратиться к Ромуну с просьбой перевести в гарнизон Эдеру, ведь среди тех адептов, кого согласовали на прохождение практики в Шаяге, не было ни одного артефактора. А выдающиеся способности можно было продемонстрировать как раз тем камушком, который Эдера напитала силой.

На крайний случай Лоч милостиво предложил действовать через принцессу: преподнести ей в подарок артефакт и попросить посодействовать. Ну, еще упомянуть о друзьях, что томятся в подобной ситуации, благодаря «призу» от лаутуса. Правда, Итан, помня, как они с Каитаной не слишком хорошо ладили и считали друг друга снобами и зазнайками, на помощь принцессы не рассчитывал.

И как всегда бывает у Лоча, план пошел не по плану. Вот такой каламбур вышел.

Стоило пройти порталом в гарнизон, как на них, нескольких адептов, согласованных министерством безопасности, напали иномирные магические животные, не похожие ни на одно из тех, кого изучали в академии. Фиолетовые волосатые шары величиной с взрослого человека среднего роста прыгали и кружились, скаля зубастые пасти, вращая огромными глазищами и истерично стрекоча, причем эти волосатые шары грызли пространство перед открывшимся порталом, отчего образовывалась дыра в другой мир. С той стороны как раз готовились к выходу несколько страшных монстров, знакомых каждому адепту боевой академии по справочнику, и капали ядовитой слюной на землю, готовясь растерзать с десяток детей и женщин, сбившихся в гомонящую кучку.

В академии хорошо готовили к внезапному нападению иномирных монстров, потому, едва перешагнув портал, все адепты вступили в бой, следуя строгой инструкции, что вдалбливалась в головы годами: выставили защиту вокруг детей и женщин, оттеснили монстров, мешающих закрытию порталов, организовали оборону зияющей пропехи и приступили к сшиванию дыры между мирами.

Дыра не закрывалась… и инструкция, по которой после определенных действий любая прореха в пространстве должна затянуться, была ей не указ. И даже объединение в связку, от которой потом потянулась сеть для закрытия межмирового портала, не помогло, даже, кажется, стало хуже. Вот и верь после такого в инструкции и заветы предков.

— Какого брабуга тут происходит? — Итан услышал за спиной рык брата, но даже не почувствовал облегчения, потому что отвлекаться было нельзя ни на мгновение: чудовища подобрались к кромке портала, который, не смотря на все канонические действия адептов, не желал закрываться — только расширялся.

— Каитана, это опять твоих рук дело? — послышался другой рык, совершенно незнакомый, но настолько строгий, что будь на месте принцессы какой-нибудь адепт-первокурсник, то скончался бы на месте.

— Тетя Каи не виновата! — зарыдали на десять голосов дети, окутанные защитной сетью. — Это все они Лапушку обидели! А он друга встретил, и они вместе дыру зализывали!

Почему-то Итану показалось, что обидчиком неизвестного Лапушки назначили его с сокурсниками, даже меж лопаток запекло, словно десять указательных пальцев гневно размахивали в его сторону.

— Адепты, беру ответственность за ситуацию на себя! Опустить артефакты, развеять заклинания!

Голос Глена был властным и суровым, а команда отдана четко и однозначно, потому все без исключения подчинились, хотя внутри все вопило о неправильности ситуации и требовало продолжать защищать детей и женщин. Даже заклинания, вытягивающие последние силы, развеивались нехотя, словно ожидали, что ситуация вернется в правильное русло и потребуется снова защищать.

На глазах у удивленных адептов из толпы детей и женщин выскочила какая-то рыжая девица в ярком одеянии и, одним взмахом руки освободив фиолетовых волосатых монстров от пеленающей сети, отправилась вместе с этими шарами к порталу, чьи края истончались и расползались, делая проход в чужой мир шире.

— Лапушка, ты справа, — скомандовала рыжая девица фиолетовому шару, который выглядел больше, и принялась латать дыру каким-то специфическим заклинанием, которого Итан никогда не видел даже в древних фамильных фолиантах.

И у них получалось! А когда в дело вступил второй волосатый шар, то портал затянулся в считанные мгновения.

И вот уже никаких признаков, что на поляне перед воротами гарнизона, куда вышли адепты боевой академии, открывался межмировой портал, из которого готовы были выскочить жуткие монстры. На поляне остались стоять обескураженные и немного растерянные адепты, рассерженный Глен с каким-то боевиком, отдаленно похожим на министра безопасности, всклокоченные волосатые шары, дожевывающие артефакты, которые побросали сокурсники Итана, рыжая девица, вернее принцесса Каитана, и зареванные дети, все как один с непонятной злостью смотрящие на вновь прибывших адептов.

Похоже, впереди были обвинения и разбирательства, но в тот момент Итану не до чего не было дела. Лапушка, фиолетовый волосатый монстр, присмотрел на груди парня неразряженный артефакт, предназначенный удивить министра безопасности или даже короля, и резко захлопнул пасть прямо на золотой цепочке, едва не свернув шею парню.

Когда Эдера вешала артефакт с цепочкой на шею Итана, она сказала, что только жуткое невезение может сорвать с его шеи неповторимую во всех смыслах подвеску и разорвать звенья цепочки, так что до подобного лучше не доводить — можно без головы остаться. Именно это Итан и почувствовал, когда припечатался грудью и лицом к морде монстра и попытался оттолкнуть волосатую пасть. Пусть головы он еще не лишился, но шея уже трещала под напором проголодавшегося монстра, и из глаз сыпались искры.

— Отпусти артефакт, чудовище! — Итан сам рыкнул не хуже брата, попытался оттолкнуть волосатого монстра и не поверил собственным ушам, потому что два восклицания, одно абсурднее другого взвились в воздухе.

— Лапуш хочет кушать! Вкусненький камушек!

— Он ударил Лапушку! Бей его!

Детский призыв к действию услышали все, и на Итана обрушились несильные, но жутко раздражающие детские удары кулаков, от которых даже увернуться не удавалось.

Ужас и сумасшествие, одним словом… И точно ни одного шага в сторону плана.