В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)

Глава 76 Техника безопасности

Эдера

Тем временем вокруг начало твориться что-то непонятное.

Сначала открылся портал, из которого вышли военные гарнизона, крепко сбитые суровые мужчины в форме, а следом и адепты нашей академии, Немного встревоженные, но с предвкушением сражения на молодых открытых лицах. Среди адептов я увидела Итана, и сердце сразу ухнуло вниз, чтобы воспарив из бездны, полной тоски, затрепетать от радости. Что-то меня опять штормит, но сейчас хотя бы в лучшую сторону.

Мой парень сразу нашел меня взглядом и широко улыбнулся, но ему буквально мгновения хватило, чтобы оценить обстановку, и улыбка сползла с его лица. То, как внимательно и пристально Итан осматривал меня со своего места, как хмурился и покусывал нижнюю губу, говорило совершенно точно: ему не нравилось то, что он видел вокруг. И понять ситуацию с первого шага из портала не получилось, хотя будущих боевиков этому пытались научить из года в год.

Мужчины тем временем обступили детей, мягко, но твердо оттеснив от обоих брабугов и укрыв защитным полем для надежности. Сделали все быстро и слаженно, также быстро, как после них ловцы лаутуса обступили фиолетовых чудовищ.

— Принцесса, отзовите своего фамильяра, — строго приказал лаутус, подступая к брабугам на несколько шагов, — иначе он может пострадать: не хотелось бы оправдываться, что повредил фамильяра принцессы.

— Не трогайте Фиолетика! — принцесса осторожно опустила белого кота на землю и, сделав несколько шагов наперерез лаутусу, закрыла фиолетовых брабугов спиной. — Это ваши действия делают его агрессивным!

— Каитана, отойдите немедленно! — потребовал стратог Крейн, почти не глядя на принцессу. Мужчина буквально несколькими жестами и парой взглядов в сторону своих подчиненных произвел в их рядах дислокацию, отчего галдящие дети оказались гораздо ближе к крепостной стене, а брабугов кольцом окружили адепты академии. Как ловцы оказались оттеснены от фиолетовых монстров — не понятно, но факт остается фактом — за спиной принцессы, между нею и монстрами, встали боевики гарнизона.

— Не позволю трогать моего питомца! — не сдвинувшись с места, заявила принцесса, а я даже ее зауважала.

Мне очень редко доводилось видеть, чтобы так рьяно отстаивали магических животных. Владея питомником, я чаще сталкивалась с теми, кто сдавался перед непонятным поведением животных, предпочитая отказаться от магического друга, чем разбираться в причине его поведения. Сейчас даже самым неосведомленным из нас, кто присутствовал на поляне с самого начала действия, было очевидно, что злиться брабуг начал из-за сети, причиняющей боль и неприятные ощущения.

— Какие у вас невоспитанные практиканты, стратог Крейн, — едко заметил лаутус Чарит, тоже парой взглядов перестроив своих ловцов, и уже те оказались ближе к брабугам. — Должно быть, вы не часто заставляете их повторять технику безопасности в гарнизоне. Мои, как видите, обучены гораздо лучше и подчиняются беспрекословно.

Я в тот момент смотрела на Итана (да я бы в любой момент на него смотрела), потому сразу отметила, как он дернулся от слов лаутуса и перевел хмурый взгляд на брата. Стратога фраза Чарита не заставила ни нервничать, ни беспокоиться, ни оправдываться, но взгляд у Крейна-старшего стал презрительным и предназначался целиком нашему начальнику.

— В моем гарнизоне технику безопасности изучают все без исключения, лаутус Чарит. И все тексты одобрены Его Величеством — вам ли не знать, как наш король щепетилен к чистоте текстов, предназначенных для использования на границах королевства.

— Благо мое ведомство к границам относится по стольку поскольку, иначе бы все новички в моем отряде высказывали бы свое личное мнение, а не следовали инструкции.

Разговор мужчин казался мне каким-то непонятным смешением букв и слов, словно я вновь потеряла артефакт-перевозчик, но потом что-то изменилось. По мере того, как хмурились лица боевиков гарнизона, как удивленно вытягивались лица адептов, причем и сокурсников Итана, и его соратников по команде, оказавшихся по воле случая на стороне лаутуса, я начала осознавать, что в этом всем есть грандиозный смысл. Оставалось только его понять.

— Вы же не хотите сказать, лаутус, что в вашем ведомстве до сих пор применяют старые тексты техники безопасности? — вкрадчиво проговорил молодой черноволосый мужчина, вышедший вместе с боевиками гарнизона, но одетый как аристократ, а не военный.

Мужчина встал близко к нам, перекрыв спиной обзор принцессе на лаутуса, а лаутусу — на принцессу и брабугов. Чарит только хмыкнул, оценив маневр — мужчина явно защищал принцессу Каитану от возможной опасности со стороны нашей группы.

— Его Величество не отменил данный пункт, так что да, до сих пор применяют и весьма успешно. Кстати, раз уж речь зашла о том, что второй фиолетовый монстр может оказаться питомцем принцессы, предлагаю сразу на месте оценить степень связи между ними. Принцесса Каитана, вы же не будете против?

Принцесса выглянула из-за спины своего защитника и с недобрым прищуром оглядела лаутуса.

— И кто же оценит эту связь? Уж не вы ли, лаутус Чарит?

— Конечно не я, принцесса — я не обладаю подобной магией, как и мои ловцы. Но среди моих адептов есть как раз именно такой человек. Адепт Крейн, вы же догадываетесь, кого я имею ввиду.

Адепт Крейн догадывался, а следом догадалась и я, ощутив очередную вспышку гнева, тут же задушенную артефактом. Брабуг в тапочках! Да пусть только попробует приказать мне! (Боги, кажется, пора для ругательств искать другое слово, так как «брабуг в тапочках» будет теперь ассоциироваться с этими фиолетовыми волосатиками).

— Адептка Миович, будьте столь любезны, — медовой патокой полились слова лаутуса, вызывая во мне все больше раздражения, — продемонстрируйте свои недюжие способности в определении и демонстрации магических связей. Вы же чудесно с этим справились в академии.

Зараза! Даже не спросил, желаю ли я или имею ли сейчас соответствующие силы для подобной демонстрации. Да на вот этого монстра мне все силы понадобятся, чтобы хотя бы часть потоков открыть и показать окружающим. А вот не пойду! Не заставишь!

Только ноги меня уже несли вперед помимо моей воли, а глаза от удивления полезли на лоб, потому что и руки принялись выплетать все необходимые заклинания. Без ошибок. Без усилий. Без моего согласия. Словно я послушная кукла, марионетка.

— Вы не имеете права подчинять себе представительницу чужого королевства! — взвился над нами гневный голос Итана, который уже шел в нашу сторону с заготовленным боевым заклинанием в руках, но был перехвачен тем мужчиной, что прикрывал собой принцессу.

Не знаю, что шепнул тот мужчина Итану, но мой жених остановился, не дойдя до лаутуса несколько шагов, но вот заклинание так и не убрал с руки, готовый бить на поражение.

— Я действую в границах протокола и своих полномочий в качестве наставника у практикантов — ничего личного и ничего сверх этого. Как видите, адептка Миович исполняет приказ добровольно и без принуждения именно по этой причине — все согласно технике безопасности. Вот прикажи я ей поцеловать… допустим, вас, мэссин Калаи, то мог бы получить ответный удар от самой адептки.

Я обернулась, предвкушая, как устрою лаутусу бой с иномирным монстром за то, что он посмел подчинить меня, но в тот момент, когда наши взгляды встретились, мужчина холодно процедил.

— Не отвлекайтесь, адептка Миович, продолжайте — нам очень важно узнать, имеется ли связь подчинения между этим монстром и принцессой. И заметьте, какова сила обычной техники безопасности — против нее вам сложно идти. Это вам не оды в академии зачитывать.

И вот только тут меня осенило: ода!

В первые дни в академии мы посещали уроки литературы, где, как оказалось, в текст учили вплетать заклинания, чтобы их никто не заметил. Мы не особо вникали в суть, ведь подобное больше нужно будущим боевикам, а не бытовикам или зоомагам, потому зачет сдали и забыли. Да и кому было интересно читать, что в некоторых ведомствах до сих пор в устав вплетены подчиняющие заклинания, чтобы в моменты опасности служащие выполняли приказы беспрекословно? Мы вообще не планировали в тот момент оставаться в Кронстоне, а уж тем более работать в таких ведомствах. Оказывается, у богов есть чувство юмора и оно весьма специфическое.

А руки тем временем с удвоенной скоростью плели заклинания, которые пробирались все глубже и глубже в магические слои брабуга, не встречая на своем пути ни сопротивления, ни признаков какой-либо привязки, словно… словно магическое животное еще слишком юное, чтобы иметь и то и другое. И что с ним хочет сделать лаутус? Неужели уничтожить?

Я содрогнулась от ужасной перспективы, но даже такие эмоции не помогли скинуть навязанное подчинение — неплохо с нами поработали ловцы, заставляя по десять раз в день повторять технику безопасности. Оказывается, вот для чего это нужно лаутусу. Для таких вот моментов. Но почему он так себя ведет? Хотя, нашла о чем думать — о мотивах лаутуса, словно мне сейчас своих проблем не хватает. Во что бы то ни стало нужно выйти из подчинения, пока мужчина не приказал что-нибудь похуже в рамках протокола и техники безопасности.

И словно он ждал этих моих мыслей.

— Достаточно, лэсси Миович, — четко, словно рассекая воздух клинком, лаутус отдал следующий приказ. — Адепт Тостен, адепт Крейн, прошу подтвердить отсутствие связи подчинения между принцессой и брабугом.

Итан заметно вздрогнул и принялся внимательно осматривать те нити, что демонстрировало мое заклинание, а я пыталась понять, что в данной ситуации могу сделать я сама, чтобы спасти животное.

Я видела, как военные, что оттесняли детей ближе к крепостной стене, смогли доставить «ценный, но усиленно сопротивляющийся» груз на территорию гарнизона и вернулись обратно, встав рядом со своим стратогом.

Ловцы, что обступили обоих брабугов, уже готовили боевые заклинания, если вдруг придется отбиваться, но верилось в подобное с трудом, ведь стратог, хоть и мрачнел все больше, но не отдал еще ни одного приказа против лаутуса. Возможно, у нашего начальника полномочий относительно магических животных гораздо больше, чем у начальника гарнизона.

Лаутус сделал еще несколько шагов в сторону брабугов и остановился ровно рядом со мной, словно мы с ним соратники в общем деле, а не маг, дергающий за веревочки марионетку. И еще он так плотоядно смотрел на брабуга, так предвкушающе и обманчиво незаинтересованно, что мне стало казаться, будто именно в брабуге дело. Еще одна игрушка? Подопытный? Жертва эксперимента? Брррр, какие-то ужасы в голову лезут.

— Адепт Тостен, я не слышу вашего слова, — процедил лаутус, скрипнув зубами. Рассердился из-за минутной заминки? Странно вести себя подобным образом перед тем, как уничтожить магическое животное.

Внутри у меня все сжималось в тугой нервный узел от желания что-то сделать, как-то помочь животному. Мысли метались в панике, не находя решения, а взгляд то и дело перемещался между принцессой, Итаном и стратогом, словно они могли подсказать, как поступить, что сделать, чем помочь. Ну, хоть бы портал открыли, что ли? Что ж они ничего не делают для спасения принцессиного питомца?

— Подчиняющей связи не наблюдаю, как и не наблюдаю связи фамильяра или возможности в будущем стать чьим либо фамильяром, а так же возможной разумности существа, — проговорил один из тех адептов, что прибыли в отряд лаутуса по собственному желанию из другой академии. Сказал все четко, по пунктам разложил все отягощающие вину обстоятельства, отчего в груди заскребло противным нехорошим предчувствием.

— Подтверждаю, — холодно и отстраненно повторил следом Итан, и я даже пригляделась к нему на всякий случай: уж не под подчиняющим ли он заклинанием? Признаков подчинения не было, но сухой кивок стратога сказал о том, что старший брат как-то подтолкнул младшего к «правильному» ответу.

— Стратог Крейн, прошу и вас подтвердить, что никакой связи не наблюдаете и что животные опасны, так как под действием обстоятельств становятся непредсказуемыми и начинают проедать ткань между мирами. Вы же знаете, как опасны вот такие неотслеживаемые проходы.

— Обстоятельства сформированы искусственно, — процедил стратог, делая предупреждающий жест в сторону принцессы — девушка стояла со сжатыми кулаками и испепеляла взглядом лаутуса Чарита. Ну, вот почему же она-то не вмешивается?

— Это как-то отменяет опасность открытия порталов в мир чудовищ? — голос лаутуса был ядовитым, а в руках начала формироваться еще одна сеть с черными искрами, которые опадая на зеленую траву, прожигали в листочках дыры. Через мгновение трава в месте встречи с искрами опала пеплом, а я услышала ошеломленный вздох почти всех магов на поляне. Почти, потому что ловцы посмотрели на пепел от травы как на что-то обыденное и привычное. А я просто забыла, что должна дышать.

Как? Зачем? Это вот этим лаутус собирается уничтожать брабуга?

Я дернулась, отшатнувшись от лаутуса, и едва не споткнулась о Руфи, которая, подражая обычным котам, терлась о мои ноги. То, что приказ стоять на месте перестал действовать, перекрытый следующим приказом, немного успокаивало, но теперь стало немного боязно за мантикору — вдруг ее снова сочтут неблагонадежным животным, хотя фамильяры никогда не подвергались радикальным мерам. Я присела и попыталась незаметно оттолкнуть черную кошку подальше от себя, да только нахалка вцепилась когтями в рукав кожаной куртки и принялась тереться, тарахтя так громко, что я едва слышала, что дальше сказал лаутус.

— Ловец Атаик, подскажите друзьям-адептам, что согласно протоколу наш отряд должен сделать с этим животным и в каком случае?

Суровый черноволосый мужчина с квадратной челюстью и таким же квадратным мозгом странным жестом размял шею, словно готовился к ближнему бою, и только затем ответил на вопрос.

— Если вам не удастся подчинить чудовище или наладить связь, сделав своим фамильяром, то животное подлежит уничтожению, — скупо, но вполне четко ответил Атаик.

— Почему же только мне, — картинно удивился лаутус, посматривая явно в мою сторону — у меня даже макушка зачесалась от настойчивого взгляда. — Любой ловец может заполучить в фамильяры иномирное чудовище.

— Только если случится мировая катастрофа, — фыркнул Атаик и принялся плести похожую сеть, рассыпающую вокруг чёрные искры. — А так, никто кроме вас на такое не подпишется — слишком умных нет, чтобы о таком удумать, а сил на фамильяра из другого мира нужно прорва. Так что уничтожение.

— Ну, возможно, наша уникальная адаптка решит сделать доброе дело и спасет брабуга?

Лаутус вроде бы ответил шутя, но я, подняв глаза от мантикоры, наткнулась на вполне серьезный взгляд мужчины. Он что же, хочет брабуга себе в фамильяры? Для чего ему это существо, которое от страха или гнева проест дыру к настоящим чудовищам? Хочет переплюнуть принцессу или одного из древнейших магов, кто первым приручил нечто похожее?

Наверное, чтобы спасти волосатика, я бы привязала его к кому-нибудь, но не к лаутусу же. Или даже к нему? Только вот незадача: ни одной нити, с которой можно было бы работать, от Фиолетика не отходило — он, почувствовав угрозу, стал невероятно гладким в магическом плане.

Пока я обдумывала эту мысль, Руфи, обиженная моей невнимательностью, полосанула когтями-лезвиями по рукаву и даже зацепила тыльную сторону ладони. Больно же!

Хотела отругать, выплеснув весь накопившейся за разлуку гнев, да только черный хвост уже мельтешил мимо брабугов в сторону Итана, а у меня в ладони лежал мой артефакт, благодаря которому я должна была оказаться в гарнизоне намного раньше. Но зато стало понятно, почему я до сих пор под начальством лаутуса, а не стратога: артефакт был безнадежно высушен. Кто-то целенаправленно выпил всю мою магию, что я вложила в заготовку, и заменил своей. Судя по магическому фону…

— Так что, адаптка Мирович, вы попробуете привязать ко мне фамильяра или вам отдать приказ? Смотрите, приказ может оказаться гораздо жестче, чем просьба, и не обязательно о привязке фамильяра.

Так бы и дала ему в лоб. Нет, он точно захотел фамильяра — вон как настаивает и намекает, даже угрожает. К сожалению, в одном Атаик прав: силы для поддержки такого фамильяра потребуется очень много. Это нужно иметь артефакт, аккумулирующий энергию, или быть самим как артефакт, изменяющий баланс мира. Вон, как принцесса, но даже она не в состоянии удержать двух фамильяров-брабугов. Она или лаутус… или…

Я оглядела поляну, пытаясь понять, к кому можно попытаться привязать животное, но не находила подходящей силы. Хоть самой обзаводись третьим фамильяром! Ну а что, магию мою он из артефакта впитал, свою в артефакт влил (странно, что не работает при таком-то уровне магии внутри), но почему-то все внутри сопротивлялось подобному решению проблемы. Да внутри у меня вообще зрел бунт — я была категорически против того, чтобы фамильяром становилось юное, неокрепшее существо. Эх, почему мне не приходит в голову ни одного решения проблемы? Есть же выход! Он просто обязан быть!

Я еще раз пытливо осмотрела поляну и только тогда заметила, что Итан и Каитана пытаются незаметно сплести заклинание для открытия портала возле плененного брабуга. Старший из фиолетовых волосатиков, который был фамильяром принцессы, усиленно зализывал дыры — те самые, что они со вторым брабугом на пару прожгли в пространстве. Кстати, оба затихли, словно затаились, выжидая удобный момент то ли для побега, то ли для нападения. Выглядело бы все вполне спокойно, если бы не два оцепления вокруг этой пасторали и не черная сеть лаутуса, опаляющая тленом все живое.

Сеть выглядела на столько угрожающе, что стало до отвращения страшно, причем не за себя или брабугов, а за Итана и Каитану, потому что они вот точно не успеют ничего сделать — сами попадут под удар. Кажется, против ТАКОГО заклинания ни у кого не было защиты. И, выходит, у меня другого решения и нет вовсе, потому что между выбором спасти или не спасти животное я и сейчас выбрала именно СПАСТИ. Значит, будем спасать, причиняя хорошее всем, кто рядом, даже лаутусу.