В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)

Глава 74 Провал и перспективы

Итан

Лапушка оказался фамильяром принцессы Каитаны и любимцем всех детей гарнизона, так что Итану безумно повезло, что в процессе перетягивания артефакта победил фиолетовый волосатый шар, а сам Итан остался с целыми шеей и головой, пусть и немного побитый детьми, четверо из которых были его племянниками.

Позже, конечно, всех адептов ознакомили с ситуацией в гарнизоне, которую вновь прибывшим пришлось принять как данность: им придется жить и работать бок о бок не только с детьми, которые знали про межмировые порталы и иномирных монстров больше, чем будущие выпускники боевой академии, но и с самими иномирными монстрами. Эти монстры, к слову, оказались брабугами, кем во всех других местах пугали детей, их именами ругались взрослые всех возрастов и званий, их поминали во всех отвратительных ситуациях, происходивших с человеком с рождения и до самой смерти.

И вот эти монстры спокойно жили в гарнизоне, а адептов, не подтвердивших свое семейное положение, отселили за стену гарнизона, на болото в палатки, если уж быть точными.

И ко всему этому добавились еще два или три незначительных нюанса.

Племянники просто ненавидели Итана, за то, что тот не дал Лапушке съесть артефакт и вообще обидел их любимца. Детская месть поджидала его буквально на каждом шагу в виде мелких, но вполне ощутимых неприятностей: крысиные экскременты в сапогах, сажа в карманах брюк, возбуждающие капли в корме у Руффи, отчего мантикора становилась обычной кошкой, нанюхавшейся цветов валерианы. Итан ходил, испачканный в саже, пахнущий непонятно чем, да к тому же его сапоги и штаны постоянно подвергались покушениям со стороны Руффи, полюбившей точить когти обо все, что попадалось на пути.

Жена Глена ненавидела Итана, да и всех вновь прибывших адептов, потому что они своими действиями напугали детей, и теперь у всех четверых стресс: они боятся засыпать в кроватях и постоянно убегают к брабугам, рядом с которыми «спокойно и не страшно».

Каитана слышать ничего не хотела об адепте, который едва не выдрал зубы ее фамильяру, пытаясь не выпустить из рук никому не нужный артефакт. И даже не принимала в расчет, что фамильяр сам зацепился за заговоренную цепочку и едва не лишил Итана головы. Когда Итан сдался, артефакт все же оказался у брабуга, но принцесса со словами «не тащи в рот всякую гадость» вернула обслюнявленный камень Итану.

После того как артефакт встретился со слюной брабуга, магические свойства в нем то ли иссякли, то ли заблокировались, так что Итан даже не смог продемонстрировать камень в деле, не говоря уже о том, чтобы впечатлить кого-то способностями начинающего артефактера в лице подданной из другого королевства.

Далее по списку нюансов, так похожих на настоящие неприятности, шла новость, что в Шаяге находится не тот Калаи. Артур Калаи хоть и был сыном министра, но ни к деятельности отца, ни к работе брата не имел отношения, а сам только недавно перевелся в гарнизон из академии в Соверене. В общем, был бесполезен, потому что с подозрением отнесся к вновь прибывшим адептам, разделившим с ним болота и палатки, и тратил почти все время, отслеживая, чтобы принцесса не пугалась и не нервничала, опасаясь повторения ситуации с внезапно открывшимся межмировым порталом.

И еще, но это касалось больше брата, чем самого Итана: в гарнизоне завелся второй брабуг, совершенно неуправляемый, хоть и милый. Волосатый фиолетовый шар, со слов принцессы, был гораздо моложе ее фамильяра, потому любопытным и своевольным, а еще прибыл в гарнизон из другой местности в пространстве между мирами, потому не понимал другого фамильяра и не признавал за ним авторитет.

Волосатый шар все воспринимал как игру, не понимал сородича и не дела и отказывался подчиняться, сбрасывая любое подчиняющее заклинание, чем доводил Глена до холодной испарины. Брат, к собственному сожалению, сделать что-то кардинальное не мог, потому что за второго брабуга горой встали дети, а следом и их матери, вы смотревшие в монстре отличную няньку.

— Прости, брат, что твой вопрос не смог решить, — вечером, после всех передряг и разбирательств, сказал Глен, наливая Итану из фарфорового чайника темную жидкость, резко пахнущую крепким разнотравьем. — Но ты видишь, какой у меня здесь дом для умалишенных?

— Я просто не потяну ещё и необычных артефакторов, зоомагов, недоделанных бытовиков. К сожалению, я даже с королём согласен, что вам тут не место: слишком отчаянные, потому что за спиной у вас никого нет. Все, что могу, это поселить вас за стеной, чтобы не давлело это предписание короля на счет семейственности. В конце концов, вы же не Артур, у которого невеста как раз в гарнизоне: вам какая разница, где жить.

Итан сделал большой глоток и едва не подавился, ощутив, как разнотравье огнём прокатилось по горлу и ухнуло в желудок. На ошарашенный взгляд брат ответил кривой ухмылкой и уверенным ответным глотком из белой фарфоровой чашки. Знала бы мать, где используют её фамильный сервиз, переданный невестке в качестве свадебного подарка. Нет, лучше ей не знать.

— Без чудовищ и порталов нам не засчитают практику, — напомнил Итан брату, закидывая в рот сочную кислую ягоду коняки.

— Могу отправлять к вам время от времени Каитану, а Артура куда-нибудь в топи, пока вы его невесту тут пугать будете, — предложение показалось весьма авантюрным и опасным, ведь Артур Калаи был отнюдь не маменькиным сыночком, не знающим, с какой руки бить в челюсть. — Сколько вам нужно раз закрыть порталы и отправить чудовищ в их мир? Десять? За две недели можно закрыть практику, а потом хоть к лаутусу отправляйся, хоть в Соверен с будущими родственниками знакомиться.

Его брат сидел в кресле напротив и был живым отражением самого Итана, только взрослее и утомленнее, но в собственном доме, вне стен кабинета, рядом с детьми и женой ещё и значительно счастливее. Итану даже показалось, что на мгновение в кресле напротив он увидел свое будущее, и впервые не содрогнулся от перспектив, а искренне пожелал их: любимую женщину рядом, детей, призвание.

— Я больше переживаю за Эдеру, — признался Итан, глядя брату в глаза, но там отражалось лишь непонимание, потому остро чувствовал необходимость объясниться.

— Пойми, магический контроль за животными — это не про сострадание, хотя, думаю, и такое бывает. Лаутус Чарит и его отряд подверг проверке и уничтожению больше магических животных, чем адепты в Академии за все годы её существования. А Эдера ради любой козявки может броситься наперерез заклинанию. Я не хочу, чтобы она подвергалась опасности. И не хочу, чтобы Чарит даже думал о том, что может изменить или сломать её под свои нужды.

— Ну, судя по рассказу отца, твоя девушка…

— Невеста! — тут же поправил Итан, не желая, чтобы хоть кто-то в семь воспринимал их с Эдерой помолвку не серьезно.

— … твоя невеста, — тут же исправился брат, не пытаясь иронизировать или насмехаться, — не такая уж безобидная белочка, как ты описываешь. Не испугалась же она того мражника, что отец таскает в клетке.

Итан вспомнил день, когда отец явился в академию для проверки новой пассии сына, а ушел с фамильяром, и расхохотался. Лицо отца стоило того, чтобы несколько минут напряженно готовиться дать ему отпор, если вдруг Крейн-старший вздумает обижать или оскорблять любимую девушку Итана.

— Не испугалась… — согласился Итан. — Потому и не хочу, чтобы на нее давили, ведь тогда она может попасть в неприятность. Один щелчок пальцев, и вокруг нее все обзаводятся фамильярами, даже если это не запротоколированное животное. Кто-то может оказаться сильно против такого подарка.

— Хочешь сказать, что это она привязала к отцу мражника? — глаза Глена вспыхнули азартом, но под внимательным и строгим взглядом Итана тут же потухли, словно и не было этой вспышки. Может, показалось?

— Теперь это никто не сможет подтвердить — прошло слишком много времени, — ответил Итан и постарался перевести тему на более безопасную. — Так ты видел эту страшилку?

— Хуже, эту страшилку видел весь гарнизон: отец был здесь незадолго до вашего появления, — хохотнул Глен и вдруг что-то вспомнил. — Кстати, Каитана с этим чудищем сюсюкалась, словно он милашка, так что вам придется проявить фантазию, чтобы она испугалась и открыла межмировой портал. Без принцессы вам придется тут все лето просидеть безвылазно, ожидая стандартных порталов с чудовищами.

— Мы что-нибудь придумаем, брат, обязательно!

Итан точно собирался сделать все, от него зависящее, чтобы закрыть практику как можно быстрее и отправиться к Эдере. Что-то подсказывало ему, что лаутус уже припас для его девочки суровое испытание.