В переплет по обмену – 2, или Академия не выстоит! (СИ)

Эпилог

Эдера, три года спустя

Выйдя из портала, я тут же побежала в кустики хвалиться завтраком. О, Боги, вот что за напасть такая третий день? Да еще и при Итане! Он опять начнет возмущаться, что я со своими экзаменами совсем не отдыхаю. Ну, есть немного, но ведь это же на всеобщее благо! Необученный артефактор — горе в семье! Так моя мама говорит, если что. Раньше она говорила, что зоомаг — горе в семье, но два года назад я получила диплом по зоомагии, так что к этой части моей магии не придраться.

Кстати, в тот же год, почти сразу после получения диплома мы с Итаном поженились, причем, дважды: один раз в Кронстоне, а потом еще раз — в Соверене. Мне и одного раза хватило, но на этом настаивала мама, а Итан с ней не взялся спорить, видимо, все еще был под впечатлением от единственного раза, когда они общались лично и наедине. Мама же вообще, кажется, в любой ситуации на стороне Итана, словно он ее сын, а не я — ее дочь.

— Эди, ты как? — Итан поставил корзину с огромным красным бантом на землю и попытался протиснуться ко мне сквозь живую изгородь, но не получилось — в столице кусты высаживали так плотно, что даже наши фамильяры не всегда могли протиснуться без потерь, а что говорить о людях — мое вот платье уже пострадало, оставив на ветках тонкое изящное кружево. Эх…

— Выглядит лучше, — сообщила Руфи, оглядывая меня с ног до головы.

Да, черная мини-мантикора теперь разговаривает, и я отчаянно ищу составляющие, чтобы создать артефакт молчания. Итан меня в это плане не понимает, потому что по его словам, я же могу терпеть не в меру разговорчивого Ягеля, а Ру говорит всего-то в два раза реже. Ягеля я могу терпеть — это факт, даже смирилась с его сварливостью и паникерством, но Ру — это нечто. Она мало того, что говорит, не задумываясь, так еще и советы мне дает, как себя вести, чтобы удержать самца возле себя. Все советы из жизненного опыта и испробованы на Макеле. Иногда я понимаю своего белого медалиста, что он не спешит заговаривать — Руфи хватает на двоих, а уж вместе с Ягелем…

Кстати, Ру еще считает, что я единственная, кто не прислушивается к ее советам, и в пример приводит Долли, которая, благодаря советам мантикоры, совсем недавно вышла замуж (наконец-то!) за Лоча (естественно), как только прошли «проклятые» три года обязательной отработки у лаутуса Чарита.

Как-то так случилось, что в нашем «походе на гарнизон Шаг» Лоч не принимал участия, а потому оказался единственным, кого не коснулась милость Его Величества, отменившего обязательную трехлетнюю отработку, названную в свое время призом. Вот и пришлось Долли дожидаться три года того дня, когда она сможет стать полноправной мэсс Даркен и крутить мужем на законных основаниях, но это отношения внутри семейства Даркен, и обоих они устраивают.

Сейчас молодожены уже третий месяц разъезжают по двум континентам и называют это путешествие «сладким отпуском», словно до этого у них что-то горькое было, ведь не с кислых же отношений чета Даркет через несколько месяцев обзаведется первенцем, если быть точнее — через пять недель.

— Не хочу торопить, но Мара уже запарилась в корзине, — напомнила вредная черная мантикора и взлетела над кустами.

— Держи, попей и умойся — на тебе лица нет, — Итан протянул мне кружку воды, а потом сам обтер мне лицо мокрым платком Ммм, блаженство! — Что ж с тобой происходит-то? Может, давай я отведу тебя обратно в Шаяг к лекарю? Думаю, нас поймут.

Я представила, как возвращаюсь в гарнизон порталом и меня вновь замутило. Ну, уж нет! Не для того я прошла порталом в столицу, чтобы тут же вернуться!

Я замотала головой, отгоняя подступившую к горлу тошноту, прижалась к Итану и прикрыла глаза, вдыхая его приятный природный запах. Мой муж итак всегда пах приятно, а в последние дни я им просто надышаться не могу.

Может, это все же побочный эффект того артефакта, что я создавала для экзамена? Странный тогда эффект получился — так-то я планировала создать диагностический камень, определяющий совместимость мага и потенциального фамильяра, чтобы не случился эффект аллергической реакции, как у лаутуса три года назад.

Это потом именитые маги и целители принялись изучать неожиданный эффект, получившийся от моей перепривязки брабуга к мужчине, и нашли взаимосвязь между заклинанием праха и протоколом, которые применялись в отряде ловцов, и эффектом отторжения, иссушавшим Чарита до тех пор, пока я не вернула фамильяра принцессе.

Конечно, не все ловцы страдали от подобной аллергии, но выяснилось, что эта болезнь возникала через поколение у детей или внуков тех, кто имел прямое отношение к протоколу. Брр, представить страшно, какой участи я избежала, хотя никакой, даже самой бурной фантазии не хватит, чтобы представить меня, уничтожающей магических животных. И пусть за три года я так и не решилась на создание нового питомника, но все равно продолжала активно помогать устраивать обездоленных животных в хорошие семьи.

Кстати, на этом поприще невероятно далеко ушла моя бывшая питомица — белка-летяга Шуша, организовавшая под руководством своего ненаглядного профессора Ланела целое общество помощи магическим животным. Да что там профессор — она весь преподавательский состав привлекла к этому делу, начав помогать тем животным, что ежегодно появлялись в Академии через стихийные порталы. Сейчас борется за право на защиту животных от адептов во время открытия подобных порталов, но пока безуспешно.

Наверное, это и к лучшему, ведь помимо Академии иномирные монстры выходят в наш мир и в других местах, и там эти предки мелких безобидных зверюшек далеко не самые добрые и отрывчатые. Уж поверьте — успела насмотреться на этих страшилок в Шаяге, особенно когда принцессу Каитану начинало штормить. Я в такие моменты старалась прятаться, как требовал Итан, и даже подглядывать не пыталась — не герой я, понятное дело.

Да и кому могут нравиться открывающиеся порталы с монстрами на заднем плане? Наверное, только Глену, старшему брату Итана. Этот стратог, кажется, во сне видит порталы и прыгающих внутри брабугов — хочет собрать в своем гарнизоне с десяток фиолетовых шариков. Зачем ему столько — не понятно, но я попросила Каитану, на всякий случай, и нам с Итаном присмотреть одного — будет на двоих четыре фамильяра.

— Боги, вот вы где! Без вас не садимся за стол, а вы тут в теньке прохлаждаетесь! — веселый голос сурового лаутуса Чарита едва не заставил подпрыгнуть от неожиданности. — Заходите, а то Каитана грозится открыть очередной портал, если ее не покормят. Ужас, сколько обычную принцессу влезает соленых артишоков.

— Артишоки? — кажется, я почувствовала себя лучше от одного этого названия, хоть и не представляла, что это за пища такая, и для чего их нужно солить. — Итан, я к Каите! Ой, Чарит, это вам!

Я подхватила с земли плетеную корзину с огромным красным бантом и вручила ошалевшему мужчине, не ожидавшему, видимо, что ежегодный совместный мы с Итаном придем с подарком. Ну, раньше не приходили, но вот именно сегодня самый подходящий случай, да и все магические потоки сошлись именно так, как должно.

— И, кстати, не благодари!

Я щелкнула пальцами и понеслась к Каитане, а то все артишоки съест эта ненасытная покруглевшая принце… Ой!

Я резко развернулась и встретилась с самой понимающей, самой счастливой улыбкой Итана, которую когда-либо видела. Он раньше меня догадался, да?

— Это ничего, что я вместо того, чтобы радоваться или паниковать, только и думаю что об артишоках? — виновато спросила у мужа, когда он догнал меня и бережно обнял, словно укутал в свою заботу и любовь.

— Если тебе они понравятся, то я буду их приносить тебе в академию каждый день.

Я вскинула взгляд, но в ответной улыбке не увидела ничего, кроме нежности.

— И ты не будешь настаивать, чтобы я бросила академию?

— Осталось меньше года — зачем? Но ты должна пообещать, что будешь себя беречь, отдыхать и проводить эксперименты только под присмотром профессора Саммита и Шуши. И… маме своей сама скажешь.

Я вздрогнула, представив, как мама явится с чемоданами в академию и примется улучшать нашу с Итаном жизнь. Ух, лучше папе расскажу через пару месяцев… или когда диплом артефактора получу… или… Ой, артишоки!

Я бросила последний взгляд на лаутуса, который так и остался стоять под палящим солнцем, забыв обо все на свете, в том числе и об этом дне, который мы отмечаем, собирась каждый год то у Каиты и Артура, то у нас с Итаном, а вот теперь и у самого Чарита. Ежегодно мы отмечали, как три года назад Чарит и Ката выжили, разделив заклятье праха и брабуга, а я им в этом активно помогала. Но ведь мир не стоит на месте, и пора было в праздник привнести что-то новое и освежающее. Такое, как настоящий фамильяр для лаутуса.

— Обидишь дочку — тебя Макел порвет на части, — прорычала Руфи и демонстративно вздыбила чешуйки на хвосте, а затем величественно прошла мимо нас с Итаном в дом.

Когда черная мантикора скрылась в коридоре, а лаутус из корзины осторожно достал черно-белую кошечку-мантикору, из-за кустов появился Макел и нравоучительно заметил.

— Советую послушаться Ру — она умеет менять жизнь кардинально. Вон Эди и Ит не дадут соврать.

Я посмотрела на Итана и улыбнулась, и в ответ получила такую же улыбку, от которой у меня вновь замерло сердце, как в тот день, когда одним неосторожным действием я изменила не только размер черной мантикоры, но и свою жизнь.

— Это ты меняешь мою жизнь каждый день, — проговорил Итан, а я потянула его в прохладу коридора и к артишокам.

Ну, а лаутус пусть сам разбирается теперь со своим новым, абсолютно совместимым фамильяром — я постаралась как смогла, даже пальцами щелкнула для надежности. Пусть у него и у Мары будет все хорошо, и она станет для Чарита такой же семьей, какой стали для нас с Итаном наши фамильяры. И ему для этого не придется даже лететь на метле через портал, минуя целый континент и океан в придачу.

А у нас с Итаном, кажется, открывается новая глава в книге совместной жизни. И я уверена, что все самое интересное у нас впереди.

Всегда, пока мы вместе!

Вот и завершилась история Эдеры и Итана, Ру и Макела, и еще множества других героев, которые на протяжение почти целого года радовали вас своими приключениями, переживаниями, любовью и преданостью.