Алые ленты феникса

Глава 10 Наказание третье

Первые небеса Храм Предрассветного пути.Мао Ри.

Пин и Ронг, ученики, поднявшиеся вместе с Мао Ри с храма «Цветущий Лотос» на гору, хитро переглянулись. Вот, наконец-то им предстала возможность поквитаться с этим ненавистным любимчиком Дражайшего Жу. Они просто превозмогали нетерпение. Теперь уже и Лей Хуа стал к нему не равнодушен! Чаще, чем другим, уделял внимание, лишний раз давал совет. Это вызывало тягучую зависть в их сердцах.

— Что в нем особенного! Тощий слабак! — хмурился Ронг.

— А не ты ли проиграл ему прошлый бой? — нахмурился Пин.

— Тише давай, Он идёт! — шикнул на товарища Ронг.

Ловко добавляя духовной силы в камешек. Они послали его в полет. Тот вырвался, просвистел и прямой наводкой попал под колено Ри. Она по своей неопытности не успела среагировать и споткнулась. Поднос с чернильницами в ее руках накренился, и одна из них соскользнула, разлетаясь на мелкие кусочки. Брызги расплескались в воздухе. На её невезучую голову. Конечно же, вездесущий юный князь шел на встречу, и подол его белого ханьфу тут же украсил изысканный узор из темных чернильных пятен.

Пин прыснул, увлекая друга за собой прочь. Они стояли довольно далеко, что бы было ясно, что это их рук дело, а не оплошность юноши. Князь тоже не заметил этого. Зато заметил свое поруганное ханьфу и впился злым взглядом в оробевшего Мао Ри.

— Ты что, издеваешься? Специально? Затаил зло на меня? Разве не я должен тебя винить!

Ри не смогла ничего разумного ответить, в глазах обращённых на него плескалось раскаяние.Но Мин Ю пылал всё сильнее:— Чувствую, давно тебя, Лей Хуа мудрости не учил! Ну ничего, я научу!

Выхватив у нее поднос, ловко вручил его проходящему ученику. Затем так же быстро схватил ее за шкирку и потащил куда-то в сторону общих купален.

Мироощущение Ри сжалось в маленький комочек внутри и затихло в ужасе. Она тоже хотела к нему присоединиться. Если бы можно было спрятаться внутри самой себя, так бы и сделала.

— Я думаю, это вполне тянет на десять палок, и стирку моей одежды, — вынес вердикт он, затащив ее куда-то за купальни.

Ри просто потеряла дар речи и попыталась вырваться. Она хотела позвать Лей Хуа, но не могла произнести ни звука. Страх сжал горло. Левая рука начала судорожно дрожать.

«Он не посмеет! Он не посмеет!» — крутилось в голове на повторе, когда князь грубо кинул ее на скамью животом.

Она опомнилась и закричала хрипло:

— Я расскажу Лей Хуа. Ты не в праве меня наказывать! Тут же была грубо придавлена к скамье сильной рукой князя. Он навис над ней, подавляя.

— Будешь орать, получишь ещё десять за неповиновение. Я тут старший и слежу за порядком, — его дыхание у ее уха обожгло. Показалось, что это превосходство доставляет ему несравнимое удовольствие. В ее груди зарождалась буря.

— Нет в правилах такого наказания! — кричала Ри, не в силах встать. Но сильный испуг сделал ее беспомощной, даже мысли не было применить внутреннюю силу. А ведь она была сейчас в духовном превосходстве, но морально он полностью подавлял ее.

— Значит, хочешь еще разок заняться каллиграфией? — Голос его опять был так близко к уху, горячее дыхание смешанное с яростью. Сердце ее бешено стучит.

— Лежи смирно, пока я не придумал чего поинтереснее, — и вот он как будто отпустил ее.

Ри снова попыталась встать, когда получила первый удар ниже спины. Прямо по заднице.

— Ааааааа! Аааа! — она кричала так громко, что, пожалуй, сюда должны сбежаться все ученики Храма и даже духи соседних небес. Ещё одна попытка встать, но вот он поставил ногу ей на спину удерживая, стало тяжело дышать.

Князь в ответ на её крики только начал смеяться.— Хочешь, что бы все ученики лицезрели твое наказание? Тогда кричи громче! — сквозь смех, наконец, произнес он и ударил, как показалось Ри, еще сильнее.

Чего страшиться больше боли или позора? Она ещё не сориентировалась, но в этот раз лишь глухо застонала. Боль от палки, которая плашмя прошлась по ее мягким местам, прожигала сквозь ткань.

— Два, — заключил князь, и она напрягалась, ожидая удара. И он последовал, ещё более сильный, как назло, в то же место.На шестом ударе жар объял все ее тело. Ее вообще никто так никогда в жизни не бил. Даже когда она бродила нищим мальчишкой, ей максимум доставалось пара пинков или несколько подзатыльников. Это не шло ни в какое сравнение с поркой, устроенной князем.

Слезы хлынули с глаз. Хоть она и уговаривала себя не реветь. Ведь мальчики не плачут. Они все равно предательски струились по щекам. Дрожащие руки сжали край лавки. Рыдания подступали к горлу. Но она все еще держалась.

«Перед вороном слабость не показывают, можно быть растерзанным до костей!» — мысленно повторяла она слова Дражайшего.

«Ещё четыре.» — считало ее находящееся в шоке подсознание.

Последовал седьмой, восьмой удар. Она поняла, что нет сердца у Мин Ю. Как бы она не придумывала себе романтический образ вокруг него. Это лишь ее миражи. На самом деле он такой, как есть. «Самовлюбленный ублюдок! Подумаешь пролить несколько капель чернил на его драгоценный ханьфу!»

Не успев проклясть его до пятого колена, она получила девятый удар. Он уже не казался слабее или сильнее. Жар объял её, ровняя все под одно. Она стала быстро терять силы от боли и уронила голову на лавку, уткнувшись лбом в пахнущее кипарисом дерево. Глаза закрылись и все немного поплыло. Возникла какая-то пауза. Он никак не завершал. Слезы капали из-под ресниц на лавку, образуя небольшие лужи. Она не хотела поднимать лицо, чтобы проверить, почему он не бьет в последний раз.

— Я думаю, этого достаточно. Ты слабый как щенок. Как вообще ты собрался дальше совершенствоваться. Если не можешь донести тушницы до павильона.

Ри молчала, не поднимая головы, обида облизывала щеки слезами. Ушибленное место сильно саднило. Ей стало ужасно неловко, стыдно, хотя она не была виновата в этой ситуации. Чувство глубокого унижения захватило все ее существо.

— Вечером придёшь к моему домику и заберешь стирать испорченную вещь, — услышала она его голос и удар кинутой в сторону палки. Он ушел, а она так и осталась лежать, не в силах пошевелиться. Слабость окутала ее мягким покрывалом и обездвижила на какое-то время.

— Мао Ри! Мао Ри! Ты как?! — голос Джундже прервал тишину. Оказалось, он последовал за ними и прятался все это время.

От этого ей стало еще более тошно. Но надо было вставать. Ри вытерла рукавом слезы, подняла лицо. Джундже протянул к ней свои мягкие руки, помогая подняться.

— Ты меня прости, пожалуйста, извини. Я ведь всего лишь ученик. Да ещё какой увалень. Я ничего ему против не могу сказать. Ри, меня же выгонят. А идти мне некуда, совсем некуда…

— Джу. Не говори ничего, пожалуйста, — прервала Ри его стенания, — Помоги мне дойти до домика, — голос ее был охрипший и тихий. Всхлипы так и стояли в горле, готовые вырваться в любой момент.

Он послушно положил ее холодную руку себе на плечо, накрывая своей теплой и повел в сторону сада.