Алые ленты феникса

Глава 43 Ветер меняет направление

Князь Чжи Мин Ю

Два ученика в чайной Храма Вершин Облаков весьма откровенно болтали за ужином.

— Как князь участвует? Слышал, его ядро выжжено.

— Ответ прост — духовные кристаллы. Он очень богат, может себе позволить.

— Вот где справедливость, ответь мне?!

— Да нет ее! Что ты разнылся. Вон князь прохлаждается себе без забот, пока регент правит на Пятых Небесах, как хочет. Наверное, уже всех девушек там извел себе в наложницы. Поговаривают, даже строят новый дворец для его гарема.

— Не может быть!

— Да точно тебе говорю, там такое творится! Кто выступал против, в подземелье давно сидит.

— Наверное, князь не в курсе!

— А что он сделает?

— Твоя правда, — собеседник помолчал и шёпотом добавил: — Он мог бы пожаловаться императору.

— Смеёшься?

Про императора говорить плохо было непозволительно. И они замолчали.

Тот самый, так рьяно обсуждаемый князь Чжи Мин Ю, сидел, откинувшись на перегородку между их столами, только молча отхлебнул остывший чай из пиалы. Его лицо ничего не выражало. Всё, о чём они сплетничали, он прекрасно знал. Его никогда не интересовали судьбы простых духов Пятых небес, и сейчас ничего не изменилось. Вину за происходящее на себя он тоже не брал. Творил зло, по его мнению, не он, а его дядя.

«Он и виновен! И без того слишком много в этом деле повинных во главе с императором, закрывающим на это глаза, чтобы я брал это на себя! Размечтались, ублюдки. Роль «спасителя» мне совсем не льстит.»

И только мольба матери щемила душу, только жажда мести за неё, но совсем не жажда справедливости. Каждый раз это чувство долга перед ней подкатывало к горлу, било наотмашь, когда он думал о доме. Собственная глупость, которую он совершил, душила тугой удавкой на шее.Он поднял руку, и служка шустро подбежал, бросая все дела.

«Только страх понятен и прост! Хочу, чтобы каждый из них страшился меня, как дикого зверя. Чтобы в присутствии моем взгляд никто поднять не мог.»

— Собери что-нибудь легкое с собой! А за тот стол поставь вина «Пучина скорби» и передай, от кого. Пусть попробуют не выпить кувшин.

— Всё будет исполнено, Великий князь! — кивал служка, с сожалением посматривая на стол за перегородкой.

Внезапно его нагнал телохранитель, отводя в сторону от любопытных глаз, он создал звуковой барьер.

— Князь, у меня есть новости.

Мин Ю посмотрел на Тао с удивлением:«Что за новости посреди турнира?»

— Я слышал, после того как императору доложили, что Мао Ри изменил иллюзию, его срочно до окончания турнира отзывают во дворец. Сами знаете, таких единицы. И даже если он изменил совсем малость, это ценно.

— Они все еще ищут смельчаков, чтобы закрыть «Потаенные земли». Но это смешно, он просто пропадет без следа. Кто-нибудь тут уже знает?

— Еще нет, это передали надежные люди из дворца.

— Хорошо. Тао, можешь идти, мне надо подумать.

— Но…

— Тебе не о чем беспокоиться. Я поразмыслю, как его спасти.

Но отвернувшись от телохранителя, лицо Мин Ю изменилось до неузнаваемости. Гнев это был или другое чувство, осознать с одного взгляда сложно. И только его мысли метались во тьме.

«Она моя, я не дам ее забрать. Она нужна мне и не станет чужим разменным камнем.»

Князь грубо открыл дверь, и тут же переменился.

— Ри, я принес поужинать тебе. Почему ты не спустилась в зал? — спросил князь, грубо закрывая ногой дверь за собой. В руках его был резной деревянный ящик с закусками, который он шумно водрузил на стол и стал доставать еду.

— Мин Ю, мне так грустно после соревнования «Древнего Свитка». Никак не могу прийти в себя. Я не хочу есть совсем, — она встретилась с его взглядом и тут же передумала, бормоча: — Но теперь, когда ты принес столько еды, просто не могу отказаться!

В следующий миг Ри уже заносила деревянные палочки над блюдами, когда князь небрежно подтолкнул ей чашку риса. Она заскользила и чуть не сорвалась с края. Сел напротив, развалившись и вытягивая ноги, шумно вздохнул. Глаза ее выглядели чуть припухшими, как и щеки.

«Плакала она тут, что ли?!»

— Ри, сотри их имена в храме Памяти. Это просто задание. Они ничего не значат, это лишь тени тех, кто жил когда-то.

Ри подняла удивленные глаза от тарелки с рисом.

— Мин Ю… А я для тебя что-то значу? — вдруг спросила тихо.

Князь смотрел на нее задумчиво.Потом наклонил свое красивое лицо, опирая подбородок на руку. Чуть наклонился вперёд, кожа его словно светилась изнутри, ресницы чуть опустились, чтобы заворожить в момент, когда открылись его бездонные глаза. Его запредельно бархатный взгляд. Он прошептал, как будто шутя:

— Ты, Ри, мне очень дорога. Даже не представляешь себе, как сильно.

Было видно, что она заволновалась от его слов, сглотнула слюну, и щеки покрыл нежный румянец. Сейчас она была и правда очень милой. Она доверчиво открыла свой облик, и он мог видеть сквозь печать.Внутренности князя скрутило желанием. Он не стал его подавлять. Это было очень приятное чувство.

Прикусил губу, пытаясь все же унять стук своего сердца.

Неожиданно Ри приняла его слова на веру.

— Мин Ю, ты мне тоже очень дорог. Я бы хотела быть рядом с тобой всю жизнь, совсем неважно в каком статусе. Я готова поддерживать тебя всегда. Когда ты на меня так смотришь, я… я боюсь умереть.

Князь понимал, о какой поддержке Ри говорила, усмехнулся грустно, но все же это трогательное предложение понравилось ему. Резко встал. Ответил грубо совсем не то, о чем были его мысли в данный момент.

— Тебе надо хорошо отдохнуть, Ри. И перестань эти свои девчачьи глупости мне тут болтать, пока мы не разобрались с печатью. Представь, если кто-то такое услышит. — сказал это специально ледяным тоном. Наслаждаясь тем, как Ри мгновенно побледнела, понуро опустив голову, начала есть. Нужно заметить, не без энтузиазма. А может, хотела быстрее с этим покончить, набивая щеки всем одновременно.

Одна прядь волос выпала из прически и рискованно свисала над тарелкой, намеревалась попасть в рис. Мин Ю все же не удержался, потянув руку, заправил непослушную прядь ей за ухо. Ри вздрогнула, но не поднимала больше глаз, продолжая молча набивать рот.

«Ах, Ри, если бы я не потерял свои силы так глупо, я бы, конечно, тебе разрешил. Разрешил бы тебе намного больше. И даже более того, забрал бы тебя даже силой, если надо. Спрятал бы от чужих глаз в каком-нибудь тихом месте, откуда ты бы никогда не нашла выхода и не захотела его искать.»