Бракованный. Меняю мужа

9. Сделка

Его губы складываются в нахальную ухмылку. Будь я леди, то непременно бы оскорбилась. Но я не она. Я скольжу глазами по уложенным волосам, тёмным глазам и волевым скулам. Взгляд опускается на чёрную бабочку, перемещается на крепкие плечи и спускается к расслабленно лежащим на колене длинным пальцам. Он хорош. Очень хорош. Если бы мы встретились при других обстоятельствах и статусах, возможно, что-то бы и вышло.

— Это зависит от того, что именно я найду в смартфоне, — не обещая ничего конкретного, подталкиваю я мужчину к опасной авантюре.

Брюнет не громко цокает языком.

— И что же вы планируете там найти?

Горло сдавливает невидимое кольцо, пока незнакомец продолжает:

— Доказательства неверности? — нотка иронии в его голосе раздражает. — А что потом?

— Гадаете, порадуем ли мы вас ещё одной сценой?

— Гадаю, входите ли вы в большинство, что закроют глаза на грехи партнёра, — зрачки незнакомца на мгновение отражают лунный свет, и я могу поклясться, что вижу в них азарт.

Горечь во рту от его предположения заставляет поморщиться. Не хочется даже думать, что так живёт большинство. Сужаю глаза, всматриваясь в лицо собеседника:

— Почему мне кажется, что вам есть, что сказать?

Но он беззаботно пожимает плечами.

— Увы, но я знаю лишь то, что ваш муж болван.

— Потому что устроил сцену?

Брюнет грациозно встаёт и медленно обходит мой диван, останавливаясь позади. Не оборачиваюсь, всем телом чувствуя его присутствие. Машинально задерживаю дыхание, когда его приглушённый голос раздаётся совсем рядом, прямо над правым ухом:

— Потому что до сих пор не отыскал вас. А ведь на моём месте мог быть кто-то другой… — от низкого тембра руки покрывают мурашки, — в этой совершенно тёмной пустой комнате…

Медленно поворачиваю голову вправо, пока не упираюсь взглядом в приоткрытые чувственные губы. Я буквально заставляю себя вспомнить, как дышать. Предательское потягивание внизу живота ясно даёт понять, что после двухнедельного воздержания тело больше не на моей стороне. Но на моей ещё, к счастью, мозг.

— Значит, ему повезло, что со мной здесь именно вы… — выдыхаю я.

Попытка замедлить сердцебиение заканчивается провалом, и я просто надеюсь на то, что его бешеный ритм слышу я одна.

— Так действительно ли вы хотите знать, что скрывает ваш муж? — продолжает мужчина, выпрямляясь. — Иногда лучше оставаться в сладком неведении, чтобы потом не пришлось притворяться.

Его слова задевают. Уверенность, что я подавлю чувства и смирюсь с предательством, раздражает. Я поднимаюсь на ноги и направляюсь к двери.

— Могли бы сразу сказать, что вам это не по силам.

Неожиданно чувствую на запястье крепкую хватку. С одной стороны — неприятно. Есть всего два мужчины, демонстрацию физического превосходства которых я могу перенести: Марк и Нейт. Другим меня останавливать запрещено. Контролировать, удерживать и уж тем более применять силу в качестве наказания — непозволительно. Но с другой стороны я ловлю иное чувство — сладостное осознание, что наживку он всё-таки проглотил. Быстро прячу хищную ухмылку и оборачиваюсь, наигранно хлопая ресницами.

— Танец, — произносит он и отпускает запястье. — Плата за услугу.

— Танец? — выгибаю я бровь. — Решили сэкономить деньги?

— Это аванс, ведь, как вы там сказали… всё зависит от того, что вы найдёте в телефоне? — он пожимает плечами. — Страхуюсь, вдруг он чист.

И я цепляюсь за эти слова, как за спасательный круг. Я хочу, чтобы Марк был чист, и вовсе не для того, чтобы не быть должной незнакомцу. Я просто не могу принять, что всё закончится именно так.

— И после танца вы готовы отправиться и выкрасть смартфон? — вкрадчиво уточняю я.

— И даже отвлечь вашего мужа, если потребуется, — хищно добавляет он.

На миг я вновь сомневаюсь в адекватности происходящего, но желание узнать правду не даёт колебаться долго. Интуиция подсказывает, что оно того стоит.

Брюнет протягивает ладонь, и я вкладываю в неё свои пальцы. Из-за двери доносится приглушённый мотив. Он притягивает меня к себе и перекладывает руки на талию. В голове сомнения и обволакивающее ощущение хождения по лезвию: либо я вскоре получу телефон мужа, либо окажусь застанутой им же и сама предстану в качестве изменщицы. Марк не будет разбираться в том, что именно здесь происходит, а воспользуется шансом внушить мне чувство вины.

Да он же настоящий абьюзер, — хмурюсь я, подкрепляя слова воспоминаниями. — Как я столько времени этого не замечала?

Возвращаю плавно спускающиеся руки мужчины на место, когда мы проходим первый угол помещения. Здесь темнее и гораздо тише. Его пальцы аккуратно скользят по открытой коже поясницы, вызывая мурашки. Не будь я так мысленно занята личной драмой, может, он и смог бы получить какую-то реакцию помимо физической. Но увы, сейчас я целиком и полностью поглощена лишь беспокойством о хрупкости моего брака.

Мужчина резко замирает, и я не сразу понимаю, почему. Погрузившись в свои мысли слишком глубоко, я лишь через долю секунды понимаю, что музыка вновь стала громче. Дверь закрывается, и раздаётся несколько неспешных шагов. На стене, у которой мы танцевали совсем недавно, появляется тусклый свет от смартфона. Высокие шкафы не дают нам увидеть гостя, предоставляя лишь возможность надеяться, что он не задержится здесь надолго. Глаза расширяются от страха, когда из глубины комнаты раздаётся голос. Знакомый мне голос. Голос мужа:

— Нет, я ещё не выехал. — Тяжёлый вздох. — Я не могу найти Мию, не уеду же я без неё. — Пара секунд тяжёлой, давящей на нервы тишины сковывает и без того напряжённое тело. — Да перестань, она не могла.

Я хочу было выйти, сказать, что была всё это время здесь, что обижена и зла на него, но брюнет перехватывает мой взволнованный взгляд и медленно качает головой. Мужчина беззвучно прислоняет указательный палец к губам.

— Не знаю, я обошёл все комнаты… Но она бы не уехала без меня.

В голове лихорадочно вертится лишь одна мысль:

Пожалуйста, скажи, что собираешься по рабочему вопросу. Скажи, что по работе. Дай понять, что тебя ждёт работа.

Это всё, что меня волнует на данный момент. Я хочу убедиться, что была не права. Как бы я ни злилась и ни ненавидела мужа, я хочу знать, что ошиблась. Хочу верить, что он не предавал меня, потому что принять обратное будет слишком больно.

— Хотя, я и её дружка давно не видел…

Перестаю дышать, потому что его подозрение бьёт под дых. Как он мог подумать, что я сбежала с Нейтом? Я, которая всегда заботилась о его репутации. Ощущение, что этот человек меня совсем не знает, режет по живому.

— Ладно, скоро буду, — выдыхает Марк, и я слишком хорошо его знаю, чтобы не услышать улыбку.

Пожалуйста…

— Целую, детка.

Я слышу взрыв, с которым сердце разрывается на тысячи стеклянных осколков. Он оглушает. Тихий щелчок закрывшейся двери не ставится с ним ни в какое сравнение. На глазах тут же появляются слёзы. Я не могу пошевелиться. Оцепенение — вот, как тело отреагировало на стресс. Я думала, что уничтожу Марка, когда узнаю об измене, но то, что я узнала, уничтожило меня. Наши отношения, всё то, что мы строили, так легко превратилось в пыль, будто кто-то нажал кнопку “delete”.

— Так понимаю, в телефоне уже нет смысла?.. — аккуратно интересуется мужчина в шаге от меня, про которого я успела забыть.

Сглатываю ком, впивающийся осколками разбитого сердца. Вот так — раз, и всё закончено. Больше нет смысла что-то спасать, больше нет смысла надеяться. Хочется осесть на пол, потому что ноги подкашиваются. Я не верю. Не хочу верить, но и стереть из памяти не могу.

Гадаю, входите ли вы в большинство, что закроют глаза на грехи партнёра, — раздаётся эхом в голове.

Глаза щиплет, и я мысленно благодарю кого бы то ни было, что здесь темно. Сжимаю кулаки что есть сил, чтобы привести себя в чувства. Ногти больно впиваются в ладони и кажется, что мне впервые удаётся пошевелиться.

Я на секунду прикрываю глаза и вижу улыбающееся лицо Марка. Красивый, искренний, счастливый рядом со мной. Наша свадьба. Поцелуи, прогулки, долгие разговоры, смех, знаки внимания, жаркий секс. Вижу, как он подаёт мне руку, помогая выйти из машины, как держит зонт над головой, как влюблённо смотрит, когда убирает мне прядь за ухо.

Боль пронзает всё тело, проходя по нему лихорадочной молниеобразной волной. Это не могло быть фальшью, между нами действительно было что-то настоящее. И от этого ещё больнее. Почему он отказался от нас? Так легко, будто разорвал контракт с неоправдавшей надежд компанией. Напоминание, что у нас давно перестало ладиться, не облегчает ношу. Разве он не должен был попытаться сохранить чувства, как пыталась я? Разве в спасении брака не должны участвовать оба? До последней капли?

Он предал меня. Этот сукин сын предал меня.

Челюсть сводит от того, с какой силой я сжимаю зубы. Отчаяние перерастает в гнев.

Этот сукин сын посмел меня предать!

Выпрямляю спину и поднимаю подбородок, смотря в шкаф перед собой. Смахиваю слёзы ресницами. Жар, поднимающийся из глубин, растворяет остатки кома в горле. Я дышу тяжело, но уже не от сдавливающих чувств, а от тех, которые заставляют действовать. Марк сильно ошибается, если считает, что со мной можно так поступать. Идеи мести приходят одна за другой, но в любой из них я вижу нюанс:

Уничтожить Марка будет легче, если он будет продолжать считать меня дурой.

Окидываю всё это время молча ожидающего мужчину беглым взглядом и хочу было попросить вызвать такси, но потом вспоминаю, что дома меня ждёт лишь пустая постель. Мысль о том, что Марк прямо сейчас едет к девушке, которую будет трахать, убивает. А мысль о том, что это продолжается уже какое-то время, приводит в чувства холодной яростью.

Пока я ждала его вечерами, сохраняя верность, он кувыркался с какой-то шлюхой.

Все ставки на Эйприл, но она ли это?

Я не могу обвинить её голословно, мне нужны веские доказательства.

Я должна ткнуть её в это дерьмо лицом так, чтобы у неё не было шанса отмыться.

— Пожалуй, мне пора, — бросаю я, не заботясь о манерах, и направляюсь к выходу из зала.

Цокот каблуков раздаётся звонко в воцарившейся тишине.

— Вас подвезти? — успевает поинтересоваться голос позади, но я отказываюсь и выхожу из библиотеки.

Свет бьёт по глазам, пока я протискиваюсь между людьми в надежде отыскать Нейта. Мне приходится обойти пару комнат, прежде чем я нахожу знакомую фигуру с выглядывающей из-за ворота татуировкой. Его взгляд тут же меняется, стоит нам встретиться глазами. Он беззвучно произносит слова, и я считываю по губам:

— Я убью его…