Бракованный. Меняю мужа

55. Понедельник. 30 декабря

После ухода Кайла Нейт притаскивает большую чашку попкорна и включает какой-то фильм из серии "на раз". Мы полночи сидим в обнимку под пледом, смеясь над глупыми моментами и возмущаясь нереалистичности сцен с гонками. Последний раз, когда я смотрю на часы, стрелки подходят к трём.

А потом я открываю глаза и вижу залитую дневным солнечным светом спальню. Я понимаю, что не помню, как добралась сюда. Откинув одеяло, я скептически замечаю, что нахожусь всё в той же футболке и шортиках — уже отличное начало дня.

В гостиной, расслабленно подложив под голову руку, лежит Нейт. И как в старые добрые времена — он без футболки и со спущенными на бёдра чёрными спортивными штанами. Его вид слегка откатывает меня на годы назад, будто всего этого кошмара с Марком и Кайлом не было. Он водит пальцем по экрану смартфона, время от времени улыбаясь.

— Как я попала в комнату? — начинаю я разговор, проходя мимо.

— Я сначала хотел оставить тебя на диване, но потом сжалился и унёс в спальню, — произносит он, не отрывая взгляд от телефона.

— И я даже не проснулась?

— Ты спала, как хорёк. Даже похрапывала.

— Эй! — смеюсь я и кидаю в Нейта диванной подушкой. — Я не храплю!

— Ага-ага, конечно, — хихикает он, подкладывая подушку под голову. — Какие планы на сегодня?

Я останавливаюсь посреди гостиной. Мысли возвращаются к фирме отца, к неподписанным с Кайлом документам, к Марку с его судебным процессом и к тому, что всё полетело к чертям.

— Свобода, — безэмоционально отвечаю я. — Сначала приму душ, затем поем, а после… не знаю, почту разберу, — пожимаю плечами. — А что?

— Вечером гонка, — напоминает Нейт, впервые переводя на меня взгляд.

— Я помню, — отзываюсь я и ухожу в ванную.

Меня пронзает ностальгическая дрожь: вечерняя трасса, свет десятков фар, толпа, музыка, драйв. И мы — в машине Нейта. Так же, как несколько лет назад. Тёплый салон, запах кожи и ароматизатора возвращает ко временам, когда мы участвовали в заездах каждые две недели.

— Ладно, — выдыхает Нейт, но я слышу в его голосе волнение, — сделаем это.

— Сделаем, — я уверенно приподнимаю уголок губ. — У нас выбора-то нет.

Он хмыкает и снимает блокировку с экрана смартфона.

— Ого, уже тридцать семь тысяч подключилось к трансляции, а до гонки ещё двадцать минут.

— Это будет твоя самая… — я подбираю слово, — масштабная победа.

— Или провал, — смеётся Нейт, вытягивается и разминает плечи.

— Эй! Что за настрой?

— Я просто не радуюсь раньше времени.

— Радоваться и верить разные вещи.

В моё боковое стекло раздаётся стук, и я сначала вздрагиваю от неожиданности, а потом хмурюсь, увидев у машины Кайла. Нейт выходит, не говоря ни слова, но я всем телом чувствую повисшее в воздухе напряжение, и выбираюсь следом.

— С тобой поеду я, — коротко, но тоном, не терпящим возражений, произносит Кайл Нейту.

Глаза младшего Феррона округляются, он секунду находится в ступоре, после чего быстро встряхивает головой, словно пытается прогнать галлюцинацию. Кайл тем временем расстёгивает верхнюю пуговицу и манжеты рубашки и закатывает рукава. Он уверенно садится в авто и народ взрывается в ожидании феерической гонки.

Я в непонимании хлопаю глазами, не зная, как реагировать, но замечаю, как губы Нейта всё сильнее растягиваются в улыбке, и беззвучно выдыхаю. Он счастлив, а значит, мне нужно просто не мешать.

— Удачи, — говорю я искренне и делаю пару шагов назад.

Нейт чуть нервно кивает. Его глаза буквально светятся от предвкушения, и я понимаю, что теперь он действительно верит в возможность победить.

— Мы скоро вернёмся, — произносит он и садится за руль.

Кайл не смотрит в мою сторону, его внимание полностью переключено на трассу. Я думаю о том, что он выглядит не слишком довольным, но при этом всё равно здесь. Возможно, он услышал меня на приёме. Возможно, понял, что нужен брату как никогда.

Не сводя взгляда с лобового окна, он прибавляет громкость проигрывателя, и толпа ещё больше улюлюкает. Нейт пару раз поддаёт газу, чтобы почувствовать машину, и компания девчонок сбоку начинает визжать от восторга. Я закатываю глаза, но всё же бросаю взгляд на Кайла, убеждаясь, что он на них не смотрит. Это происходит бессознательно, быстро и… неожиданно для меня самой.

Перед машинами выходит девушка в чёрных леггинсах и коротком серебристом топе. Она останавливается посреди дороги и поднимает руки. Дыхание замирает. Моторы издают рокот готовности, из выхлопных труб вырываются облака дыма. Я замечаю, что нога нервно подёргивается. Девушка рывком опускает руки, и машины со свистом жжёной резины рвутся с места.

Я быстро включаю смартфон, едва колёса Нейта исчезают за поворотом. На трансляции уже пятьдесят две тысячи человек. Экран вдруг кажется слишком маленьким для того, что происходит на видео. Я держу его двумя руками, будто от этого зависит, не выскользнет ли Нейт с трассы. Картинка дрожит, камера закреплена неровно — иногда уходит вбок, цепляя куски неба, ограждения, ленту дороги, но скорость чувствуется и так.

Адреналин в крови подскакивает, хотя я даже не нахожусь в машине. Я переключаю камеры, дорога на экране сжимается в узкий коридор, белые линии разметки вспыхивают и исчезают под колёсами. Снег по краям трассы кажется мягким только издалека — я знаю, что это ловушка. Стоит уйти чуть шире, и всё закончится.

Нейт ведёт машину жёстко, без лишних движений. Я узнаю его стиль даже через экран: короткие, точные корректировки, будто он держит не руль, а живое существо, которое может сорваться в любую секунду.

Рядом Кайл. Я замечаю его лишь мельком, когда одна из камер на секунду фиксирует салон. Его профиль напряжён, взгляд направлен вперёд, губы в движении, значит, он даёт брату советы. Я вдруг чувствую облегчение, зная, что они делают это вместе.

— Сейчас… — шепчу я, сжимая пальцы сильнее.

Поворот впереди выглядит почти обычным, если не знать, чем он заканчивается. Узкий, с лёгким уходом вниз, он словно затягивает в себя, обещая, что всё под контролем. Обманчиво. Слишком гладкий, слишком тихий.

Первая машина заходит в него уверенно, вторая — чуть быстрее, третья… Я вижу это раньше, чем понимаю: заднюю часть ведёт. Секунда, и она срывается. Машину разворачивает поперёк трассы, колёса беспомощно пытаются поймать сцепление. Камера на мгновение ловит её боком — фары в лицо, вспышка света, — и затем она срывается с дороги, влетая в снежный отбойник.

Удар выходит глухим, но даже через экран отзывается внутри.

— Чёрт… — голос срывается.

Следом ещё одна машина уходит шире, пытаясь избежать столкновения. Её заносит, хвост начинает гулять, но водитель каким-то чудом выравнивает траекторию.

И в этот момент в поворот входит Нейт.

Слишком близко.

Слишком быстро.

Я вижу, как трасса перед ним уже не чистая: снег, следы, выбитая линия. Всё, что должно было помогать, теперь мешает.

— Нейт… — шепчу я, не дыша.

В салоне Кайл резко подаётся вперёд. Его рука взлетает, указывая направление, губы быстро двигаются, давая короткие команды без лишних слов.

Машина входит в поворот и сразу срывается. Я чувствую это всем телом, как будто меня саму выбивает из равновесия. Зад уходит слишком резко, глубоко, и на долю секунды кажется, что всё.

Конец.

Телефон в руках дрожит сильнее, но я не могу отвести взгляд. Кайл что-то резко, жёстко произносит, и я замечаю, что Нейт не паникует. Он ловит момент. Не выравнивает сразу, даёт машине уйти, как будто специально, и только потом тянет обратно. Грязно. На грани. Почти касаясь края трассы, где уже только снег и пустота… но машина выстреливает из поворота.

Я выдыхаю так резко, что сама пугаюсь звука.

Сердце бьётся где-то в горле слишком быстро и слишком громко. Ладони влажные, пальцы дрожат, но я не могу оторвать взгляд от трансляции.

Теперь это уже не просто гонка.

Это борьба.

И я впервые по-настоящему понимаю, почему Кайл сказал, что я не знаю, о чём говорю: потому что это не про скорость, это про контроль на грани потери. И про людей, которые умеют оставаться в нём, когда всё вокруг уже летит к чертям.