Бракованный. Меняю мужа

28. Враг моего врага

Кайл

Я заинтригованно переглядываюсь с Нейтом, когда Дэйв пулей вылетает из дома. Рычание мотора. Визг шин. Мне приходится откинуться вправо, чтобы увидеть через окно быстро удаляющийся синий бампер.

— Что она ему сказала? — не скрывая любопытства, интересуюсь я.

Хрупкая на вид чертовка удивляет всё сильнее, вызывая непредсказуемое поведение окружающих. Сначала брат, расцветающий рядом с ней, а теперь и Дэйв, заведённый до предела. Она определённо умеет выкручивать эмоции людей на максимум, задевая неизвестные другим внутренние струны.

Я ухмыляюсь, размышляя, какую именно струну она задела бы во мне, но потом вспоминаю её провокацию на улице и всё сразу встаёт по местам.

Быстрый топот женских ног призывает повернуть голову, но это оказывается не она. Взволнованная Кристен поспешно сбегает с лестницы. Кажется, это Рождество у них всех идёт не по плану.

— Я домой, — бросает она, и мне остаётся лишь догадываться, виновато ли в этом предварительное общение с миссис Брукс.

— Что-то случилось? — спрашивает Нейт, делая шаг по направлению к девушке.

Он выглядит внимательным к своим друзьям, и это искренне забавляет: то, как он раскрывается рядом с ними, и то, каким предстаёт в собственной семье, перед родителями, разительно отличается. Я будто смотрю на версию младшего брата, недоступную для близких с его давних двенадцати лет. С того самого возраста, когда он стал закрываться от нас.

— Звонил отец. Дети заводили коней, и один из жеребцов вырвался, надо помочь его поймать, — бросает девушка на ходу, и Нейт тут же заявляет, что отправляется с ней.

Я смотрю на удаляющиеся к выходу фигуры и ловлю себя на том, что едва не вызываюсь помочь. Перевожу взгляд на лежащий у камина кусок железа, напоминая себе о делах поважнее. Когда я поднимаю смартфон, он оказывается тёплым и сухим — теперь его можно включать.

— А где все? — раздаётся голос позади и он кажется мне… напуганным.

Оборачиваюсь, встречаясь взглядом с Мией Брукс. Чувствую, как уголок губ дёргается. Мне нравится, как она чувствует себя со мной наедине. Эти наивные по-оленьи распахнутые глаза заглядывают в душу, обманчиво скрывая то, что она представляет из себя на самом деле.

— Нейт отправился с Кристен… — я невольно кривлюсь, потому что вслух это звучит ещё страннее: — ловить коня.

Она склоняет голову к плечу и выдаёт саркастическое:

— А вы решили остаться здесь, потому что… дайте угадаю. Это слишком низко, гоняться за конём?

То, что она себе позволяет, заставляет что-то дёрнуться в груди, и тело тут же начинает заполнять томящийся внутри жар. Желание научить её со мной общаться разрастается в геометрической прогрессии.

— А мы снова на вы?

Девушка хмыкает, на секунду опускает глаза в пол, и на её лице появляется милая смущённая улыбка, почти выбивающая меня из равновесия.

Почти, но я не Марк.

— Ты хорошо уходишь от ответов. Прирождённое? — Мия садится в кресло, изучая меня внимательным взглядом.

— Наработанное опытом, — парирую я и сажусь на диван напротив, позволяя себя как следует рассмотреть.

Я не из тех, кто краснеет от комплиментов или робеет от пристального внимания. Я выдерживаю её анализирующий холодный взгляд прямо, открыто.

— Почему ты здесь?

Вопрос повисает в комнате, и я невольно думаю о том, как звучали бы её стоны в этой звонкой тишине дома.

— Почему не празднуешь Рождество с семьёй? Девушкой?

Последнее уточнение вызывает ухмылку. Мгновение я думаю над ответом, а потом расставляю все точки над “i”:

— Я не приверженец отношений в их привычном смысле.

Лучше, если она примет это сразу, чтобы в будущем, когда мы окажемся в одной постели, избежать лишних ожиданий.

— Ну конечно, — издевательски соглашается Мия. — Нарциссы всегда выбирают себя.

Она кладёт ногу на ногу, и я задерживаюсь взглядом на бёдрах чуть дольше нужного.

— Думаешь, я нарцисс?

— Тут и думать не надо. Вы с Марком очень похожи, — с долей презрения произносит она, и вот это уже серьёзно напрягает.

Её сравнение с этим недоноском больно бьёт по самооценке.

— Привыкли получать желаемое, — продолжает Мия, — купаться в роскоши, ставить себя выше других…

Я пытаюсь вставить слово, но она не позволяет:

— …вы готовы идти по головам, если это принесёт выгоду. Готовы пренебрегать общепринятыми правилами, обманывать…

— Как и ты, — перебиваю я.

Это заставляет девушку вздёрнуть подбородок и всмотреться мне в глаза с вызовом.

— Как я?

— То, что ты оказалась в позиции жертвы, не значит, что это отличает тебя от нас, ведь ты пользуешься теми же самыми методами. То, что тебя загнали в угол — не оправдание. Выход есть всегда, не так ли? Узнав об измене, ты могла просто развестись, но предпочла действовать скрыто, обманывать мужа, желая получить личную выгоду — месть, которую ты так жаждешь.

Мышцы на её тонкой шее дёргаются, когда она нервно сглатывает. Какое-то время она молчит, обдумывая мои слова.

— Я не собираюсь тебя упрекать, — слабо усмехаюсь я. — Мы похожи больше, чем ты думаешь.

Мия брезгливо морщит носик, но не отрицает. Кажется, она начинает улавливать суть. Это радует, ведь чем быстрее она примет это, тем быстрее мы найдём общий язык.

— Не могу определиться, из твоих уст это звучит как комплимент или оскорбление, — задумчиво произносит она.

Я хихикаю и перевожу взгляд на тлеющие в камине угли.

— Какую картину ты хочешь? — Мия резко меняет тему. — Натюрморт, пейзаж, портрет?

— Портрет? — брови взмывают вверх, когда я возвращаюсь глазами к собеседнице.

— Предупреждаю, что людей я рисую ужасно, но я и предлагала написать картину, а не шедевр.

— Собираешься схалтурить?

— Собираюсь отделаться от груза, висящего на плечах.

— А если я позволю тебе выбрать самой?

В её взгляде мелькает… надежда?

— Что ты любишь изображать?

— Это не важно, — тут же закругляет разговор Мия.

Я хмурюсь, понимая, что за этим стоит нечто гораздо большее, но сейчас докопаться до истины она мне не позволит. Неподходящий момент.

— Только не пытайся подсунуть мне что-то из старых работ, — продолжаю я и вижу тут же вспыхнувшее в глазах девушки опасение, потому что попадаю точно в цель. — Хоть я и не художник, но отличить старые слои краски от свежих смогу.

— Да ну? — нагло усмехается она, и я вновь чувствую горячую волну внутри.

— Если будут подозрения — закажу экспертизу.

Я растягиваю губы в опасной улыбке, пока девушка закатывает глаза.

— Если тебе некуда девать деньги, пожертвуй их на благотворительность. Например, вложи в развитие сельского хозяйства, тут неподалёку есть одна замечательная ферма.

— Марку ты так же указывала, что делать с деньгами? — эта фраза выводит её из себя, на что я и делал расчёт.

Она поддаётся манипуляциям, как тёплый пластилин, но при этом манипулятор сам оказывается затянут в процесс настолько, что в какой-то момент становится непонятно, кто именно задаёт форму.

Мия какое-то время молча сверлит меня взглядом, в котором отчётливо чувствуется всепоглощающее пламя. Её гнев пробивает мою броню, но не убивает. Я принимаю его, поглощаю, питаясь этой энергией и оставаясь максимально спокойным на вид. Её чистые неподкупные эмоции словно возвращают меня к жизни, окружённого хаосом и фальшью.

— Ты пытаешься узнать, имею ли я доступ к его счетам? — медленно проговаривает она.

Я усмехаюсь, в очередной раз напоминая себе, что она умнее, чем кажется, и мысленно удивляясь, как такая эмоциональная искренность может сочетаться с холодным расчётом.

— А ты имеешь?

— Нет.

С минуту мы продолжаем смотреть друг на друга без слов. Впитывая момент, анализируя, наслаждаясь повисшими в воздухе непроизнесёнными выводами.

— Я помогу тебе его потопить, — наконец нарушаю я тишину первым.

Теперь в её взгляде вспыхивают решимость и гнев. Она цепляется за возможность уничтожить мужа, как за единственный плот в открытом океане. Я облизываю пересохшие губы, потому что жар добирается до самых отдалённых кусочков тела. Её сдерживаемая ярость завораживает.

— Потому что тебе это выгодно, — как факт произносит Мия.

— Потому что мне это выгодно, — соглашаюсь я.

Мы оба киваем, принимая это как данность.

— Я передам тебе информацию, если узнаю больше, — добавляет она.

Я предлагаю ей записать мой номер, и она без колебаний забивает его в телефонную книгу смартфона. Я неотрывно смотрю на её тонкие пальцы, быстро нажимающие на экран, скольжу взглядом к волосам, ниспадающим мягкими локонами на плечи, перехожу на чуть пухлые нежные губы, опускаюсь на грудь, которая наверняка идеально округлится под моими ладонями…

Входная дверь открывается, вырывая меня из мыслей, и я понимаю, что упустил момент, когда именно в брюках стало тесно. Ещё минута-две, и миссис Брукс была бы подо мной.

И прежде, чем я решаюсь встать и уехать из Гринвилла, в голове проскакивает, что младшие братья будто для этого и созданы — приходить в самый неподходящий момент.