Бракованный. Меняю мужа

41. Приём

Особняк Гарфилда предстаёт перед гостями во всём своём величии: с настроенной специально для этого знаменательного события подсветкой, живой музыкой, утеплённой летней верандой с окнами в пол и гирляндами по всему периметру комнат и расположенного на заднем дворике зимнего сада.

Я не могу сдержать улыбку, когда слышу знаменитую композицию “Щелкунчика” — скрипки выводят знакомую мелодию так чисто и тонко, что она растворяется, вплетаясь в светские разговоры максимально естественно и незаметно.

Свет многочисленных люстр отражается от бокалов с шампанским мягкими бликами. Платья скользят по мраморному полу, мужчины в идеально сидящих смокингах негромко смеются, наклоняясь друг к другу ближе, чем позволяет формальность. В воздухе смешиваются аромат дорогого парфюма, хвои и тонкая горечь выдержанного вина, и каждая деталь кажется продуманной до основания, как архитектурный проект, где нет места случайностям.

Официанты профессионально лавируют среди гостей, поднося канапе с икрой и крошечные десерты. За стеклянными стенами медленно падает снег, и его тишина контрастирует с мягким гулом разговоров, звоном бокалов и приглушённым смехом.

Здесь жесты продуманы, улыбки выверены, но абсолютно каждый из присутствующих знает, что за блеском драгоценностей и безупречных костюмов прячутся амбиции, ревность и хрупкие договорённости.

И первое, что я замечаю — здесь нет Нейта. Возможность увидеть друга на этом приёме была не высока, но я всё же надеялась с ним поговорить и извиниться. То, как мы разошлись, не отпускает. Внутри растекается тоска и разочарование, а затем я вижу его, и сердце пропускает удар.

Кайл стоит на другом конце зала и нагло пронзает меня взглядом. Я отворачиваюсь, едва мы встречаемся глазами, но внутри уже разгорается пожар. Адреналин, который впрыскивается в кровь при его присутствии, приятно кружит голову — это сопоставимо с эффектом после пары бокалов шампанского.

Марк дружелюбно обменивается дежурными фразами с харизматичным мужчиной в сером костюме, и их беседа плавно перетекает в рабочее русло. Я оглядываюсь по сторонам.

— Мия! — высокая брюнетка неподалёку привлекает моё внимание, шевеля пальцами в воздухе в знак приветствия.

Я узнаю в ней Монику, жену одного из самых влиятельных бизнесменов округа. Её окружает несколько девушек, среди которых я замечаю лицо, от которого крепче сжимаю челюсти.

Эйприл.

Я не готова была встретиться с ней лицом к лицу, особенно после того, что сказал Дэйв. Мой взгляд автоматически падает на её живот, но я одёргиваю себя и делаю медленный глубокий вдох.

— Я отойду к девочкам, — шепчу я на уху мужу, улыбаюсь его собеседнику и иду в самое пекло — туда, где тяжелее всего.

По пути к девушкам я вновь ловлю взгляд Кайла, и то, как он еле заметно хмурится. Возможно, он пытается угадать, что я задумала, но правда в том, что пока я и сама этого не знаю.

— Мия, давно не виделись, — брюнетка первой делает шаг навстречу, когда я приближаюсь, и мы вежливо обнимаемся. — Мы как раз обсуждали организацию еженедельных встреч. Что думаешь?

Вопрос ставит меня в ступор: встречаться каждую неделю? С ними?

У нас слишком разные интересы, чтобы я представила себя постоянной частью этого коллектива.

— Я почти заинтересована, — отзываюсь я мягко и улыбаюсь уголком губ, — но для лучшего понимания хотелось бы чуть больше информации.

— Просто посиделки девчачьей компанией, — небрежно отмахивается Моника. — Без разговоров о сделках, цифр и прогнозов.

— С картами, вином и свежими сплетнями? Я в деле, — смеюсь я, хитро подмигивая.

Брюнетка тоже хихикает и, наконец, делает полушаг назад, открывая меня остальной компании. Я здороваюсь с девушками аккуратным кивком и приподнимаю брови, останавливаясь взглядом на Эйприл.

— Не знала, что ты будешь здесь, — произношу я максимально искренне.

Зубы сводит от одной только мысли, что Марк пытается ввести её в общество, чтобы вскоре максимально естественно и незаметно заменить меня. Подружившись с жёнами коллег, Эйприл заранее заручится поддержкой, смягчив удар по репутации мужа… пока ещё моего.

— Мы не знали, успеешь ли ты добраться, — улыбается девушка. — Марк пригласил меня, чтобы не идти одному.

Я киваю, с трудом, но всё-таки пока ещё удерживая маску наивности.

— Спасибо, — отзываюсь я. — Что бы он без тебя делал.

От этих слов Эйприл выглядит максимально довольной, а я впервые рядом с ней начинаю чувствовать себя хищницей: той, которая знает больше, чем она думает; той, которая контролирует ситуацию.

— В чём твой секрет? — произносит блондинка, стоящая напротив меня. Я понятия не имею, кто это, и её вопрос заставляет слегка напрячься. — Ты прямо… сияешь, — выдыхает она. — Косметолог? Мне определённо нужны его контакты.

Мысли моментально перемещаются к Кайлу, и я невольно улыбаюсь, поджав губы.

— О-о-о, я знаю эту улыбку… — подхватывает Моника. — Кому-то определённо повезло с мужем.

На мгновение я теряюсь, но быстрый взгляд на Эйприл расставляет всё по местам, и я подыгрываю:

— Мы едва не опоздали на приём.

Эйприл еле заметно дёргает плечом.

— Не ожидала, что всего несколько дней так на него повлияют, — продолжаю я, наслаждаясь ситуацией.

Девушки понимающе хихикают, и Эйприл изо всех сил старается не выделяться, но её смех выходит натянутым и тише, чем у остальных.

— Вы успели с проектом? — обращаюсь я к ней, совершенно расслабившись и чувствуя превосходство.

На секунду она выглядит растерянной, явно позабыв о прикрытии, которое сами выдумали.

— Да… почти… остались последние штрихи.

— Вы про застройку Гринвилла? — вскидывает бровь Моника. — У моего на него большие ставки.

— Оу… — осекаюсь я, потому что мозг выстраивает ход быстрее, чем я его осознаю. — С этим, наверное, придётся чуть подождать…

— В каком смысле? — напрягается Эйприл.

— Что-то не так? — хмурится Моника.

— Нет-нет, всё в порядке… — не слишком уверенно отзываюсь я. — Думаю, Марк всё уладит.

— Мия, в чём дело? — тише спрашивает Эйприл. — У нас ведь нет никаких проблем.

Я поджимаю губы:

— Потому что я ещё не рассказала Марку то, о чём узнала.

Обстановка вокруг уже не ощущается беззаботной. Любопытные взгляды девушек прикованы ко мне, и это логично — никто из них не хочет уменьшать семейный бюджет.

— Мия… — серьёзно зовёт Моника.

Я наигранно вздыхаю и произношу как будто через силу:

— Земля Гринвилла имеет культурную ценность. Там есть пара зданий со статусом исторического объекта и, соответственно, особой охранной зоной.

Эйприл фыркает:

— Быть не может.

Я награждаю её уверенным тяжёлым взглядом.

— Мы проверяли… — тянет она, пока в глазах отражается нарастающая паника.

— Ну, раз так, — я пожимаю плечами, — тогда, действительно, волноваться не о чем.

Но я уже вижу тень сомнения на лице Моники и не могу сдержать внутренний злорадствующий смех. И я думаю о том, что это стоит предстоящей бури: когда Эйприл расскажет Марку о нашем разговоре, а она обязательно это сделает, скандала не избежать.

Но то, что она вдруг извиняется и уходит сейчас, на миг выбивает из-под ног почву.

Нет.

Она должна была рассказать ему после приёма.