Бракованный. Меняю мужа

21. Подготовка к празднику

На этот раз до Гринвилла мы добираемся быстрее. Закреплённая на крыше у Дэйва ёлка навевает атмосферу праздника, а когда парни её заносят в дом, то и вовсе вызывает какой-то детский восторг. Свисающая с потолка мишура, гирлянда, растянутая по длинной стене гостиной, бумажные снежинки на окнах — всё делает дом уютнее и “живее”.

— Так, стол поставим во-от сюда, — произносит Дэйв, двигая мебель, — а диван чуть сдвинем, чтобы ветка никому не выбила глаз. Отлично.

Нейт заканчивает с установкой главного праздничного атрибута и делает шаг назад, чтобы оценить собственную работу. Хвойный аромат заполняет каждый уголок, навевая воспоминания о детстве. Друг обводит дерево скептическим взглядом и в итоге удовлетворённо кивает.

— Я принесла часть игрушек, можем украсить её, — указывает Кристен на коробку за диваном.

Дэйв многозначительно поднимает палец вверх, призывая подождать, и включает на смартфоне музыку. Мы принимаемся наряжать ёлку под “Wham! — Last Christmas”, время от времени подпевая.

— Этот надо ниже, — советует Кристен Нейту, от чего тот выгибает бровь. — Тут уже есть красный.

Парень словно в замедленной съёмке вешает шар ровно туда, куда хотел изначально, не отводя взгляда от подруги. Её лицо искажается от фантомной боли, а Нейт тем временем расплывается в широкой улыбке. Я хихикаю над ними и качаю головой.

— Зато наша ёлка самая… — я задумываюсь, — душевная!

— Конечно, — тут же отзывается Нейт, — я всю душу вложил, вешая этот шар.

— Не на то место… — цедит Крис сквозь зубы.

Мы смеёмся, когда Дэйв вешает рядом с алой игрушкой Нейта ещё одну точно такую же, а подруга демонстративно закатывает глаза и отворачивается, пытаясь скрыть улыбку. Коробка быстро пустеет, а ёлка принимает настоящий праздничный вид.

Мы с Кристен незаметно перемещаемся на кухню и начинаем раскладывать в холодильник купленную еду. Часть из этого, вроде готовой курицы-гриль и бутылки недорогого вина, мы купили по пути в Гринвилл, а часть заготовок на салаты заботливо передала через Кристен Элизабет.

— Мне так хорошо, — признаётся она, запихивая пакет с салатом на верхнюю полку. — Как будто вернулась на несколько лет назад.

— Понимаю, — улыбаюсь я, потому что чувствую то же самое.

Возможно, это не правильно, что мне комфортнее здесь, чем с “настоящей” семьёй, но это является фактом и остаётся только принять его.

— Как обед с родителями? — интересуется подруга и грустно усмехается, оценив сморщенное выражение моего лица. — Так плохо?

— Отец узнал о покупке дома и выдал всё Марку. Думаю, у него человек в банке.

Кристен приоткрывает рот в немом ужасе.

— Я выкрутилась, сказав, что купила его для нас в качестве летнего домика для отдыха, но это не отменяет того, что он теперь в курсе. И…

— И?

— И думаю, что он мог что-то заподозрить и решит проверить это в ближайшее время. Пусть мой муж и подонок, но он умён. Спасает лишь то, что он считает, что я не знаю о его связи на стороне.

Я заканчиваю перекладывать продукты из пакета и закрываю дверцу холодильника. Кристен опирается бёдрами о подоконник и складывает руки на груди.

— Думаешь, он приедет сюда?

Пожимаю плечами.

— Хочется верить, что он не променяет отдых с любовницей на попытку уличить меня в… — я развожу руками, не подобрав варианта, — чём бы то ни было.

— До сих пор не понимаю, почему он тебя отпустил. Разве Марк сам не понимает, что это вызывает кучу вопросов? Праздновать Рождество порознь с женой…

— Я мешала ему, — отмахиваюсь я. — Он был рад избавиться от меня и не слушать очередное нытьё о том, что он совсем не бывает дома.

Подруга презрительно кривится, сморщив нос:

— Он сильно изменился. Когда вы познакомились, мне казалось, что он сходил по тебе с ума.

— Казалось… — соглашаюсь я. — Я всё больше задумываюсь о том, что всё это изначально было спланировано.

— Свадьба? Но зачем?

— Фирма отца бы не выжила, не влей Марк приличную сумму. А у Марка… у него наверняка с этого есть какие-то свои плюсы. Надо копнуть глубже, я уже попросила мистера Байрона изучить наш брачный договор. Уверена, что я чего-то не заметила, когда подписывала его.

Из гостиной раздаётся дружеский смех парней.

— А по договору он оставляет имущество себе?

— Учитывая, что я не работала — да. Теперь мне понятно, почему он так настаивал, чтобы я “занималась домом”. Он привязал меня к себе, сделал так, чтобы я была зависима, а я повелась, пока любовь застилала глаза.

Крис недовольно поджимает губы.

— Ничего, — выдыхаю я и мягко улыбаюсь. — В принципе, за эти восемь месяцев мы и не успели нажить ничего совместного, пусть забирает своё и катится к чёрту.

— А этот дом?

Моя ухмылка становится хитрой.

— Мы оформляли его не напрямую. Сначала покупателем являлся мистер Байрон, а потом он переписал право собственности через договор дарения, поэтому Марк к нему не подберётся.

Подруга довольно кивает, и уголки её губ приподнимаются. Её плечи плавно опускаются, словно Кристен наконец выдохнула скопившееся внутри напряжение. Мы возвращаемся к парням, которые развешивают на небольшом камине четыре ярких рождественских носка. Я и не знала, что кто-то принёс их сюда.

— Левее, — командует Нейт, стоя к нам спиной.

— Левее не за что зацепиться, — ворчливо отзывается Дэйв, наклонившись над каменной кладкой.

— Так вбей гвоздь.

— И где я тебе его возьму?

— Из колеса вытащи. Судя по тому, как ты медленно ехал, наверняка останавливался его подкачивать.

Дэйв толкает Нейта, от чего тот смеётся и нападает в ответ. Между парнями завязывается возня, а мы с Кристен встречаемся взглядами. И в этих взглядах принятие и бесценное спокойствие, которое заполняет тебя тогда, когда ты чувствуешь себя в безопасности.