Бракованный. Меняю мужа

6. Приём

Марк галантно ведёт меня под руку по широкой лестнице к входу в огромный особняк. Зажжённые факелы на коричневых кирпичных стенах навевают атмосферу средневекового замка, а льющийся из высоких закруглённых поверху окон тёплый свет и весёлый смех напоминают о балах. Витиеватые лианы болотно-коричневого цвета с необычными сиреневыми цветами удивительным образом украшают припорошенные снегом стороны от главных двустворчатых дверей.

Муж называет фамилию охране у входа, и мы заходим внутрь. Марк по-джентельменски помогает мне снять тонкую белую шубку, которую прислуга тут же забирает. Провожу ладонью по чёрному крепко затянутому корсету, украшенному множеством твёрдых бликующих серебром деталей в виде маленьких перьев.

— Миссис Брукс, — учтиво обращается ещё один мужчина средних лет в чёрно-белой форме, — позвольте вашу руку.

Непонимающе наблюдаю за происходящим, пока он надевает на моё левое запястье чёрную резинку с прицепленной к ней маленькой карточкой, сложенной вдвое книжкой. После этого он подаёт моему спутнику красивую чёрную ручку с позолоченной выгравированной датой.

— В целях увеличения благотворительного сбора мистер Хопс, хозяин данного дома и организатор вечера, предлагает всем дамам присоединиться к идее платных танцев, — поясняет мужчина. — У вас в карточке три строки, где мужчина, пригласивший вас на танец, должен указать своё имя и сумму пожертвования. Отказ, как вы понимаете, под запретом, ибо все мы здесь собрались для одной благой цели — собрать средства для детских домов.

Ошарашенно киваю. Мне не прельщает мысль невозможности отказать какому-нибудь слащавому толстосуму, но сама идея необычна и привносит азарт в приевшиеся светские мероприятия. Заполучить максимальную сумму за танец — цель этого вечера. Своего рода негласное соревнование между женским полом, как и между мужским — сорение деньгами с целью доказать своё превосходство. Отдать большую сумму и сделать вид, что тебе это ничего не стоит, но при каждой возможности упоминать об этом — цель этого вечера для мужчин с громкими фамилиями.

— И ещё, миссис Брукс, — отвлекает от мыслей всё тот же мужчина с чёрной бабочкой, — у нас будет мини-аукцион, где каждая дама может выставить какой-нибудь лот. — Он достаёт из нагрудного кармана ручку и блокнот. — Что вы могли бы предложить?

Марк напрягается и с нескрываемым раздражением вмешивается в разговор:

— То есть помимо того, что я пожертвовал крупную сумму и должен дополнительно отдать деньги за танцы, ещё и моя жена должна что-то “предложить”?

— Мистер Брукс… — чуть сконфуженно начинает объяснять слуга, но я перебиваю.

— Какого рода предложения имеют место быть?

— Всё зависит от умений и сферы увлечений дамы, — тут же отзывается мужчина. — Кто-то предлагает платье из разработанной эксклюзивной коллекции, кто-то абонемент в свой люксовый салон красоты, кто-то сервиз ручной работы, а кто-то и поцелуй, — смущённо прокашливается он.

— Дама, предложившая поцелуй, пришла сюда со своим мужем? — выгибает бровь Марк.

— Да, сэр, — вновь прокашливается мужчина, явно чувствуя себя неловко.

— Это ужасно, — морщится мой спутник и собирается уже меня увести, но я задерживаю его ещё на минутку.

— Запишите, что миссис Брукс напишет на заказ картину, — вежливо улыбаюсь я и поворачиваюсь к мужу. — Цель действительно благородна, — пожимаю плечами.

Мужчина расплывается в довольной улыбке, что сильно контрастирует с нахмурившимся Марком. Увожу недовольного спутника вглубь дома, минуя просторный холл. Фатиновая юбка приятно скользит по ногам, а маска на лице создаёт иллюзию дополнительной защищённости. Каждый гость сегодня, как всегда, на высоте: большой зал наполнен пышными платьями самых различных цветов, в воздухе стоит мешанина изысканных парфюмов, а укладки присутствующих вылизаны до идеала. Современная музыка с привкусом классики льётся со стороны сцены, где расположились музыканты. Официанты снуют туда-сюда с серебристыми подносами, предлагая закуски и выпивку, у правой стены расположен длинный стол с шикарным фуршетом. Кто-то танцует, кто-то смеётся, кто-то обсуждает работу. Повсюду виднеются улыбки: искренние, натянутые, скромные или соблазняющие.

— Поверить не могу, что ты это предложила, — шепчет Марк, чем вводит меня в ступор.

Останавливаюсь, заставляя мужа посмотреть на меня.

— У меня достаточно свободного времени и навыков, чтобы справиться с задачей. Или, быть может, мне надо было предложить поцелуй? — мило улыбаюсь, не желая давать людям повод для сплетен.

Марк переводит взгляд на мои губы и раздражённо продолжает:

— Можно было ничего не предлагать.

— Милый, я знаю, как устроены эти вечера, — кладу руку ему на плечо, поглаживая шею указательным пальцем. — Чем больше жертвуешь, тем больше тебя ненавидят за превосходство. Ты ведь именно этого хочешь, верно? Утереть им нос?

— Мы могли предложить деньги.

— Это работает немного не так, — вымученно улыбаюсь я. — Мы сыграем по правилам. Писать картины не стыдно. Не понимаю, почему ты так взъелся.

— Не люблю, когда меня пытаются развести. Они должны были предупредить об условиях заранее.

— И что бы это изменило?

Марк сжимает челюсти, от чего желваки на его скулах начинают выпирать.

— Расслабься, — выдыхаю я. — Мне не сложно.

Я с упоением мысленно замечаю, что на самом деле сделала это для себя. Наконец, у меня появился повод снова взять в руки кисть. И повод важный, от которого ни муж, ни я не сможем отмахнуться. Я зацепилась за шанс вернуться к любимому делу и не готова сдавать назад.

— Не хочешь потанцевать, пока мой список ещё пуст? — перевожу я тему игривым тоном.

Марк насмешливо выдыхает и несколько раз кивает.

— Конечно, любимая.

— И сколько ты готов отдать за танец со мной? — сексуально продолжаю я, прищуриваясь и прикусывая нижнюю губу.

— Всё, что у меня есть, — выдыхает он и тихо добавляет: — если бы это пошло тебе, а для фонда будет достаточно и двух тысяч.

Хихикаю, пока Марк аккуратно выводит инициалы в моей карточке. Музыканты начинают очередную композицию. Первые аккорды звонко разносятся по залу, когда муж кладёт руки мне на талию и притягивает к себе.

— Ты такая красивая, — шепчет он с томной ухмылкой.

Смущённо расплываюсь в улыбке и чувствую, как температура в зале поднялась на несколько градусов.

— И эти твои ямочки… — продолжает он, проводя взглядом по щекам. — Их надо запретить на законодательном уровне, они сводят меня с ума.

Поглаживаю большим пальцем его гладко выбритую скулу и всматриваюсь в лукавые глаза. Это именно то, чего мне в последнее время так не хватает: чувствовать себя нужной, любимой, желанной.

— Почему я так редко стал видеть их? — выдыхает Марк, и меня пробивает слабая дрожь.

— Потому что тебе некогда их замечать, — отзываюсь я так же тихо. — Я всегда рядом, но при этом бесконечно далеко, — грустно замечаю истину, которая гложет меня уже несколько месяцев.

Муж сводит брови к переносице и открывает рот, но я опережаю:

— Я понимаю, что ты работаешь. Всё нормально.

Его губы смыкаются, так и не произнеся ни звука. Мы раскачиваемся в такт мелодии, не замечая никого вокруг.

— Я подумала, что будет славно отметить Рождество вместе, пусть и в офисе.

— Поэтому ты предложила помощь?

Киваю. Марк на мгновение кажется стушёванным, и внутри раздаётся странный звоночек.

— Что-то не так? — уточняю я напрямую, так как моё эмоциональное состояние с учётом последних дней грозит быстро накалиться.

— Не хочу, чтобы ты загружала себя работой из-за того, что я сам с этим не справляюсь. Чувствую себя виноватым.

Музыканты заканчивают играть и переходят к другой композиции. Марк убирает руки. Провожу ладонью по его щеке и оставляю на губах нежный поцелуй.

— Мы стали одним целым, когда дали брачную клятву, помнишь? В горе и радости.

Он грустно улыбается и целомудренно чмокает меня в ответ.

— Пойдём, поздороваемся, — переводит он тему и ведёт меня к компании неподалёку.

Ощущение странного неудобства разрастается в грудной клетке. Наш разговор кажется логичным, но что-то во мне упорно зудит, заставляя раз за разом прокручивать диалог. Я как будто не чувствую удовлетворения, интуитивно понимая, что за красивым фасадом наших отношений всё ещё скрывается огромный увеличивающийся разрыв. В голове вновь возникает калейдоскоп воспоминаний из дня рождения в одиночестве, ссоры, ночного звонка по работе и колких шуточек за обедом, а апогеем становится недавнее выражение лица Марка. Он будто отталкивает меня, может и подсознательно, но всё же не хочет принимать помощь. Не хочет, чтобы я была рядом в праздничный день.

Когда всё успело настолько скатиться в пропасть?

Вежливо улыбаюсь, пока муж представляет меня своим коллегам. Я даже не слышу их имён, сосредоточенная на чувствах, сдавливающих горло. Мужчины принимаются обсуждать одну из последних крупных сделок, а я медленно осматриваюсь. Мне интересно, все ли пары сталкиваются с подобным. Нормально ли то, с чем я пытаюсь бороться? Напряжение вместе с воздухом выходит из лёгких, когда я замечаю у перил второго этажа фигуру Нейта. Он поднимает руку и перебирает пальцами в воздухе, приветствуя меня.

— Простите, — кладу я пальцы на плечо мужу, — я вас временно покину.

Лавирую между людей, пробираясь наверх. Улыбка сама появляется на моём лице, стоит мне увидеть ухмыляющееся выражение друга. Он идёт навстречу и заключает меня в тёплые объятия.

— Привет, — шепчет он на ухо.

— Привет, — отзываюсь я.

— Шикарно выглядишь, — Нейт отстраняется и прячет руки в карманы чёрных брюк.

— Тебя тоже непривычно видеть в костюме, — парирую я. — Давно здесь?

— Не особо. Но успел заметить, как ты скучаешь в обществе тех мужланов.

Хихикаю, отводя взгляд.

— Да, индексы финансовых бирж и прогнозы застроек меня не особо интересуют, — соглашаюсь я. — А ты что же, нахально наслаждаешься одиночеством? — иронично выгибаю бровь.

— Я успел выслушать лекцию от отца по дороге сюда и, знаешь, на сегодня мне хватило общения.

Он ловко снимает с подноса мимо проходящего официанта два бокала со светлой пузырящейся жидкостью и вручает один мне, из своего тут же отпивая.

— Как у вас с Марком? — интересуется Нейт, словно спрашивает о прогнозе погоды. — Помирились?

— Да мы и не…

— Ага, — усмехается он уголком губ и облокачивается локтём о перила. — Мне то не рассказывай. Скажи ещё, что ты ему спустила с рук то, что его не было рядом в твой день рождения.

Отворачиваюсь, глядя вниз на мужа в компании таких же трудоголиков. Нейт меня слишком хорошо знает. Лучше, чем Марк, что меня, чёрт побери, по-своему бесит. Я понимаю, что они разные, но насколько было бы проще, понимай меня Марк так же.

— Помирились, — выдавливаю улыбку и возвращаюсь глазами к собеседнику. — Вроде бы.

Он удивлённо склоняет голову.

— Всё сложно, — хмурюсь я. — Давай не будем сейчас об этом.

Делаю маленький глоток прохладного шампанского. Пузырьки игриво щекочут язык.

— Сбежим? — хитро щурится Нейт, и я хихикаю.

— Хочешь навести на меня сплетни всех кровожадных обольстительниц? Они припишут нам роман, едва мы скроемся из виду.

Друг закатывает глаза.

— Ты стала скучная.

Хмыкаю. Он прав. С момента, как на моём безымянном пальце появилось кольцо, жизнь стала слишком пресной. Правила, правила, правила. Я не могу запятнать репутацию мужа и должна думать наперёд. Светские вечера — минное поле, где только дай повод понизить кого-либо в надуманной иерархии. Если твоя жена уезжает с другим, то не важно, сколько денег ты отвалил на благотворительность. Ты становишься лузером и каждый одаривает тебя ехидной сочувствующей улыбкой.

— Когда едем к Кристен? — спрашиваю я с целью перевести тему.

— Да хоть сейчас. Я полностью в твоём распоряжении до тридцатого декабря.

Пропускаю привычный флирт мимо ушей и прикидываю, когда лучше отправиться к подруге.

— А тридцатого гонка?

Парень кивает, на пару секунд засмотревшись куда-то мне за спину.

— Уже месяц обкатываем с Дэйвом трассы каждые выходные, маршрут станет известен позже.

— Есть опасения?

— Гололёд и высокие ставки.

— Насколько высокие?

— Кубок Далласа.

Округляю глаза. Кубок города является высшей наградой для гонщиков Техаса. Каждый стритрейсер грезит получить его, но далеко не каждый в силах это осуществить. И с тех самых времён, когда мы познакомились с Нейтом, кубок был его целью. Сколько бессонных ночей, сколько пота и крови прошёл этот парень, чтобы приблизиться к мечте.

— Скинь мне адрес, я приеду, — тоном, не терпящим возражений, прошу я.

— Муж отпустит? — подкалывает друг, растягивая губы в усмешке.

По-дружески бью его кулаком в плечо, от чего раздаётся знакомый согревающий душу смех.

— Что? — изумляется парень. — Он и так ко мне неровно дышит. Ты спрашивала, с какого… кхм… перепугу он кинул меня в ЧС?

— Нет, — поджимаю губы. — Пусть продолжает думать, что ты в ЧС.

Интуиция подсказывает, что в Марке сыграла грубая слепая ревность. С какой-то стороны это даже приятно, знать, что он боится меня потерять.

— Но после сегодняшнего вечера на гонку он тебя точно не отпустит.

— Это ещё почему? — вскидываю подбородок в попытке рассмотреть в голубых глазах, что именно он задумал.

Нейт загадочно цокает и протягивает руку к карточке на моём запястье. Он отставляет бокал на столик неподалёку и достаёт ручку.

— Хм… — хмурится он.

— Что?

— Нет, ничего.

И друг выводит на второй строчке своё имя и сумму в три с половиной тысячи долларов.

— Ты обалдел? — шиплю я. — Не знаешь, куда деть деньги? Лучше бы в тачку вложил.

— Ну, отец настаивал, чтобы я пришёл сюда, так что… — весело подмигивает Нейт и протягивает руку ладонью вверх, приглашая на танец.

Музыканты доигрывают последние ноты и начинают следующую. Я кладу руки на широкие плечи друга и цепляюсь взглядом за виток татуировки, выглядывающей из-за ворота рубашки. Крепкие мужские пальцы аккуратно переплетаются у меня на пояснице. Не могу не заметить попытку Нейта скрыть улыбку и спрашиваю:

— Представляешь, как сильно сейчас бесишь Марка?

— Ага, — с мальчишеским озорством признаётся он, и я качаю головой.

Нейт поднимает мою руку, и я делаю пару полных оборотов вокруг себя, после чего он снова притягивает меня в объятия.

— Ты манипулятор.

— Знаю. И ты тоже.

— Знаю, — усмехаюсь я. — Но я не манипулирую чужими мужьями.

— Если Марк настолько глуп, чтобы забыть о сокровище, которое у него в руках, я ему об этом напомню, — серьёзно, но совершенно спокойно произносит Нейт, вызывая у меня волну мурашек и тяжёлый вздох. — А если он когда-нибудь доведёт тебя до слёз, я откручу ему голову, — с натянутой вежливой улыбочкой кровожадно добавляет он.

Тяжесть с плеч падает. Нейт давно стал мне братом, и я рада вновь почувствовать его заботу на себе. Проблемы в браке уже не кажутся такими непосильными, когда рядом верное плечо друга. Уверенность, что всё решится, обрушивается окутывающей лёгкостью. Всё точно будет хорошо.

Я уверена.

__________________________________________________________________________________________________

А пока вы в ожидании следующей главы,

приглашаю вас заглянуть в новинку от Рики Лав:

«ПРОШУ СПАСТИ, или БАРС ДЛЯ КОЛЮЧКИ»

→ Есть 2 вида богатых: одни смотрят сверху вниз, другие — сквозь тебя.

Кир всегда смотрел НА меня.

И когда я, достигнув дна, предложила ему себя в обмен на деньги, и подумать не могла, что однажды этот мужчина будет готов отдать все, лишь бы я больше никогда не опускала глаз.

Они похитили мою сестру, думая, что имеют дело с одинокой девчонкой. Они не знали, что за мной стоит Кирилл Барсов.

И теперь им предстоит на себе прочувствовать, что бывает, когда у уличной кошки за спиной встает настоящая пантера.

А я буду учиться доверять — ведь теперь рядом он, мужчина, с которым не страшно любое падение.

ЧИТАТЬ ТУТ >>