Чем рыжие не шутят

Глава 11. Футбол? Бокс. Гол? Нокаут!

Глава 11. Футбол? Бокс. Гол? Нокаут!

Алина Воронцова

Не так давно спортивные СМИ запестрели новостью, что «Янтарные волки» обыграли московскую команду с «сухим» счетом «2:0» и прошли в полуфинал. Я думала, что теперь Миша немного отдохнет и наши напряженные отношения вернутся в мирное русло. Не тут то было.

До новой игры ребят оставалась неделя. И с каждым днем Миша становился все более нервным.

Единственное, что я могла сделать – прийти на тренировку, чтобы поддержать парня. Ну, или хотя бы увидеть. Он, кажется, разбил лагерь на поле, заставляя парней тренироваться сутками.

Я пристроилась на трибуне крытого стадиона. Поле еще было пустым, лишь два парня из команды без энтузиазма пасовали друг другу мяч.

Я достала из сумки книгу по английскому, решая совместить приятное с полезным. В момент, когда я пыталась разобраться с очередным параграфом, над моим ухом разнеслось резкое и громкое:

-БУ!!!

Я вздрогнула, едва не выронив учебник. Напугавшее меня приведение захохотало голосом Максим Зорина.

-Ого, какая ты нервная. – Парень, прокравшийся за мою спину на соседний ряд кресел, выглядел довольным спобой. – Ты, это… Витаминки пей. Пустырник там, может.

Перешагнув через спинку соседнего кресла, рыжий засранец уселся рядом со мной.

-Зорин! Ты мне скоро сниться начнёшь! – Прорычала я.

Следом за этим вспомнила, что он мне и так недавно снился. Это меня еще больше разозлило. Он проник в мою голову!

-Ну, что сказать…. Тебе повезло. – Уголок губы парня подтянулся, демонстрируя нагловатую улыбку.

Вместо слов я замахнулась учебником.

-Эй-эй! – Живо отпрянул парень. – Ты что творишь? Я красивый, меня нельзя бить!

-Ничего страшного. – Хладнокровно откликнулась я. - Вас таких в мире двое, одним можно и пожертвовать.

-Но я красивее Сани! – Возмутился рыжий.

-Вы близнецы!

-У меня веснушки особенные, посмотри!

Парень неожиданно быстро наклонился ко мне, дабы продемонстрировать созвездия рыжих звездочек на его носу и щеках.

Я пихнула его учебником, на этот раз в грудь, возвращая себе личное пространство.

-Что, студентка. Зубришь? – Футболист обратил внимание на мое оружие. - Что там у тебя?

Я уныло кивнула, демонстрируя ему обложку книги:

-У меня тест скоро. – Призналась я обреченно. - А я даже вопросы не понимаю, не то что ответы…

-Английский? - Прочитал он. - Я могу помочь.

-Правда? – Сомнение в моем голосе можно было набирать на ложки.

-Без проблем. Я же лингвист. – Пожал парень широкими плечами.

Хм. А ведь точно! Зорин же языковед, да к тому же полиглот, о чем я успела забыть. Решение моих проблем было совсем рядом, а я его в упор не видела.

Я счастливо улыбнулась:

-Это было бы…

-Совершенно неуместно. – Раздался твердый голос прямо перед нами.

Мы с Зориным одновременно повернули голову в сторону поля. Перед трибуной, где мы сидели, стоял Миша. Судя по его выражению лица, он был уже не рад моему приходу на тренировку. Хотя в последнее время у него всегда был кислый вид.

-Да? Также неуместно, как отчисление из-за заваленных тестов, или чуть менее неуместно? – Уточнил Максим псевдо-озабоченным тоном. – Интересно послушать о твоих приоритетах.

-Эй, вообще-то я тупа не настолько, чтобы меня отчислили! – Слабо подала я голос, желая перевести все в шутку.

Однако эти два самца уже не обращали на меня внимания.

-Брось, Зорин. – Сморщил Мальцев нос, подходя ближе и становясь рядом со мной. - Никто в здравом уме не пойдёт с тобой на… Занятия. Весь университет в курсе, что когда твой друг в последний раз занимался учебой, он начал встречаться со своим репетитором.

Мне кажется, или при упоминании друзей Максима, тот значительно напрягся? Я буквально почувствовала, как с него слетел флер расслабленности.

-Хм. Черт возьми, ты нас раскусил. – Хмыкнул Зорин, вставая на ноги. - Это секретная многоходовочка. Мы занимаемся с девчонками учебой, а потом сексом. Знал бы ты, как девушек возбуждают неправильные глаголы… А уж от Past Simple и Present Perfect вообще башню сносит… – Зорин выдержал паузу, сменив тон из издевательского на вопрошающий: - Мальцев, ты серьезно?

-Абсолютно.- Кивнул Миша.

Максим сощурился, отерев руку о шорты, будто она чесалась по чему-то вмазать:

-Я не знаю, что меня раздражает больше. Твоя категоричность на мой счёт, или то, что ты решаешь за свою девушку.

-Так, успокойтесь. – Встряла я, не желая слушать подобные глупости.

Чего началось-то? Это из-за английского? Всегда знала, что от этого предмета мне светят одни проблемы…

-Тебя там тренер ищет. – Неожиданно выплюнул Миша. – И он не один.

Зорин обреченно вскинул глаза к ярко-освещенному потолку. Его губы беззвучно прошептали что-то, что могло быть и молитвой и проклятием.

-Адьос, Сейлор Мун. – Бросил он напоследок.

-Сейлор Мун? – Повернулся ко мне Миша, едва след Зорина простыл.

Я отмахнулась:

-Да кто его разберёт. Придумал что-то. – Пробормотала я, не смотря на парня и прикусывая щеку изнутри, чтобы сдержать непрошенную улыбку.

-Я бы не хотел, чтобы вы близко общались. – Нахмурился парень. - Он не самый надёжный парень.

-Он же из твоей команды. Разве вы не должны доверять друг другу?

-Ну не девушку же я ему доверять должен? А мяч!

Что ж, резонно.

Я посмотрела на блондина. Тот исподлобья смотрел на прибывшую команду. Кажется, вместе собрались все, кроме тренера и Зорина.

Те стояли неподалеку, вместе с каким-то мужчиной. Причем Миша выглядел еще мрачнее, едва косился в их сторону.

-Это кто-то серьезный? – Спросила я, кивнув на солидного дядечку в классическом костюме.

Тот закивал, в ответ на какую-то реплику Антона Зорина. Затем он похлопал Максима по плечу. Близнец стоял ко мне спиной, так что выражения лица я не видела. Однако казалось, будто ему неуютно в том обществе.

???-О, ты не представляешь, насколько. Представитель греков. Ну, это сборная Англии – «Эпискирос». Не команда, а мечта. – Пояснил Мальцев. – Кажется, тренер устроил Зорину смотрины.

Я попыталась понять, почему сборная Англии – это греки, но спрашивать у Мишки не стала.

-Он перейдет в другую команду?

-Понятия не имею. Но, скорее всего, с ним подпишут контракт после финальной игры. Если он будет хорошо себя проявлять. – Миша отвернулся от тренера и сокомандника, бросив сквозь зубы: - Жаль, что у меня нет папочки-тренера. Приходится самому выкручиваться. Теперь ты понимаешь? Я не хочу видеть вас слишком близко друг к другу. Он… Он не должен быть рядом с такой девушкой, как ты.

Мне не понравились его грубые слова, но и парня своего обижать не хотелось, вступаясь за Максима. Однако раньше он не выказывал ревности или такого раздражения к Зорину.

Даже когда мы ссорились, он будто и не меня ревновал вовсе, а просто не хотел, чтобы Зорин существовал. Это было странно.

Ах, и еще… Такой девушкой, как я? Знал бы Миша, что с Зориным у нас больше общего чем друг с другом. Впрочем, я сама в этом виновата и не имею права осуждать своего парня.

Недавно я пыталась обсудить с Мишей природу своих отношений с рыжим парнем. Я честно призналась, что Зорин и его друзья – люди, благодаря которым я перестала есть в одиночестве. Я думала, он меня понял. Но сейчас в этом сомневаюсь.

Затем в мою голову почему-то влезло улыбающееся лицо рыжего придурка. И, что было еще более некстати, кусок из моего сна, где я перепутала объятия своего парня с рыжим пиратом.

Да, это был лишь сон, но мне было жутко неудобно перед Мишей! Конечно, будь у меня подруга, вроде Катерины Романовой, она бы покрутила пальцем у виска в ответ на мои терзания. И сказала бы что-то вроде: «Тебе понравилось? Тогда нечего страдать! Если в реальной жизни чужих мальчиков трогать нельзя, так хоть во сне оторвись, девочка моя!». Я еще плохо знала Катю, но почему-то была уверена, что именно так она и скажет.

А вот если верить дяде Зигмунду Фрейду, то я наверняка распутница… Может, с ним бы согласилась и Маруся?

В любом случае, подруг у меня не было. Психотерапевта тоже. Так что я просто мучилась угрызениями совести в одиночестве.

Наверное, поэтому мне сильнее захотелось поддержать своего парня. Доброго, хорошего парня. Который всегда был так нежен со мной, если дело не касалось футбола или Зорина. К несчастью, в последнее время дело их касалось всегда.

Я взяла Мишу за руку, притягивая ближе:

-Эй.

Тот посмотрел на меня сверху вниз. Я же, положив учебник на соседнее сидение, встала ближе к нему.

-Не думаю, что Зорин может меня обидеть, Миш. – Коснулась я его щеки, погладив гладко выбритую поверхность. - Мы же говорили об этом. И, как я думала, поняли друг друга.

Тяжко вздохнув, парень обреченно качнул головой:

-Я постараюсь.

-О большем я не прошу. – Я поцеловала парня в щеку.

В этот момент к нашим ногам прилетел футбольный мяч.

-Эй, капитан. Пора тренироваться, как считаешь? – Задорно крикнул Зорин, пнувший мяч.

-Я постараюсь… – Повторил Миша, глядя на рыжего беса. – Но это будет сложно.

Началась тренировка. Мужчина, тот самый из греко-англичан, остался следить за спортсменами, что, как мне кажется, напрягло Мишу.

Сегодня я впервые увидела тренера команды, отца Максима, вживую, да еще и в рабочей среде. Он был похож на сына жестами и мимикой.

Как часть тренерской программы, ребят разделили на две команды. В одной капитаном стал Зорин, в другой остался Миша.

Обычно я скептически относилась к футболу и не была особенно заинтригована в пинание мяча по травке. Но сейчас я очнулась, когда судья-тренер дунул в свисток, оповещая об окончании тренировочного матча. Я не пропустила ни минуты.

Это было круто.

Зорин выиграл. Точнее, его команда, которую парень наставлял всю игру, ведя за собой, как прирожденный лидер. Он подбадривал их во время промахов, хлопая по спине и улыбаясь во всю возможность своего рта. Он же хвалил за удачные передачи, давая «пять» и беззаботно улыбаясь.

Сам Зорин забил два гола из трех, и оба были, что называется «красивыми». Причем он действовал так, будто управляет мячом силой мысли.

Когда он уходил с поля, подняв свою футболку и вытирая ей мокрое и грязное от недавнего падения лицо, я против воли проследила за ним взглядом. Кусок татуировки на его спине показался из-за серого полиэстера, чтобы скрыться.

Если честно, он был невероятен. Наверное, Миша тоже это понял. Потому что выглядел таким мрачным, будто ему не забили пару голов, а дали прилюдную оплеуху.

Сейчас вратарь «Волков» остался на поле один, пиная и пиная мяч в собственные ворота.

Я приблизилась к своему парню, неловко ступая туфлями на каблуках по полю. Интересно, а так вообще можно, или я порчу им газон?

-Игра была интересная. – Начала я с опаской, прощупывая почву для общения. – Зрелищная.

Капитан замахнулся для очередного удара, но остановился. Оставшись стоять спиной ко мне, Миша просто смотрел на белый мяч в траве.

-О да. Очень интересная. Я как раз искал повод показать тебе и чуваку из «Эпискирос», как в мои ворота залетают мячи.

-Но ты же не можешь принимать все мячи. – Попыталась я утешить парня, выбирая самый мягкий тон. – Ты перехватил много мощных ударов. Когда Максим ударил в угол, я думала что такой мяч достать невозможно, но ты буквально взлетел и…

-Алин, хватит.

-Миш, ладно тебе…

Я коснулась его плеча, но он неожиданно дёрнулся, сбрасывая мою ладонь.

-Алин, просто не лезь. – Рявкнул он.

Возможно, мне и правда не стоило лезть. Однако я нахмурилась, заметив:

-Это же игра. Тренировочная. И вы из одной команды. Как капитан, ты должен гордиться таким игроком, как Зорин. Работая вместе, вы точно принесете победу команде.Он фыркнул, сплюнув на траву. Взгляд, которым парень одарил меня, был полон горечи и раздражения:

-Как капитан, я должен быть примером для остальных.

-Так будь им. Не только в том, что ты будешь выхватывать любые мячи… Ты же не волшебник, Миша, не думаю, что они ждут именно этого. Но ты должен думать о сплоченности команды. Тебе следовало зайти в раздевалку и похвалить Максима. Это был бы поступок капитана, лидера.

-Алина, блин… Ты просто не понимаешь. Максим Зорин - кость в моем горле. Острая, рыбья кость. Застряла поперек, что я дышать не могу. – В доказательство своих слов парень обхватил покрасневший от перчаток рукой свое горло у кадыка, сжимая.

Я моргнула. Может, я правда не понимала.

-Если я не понимаю, то объясни. Сложно поддерживать тебя, когда ты ведешь себя, как обиженный ребенок, проигравший в дворовом матче.

Судя по выражению лица вратаря, влажного и порозовевшего от игры, он хотел сказать мне пару ласковых. Однако вовремя одумался. Будто пелена спала с его глаз, он приобнял меня одной рукой, притягивая к себе.

-Прости. Просто я в запале игры себя не контролирую. Зорин… Понимаешь, он как будто родился с футбольным мячом, вместо соски. Батя его – профессиональный тренер. Сам Максим – талантливый, как черт. А я херачу дни и ночи напролет, чтобы добиться таких же результатов… Я всю душу вкладываю в игры. А он приходит на поле, и летает по нему с улыбочкой придурка, как будто пинать мячик – самое легкое дельце в мире.

Я понимала, о чем говорит Миша. У самой не раз за игру возникало чувство, будто Зорину очень легко дается происходящее. Будто сама Фортуна благоволит ему, подсовывая мяч под удар ноги.

Однако, это не могло быть так. Каким бы талантом не обладал парень, я видела, насколько мокрым он ушел с игры. У него были сбиты колени, трава и земля испачкали гетры и форму. Его лицо было в подтеках пота и грязи, а рыжие волосы свисали мокрыми прядями. Он выложился.

Но говорить этого Мише я не стала. Он тоже старался. Очень.

-Твое упорство обязательно вознаградится. – Я подтянулась, чтобы поцеловать Мишу в подбородок. – И не надо сравнивать игру вратаря и нападающего. Тем более, что капитан на поле все равно ты.

-Ты рассуждаешь, как типичная девушка. – Мягче пробормотал парень, придерживая меня за талию.

-Хм, может это потому, что я – девушка? – Улыбнулась я, чувствуя, как его настроение меняется в лучшую сторону.

Я посмотрела в его открытое, усталое лицо. Наверное, между нами и правда не было химии, искр и взрывов петард, о чем упоминал Максим. Однако мне с Мишей было надежно и спокойно. Думаю, это лучший выбор.

А с таким как, например, Максим, я бы жила, как на пороховой бочке. Мне не надо это. Стоп… Мне даже сравнивать их не следует!

-Пошли, мне надо принять душ и переодеться. Я не запачкал тебя? – Отстранился парень, оглядывая мою рубашку и юбку плиссе, прикрывавшую колени. Верхняя часть меня чудом осталась белой.

Я мотнула головой, ковыляя за руку с парнем в сторону помещения для игроков.

-Здесь подожду. - Остановилась я у входа в раздевалку, из которой уже выскочило двое игроков, махнув на прощание своему капитану.

Лицезреть голые задницы «Янтарных волков» желания не было.

Прошло минут пять, как мой парень исчез внутри. Двери распахнулись, выпуская виновника очередной нашей попытки поссориться. Максима Зорина.

Рыжий спортсмен уже смыл грязь со своих щек. Его волосы были мокрыми, и от того более темными и красными, чем обычно.

Парень на ходу пытался справиться с заевшей молнией на куртке, когда встретился со мной взглядом. Его пальцы, до этого двигающиеся как-то неловко, замерли.

Футболист улыбнулся:

-Наш главный болельщик! Как игра? Кажется, я слышал храп со стороны трибун… Это была та?

-Вообще-то я смотрела. – Обиделась я.

-Болела за меня? – Поинтересовался наглец.

-Болела за своего парня.

-Эх, тогда сегодня не твой день. – Зорин развел руками в притворном разочаровании. – И вообще, разве так оказывают поддержку? Где же футбольный шарфик? Или хотя бы эти веселеньки помпоны, с которыми девушки в коротких юбчонках прыгают, поддерживая команду? Может, если бы твоя юбка была на сантиметров десять короче, наш капитан воодушевился и раскидал нас, как котят.

Я подавила желание посмотреть на свою юбку и оправить ее еще ниже. Помнится, она была очень приличной длины. Просто Зорин из того типа парней, которые могут заставить даже человека в монашеской рясе почувствовать себя раздетым.

-Если ты про чирлидерш, то они размахивают пипидастрами. – Поправила я парня, добавляя в его лексикон новое слово. – Обязательно обзаведусь такими, если вы выйдете в финал.

-О, ловлю на слове. – Зорин бесцеремонно ткнул меня пальцем в лоб.

Парень провёл ладонью по голове, убрав влажные волосы назад. Бросив взгляд на дверь в раздевалку, а затем на меня, он хитро улыбнулся:

-У меня улетное предложение! Дыши, если согласна.

-А? Что? – Напряглась я.

Зная Зорина, я могу и в Мексике оказаться, если соглашусь даже на обычный поход до магазина.

-Ничего криминального. – Правильно расценил мой взгляд футболист. - Мы планировали после тренировки заскочить в паб с парнями из команды. Там на удивление отменная пицца! Она гигантская. Красота-а-а. И бургеры, они просто очу…

-Паб? – Перебила я. - У вас разве нет режима?

Миша полностью исключил из своего меню газировку, фаст-фуд и алкоголь.

Только вот я никакого режима не придерживалась. И в последний раз ела в семь утра. Поэтому сейчас за пиццу могла бы убить. Или хотя бы покалечить.

-Никакому режиму не повредит немного вредной еды. Мы же не на олимпиаду в СССР готовимся. И вообще, если я перестану есть всякую дрянь, то стану злым, кому это надо? – Максим задумчиво почесал подбородок. – Ну? Пойдёшь с нами?

-Я?.. Но я…-Конечно, твой парень тоже приглашен. – Дополнил приглашение Зорин. – Куда же мы без капитана. Кто еще будет следить за тем, чтобы Солёный, не дай Бог, не превысил уровень углеводов в рационе…

Я не знала, шутит близнец, или все так серьезно. Но спросить не успела. В коридоре появилось третье лицо.

-Максим! Привет. – Девушка в обтягивающих леггинсах подошла к нам. - Уже закончил тренировку?

Златовласка потянулась губами к его щеке.

-Yeap! – Кивнул парень, наклоняясь для поцелуя. В коридоре раздался громкий «чмок». – А ты?

-Я тоже закончила. – Отрапортовала девушка. - Сейчас иду в душ.

-Э-эх, жаль я уже чистый. – Протянул парень, входя в режим флирта.

Девушка звонко рассмеялась, махнув конским хвостом. Кажется, меня она подчеркнуто игнорировала.

Вот интересно, у Максима с фигуристыми блондинками кармическая связь? Или они появляются в его жизни, когда я рядом, и связь с ними у меня?

-Я давно тебя не видела. – Обвиняющим тоном заметила мадам, словив хвост их волос и накрутив его на палец.

-Весь в делах-заботах. Мы прошли дальше, скоро полуфинальный матч. А ты знаешь нашего капитана. Это, кстати, его девушка. Алина. – Внезапно меня, уткнувшуюся в телефон, дабы не мешать их беседе, прихватила за плечи огромная лапа

Макс притянул меня к себе. От такой близости мой аппарат едва не выскочил из руки. Я бросила недовольный взгляд на рыжего бугая. Он иногда силу рассчитывает?

Девушка мазнула взглядом по моему лицу и фигуре. Кажется, ее мимика расслабилась. То ли она не видела во мне угрозу, то ли поняла, что на рыжего парня я видов не имею.

Я кивнула, изобразив подобие улыбки.

-Приятно познакомиться, я Ангелина. – Улыбнулась блодинка, вновь возвращая внимание футболисту: - А ты кого-то ждешь? Я буду свободна через двадцать минут.

О, это явный намек. Мне бы уверенность таких девушек. Ладно, плевать на уверенность. Мне бы такие длинные ноги!

Парень осекся, будто решая, хочет ли говорить. Я так и стояла под его боком, как под крылом у мамы-наседки. Поерзав плечами, я попыталась вылезти, но Зорин зачем-то усилил хватку, удерживая меня у бока.

-Мы собираемся в паб с парнями. – Наконец ответил он. - Хочешь с нами?

Если честно, я не особо желала, чтобы девушка стала частью нашей компании. Не думаю, что мы с ней подружимся. Так, стоп, я же сама еще не дала согласия на поход в паб? Тогда почему уже мысленно сижу перед той самой гигантской пиццей?

-Скинь мне адрес, возможно, подойду позже. – Пообещала блондинка.

Почему я была свято уверена, что она подойдет не «возможно», а на все 100%? Только нанесет на себя слой грима, помаду оттенка «возьми-меня-красный» или что там полагается для соблазнения парней…

-Добро. – Кивнул парень.

Улыбнувшись и даже кивнув мне на прощание (Не забыв глянуть на лапу парня, лежащую на моем плече), спортсменка удалилась в сторону женской раздевалки.

Да, фигура у нее была восхитительная. Эти, блин, ноги… И не только ноги.

-Она красотка. – Одобрила я, с легкой завистью.

Парень проводил взглядом девушку. Думаю, мы оба смотрели не на спину.

-Она гимнастка.– Поведал он, с каким-то особо-интимным значением, знать суть которого я не хотела. - Из местной группы поддержки. В этом спортивном комплексе тренируются только футболисты, баскетболисты и они.

Задумавшись, Зорин признался в том, что я и так подозревала:

- Я уже зависал с ней. Они поддерживали нас на местном матче. Потом мы ездили вместе в клуб… Все что помню, так это то, что на её лице блёсток было больше, чем панировки на наггетсах. Я потом неделю плевался золотом, как феечка Винкс.

Не выдержав, я хохотнула:

-И часто за вами такие болельщицы ходят?

-А что, боишься, что твоего парня соблазнит какая-нибудь чирлидерша с этими… Пипидастрами?

Я неоднозначно хмыкнула. Выползая-таки из под руки Зорина. Вне его горячего тела оказалось до странности прохладно. Я даже обхватила себя руками. Может, в коридоре сквозит?

-Не переживай. – Зорин положил ладонь ко мне на голову, будто в попытке утешить. - Тебе нет равных…

Я не знала, как реагировать на это. Удивленно вскинула на него глаза, не ожидая такого комплимента. И правильно сделала, потому что парень, усмехнувшись, добавил:

-…в силе. Ты всегда сможешь вытащить бинты из своей бездонной сумки и надрать задницу любой болельщице. Правда, Рокки Бальбоа?*

Он вскинул сжатые в кулаки руки к лицу. Рыжий стал прыгать вокруг меня, как боксёр, периодически пихая в плечо:

-Эй, ты пропускаешь! – Еще один слабенький удар.

-Придурок. – Беззлобно отозвалась я, делая вид, что не хочу реагировать на такое детское поведение.

И едва Зорин ослабил защиту, я ловко поднырнула, чтобы ударить его в живот. Кулак встретился с каменным прессом.

-Черт, ты не ушиблась? Надо аккуратнее, а то можно и пальчики сломать. – Заржал парень, когда я сморщилась.

-Я тебе сейчас покажу, что такое ушиб… – Разошлась моя натура победителя, заставляя включиться в импровизированный спарринг.

Стоит ли напоминать, что я была в плиссированной летящей юбке и в туфлях-лодочках? Такой себе наряд для бойца.

Я так увлеклась дурачеством Максима, что не заметила, как к нам подошёл мой парень.

-О, капитан. - Зорин первым увидел Мишу, приложив два пальца к голове и козырнув ими. - Я нашёл вашу группу поддержки.

-Я заметил. - Миша притянул меня к себе собственническим жестом.

Это вышло довольно неловко и настойчиво. У меня даже нога чуть ли не подвернулась, скользнув тонкой шпилькой по плите. Я удивлённо глянула на парня. Мы же все обсудили, верно?

Он улыбался, но в лице блондина мне мерещилось напряжение.

В этот момент из раздевалки вывалило еще пятеро игроков их команды, весело и громко болтающих.

-Отлично играл, Зорин. – Похвалил Миша парня.Я улыбнулась. Вот, молодец же!

-Все вашими стараниями, капитан. – Улыбнулся Зорин.

По веснушчатому лицу не было ясно, всерьез он или как обычно дурит.

Слава Богу, Миша не стал выяснить этого:

-Пойдем? – Обратился ко мне парень.

-Вообще-то… – Остановил его Зорин. – Мы планировали пойти в паб. Отметить вечер пятницы. Пойдешь с нами?

Миша посмотрел на товарищей. Те столпились за спиной рыжего, выжидающе глядя на капитана.

-Сейчас? - Нахмурился Мальцев. - У вас утром…

-Тренировка, да. – Закатил глаза к потолку Зорин. - Мы не будем шалить и успеем разойтись по домам до девяти вечера. Я абсолютно не хочу пропускать «Спокойной ночи, малыши».

За его спиной послышались смешки. Рыжий сунул руки в карманы красных спортивных брюк и перекатился с пятки на носок. Я посмотрела на его черные кроссовки с ярко-алыми шнурками.

-Ну, так что? Мы же команда… Должны не только работать вместе, но и отдыхать? Так сказать займемся тимбилдингом. – Наставил парень искушающим тоном. – Сыграем пару партий в бильярд. Может, я позволю тебе выиграть хоть на том зеленом «поле».

Вот, блин.

Рука Мальцева дрогнула на моей талии:

-Не будь таким самоуверенным, Зорин.

*****

Мы зашли в паб со странным названием «Бешеная пчела» за секунду до того, как слабый дождь превратился в бешеный ливень. Хорошо, что на этот раз я ходила с зонтом. Мой период чихания только что закончился, не хотелось возвращаться к алому оттенку носа. Мне не идет.

Паб оказался вполне нормальным местом. В нем было мало света, но много пространства. И посетителей. «Вечер пятницы» - воистину волшебное словосочетание. Оно натягивает на лица людей улыбки и заставляет гулять, или сбиваться в кучи в подобных местах.

Обстановка без изысков: деревянные столы, стулья и диваны, обтянутые коричневым сукном. Два бильярдных стола, барная стойка да пустующая зона с дартсом. Вот и все развлечения. Никаких пчел. Никаких ульев. Чувствую себя обманутой.

Мы заняли столик с диванами. Сделав заказ, друзья Миши отчалили в сторону бильярдного стола. Зорин и вовсе оседлал барный стул и завел беседу с барменом. Кажется, у него есть знакомые по всему городу.

Я была жутко голодная. Это тот самый зверский аппетит, о котором вы не подозреваете, пока не начнете есть. Я к трапезе еще не преступила, так что от запаха еды вокруг становилось лишь хуже. Но я гордилась уже тем, что не вгрызлась в руку официанта, который проходил мимо и нес на соседний столик тарелки с закусками, от которых аппетитно пахло чесноком.

Еще три официантки сновали по залу, как пчёлки с электроприводом, но явно не справлялись с наплывом гостей.

Я почти допила своё пиво, которое заказала на удивление Миши, и догрызла бесплатные хлебные палочки, когда передо мной появилась огромная тарелка с горячей пиццей.

-Наконец-то. - Чуть ли не простонала я, и, поблагодарив девушку, подтянула своё блюдо поближе.

Я взглянула на пиццу, от которой исходил божественный аромат орегано и салями. Но тут же моя радость померкла:

-Вот блин. - Пробормотала я.

-Что такое?

-Маслины. - Я ткнула пальцем в чёрные кругляшки, которые ненавидела всем сердцем. – Я же просила их не добавлять…

Кажется, официантка забыла или не так поняла просьбу. Потому что нарезанные маслины лежали в нереальном изобилии.

-Я их тоже не люблю. Как много у нас, оказывается, общего. - Парень поцеловал меня в щеку.

Я лишь кисло улыбнулась:

-Я думала мужчины всеядные.

-Давай, я попрошу официантку, и она поменяет тебе… – Миша начал оглядываться в поисках ускользнувшей девушки.

-Не надо!

Я опустила руку парня, которую он уже успел вскинуть, дабы применить заклинание призыва персонала: «Эй, девушка, можно Вас?»

-Почему? Она накосячила. Пусть исправляет.

-Видишь, сколько здесь народу? Даже Флеш бы совершил ошибку. Не хочу, чтобы её заставили платить за новую пиццу. Да и сама я с голоду помру, если буду ждать новую пиццу. Так что… – Нерешительно протянула я. - Я просто уберу их на салфетку…Наверное…

Я растерянно уставилась на пиццу. Еду выбрасывать я ненавидела. Скажу больше: я просто не могла выкидывать еду. Даже пересушенные корки от пиццы я доедала до последней крошки, в отличие от того же Миши.

Но тут меня озарила идея. В поле моего зрения попал Максим Зорин, который наблюдал за игрой в бильярд двух парней из команды «Волков»:

-Максим! – Крикнула я, пытаясь не сильно мешать окружающим. Впрочем, местную публику млао что заботило кроме наполнения бокалов. - Глухой совсем… Ма-аксим!

Я все же стала жестикулировать активнее. Пол литра пива на пустой желудок расслабило мои инстинкты. Да и потом, кому в этом местечке нужны мои манеры?

Зорин, наконец, соизволил бросить взгляд на нас. Парень что-то сказал остальным и придрейфовал к общему столику:

-Что, тебе надоело скучное общество нашего капитана, и ты сделала выбор в пользу настоящего мужчины?

-Твоё чувство юмора с годами становится лишь хуже. - Проворчал Миша.

Так, хорошо. Возможно, Максим иногда перегибает. Я осознаю, что это его обычная манера общения, но и с ним надо будет провести воспитательную беседу. Не хотелось бы навещать Мишу в тюрьме за удушение Зорина.

-Нет, Зорин. У меня тут проблема нарисовалась. - Я ткнула пальцем на пиццу. – Черная и противная.

-Я вижу. – Кивнул он с серьезным видом. - Достаточно большая проблема.

-Я не хочу выкидывать… – Неловко объяснилась я.

К счастью, парню не пришлось разжевывать.

Сев напротив, рыжий решительно притянул к себе пиццу:

-И что бы ты без меня делала?

Рыжий парень, взяв одну чистую вилку из корзинки с приборами, быстро нанизал все маслины, отправив себе в рот:

-Красота-а. Я слышал, что маслины и оливки начинают любить, когда становятся старше и мудрее. - Пробормотал он, тыкнув в мою сторону зубцами вилки: - Ты ещё такой ребёнок. Осторожнее, Мальцев, она что-то скрывает.-Здесь лишь один ребёнок в теле взрослого человека, и это ты. - Хмыкнула я, возвращая себе пиццу, очищенную от маслин.

Парень вскинул вверх указательный палец, призывая меня подождать. Затем, пережевав горсть маслин и сглотнув, он… Показал мне язык. Отлично, этим он подтверждает свой возраст, да? Я фыркнула, отрывая, наконец, треугольник пиццы. Когда сыр потянулся за ней тонкой полоской, я едва не впала в экстаз.

Зорин погрозил пальцем Мише:

-Когда тебя посадят за совращение мелких, не говори, что я не предупреждал.

Максима позвали игроки в бильярд, и он, нагло отхлебнув из моего стакана, ретировался прочь. Я принялась с удовольствием жевать тёплую пиццу. О, боже мой, это не пицца, а вечеринка для моих вкусовых сосочков.

Я уже дожевывала первый кусок, как услышала:

-С каких пор Зорин в курсе твоих гастрономических предпочтений? - В тоне Миши были явные нотки ревности.

Я удивленно покосилась на него, выпивая пивные остатки:

-Эм… Не знаю. Кажется, мы в прошлый раз говорили о пицце. Нет, о салате греческом. И о еде.

-И много вы говорите?

-Достаточно. - Я ощутила, как мои плечи напрягаются. Мне не нравился его тон и вообще любая форма допроса. - Кажется, я даже призналась, что у меня аллергия на креветки. Считаешь, мне стоит его опасаться? Он залез мне в голову?

-Это не смешно, Алин. - Тон парня был абсолютно серьёзным. - Зорин тебе не подружка. Он плейбой. Он не дружит с девушками просто так.

-Точно. Ты прав. - Я закатила глаза, не пытаясь скрыть сарказма. - Ты видел, как он ел маслины? Явно хотел меня затащить в постель.

-Алина!

-Что?! Если вы там с ним соревнуетесь, то оставляйте это на поле. Я не говорила, что он стал мне лучшим другом. Просто мы иногда общаемся. И да, у него есть подруги! Маруся и Катерина. Очень сомневаюсь, что он станет спать с девушкой своего друга или своей невесткой. Думаю, это касается и тебя. Вы же друзья, или как?

-Или как. – В тон мне буркнул парень. – И если ты возьмешь вилку, то не придется слизывать соус с пальцев.

-А если ты закроешь рот, то сойдешь за умного. – Обиделась я, кладя недогрызенный кусок пиццы обратно и зло смотря на парня.

Нет, серьезно, что за замечание? Я просто слизнула маленькую каплю красного соуса с большого пальца. А потом отерла руку салфеткой. Не вылизывала же я себя по локти, как кошка?! И кто вообще ест пиццу вилкой?!

-Мы постоянно будем ссориться из-за Максима? – Спросила я, выискивая официантку.

Этот разговор, похоже, надо запить. Хотя бы газировкой.

Вместо официантки я нашла Зорина. Оказалось, он уже тусовался в компании не только парней, но и той девушки-гимнастки. Я не запомнила ее имя так хорошо, как ноги.

Не знаю, в какой момент она пришла, но рыжий повеса уже учил ее играть в бильярд. Или ложиться на стол перед ним, черт их разберет.

За ним и правда бегают девушки.

Хотелось тыкнуть моего ревнивца носом в эту картину. И объяснить, что на такую, как я, Зорин не позарится. Разве что я останусь последней девушкой на планете. А флиртует он потому, что это встроенная в его поведение функция.

Эта мысль меня даже немного уязвляла. Самую малость. Просто как девушку. Но это был факт. Я не длинноногая Барби.

-Ты мне скажи. – Отозвался Миша, ковыряясь вилкой в овощном салате. – Из всех людей в мире ты выбрала себе в подружки самого…

-Какого? Миша, тебе уже пора пойти к психологу. Зорин, Зорин, Зорин… Заметь, из нас двоих на нем зациклен ты, а не я. – Нервно вытирая уже давно чистые руки, проговорила я.

Я с неприятным ощущением в горле смотрела на свою пиццу. Только что она казалась такой вкусной, а теперь и кусок в горло не лез.

И я не выбирала его в друзья. Так сложилось.

-Но факт остается фактом. До его появления у нас с тобой не было поводов для ссор. – Заметил Миша спокойным тоном.

Я посмотрела на красивый профиль футболиста. Грустная, но честная мысль появилась в моей голове: «Потому что ты со мной никогда и не встречался». И дело даже не в том, что мы так редко виделись, что не успевали ссориться. А в том, что я не показывала Мише себя настоящую.

Я думала, мы будем делать это медленно. Узнавать друг друга. Я буду открываться себя, слой за слоем… Но сейчас, глядя на его упрямо поджатые губы и ссутуленную в напряжении позу, я сомневалась в этом.

Он уже создал себе образ. И не хочет мириться даже с тем, что я облизнула чертов палец.

Официантка принесла горячие блюда остальных парней из нашей компании. Будто по знаку голодные футболисты тут же уселись за стол, заставляя нас потесниться. Моя нога прижалась к Мишиной. Однако парень упорно поедал салат, не делая никаких телодвижений в мою сторону.

-Отлично, я оголодал уже. Сейчас доем и надеру вам зад в бильярд. – Весело заметил парень, сидевший рядом со мной.

Я не знала его, но он казался весьма добродушным и милым.

-Соленый, если у тебя в картошке нет стероидов, то без шансов. – Фыркнул Зорин, смотря на свой бургер с бесконечной любовью в глазах: - Красота-а-а.

Странно, но блондинку он с собой не взял. Любовь любовью, а обед по расписанию?

Оглянувшись, я заметила ее за другим столом с двумя девушками. Ясно. Девушка из группы поддержки ходит на свидания с группой поддержки.

-А вы чего такие мрачные? – Спросил Зорин, удобнее обхватывая бургер. Он просто огромный. Неужели он поместится ему в рот?

-Да так… Миша хочет, чтобы я ела пиццу вилкой. – Буркнула я.

-Это он зря. Любой придурок знает, что есть руками – гораздо вкуснее. Кстати, я не уверен в достоверности этого факта, но по этикету вроде даже курицу можно есть руками. Но из меня тот еще джентльмен… – Максим начал болтать без умолку.

Говорить то, что придет в голову, вовлекая остальных. И ему было плевать, как он выглядит. Даже если он жевал, умудрялся вставлять словечко.Я невольно улыбнулась. Ну, вот как с ним не дружить? Чего хочет лишить меня Миша? Чувства легкости. Возможности быть… Настоящей.

«Будь собой», говорят люди, даже не представляя, какая это роскошь.

Кажется, я просто не могу лишиться Зорина. Странное, пугающее, но отчетливое чувство затопило меня.

Я отвернулась от своего молчащего парня и суеты. Посмотрела на соседний стол, забитый байкерами. Нет, мотоциклов при них не было, но черные кожанки и банданы ассоциировались у меня либо с рокерами, либо с байкерами. А на мотоциклах представить этих бородатых детин было проще, чем на сцене.

-Девушка, милая, можете мне повторить? – Зорин взмахнул своим пустым стаканом, очаровательно улыбаясь официантке.

Парень окинул взглядом стол, остановившись на моей пустой таре из под пива, с остатками пены на стенках:

-Алин. – Позвал меня рыжий. - Будешь еще?

-Мм… Колу. – Попросила я официантку, ощущая странное смущение из-за внимания парня.

Хотя сам рыжий даже значения не придал этому, вновь возвращаясь к беседе с моим соседом, которого назвал «Соленым», и вторым, кажется, Андреем. Последний угрожал всем, что оплатит общий счет, если проиграет в бильярд.

Антон, что сидел рядом с Мишей, о чем-то тихо переговаривались между собой.

Я вновь оглядела зал, слушая песни, сменяющие друг друга. Было ощущение, что какой-то меломан включил свой плейлист. Это был настоящий винегрет из музыки: от русского рока, до каких-то турецких мотивов и банальной попсы.

Три девчонки-спортсменки то и дело поглядывали на наш стол. И, судя по внимаю гимнастки к рыжему, у Зорина появились планы на эту ночь. Эх. Про себя я такого сказать не могла.

Я покосилась на своего парня. Он придерживался принципа не спать со мной перед важными играми. Не знаю, насколько это было правильно, но не тащить же его в постель насильно? Изнасилование футболиста… Как звучит-то.

Но при этом Миша был моим первым мужчиной, и это тоже было здорово. Он был нежным, чутким любовником. Думаю, мне повезло быть с ним в первый раз.

Официантка принесла новые заказы, заменяя пустые тарелки на наполненные. Места за столом становилось все меньше.

Я не успела убрать руку, когда стакан Андрея упал на бок. Хорошо, он был практически пустым, но остатки темного пива стремительно потекли по поверхности дерева, коснувшись рукава белой рубашки.

-Ох, простите! – Сказала девушка, хватая стакан и кидая его на разнос с грязной посудой.

Кажется, это она его задела, я не заметила. Официантка, с искренне обеспокоенным видом, принялась вытирать щерблённый местами столик.

-Ничего страшного. – Улыбнулась я, вытягивая из диспенсера салфетку, чтобы промокнуть пятно.

-Она оближет. – Раздался рядом со мной голос Миши.

Достаточно тихо, чтобы за шумом паба и музыкой его не расслышали остальные. Но не так, чтобы не услышала я.

Я замерла, резко покраснев. Затем встала:

-Замою в уборной. – Пробормотала я, даже не думая, что кто-то из ребят меня услышит.

В дамской, с разбитой раковиной и сломанными деревянными дверями кабинок, было пусто. Даже музыка сюда не доносилась.

Какое-то время я смотрела на себя зеркало. Идеальный макияж, застывшее выражение безразличие на лице. Да что со мной? Соберись уже, Воронцова. Возьми себя в руки.

Я включила ледяную воду.

С мокрым рукавом рубашки и успокоенными нервами я вернулась в зал. Но за столом было пусто. Лишь моя недоеденная пицца одиноко лежала на белой тарелке.

Оглянулась, уверенная, что найду Мишу у бильярдного стола. Не ошиблась. Только вот компания, в которой он оказался…

Подруги той гимнастки, что сидели с ней за столом и тянули коктейли с вишенками, тоже решили освоить игру в бильярд. И инструктора лучше, чем мой парень, не нашлось.

Я хотела подойти к ним, но передумала. Передумала в тот момент, когда Миша оглянулся и, приметив меня, вновь отвернулся к девушке с темно-русыми волосами. Взяв у неё из рук кий, он начал что-то объяснять.

Он не позвал меня. Не пригласил поучаствовать. Это что было вообще?

Ревновала ли я? Нет. Михаил Мальцев явно пытался сыграть на моих нервах, только нот у него не было.

Я вернулась за свой стол, отодвигая холодную еду. Есть совсем не хотелось. А раньше я думала, что здоровый аппетит - качество, которое у меня никто не отнимет.

Я побарабанила ногтями по столу, выстукивая неровный ритм. Миша вернулся к столику минут через пятнадцать.

Парень взял свой стакан, даже не присаживаясь. Выпил залпом воду. Устал, наверное, тренер фигов.

-Закончил? – Поинтересовалась я, даже не поворачивая головы в его сторону.

-С чем? – Хмыкнул парень, со стуком возвращая стакан на место.

-Не знаю.- Я посмотрела на каплю, скатившуюся по стеклянной поверхности стакана и упавшую на подставку. - С тем, что ты пытался мне доказать. Это что, была пьеска на тему: «Смотри, что я чувствую, когда ты общаешься с Максимом»?

-А что, неприятно? – В голосе Миши сквозило какое-то неприятное удовлетворение. Садистское, я бы сказала.

Я улыбнулась. Затем склонила голову на бок, все же встречая взгляд парня без особых эмоций:

-Возможно. Но не так, как ты бы этого хотел.

Парень замолчал. Губы его, нижняя намного больше верхней, поджались в негодовании. Странно, сейчас, глядя на него, поцеловать эти губы я совсем не желала поцеловать их.

Поскольку он молчал, я продолжила. Размеренно, как будто говорю с ребенком. Хотя, разве не так он себя сейчас вел?

-Миша… – Я смахнула ребром руки крошки со стола. – Я общаюсь с Максимом не затем, чтобы досадить тебе. Просто так вышло. Мы подружились. Тебе следовало просто принять это.

-Если бы ты попросила меня перестать с кем-то общаться, то я бы…

-Но я бы не попросила! – Бросила я резко. – Я бы не стала этого делать. Потому я доверяю тебе, целиком и полностью. Я не верю в то, что ты можешь взять и уйти с кем-то из… Этих.Я качнула головой в сторону, где, предположительно, остались девушки.

-Я понятия не имел, что ты… Такая. - Пробормотал Миша, одергивая ворот своей футболки.

-Ты многого обо мне не знаешь. - И это было не пустое заявление.

-Это я уже понял.

Я почувствовала укол боли, глядя в голубые глаза парня.

Достав бумажник, он бросил купюру на стол:

-У меня рано тренировка. А ты можешь добраться до дома со своим лучшим другом. – Сказав это, парень забрал куртку со спортивной сумкой и широким шагом пошел вон из заведения.

Я тупо уставилась перед собой на купюру со следами залома. Да что происходит? Я сама виновата? Возможно, надо было быть мягче? В конце-концов, я всегда с ним соглашалась. Не удивительно, что он психанул, когда я дала такой резкий отпор. И из-за кого? Другого парня. Я сошла с ума.

Я не любила ссор. Не хотела ругаться с Мишей.

Будто приходят с себя, я вскочила с места. Накинув легкое пальто, выбежала из паба.

Выскакивая на улицу, я увидела перед собой лишь дождь. Он размыл все вокруг, сделал темным. Наполнил плохо сделанные дороги водой до краев.

Мужчины, что сидели в центре зала, действительно оказались байкерами. Сейчас они уже громоздились на свои мотоциклы, припаркованные рядом. Надев шлемы, они с ревом двинулись прочь от паба. Один из байков окатил меня водой, оставляя грязные брызги на юбке и ногах.

Миши и след простыл.

Я не знала, позвонить ему или просто вызвать такси. Так и стояла, глупо, позволяя каплям дождя вновь добраться до меня.

Дверь за спиной хлопнула, выпуская из заведения еще двоих парней.

-Эй, девушка, не замёрзнешь? - Весело бросил один из них, поднимая ворот куртки и прикрывая шею.

Я отвернулась от него, игнорируя. Не стоит нарываться.

-Язык проглотила? Почему такая невежливая?

Оказалось, этого мало. Говорливый парень подошел к моему плечу, едва задев рукавом:

-Ты вся мокрая. Поедешь с нами? Высушим. Обогреем. – Он подмигнул мне.

Оба парня, один из них спрятал лицо под капюшоном, оказались прямо передо мной.

-Немая? – Спросил капюшон, со смешком. – Красивая.

Они не делали попыток коснуться меня, но мне стало неприятно. Я попятилась назад. Точнее, я планировала это сделать. Но ноги приросли к полу.

Надо уйти обратно в паб… Да. Надо, там же есть…

Со звонким щелчком надо мной раскрылся зонтик. Чёрный зонт, что я забыла на вешалке у стола.

Дождь прекратился. Дрожь внутри меня тоже.

По щелчку.

Он все делал по щелчку.

Максим Зорин.

Максим Зорин

Убью Мальцева. Убью на хер.

Я сразу приметил, что он ведет себя, как придурок. Капитан общался с русоволосой девчонкой, то и дело оборачиваясь на наш стол.

Алина сидела за ним одна. При этом лицо ее не выглядело ни сердитым, ни обиженным. Ноль эмоций.

Девушка крутила в руках салфетки, делая из них что-то. Может, оригами какое, черт его знает…

Поссорились, что ли? Подходить не стал. Хотя очень хотел.

Но шестое чувство, которому я доверял больше, чем своей голове, предупредительно орало, что я могу сделать лишь хуже.

Да и Ангелинка повисла на мне, не давая и шагу в сторону сделать.

В итоге я вновь посмотрел на столик тогда, когда Мальцев вылетел прочь из паба. А за ним и Алька, с самым взъерошенным видом.

Удивленный, я подошел к столику. На нем осталась ее пицца, купюра и несколько белых неровных цветов из салфеток.

А еще зонт. Он висел за спиной девушки, и я постоянно кидал на него взгляды, когда сидел напротив. Может, потому что с него методично капала вода прямо на пол. Может потому, что это был тот зонт, который я так и не дал ей открыть после бассейна… Но он остался здесь. А на улице был дождь.

Не особо надеясь застать Алинку и Миху, я схватил его и пошел за ними. Со стороны это выглядело как побег троих придурков из паба, наверное.

Едва я вышел за порог, увидел девушку, застывшую перед двумя идиотами. Может, и не идиотами, но они мне абсолютно не понравились. Мальцева рядом не было.

Я щелкнул кнопкой на зонте, заставляя систему сработать, укрыл девушку от дождя.

-Промокнешь же. – Сказал я, смотря на двух смертников, решивших составить компанию Воронцовой. – Простудишься опять.

Им я ни слова не сказал. Просто смотрел. Думаю, я собрал в собственном взгляде достаточно эпитетов и обещаний того, что могу с ними сделать.

А я мог. Непреодолимое желание растерзать хоть кого-то заворчало, зарычало в моей груди. Едва я увидел миниатюрную фигурку девушки, с намокшими под дождем волосами.

Идиотами эти парни, все-таки, не были, ибо все сразу поняли. Они переглянулись между собой, и, сказав что-то нечленораздельное, мол, хотели только помочь, пошли прочь.

Лишь тогда я посмотрел вниз. Алина все это время, оказывается, не сводила с меня глаз. И глаза эти… Угольно черные, просто огромные. Совершенно непонятно, что сейчас было в них, помимо моего отражения.

-Мы с Мишей поругались. – Сказала она, сорвавшимся голосом.

Я крепче перехватил железную ручку зонта, рискуя и вовсе повредить хлипкое устройство.

-Ну…

Я попытался подобрать слова, но в кои-то веки это не было. Просто смотрел в бледное лицо с острым подбородком и еле выраженной ямочкой на нем.

Слов я так и не нашел.

-Давай я вызову машину и отвезу тебя домой? – Предложил я, наконец. – Только вещи заберу.

Девушка мотнула головой:

-А как же твоя гимнастка?

Да какая, к черту, гимнастка. Если бы Воронцова про нее не вспомнила, я бы уж точно забыл.

-Если честно, я сегодня не в настроении для физкультуры. – Буркнул я нехотя.

Алина улыбнулась. Слабенько, но уже неплохо.

-Не хочу домой… – Тихо и как-то слишком робко для Алины призналась девушка.

Она наклонила голову, посмотрев на носки своих туфель. Я сделал тоже самое, зачем-то. И когда мы оба смотрели на бежевые, в серых пятнах женские туфли, я произнес:-Тогда мы поедем, куда скажешь.

*****

-Знаешь, предложи я другой девчонке отвезти ее куда угодно, она бы выбрала Париж, Испанию, Италию… – Заметил я ровным тоном. – Хотя бы ресторан.

-Я не знала, что твое предложение не имеет географических границ. – Фыркнула шатенка, открывая дверь тренировочного зала.

-…Но чтобы пойти ночью в спортивный зал? – Продолжил я. - Это у меня впервые. И вообще, взлом с проникновением? И ты говорила, что не сидела? Закатай рукава, я хочу проверить, есть ли у тебя татуировки…

Вместо рук, девушка показала мне средний палец. Точно, сидела.

-Это не может быть взломом, когда у тебя есть ключи. – Парировала она.

-Откуда я знаю, может ты их украла? Или тайно сделала дубликат? – Продолжил я докапываться до нее.

Она проигнорировала мои предположения.

И да, из всех мест нашего города, я оказался в уже закрытом на ночь спортивном комплексе. Точнее, в одном из многочисленных залов.

Он принадлежал клубу смешанных единоборств «Клетка». И именно рядом с этим комплексом я впервые встретил Воронцову. Может, отсюда девушка и бежала той ночью, а не из соседнего бассейна?

Зал был небольшим, но по-спортивному уютным. Весь застеленный синими матами, с рядом из черных груш. Зона с тренажерами. Ринг, огороженный красными и черными лентами. Ничего лишнего.

Я сбросил обувь перед матами и подошел к манекену на подставке. Такие обычно боксеры используют для отработки ударов. Голова мужчины смотрела на меня безразличным взглядом. К голове прилагалось туловище без рук, но с внушительным прессом. Хитрые эти бойцы, безрукого бить! Я похлопал парня по надплечью:

-Держись, другань. Жизнь – тяжелая штука.

Девушка фыркнула. Она тоже скинула туфли, проходя ко мне:

-Его зовут Герман.

-Я бы пожал ему руку, но сама понимаешь…

-Твой юмор порой такой черный, что может выиграть в баскетбол у игроков NBA. – Хмыкнула девушка, расплетая волосы.

То, что недавно было чем-то хитро-выдуманным, вновь стало густой копной длинных волос. Влажных и темных. Она встряхнула ими, а я отвел взгляд.

Было странно находиться в таком месте в поздний час. Пусто. Ни звуков музыки, ни тяжелого дыхания бойцов или криков тренера. Порой я проходил мимо этих дверей, слыша именно это.

Может, если бы я заглядывал в них чаще, даже Алину бы увидел?

-Красота. - Вынес я вердикт, осмотрев зал вплоть до потолка, поддерживаемого квадратными колоннами. – И все-таки, как тебе удалось украсть ключи?

-Я убираю его. – Сказала девушка. - За это мне разрешено заниматься одной. Без свидетелей.

-Ты убираешь… Все это? – Я вновь осмотрелся.

Да, зал был небольшим. Но я даже свою комнату убрать ленился! И вообще, тут все как в анекдоте: «квартирка у меня маленькая, но как начну убирать… чертов пентхаус!».

-Не каждый день. Один-два раза в неделю. Остальное делает уборщица на окладе. Или уборщик… Не знаю, я не пересекалась с этим человеком.

Я посмотрел на девушку, не в силах скрыть удивление. Конечно, многие мои знакомые подрабатывали. Маруся, например, с ее геном трудоголизма. Раньше она хваталась за любую работу, пока не стала помогать Матвею с компанией. Но она помогала родителям, не желая, так сказать, висеть на шее богатого парня, хотя тот упорно пытался свою шею подставить, со всеми остальными частями тела.

Но чтобы работать ради возможности побить грушу?

-А родители против твоего увлечения? Ты могла бы просто ходить сюда, вместо бассейна. – Осторожно поинтересовался я, не зная, насколько не в свое дело лезу.

-Я стараюсь не брать у них лишних денег. – Откликнулась девушка.

Я не до конца понимал отношения Алины с родителями. Может, она у них на правах Золушки живет? Но вместо бала носится на бокс.

-Твои родители не разрешают тебе быть собой? – Поинтересовался я.

-Наоборот. Они очень хорошие и понимающие. – В голосе девушке скользнуло обвинение, мол, не смей сомневаться в моих предках.

Окей, понял-принял.

-Но ты скрываешь свои интересы с отчаянностью попавшего в плен Штирлица, потому что… – Продолжил раскопки я, искренне желая понять, что в черепной коробке этой малышки.

-Потому что это ещё хуже! – Воскликнула она. - Был бы у меня бунтарский период, и я бы протестовала против родителей-тиранов - это одно. А когда мои родители свято верят, что вырастили прекрасную дочь, рушить их представление обо мне как-то больно.

Отлично, я понял, что у нее в голове. Тараканы. Мадагаскарские. Или того хуже.

-Раньше я думал, что у тебя в голове тараканы. – Признался я вслух. - Теперь подозреваю, что ты там крокодилью ферму развела…

Девушка в ответ сморщила мелкий нос, на котором тут же появились смешные морщинки.

-Значит, ты просто боишься не оправдать их ожидания? – Спросил я. – Своих родителей.

-Глупо, да? – Улыбнулась девушка смущенно.

-Нет, я тебя понимаю. – Сказал я глухо, и это действительно было так. Сбросив налет грусти с нашего диалога, я решил подколоть малявку: - Ну, давай, расскажи мне все свои грязные секреты. Мама думает, что ты вышиваешь крестиком, а ты рисуешь пентаграмму и вызываешь демонов?

-Не все так плохо. Я просто не все им рассказываю.

-Не может быть! Ты врешь родителям? Но так никто не делает! – Изобразил я ужас и неверие, не забыв обхватить щеки руками, на манер персонажа с картины «Крик».

-Максим! Ты вечно говоришь со мной свысока! Прекрати это! – Насупилась девушка.

-Это будет проблемой. – С серьезным видом ответил я. - Сколько в тебе? Метр пятьдесят? Давай я принесу табурет, попробуешь быть сверху. Но потом сверху захочу быть я. Думаю, нам обоим это понравится.

Я не забыл подмигнуть ей. Да, я нес бред и ходил по краю ее терпения. Но она улыбалась, открыто и искренне. Так какая разница, что несет мой рот, пока это так?-Не строй из себя плейбоя при мне. – Фыркнула девушка.

-Я не строю, это часть моей натуры. – Обиделся я за свое обаяние и сексуальность. – И вообще… Я бы мог преподавать искусство любви, если бы договорился с институтом.

-Не хочу тебя расстраивать, но искусство любви изучили задолго до тебя. В Древней Индии. – Парировала девушка тоном студентки-отличницы. - Потом записали на санскрите, обозвали камасутрой и пустили в массы. Вот и по сей день весёлые книжицы переиздаются и радуют народ сотнями поз, в которых точно можно доказать свои чувства и впечатлить хирургов хитро вывихнутым коленом.

-Ого! Какое знание теории. Практика будет? – Живо заинтересовался я.

Девушка засмеялась, и тихий смех в пустом зале прозвучал по-особенному ярко. Он был будто видимым.

Маленькие ладони шатенки уперлись в грушу, набитую песком. Девушка чуть наклонилась, пихая ее вперед и заставляя раскачиваться маятником.

Странно. Все было слишком странно даже для искушенного бредятиной меня. Ее миниатюрная фигура… В узкой рубашке, и прячущей колени юбке. Которая будто «летала» при каждом ее движении… Волосы, закрывающие лопатки. Обстановка вокруг нас. Как будто все мы, герои, локации, предметы, были выдернуты из разных миров и наспех слеплены, поставлены рядом.

Но при этом вырываться из этого мира не хотелось. И взгляда отрывать от девушки тоже. Она выглядела такой печально, и от этого будто еще миниатюрнее, чем обычно.

Я испытал острое желание прижать девчонку к себе. Вроде как защитить, или укрыть. Я отвернулся, чтобы не наброситься на этого ребенка с медвежьими объятиями.

-Вы опять из-за меня поругались? – Нарушил я молчание, почесав затылок.

-Ты думаешь, что наши отношения вертятся вокруг тебя? Как земля, вокруг солнца? – Фыркнула эта язва, мигом растеряв весь свой беззащитный образ.

-Кхм. Окей. – Я почти смутился. - Тогда из-за чего?

-…

-…

-Из-за тебя. – Буркнула девушка нехотя. – И не смей ржать, Зорин! Иначе мы помиримся на твоих похоронах!

Я прикрыл рот ладонью, демонстративно прикрываю улыбку. Девушка лишь хмыкнула, покачав головой.

Она вновь прошлась маленькими пальчиками по кожаной поверхности груши. Вновь упор ладонями и монотонное слабое раскачивание.

Я скользнул взглядом по профилю, коснувшись вздернутого носа. Она нахмурилась, будто боролась с тяжелыми мыслями.

-Максим. – Позвала меня Алина, хотя я и так смотрел лишь на нее. – Еще один грязный секрет в нашу копилку хочешь?

Я не успел ответить, Воронцова повернула лицо ко мне, внимательно смотря ониксовыми глазами:

-Меня удочерили. Когда мне было четырнадцать. Перед этим была ещё одна семья. Ну, помимо той, что отказалась от меня при рождении. – Нарочито небрежное пожатие острыми плечами.

Аккуратные ногти неслышно царапнули по уже переставшей качаться маятником груше.

-Едва они удочерили меня, я была уверена, что это ненадолго. Первая приемная семья выбросила меня за… Неважно, впрочем. У меня были проблемы в детском доме. И, тот случай в тюрьме, мне стало плохо. Раньше это было частым явлением.

-Алин… – Начал я, делая шаг к девушке.

Она махнула рукой, останавливая меня:

-Прости, можно я скажу? Я… Я так давно ни с кем не говорила, знаешь. – Короткий смешок, нервный, истеричный, слетел с аккуратных бледно-розовых губ.

Она на мгновение закусила губу, делая место укусом белесым, но продолжила быстро, будто боясь прерваться:

-Мой друг… Единственный друг. Он погиб в потасовке. Это не было редкостью в нашем доме. Но тогда он пошел один против троих. Смелый, да глупый… И один из проблемных парней, новенький, как оказалось, стащил нож с кухни. Не простой столовый, а настоящий нож. С туповатым лезвием, но достаточным, чтобы убить мальчишку. – Девушка запнулась. - Не знаю, где он сейчас. В тюрьме, наверное.

Внутри что-то скручивалось тугим узлом, билось гулко и туго.

Глядя на Алину я чувствовал что-то непривычное. Странное. Это не было жалостью к истории девушки. Что-то большее. Гораздо. Намного.

Наша первая встреча ударила меня воспоминаниями. Злое лицо незнакомой девчонки, отчитывающей меня за излишнюю смелость. «А если бы у них был нож»? И черные глаза пылают праведным гневом. Вот же черт.

-Я этот нож так хорошо помню, Максим. – Продолжила она. – Кажется, я помню каждую черточку на деревянной ручке. И потемнение, черную подпалину у основания. И кровь. Ее было так много, что это казалось неправдой.

Казалось, девушка заплачет, я почти ждал этого, но черные глаза оставались сухими, но блестящими, как в лихорадке.

-Вот и вся исповедь. – Выдохнула она, прикрыв глаза темными ресницами. – Я просто не хочу быть «бедной девочкой из детского дома». С травмами, проблемами и странными интересами. Лучше я буду другой. Дочкой, которую хотели родители. Девушкой, о которой мечтают. Чем собой.

Она потерла ладошками друг о друга, согревая руки:

-И Миша… Знаешь, он не плохой. Пусть сейчас я на него обижена, и несколько запутана… - Глаза стрельнули в мою сторону. - Зато он верный и честный. С ним все просто и стабильно, без резких поворотов. Было…

Она боится… Быть брошенной?

Второй раз за этот вечер я не нашелся с ответом.

И что сказать? Мне жаль? Толку. Толку от этого.

В такие моменты я жалел, что не такой, как брат. У него всегда были верные слова. Правильные утешения. Нужные, верные… А я же… Придурок.

Алина больше ничего не говорила.

Она не стала пускаться в объяснения, и так понятные. Девушка боялась. Она жила в счастливой семьей, но боялась, что это кончится, сделай она неверный шаг. Она боялась быть собой. Сколько? С четырнадцати лет?

Боялась показать свою сущность своему парню. Боялась своего прошлого, клейма девушки из детского дома.

Все стало так очевидно. Даже ее интерес к Солнечному и его отцу, который я не мог не заметить. Ее одержимость чужим мнением и образом благовоспитанной дочери.Я не знал что делать. Поэтому просто остался собой.

Я подошел к рингу, влезая на него через тросы:

-Иди сюда.– Нарочито бодро бросил я.

-Зачем? - Подозрительно сощурилась девушка.

-Покажу тебе пару приёмов.

-Ты вызываешь меня на бой? - Девушка вскинула одну бровь, скрестив руки на груди и глядя на меня с легким пренебрежением. – Не боишься?

-Чего? Это тебе придётся очень высоко подпрыгивать, чтобы хотя бы щёлкнуть меня по носу. Я же постараюсь не зевать, чтобы не задеть твои бойцовские чувства, Рокки.

-Я в юбке. – Заметила девушка очевидный факт, но без особой уверенности в голосе.

-О, можешь снять. Я не буду смущаться. – Дал я разрешение на нудизм от широты своей души.

Она фыркнула. Чёрные глаза уже заблестели в предвкушении, но я все ещё видел тень сомнения на лице девушки.

-Давай же. Неужели, струсила? Я не буду бить тебя всерьёз. - Подначивал я. – Честно-честно.

-Я такого обещать не могу. – Заявила шатенка и юрко, как мышонок, забралась на татами.

Я сразу заметил уверенную, правильную позу бойца. Вплоть до идеального положения локтей и ступней.

Но, увы, какой бы умницей не была Воронцова, она была миниатюрной девчонкой. Разница в весовой категории на моей стороне.

Уже через минут шесть я перестал с ней играться. Тем более, Алина упорно просила меня быть «серьезнее». Тогда я обхватил запястья, прижимая к мату. Она приняла попытку выкрутить руки и высвободиться, но тщетно. Я же ощущал кости запястий, слабо, но уверенно сжимая их пальцами, поражаясь, какие они тонкие. Не сломать бы.

-Все, все! Большой и сильный мальчик победил маленькую девочку. – Лицо подо мной выглядело очень недовольным. – Ты рад? Потешил эго? Теперь отпусти.

Она явно злилась на своё поражение. Это выглядело слишком, слишком мило.

-Отпущу, когда посчитаю нужным. Мне нравится, когда ты обездвижена.

-Чего-о? – Тельце подо мной стало рыпаться активнее.

Если честно, она усугубляла ситуацию. Как бы намекнуть Воронцовой, что не смотря всю теплоту моих чувств к ней, я все-таки остаюсь парнем… С некоторыми физиологическими особенностями. И то, что девушка подо мной тяжелой дышит и трется грудью в тонкой рубашке – не помогает ее свободе.

-Ай! – Вдруг ойкнула девушка пронзительно и болезненно.

-Что? Что?! – Встрепенулся я, реагируя на ее крик и отпуская Алину.

На маленьком личике отразилась боль. Когда я подвинулся, пытаясь понять, как я ее задел, девушка сделала какой-то хитровыдуманный захват и… Оказалась сверху, припечатав мою шею предплечьем.

-Ну, ни черта себе! – Прошипел я, когда она сдавливала мои голосовые связки. – Ты – жулик.

-Это грязный спорт, мальчик. – Шатенка выглядела чрезмерно довольной собой.

Нет, конечно, я легко мог сбросить ее себя… Ее действия были неожиданными, когда я ослабил бдительность, и только-то. Она все равно оставалась малюсенькой девочкой, которую я мог побороть одним пальцем. Только вот… Зачем?

Мои руки коснулись ее бедер, плотно прижимавшихся к моей талии. Так плотно, как будто это не борьба, а прелюдия к сексу.

В черных глазах мелькнуло что-то странное. Скоротечный триумф сменился на растерянность, смятение. Она ослабила хватку, а я скользнул ладонями по ногам девушки, сминая мягкую ткань юбки.

Это просто влияние момента.

И ее лицо. Так близкое.

И…

Черт, это все не…

И тут тишину зала нарушил звук грустного кита. Очень грустного. Мы оба замерли.

-Я чертовски голодна. – Выпалила Алина, стремительно краснея.

Все, от груди, шеи и до лба у нее стало пунцовым.

Я попыталась не заржать с этой метаморфозы. Нашла чего стесняться, глупая.

-Знаешь, я бы тоже что-то съел. – Сказал я, отпуская ладони на маты.

Та быстро слезла с моей талии, сев на татами, подтянув к себе ноги. На меня она нарочито не смотрела.

Я вытащил телефон:

-Вызываешь такси? – Спросила Воронцова.

-Лучше. – Подмигнул я.

*****

-Лицо курьера было бесценно. – Не в первый раз заметила Воронцова, с наслаждением поглощая картошку по-деревенски.

-Еще бы. Он никогда по такому адресу еду не доставлял. – Согласился я.

Мы сидели на татами, в самом центре. Перед нами были разложены пакеты с едой из круглосуточной доставки.

Алина наворачивала с аппетитом изголодавшегося волчонка, разве что не урчала. Я вспомнил пиццу, которую девушка начала есть с таким же удовольствием, но в итоге бросила. А все Мальцев, придурок.

Я залюбовался девушкой. Вообще, смотреть на человека с хорошим аппетитом – уже торт в шоколаде. Я уверен, что вкусная еда может залечить все душевные раны.

Даже сейчас… За окном рейн, в душе пейн. А у нас тут свой островок спокойствия. Красота-а-а.

-Когда мне плохо, я страдаю как типичная девчонка. – Сделал я эдакий камин-аут.

Алина стрельнула в меня заинтересованным взглядом:

-Надеваешь красивое платье, делаешь маску для лица и принимаешь в ванну с пенкой? О, скажи мне, что это так.

-Почти. Но то, что ты мечтаешь увидеть меня в платье несколько пугает. – Я потрепал брюнетку по и без моей помощи растрепанным волосам. - Еще попытки?

-Эм… Плачешь?

-Не-а. – Качнул я головой и, снизив голос до доверительного шепота признался: - Ем целое ведро мороженого с кислыми желатинками и смотрю любимые фильмы.

Рот девушки выдал протяжное: «о-о-о». Я рад, что она серьезно отнеслась к моей тайне.

-Губку Боба? – Хихикнула Алька.

-«Хулиганы Зеленой улицы» и «Робин Гуд: Принц воров». – Выдал я названия фильмов, досмотренных до такой степени, что я знал все диалоги наизусть.

На этот раз из Воронцовой вырвалось что-то вроде «пф» или «паф».

-Что? – Подозрительно прищурился я.

-Просто… – Моргнула девушка, выискивая аппетитный кусок картофеля с самым большим количеством специй. Я заметил его раньше и попытался стащить, за что получил по руке. Эх, женщины.-Просто?..

-Я подумала, что тебе это очень походит. Старый фильм про футбольных фанатов, и фильм о парне, который обкрадывает богатых и помогает бедным… Это просто твой собирательный образ.

Не знал, что выгляжу как смесь из яростного фаната Вэст-Хэм Юнайтед и Робина Локсли. Но внезапно осознал, что Алька похожа на Деву Мэриан. Хм. Даже очень!

-Ты хоть смотрела их?

-«Хулиганов» да, а Робин Гуда – нет, но, конечно, знаю о чем…

-Шутишь??? – Всполошился я. - Это же шедевр! Сюжет, юмор, актёры… А все эти пафосные диалоги? «Я не успокоюсь, пока не отомщу за отца…» Черт, у меня даже сейчас мурашки пошли. Гляди.

Я подсунул девушке свою лапу, на которой от воспоминаний о любимом фильме действительно выскочили мелкие мурашки. Ну что сказать? Я мальчик очень впечатлительный!

Поболтав еще немного, мы вспомнили, что фильм на моем смартфоне все еще идет. А его сюжет нами благополучно утерян.

Девушка, макнув дольку картофеля в соус, отправила ее в рот, вновь уставившись на экран телефона. Тот лежал между нами в горизонтальном положении, с коробкой от моей картошки вместо подставки, и показывал первый попавшийся фильм. Он оказался скучненьким, но богатым на кровь. Сейчас какой-то придурок в маске пытался убить не сильно умную блондиночку.

- Обожаю фильмы ужасов. – Прокомментировал я события на экране. - «-Здравствуйте, я, как ваш арендодатель, вынужден предупредить: в этом доме убили три семьи. Их закопали где-то в подвале, а призраки бродят на чердаке. Вас все устраивает? -О да, конечно, где расписаться?»

Девчонка захохотала. Сочетать смех с питьем – идея не очень. В чем я убедился, когда она закашлялась, замотала перед собой рукой, а затем… Лимонад полился у нее через нос… Нет, он хлынул водопадом!

-Алина, блин… - Я стал выдергивать салфетки из шуршащего пакета, подсовывая задыхающейся девушке.

Вместо того, чтобы успокоиться, Сейлор Мун стала гоготать пуще прежнего, ухудшая положение. Слава богу, что кола у нее закончилась.

-О, боже мой! Как противно. – Засмеялась она, успокаиваясь и вытирая лицо.

-Что-то по тебе не скажешь, что ты испытываешься стыд. – Фыркнул я.

-А кого мне стыдиться? Тебя, что ли? – Буркнула она, сминая использованные салфетки в комок.

Этот отвратный комок полетел прямиком мне в лоб. Манер у нее, меньше чем у меня! А я очень старался, чтобы достичь такого уровня невоспитания.

Я поднял глаза, чтобы прочитать дурочке лекцию о том, как должна себя вести леди в обществе мужчины, но заткнулся. Алина смотрела на меня с такой открытой улыбкой, а затем икнула.

Она икнула, а сердце у меня ёкнуло. Да так сильно, что я просто схватился за грудную клетку. Ошалело я уставился на улыбающуюся девушку. Ту, у которой только что из носа лился поток газировки.

-Что смотришь так, Зорин? Влюбился в меня? Что ж, после такого грех не влюбиться… - Вновь засмеялась Алька, засовывая в улыбающийся рот огромную дольку картофеля.

Сердце зашлось сильнее.

Чувство, непонятное мне до этого, стало еще более ощутимым. И, кажется, я начал в полной мере осознавать что это за чувство.

Да нет.

Да не может быть.

Только не она.

-Эй, Зорин. – Перед моим лицом щелкнули пальцы, заставляя моргнуть. – Ты что напрягся? Я пошутила.

Я вдохнул кислорода, стряхивая оцепенение. Вновь искоса посмотрел на девушку.

Алинка продолжила хомячить, как ни в чем не бывало. Сердце уже не заходилось в приступах. Может, это просто аритмия? Или что-то в этом роде.

Столько футболистов умирали от болезни сердца до матча, или даже во время… Шейк Тиоте, Патрик Экенг, Моиз Бру Апанга… В медицине даже есть понятие «сердце спортсмена», что обусловливается изменениями в организме натренированного человека. И рисков, естественно, больше.

Тьфу, ну, конечно, это так! Мне просто надо к врачу!

-Ты чего довольный такой. – Подозрительно сощурившись, спросила Алька.

-Да у меня, похоже, аритмия. Круто, правда? – Выдал я, хватаясь за бургер и срывая обертку.

-Придурок. – Буркнула девушка.

Я покачал головой, вгрызаясь в огромный бургер. Нет, я не мог так глупо втюриться в подобную девушку. Она странная, не особо красивая, говорит то, что думает, часто раздражает. Она просто не в моем вкусе. В ней нет ничего, абсолютно ничего, что привлекает меня.

Ноль.

Zero.

Мы просто друзья.

И она девушка моего товарища по команде. Возможно, бывшая. Надеюсь на это. Стоп, что?

-К слову о влюбленностях. – Прервала мои мысли девушка. – Миша хочет познакомить меня с родителями.

Бургер, который только что казался пищей богов, встал поперек горла.

Точно, пора к врачу. Психотерапевту.

-Круто. – Бросил я, голосом выражая обратное. – Круто…

Внутри было совсем не круто.

Максим. Ты влип.