Чем рыжие не шутят

Эпилог. И лето наступит зимой.

Эпилог. И лето наступит зимой.

Три года спустя.

Романова Екатерина

Я с наслаждением потянулась и громко зевнула. Кое-как раскрыв глаза, огляделась. Как я оказалась на кровати? Да еще и одна! Не порядок.

Вспоминая события минувшей ночи, я точно знала, что уснула в объятиях Александра. Прямо на полу перед камином с красиво тлеющим углями. Укутанная мягким пледом, в теплых руках художника. Абсолютно обнаженная и настолько же усталая.

Ох, уставала я теперь постоянно. Александр действительно умел… Выматывать. Мой парень не так давно вернулся в город, с очередной выставки, поэтому был, скажем так, ненасытен… Я безбожно солгу, если скажу, что не испытывала от этого факта восторг. Быть желанной – самое потрясающее чувство в мире. Ладно, сразу после чувства «быть любимой». И обе эмоции мне дарил Саша.

Я вновь сладко потянулась. Интересно, сколько сейчас времени? Мы уснули, должно быть, на рассвете. Зимой раннее утро сложно отличить от ночи. Неудивительно, что я так долго спала.

Я повернулась на живот и уперлась подбородком в подушку, уставившись в окно. За ним хлопьями падал снег. Белоснежные снежинки, похожие на лебяжий пух. Будто на небе кто-то устроил бой подушками, и теперь перья летят во все стороны, укрывая землю все большим слоем сугробов. Казалось, еще немного, и снег погребет под собой наш маленький съемный домик.

Саша арендовал это местечко, далекое от всего остального мира. «Я ведь обещал свозить тебя туда», - заявил он в один прекрасный день, веля мне брать отпуск и собирать вещи.

И правда, обещал. Когда это было? Ах да, на свадьбе моей сестры… Когда я развела диспут, говоря, что зима – холодная и неуютная. Что ж, я полностью повержена в этом споре.

Поверить не могу, что когда-то посмела не любить зиму. Должно быть, дело не во времени года, а с кем ты его проводишь? Ведь холод не страшен, когда ты проводишь вечер вместе с любимым человеком. Перед камином, укутавшись пледом, одним на двоих… Слушать тихий треск дров. Звуки метели за окном. И его голос.

Мы с Алексом были тут уже неделю. Жизнь без цивилизации оказалась прекраснее, чем я думала. Мы вместе готовили еду. Читали книги, и он позволял бесцеремонно закинуть на него ноги.

Порой, я просто смотрела, как он рисует. Наслаждалась умиротворяющим зрелищем. Мягкими, изящными движениями его рук. Выражением лица. Короткими улыбками и нежными комментариями, брошенными в мою сторону.

Мы много целовались. Его губы согревали лучше всего.

Мы катались на коньках и санках, прямо с горы, как в детстве. Строили снеговиков, а потом Саша рисовал им лица наших друзей, заставляя меня хохотать до колик в животе. Еще бы, Снеговик-Солнечный получился шедеврально недовольным!

Я улыбнулась, вспоминая, как вчера затеяла игру в снежки. Ну, как затеяла… Мы уже возвращались с прогулки, когда я решила пошутить. Слепив вполне увесистый снаряд, я замахнулась и бросила его в затылок своего парня, который хотел поставить санки в сарайчик. Целилась-то я в затылок! Но кто знал, что он решит в этот момент повернуться ко мне лицом?! Снежный комок разбился прямо на носу Александра Зорина! И по его прекрасным глазам, я поняла… Пора драпать.

Только далеко не убежала. Сначала меня обкидали снежками, подбираясь все ближе под ответным обстрелом! А затем он бросился на меня как снежный барс, перехватив за пояс и утопив в пушистом сугробе. Я хохотала, пытаясь вырваться. Снег забивался за шиворот, кусал меня за щеки и даже попадал в рот! А затем мой смеющийся рот накрыли горячие, как пламя, губы художника. Домой меня унесли на руках…

Я довольно заурчала, вновь вспоминая эту ночь. Люблю его. Как же я люблю его. Люблю, люблю, люблю, люблю, люблю его!

Я нехотя встала с кровати. Руки тут же покрылись мурашками от прохлады, которые набросилась на меня сразу, едва я откинула одеяло. И все-таки, где Саша? Может, пошел за дровами? Или до магазина решил проехаться.

В любом случае, я остро хотела его увидеть! Осталась всего неделя нашего отпуска. А затем мне придется уехать в Японию, а ему в Англию. Поэтому я не собиралась терять и минуты нашего времени!

Я посмотрела на телефон. Тот лежал на тумбочке у кровати. Выключенный, чтобы никто меня не дергал. Возможно, поступок был не самым взрослым, но я всегда могла сослаться на то, что здесь ужасная связь!

Ох, я не говорила? Я стала дизайнером! Уже два года я успешно развиваюсь в этом направлении. Моим дебютом, которым я заявила о себе, стал показ мод «Все мы». Анастасия Зорина помогла мне осуществить идею. Ее бренд, «Day-spring», стал моей протекцией.

Идея была проста, но подана с шиком. Я долгие месяцы училась, создавала наряды, переделывала их, и вновь переделывала, и снова… Я плакала на плече Саши, плакала на плече Маруси, затем на груди Макса и Альки, да что там… Однажды я плакала на плече Матвея! Но я не сдалась.

И этот день перевернул мой мир. Журналисты назвали меня смелой. И пусть где-нибудь в Нью-Йорке такой показ не всколыхнул бы СМИ, но у нас…

Дело в том, что я создавала одежду не для типичных, вылизанных моделей. С идеальными прическами, безупречными фигурами… На моем показе были девушки разного возраста, с различными типами фигур. Худые и пухленькие, низкие и высокие. Люди разных национальностей, с особенностями здоровья и шрамами на лице и теле.

И боже, как красиво шли эти девушки по подиуму! Они были невероятны! Уверенны, горды, прекрасны. Каждый раз, когда модель делала первый шаг, я будто умирала. А когда она доходила до конца подиума, одаривая зрителей улыбкой – воскресала вновь.

Кажется, что песни с первого показа все еще звучат в моей голове. Итальянские слова, музыка приглашенных рок-музыкантов и вспышки белого, красного и синего, сопровождающие моделей. А еще аплодисменты. Море аплодисментов, и слова Саши, с невероятно большим букетом белых ромашек и алых роз: «У тебя все получилось».А еще я рассказал миру свою историю. Без утаек. Там были и мои фото, над которыми так пытались смеяться. Но теперь никто не посмеет смеяться надо мной. И, я верила, в будущем мода на буллинг вовсе пройдет. И пусть я еще борюсь с комплексами, но если я помогла хоть кому-то из юных девушек принять себя, то это того стоило.

Встав, я прошла босиком в ванную комнату. Нет, пробежала по холодному полу домика. Надо привести себя в порядок, пока моя любовь не вернулась. Хотя бы сделать из гнезда вороны на голове подобие прически.

Как же это обидно. Мы с Сашей жили вместе уже второй год, но виделись слишком редко. Когда все началось? Ах да… После футбольного матча Максима. Точнее матча, в котором участвовали оба близнеца.

Сразу после него мы поехали на выставку, но Гектора уже не застали. Саша ничем не показал разочарования, но я чувствовала, что это так.

А потом… Одним осенним вечером мы пришли домой к Зориным.

-Кажется, у нас гости? – Полувопросительно заявил Максим, слыша смех и голоса со стороны гостиной.

Я была несколько смущена этим фактом. Мало ли, к ним приглашены родственники или партнеры, а тут я заявилась на семейный сбор. Но, судя по лицам близнецов, они сами никого не ожидали.

Анастасия Зорина, услышав звук хлопнувшей двери, вышла в коридор. Мой кумир и женщина, к которой я питала невероятно теплые чувства, нежно улыбнулась:

-Вы уже тут? Проходите в гостиную. – Она посмотрела на Алекса хитрым, загадочным взглядом. – У нас гости.

Открытая женщина вся светилась изнутри. Казалось, что ее распирает от желания поведать сыновьям некую тайну.

Дизайнер упорхнула обратно вглубь дома, поманив нас следом. Озадаченные, мы прошли в комнату с красиво сервированным столом, заставленным едой. Антон, Анастасия и еще один солидный мужчина с миловидной женщиной уже доедали салаты. И, судя по открытым бутылкам и наполненным бокалам, ужин проходил весьма душевно.

-А вот и мои сыновья… – Пробасил тренер, отеческой улыбкой встречая нашу компанию. – И невестка.

Мужчина подмигнул мне, а я заалела, как маков цвет. Клянусь, я дернулась, чтобы сделать книксен или присесть в реверансе, настолько растерялась!

-Наконец-то пришли. – Улыбнулся незнакомый мужчина, вставая навстречу ребятам. – Давно мечтал с вами познакомиться.

Максим первый среагировал, протянув руку гостю и представившись. Мужчина кивнул:

-Да-да. Максим Зорин, вы - выдающийся футболист. Имел честь лицезреть ваш матч, он был невероятным… К несчастью, только по телевизору. Но когда вы переедете в Англию, я обязательно появлюсь на стадион.

Максим криво улыбнулся. Контракт с «Эпискирос» уже был подписан, поэтому парень не до конца понимал, что происходит и кто это. Но спортсмен не успел задать вопросов, когда мужчина, поцеловав мою руку, уже обратил все свое внимание на моего парня. Мне могла показаться, но я почти уверена, что услышала вдох благоговения, когда он выдохнул его имя:

-Александр. – Загадочный дядечка пожал руку художника, на этот раз не отпуская ее также быстро, как ладонь Макса. - Меня зовут Гектор Флоренс. Мне есть, что с вами обсудить.

Оказалось, что папа близнецов узнал от Анастасии, на какую жертву пошел его сын ради брата. После этого он задался целью найти Гектора и сделал это. Мало того, что мистер Флоренс был одним из организаторов конкурса для портретистов в Лондоне, так еще и фанатом футбола, как истинный англичанин.

Творческая личность буквально влюбилась в братьев-близнецов: спортсмена и художника. Особенно в талант Александра. Поэтому он с радостью принял приглашение Антона Зорина.

И вот, с тех пор Александр с каждым годом становился все более узнаваемым. Стоит ли говорить, что конкурс он выиграл? Представив на оценку судей мой портрет. Так что парень называл это «нашей победой» и никак иначе.

Предаваясь приятным воспоминаниям о совместной поездке в Лондон, я натянула теплую одежду и вышла из дома. Снежный день встретил меня морозным дыханием. Я огляделась. Следов парня нигде не было.

Едва я подумывала начать паниковать, как услышала характерный звук шагов. Чьи-то ноги утопали в снегу, заставляя его приятно хрустеть.

Спустившись вниз по короткой, в три ступени, деревянной лестнице, я увидела Сашу. Тот шел со стороны леса. Там, за кронами вечнозеленых елей, находилось замерзшее озеро. Я знала, потому что по его глади мы катались на коньках в первый день, когда снега не было так много.

Я побежала навстречу Саше, испытывая внезапный прилив «я соскучилась». Ноги утопали в снегу и моя пробежка выглядела неловкой больше, чем романтичной. Художник с улыбкой встретил меня, принимая в объятия. Губы коснулись моих губ в коротком, наполненном нежностью поцелуе. Затем поцелуи перешли на щеки.

-Какой ты холодный. Бр-р-р. – Сказала я, однако, позволяя ему и дальше целовать мое лицо. – Ты где был?

-Искал одно место. Я любил там рисовать, когда оставался здесь летом.

-Покажешь? – Попросила я, жадная до любых воспоминаний моего художника.

Помедлив, тот кивнул:

-Сначала позавтракаем?

Я задумалась. Есть не хотелось. Но, может, парень голодный? Будто уловив тень моего сомнения, Алекс мягко улыбнулся.

-Или прогуляемся до завтрака?

Я кивнула, довольная таким решением. Его рука скользнула с моего плеча, находя ладонь и сжимая её. Пальцы Саши были ледяными!

-Боже, ты почему без перчаток?! Так же можно себе пальцы отморозить! – Я схватила обе руки парня, и, сжав в ладошках, приняла попытку согреть их дыханием. Безрезультатно, тут надо быть огнедышащим драконом! – Пойдем домой! Ты согреешься, поешь, выпьешь горячий чай, а уже потом мы…

Моя решительность была остановлена самым наглым образом. Саша резко наклонился, припечатывая мои слова своими губами. Я опешила на секунду, даже не прикрыв глаза. Передо мной так и стояло лицо парня, с замерзшими на ресницах снежинками.Когда он отстранился, в карих глазах, согревающих лучше, чем крепкий сладкий чай, плескалось обожание:

-Пошли прогуляемся, Катя. – Нежно, но настойчиво произнес он.

Мужские пальцы сплелись с моими, и он потянул за собой. А я пошла. Потому что не могла иначе. Должно быть, я пойду за ним куда угодно, даже в пропасть. Лишь бы он также держал мою руку в своей.

-И как ты нашел это место среди зимы? Все такое… Белое. – Сказала я, когда мы прошли мимо очередного дерева. – И одинаковое.

Я даже обернулась назад. Все белым-бело! Деревья надели снежные шапки и раскинули свои широкие «лапы», закрывая пути к отступлению.

-Может, нам следовало кидать хлебные крошки? – С сомнением протянула я.

-Ты боишься заблудиться? Звучит так, как будто ты мне не доверяешь. – Хитро улыбнувшись, пожурил меня Алекс.

-Я тебе доверю! Но доверяла бы еще больше, будь у нас компас, карта или набор для выживания…

-Мы почти пришли, не переживай. – Ровно и спокойно пообещал Саша.

Я хотела возразить, мол, не переживаю вовсе, но слова так и не вырвались из моего рта.

Александр отодвинул очередные еловые ветви, с которых серебром осыпался снег. И мы вышли на освещенную зимним солнцем полянку. Маленькую, плотно окруженную стражами-елями. Она тоже должна была быть белоснежной. Но она была… Усыпана цветами.

Красные, белые, голубые, розовые, желтые бутоны… Они заполнили ее полностью. Цветы немного присыпало снегом, но от того они стали будто прекраснее. Яркие, покрытые «сахарной пудрой», что сыпалась на них прямо с неба. В свете солнца снег сверкал на ярких и нежных лепестках, как драгоценные камни.

Я изумленно смотрела на вид перед собой. Не в силах даже шага сделать вглубь, туда, к цветам. К лету, расцветшему среди зимы…

-Ты… – Начала я, понимая, что голос совсем не слушается. – Саш…

Алекс позволил мне молча полюбоваться видом, справляясь с эмоциями. А затем провел за собой, по небольшой белой тропинке, вглубь полянки. А я все рассматривала бутоны. Розы, герберы, орхидеи, хризантемы и… Ромашки. Белые, как снег. С яркими, желто-зелеными сердцевинами.

Как в книге. Той самой книге…

Слезы уже давно сдавливали горло, но когда Алекс остановился и опустился передо мной на одно колено…

-О, боже мой… – Всхлипнула я, прижимая ладони ко рту.

-Катя… – Выдохнул Саша мое имя вместе с облачком пара. – Недавно я понял, что каждое утро, едва я открываю глаза, единственное, о чем я могу думать и мечтать - твоя сонная улыбка. Наверное, этот момент решил для меня все. Я понял, что хочу быть с тобой каждый день. Видеть, как ты просыпаешься. Засыпать, обнимая. Смотреть, как ты смеешься и плачешь одновременно, читая свои любимые романы. Как поджимаешь ноги, когда ешь. Слушать, как ругаешься на сковородку с брызгающим маслом, как поешь в душе и смеешься, когда я щекочу тебя. Хочу поддерживать тебя. Видеть, как ты достигаешь новых целей. Помогать тебе преодолевать трудности. Хочу увидеть мир вместе с тобой. Знаешь, недавно я так тосковал по тебе, что точно понял… Я хочу даже ругаться с тобой, такой вредной и непостоянной. Лишь бы рядом. Всегда рядом.

Я засмеялась, как-то нервно, судорожно, завершая смех новым громким всхлипом. Слезы струились ручьем, делая лицо мокрым. Мерзлый воздух уже успел этим воспользоваться, кусая влажные щеки.

Саша же запнулся. Взгляд ласкал мое лицо. На лице парня появилась самая нежная улыбка из возможных. Она заставила мое сердце сжаться так сильно, что я была почти напугана. Я умру. Прямо здесь и сейчас, среди цветов.

-Я восхищаюсь тобой. – Произнес парень. - Ты – мое вдохновение. Моя страсть. Моя жизнь… И… Я люблю тебя. Ты согласна стать моей женой?

Я не заметила, как в руках Саши оказалось кольцо. Он протянул его мне на своей покрасневшей от холода ладони. Маленький золотой кружочек, затерянный между линиями сердца, жизни и судьбы. А еще пары тонких царапин, оставленных шипами роз.

-Да. – Кивнула я, просто неспособная на большее. – Да!

Я вижу по пару, скользнувшему изо рта парня, как он облегченно выдыхает. Как опускается его грудь, и, слабо дрогнув, расслабляется лицо. Будто он замер, не дыша, в ожидании моего ответа. Будто я могла ответить иначе!

От мысли, насколько Саша переживал, слезы заструились по моему лицу все сильнее. Я смахнула их свободной рукой, пока Александр, осторожно и нежно надевал холодное кольцо на мой безымянный палец.

Посмотрев на мою руку, Алекс медленно склонил голову. Мой рыцарь. Он с трепетом коснулся костяшек губами. Не выдержав, я бросилась к нему. Упала на колени, в снег, крепко обнимая смеющегося парня за шею. Я ревела и ревела, не в силах остановиться. Какая же я плакса. Как же я счастлива.

-Я так тебя люблю… – Со слезами прошептала я в его ухо, не видя, но точно зная, что он улыбается. - Буду любить тебя до конца жизни. Обещаю.

Саша улыбается. Потому что обещания у нас принято выполнять.

Обнимаю его крепче, чувствуя, как снег забивается в сапоги. И я понимала, что мы очень сильно замерзнем. Но не могла его отпустить. Так и замерла в руках моего… Жениха. Окруженная снегом и цветами. Летом среди зимы.

Когда мы вернулись домой и грелись у камина, сердце все еще гулко стучало. Лицо щипало от слез на морозе, но я с восторгом принимала даже это ощущение.

Алекс вновь сплел наши пальцы. Я же посмотрела на свою руку, все еще не веря в происходящее. Кольцо с изумрудом, который обрамляли маленькие лепестки-бриллианты, сверкнуло на моем пальце игриво и задорно. Камни будто вобрали в свои грани блеск снега вокруг нас и краски всех ярких цветов. Запечатлели в себе навсегда этот момент. И горели теперь так ярко!

Я подняла взгляд. Нет. Ярче всего в этот час блестели его глаза. Глаза, вбирающие в себя пламя и золото, горячий шоколад и осенний лес, темный янтарь и терпкий алкоголь… Глаза моего любимого человека. Александра Зорина. Теперь навсегда.Эпилог. И узнает о чувствах весь мир.