Чем рыжие не шутят

Глава 13. Игры, победы и поражения.

Глава 13. Игры, победы и поражения.

Максим Зорин

-КТО ЗДЕСЬ ЧЕМПИОНЫ? – Орал пьяный Мальцев, пытаясь удержаться равновесие на столе.

-ВОЛКИ! ВОЛКИ! ВОЛКИ! – Рычала команда вокруг капитана.

Им вторили те, кто пришел с нами повеселиться и отпраздновать победу. Преимущественно девушки.

-КТО ВСЕХ ПОРВЕТ? – Пенился Миха, вскидывая стакан вверх и проливая половину содержимого на футболку, даже не замечая этого.

-ВОЛКИ-И-И! – Орали люди, также поднимая вверх стаканы и бутылки с алкоголем разной степени крепости.

-А-У-У-У! – Завопил наш капитан, вскидывая голову и имитируя наше тотемное животное.

Через мгновение вся комната наполнилась волчьим воем, как будто стая реагировала на своего предводителя.

Я посмотрел на капитана с раздражением, уже ставшим частью меня. Говорил же, что он дурной, когда напьется. Но если раньше это выглядело забавно, сейчас во мне не было и йоты былого энтузиазма. В общем, вытаскивать его из реки или вместе воровать пальмы я бы не стал…

Хотя Мальцев, достигнув стадии опьянения «люблю весь мир», уже подкатывал ко мне с объятиями. Блондин пьяно хлопал меня по плечам, провозглашая на всю комнату, что команда обязана выпить «за здоровье своего чемпиона». Потом он долго распинался, объясняя мне что-то о том, что я дли их стаи – Бета, тогда как он, Мальцев, Альфа. И мы не должны делить территорию. Говорю же, он был в дрова.

-Не участвуешь в общем веселье? – Ко мне подсела миловидная блондиночка в коротком платье.

Не смотря на то, что на диване хватало места для половины нашей команды, она села вплотную. Голая нога прижалась к моему бедру. Я быстро оценил ее взглядом. Красивая, даже очень.

Я подмигнул блондинке, коснувшись своим стаканом её бутылки с пивом:

-Вот, уже участвую. Просто все ждал, когда ты ко мне подойдешь. А то я – парень скромный, первым не флиртую.

Она засмеялась, сделав глоток пива.

-Меня Юля зовут. – Представилась девушка. - А ты – Максим Зорин, нападающий «Стаи». Я давно за тобой слежу.

-Правда? – Вскинул я брови, отмечая, что она использует фанатское прозвище команды. - Так у меня есть свой личный сталкер? Лестно и пугающе. Скажи, мне понадобится судебный запрет, или не стоит опасаться за свою жизнь?

-Не стоит. – Убедила меня девушка, ее рука коснулась моего колена. – Но тебе вполне могут понадобиться наручники. Я плохая девочка.

Рука Юли двинулась по моей ноге вверх, недвусмысленно придвигаясь к паху. Я смотрел за ней с долей спокойного любопытства, понимая, что кроме внезапного отвращения ничего не испытываю. Будто жук ползет по штанине.

Я привык к девчонкам вокруг, как привыкаешь к комарам, входя в лес. Кружат, пищат, сосут. Ничего нового, что способно было бы меня зацепить. По крайней мере, так было раньше.

Я вновь искоса глянул на Юлю. В мире музыкантов есть термин - групи. Это поклонницы, сопровождающие кумиров на гастролях. Со временем он стал применять только к девушкам, которые целью своей жизни считают оказание кумирам сексуальных услуг. Эдакая проституция на добровольных основах.

Не знаю, насколько правильно применять его к футбольным командам, но лучшего слова для определения таких девушек я не подобрал. Они частенько таскались с нами на выездные матчи, оставаясь на вечеринки.

Слышал, что некоторые из них выбирали кумиров, а другие пытались собрать в своей постели всю коллекцию. Я не осуждал их. Кто-то фантики коллекционирует, кто-то мужиков.

Залпом допив терпкое содержимое стакана, я встал с дивана.

-Ты куда? – Удивилась девушка, глядя на меня снизу вверх.

-За наручниками. – Пообещал я, удаляясь на кухню, чтобы намешать еще порцию джина с тоником.

Там меня ждало разочарование. Кто-то опустошил мою бутылку джина, за которую я отвалил пять косарей. С сожалением я бросил опустевший стакан в раковину.

Выйдя с кухни, я обвел взглядом дебош вокруг. Ничего, чего я бы не видел раньше. Парни праздновали победу и они, пожалуй, заслужили это. Мы и правда пахали, как кони. С моим отцом иначе нельзя.

И теперь нам оставался лишь финальный рывок. Конечно, мы должны были вознаградить себя перед этим.

Обычно и я был рьяным участником этого праздника жизни. Но сегодня настроение не хотело ползти вверх, сколько бы джина я в себя не вливал. А теперь не осталось и этого смутного утешения.

Я ощущал скуку, даже раздражение. Как будто все было неправильно, и я не должен был быть здесь. Но с каких пор мне не было места среди шума, веселья, алкоголя? Это то, чем я жил. Часто слышал фразу «душа не на месте». И моя душа металась среди стен этого дома, в поисках щели, чтобы вырваться.

Увидев, что блондиночка все еще терпеливо сидит на диване, я вернулся на кухню. Налил себе воды из под фильтра и бросил туда льда.

-Черт… – Опершись лбом о дверцу настенного шкафчика, я попытался унять дискомфорт внутри.

Надо брать себя в руки. Некстати вспомнилась последняя тренировка перед матчем, за которую я получил заслуженный выговор от отца и несколько странных взглядов от парней из команды.

«-Ты стал слабее!»

«-Какого хрена ты такой рассеянный, подача была твоя!»

«-Да что с тобой?! Соберись!»

И я собрался. Во время игры я смог отключить в себе все, кроме тяге к движению, азарту. Но игра закончилась. И мысли вернулись в мою черепную коробку с удвоенной силой. Их было много. Они были такие запутанные.

Через часа пол (столько времени должно было потребоваться Юле, чтобы найти себе новую жертву) я вернулся в общую комнату. И наткнулся взглядом на Мальцева. Точнее, я почти уверен, что это был он. За девчонкой, которая сидела на его коленях, и пыталась сожрать лицо, видно толком не было. Только ее прыгающие черные кудряшки.

Наверное, алкоголь все-таки ударил меня в голову. Потому что вместо привычного равнодушия, меня охватила злость. Она была такой сильной, что даже пульс подскочил.

Я оказался рядом с креслом, что заняла парочка, и с силой ткнул капитана в плечо:

-Ай! Ты что, Зорин, ополоумел? – После секундного замешательства, пока вратарь узнавал мое лицо, промямлил капитан.

Он еще более пьяный, чем пол часа назад.

-Ты какого хера творишь, мудак? – Прорычал я, добавив, когда тот уставился на меня непонимающим взглядом: - Победа тебе остаток мозгов выбила? Забыл, что у тебя девушка есть?

-А что, тебе это когда-то мешало? – Усмехнулся Миха. – И потом, не помнишь, что мы вроде как в ссоре… У нас э-э… Тайм-аут? И все ты.

Парень ткнул в меня пальцем и тот заходил кругами. Можно ли сломать руку капитану своей команды? Она же ему нужна, мячики там ловить… Или он сможет зубами, как настоящий сенбернар?

Да, я слышал об этом. Алина, растерянно перебирая пальцами и глядя в пол, рассказала, что они с Михой решили дать себе время остыть. И поэтому она не поехала в Питер на нашу игру. Но также я понял, что они не разошлись. Они все еще вместе. И Мальцев явно не должен был поступать, как скотина.

-Тайм-аут – это не расставание. – Скрипнул я зубами.

-Да не очкуй, она не узнает. Знаешь, как говорят: все, что происходит в Вегасе, остается в Вегасе.

-Но ты не в Вегасе, идиот. – Процедил я сквозь зубы, ощущая сильное желание набить ему морду за одну только довольную усмешку.

-Да похер. – Пробормотала Мальцев и вновь притянул к себе голову девчонки.

Я сделал шаг к нему, намереваясь… Стоп, что я собирался делать? Меня это вообще касается каким-то боком? Я явно не должен в это лезть. И тем более не должен испытывать эту ошеломляющую злость на него. Он же не мне изменяет, в самом деле! Это не мое дело. Однако…

Кудрявая начала что-то шептать Мальцеву, прытко вскочив на ноги и потянув его за собой. Тот, улыбаясь, последовал за ней на второй этаж, как скотина на веревочке. Капитан спотыкался через каждый шаг. Он был абсолютно пьян.

Я проводил их взглядом, раздраженно выдохнув и оглянувшись вокруг. Картина не менялась. Шума становилось больше, воздуха меньше. В дальнем углу курили кальян, и молочно-сладкий дым заполнял комнату.

Неожиданно все вокруг показалось мне слишком мерзким. Либо я выпил недостаточно, чтобы воспринимать всю эту грязь, либо…

-Макс, ты куда? – Удивился Ян, заметив, что я натягиваю куртку и иду к выходу.

-Хочу проветриться. – Бросил я, хватая сумку с вещами и мячом.

Может, попинаю его и расслаблюсь. Будто двух таймов было мало.

-Ночью? – Со скепсисом спросил он. – Что-то случилось?

Ян Азимов – второй нападающий. Один из немногих парней в команде, к которому я испытывал искреннюю симпатию, на грани дружбы.

Я пожал плечами. Распахнул дверь и вышел на крыльцо в тот момент, когда зазвонил мой телефон.

От надписи «Сейлор Мун» на дисплее и фотографии хмурящей нос брюнетки, что я сделал на днях, сердце в моей груди сделало кульбит. Заткнись, орган.

-Воронцова? Что-то случилось? – Я был так удивлен её звонку среди ночи, что сразу предположил нечто плохое.

Например, она опять шлялась ночью по мрачным детским паркам, и её встретила какая-нибудь банда придурков. А я здесь, за тысячи километров и… Можно, конечно, позвонить Матвею с Саней… Так, Зорин. Остынь и уйми фантазию. Как говорил странный мужчина с пропеллером: «Спокойствие, только спокойствие».

Да какое, на фиг, спокойствие?!

Беспокойство, что я ощутил, оказалось очень сильным. И тоже неожиданным. Сегодня что, ночь неконтролируемых эмоций?

-Не совсем. Я не могу дозвониться до Миши. Я приехала, Максим. Но меня не пускают в дом. Никто не отвечает на звонок.

-Ты… В дом?! Чего?!

Я обернулся на дом за своей спиной. Тот, где Мальцев пытался языком проверить состояние всех пломб у какой-то шлюховатой девицы.

Конечно, никто не слышал трели звонка за какофонией звуков. А если бы и слышал, то поленился бы нажать на кнопку, открывающую ворота.

Признаюсь. Часть меня отчаянно захотела взять Альку за ручку и показать ей эту сцену. Я даже услышал злорадное хихиканье где-то в уголках подсознания.

«Воспользоваться ситуацией». Я бы мог. А что потом?

Как только я представил последствия… Увидит она его, что дальше? Зарыдает, наверное. Может, кричать будет. Побьет кого-нибудь, или просто убежит… Что бы Алина не сделала, она точно будет раздавлена.

-Алло, Максим? Ты чего затих? Ты не в доме?

Решать надо было быстро. И я принял единственное, как мне показалось, верное решение, чтобы обезопасить её.

Я сглотнул горечь, делая глубокий вздох.

-Ты на такси?

-Я? Да… Я…

-Не отпускай машину.

-Но как же.

-Я иду. Не отпускай машину.

Я вышел к воротам. За ними и правда стояла Алька. В светлой курточке она смотрела в экран своего телефона. Услышав, как открылась дверь, она подняла голову и улыбнулась.

Волосы заплетены вверх, а шею прикрывает шарф нашей команды: черный с серым, как наша выездная форма. На щеке нарисован маленький волк.

Черт возьми.

Осознание того, насколько я рад ее видеть накатило на меня ледяной волной. Она была такой силы, что я едва устоял на ногах.

-А я тут решила сюрприз сделать. – Девушка смущенно улыбнулась, даже не подозревая о моем внутреннем раздрае. – Только вот не успела на игру, рейс задержали, и я проторчала в аэропорту три часа. Уже думала плюнуть, а потом решила все равно приехать. Выходные тут провести. С вами.

С вами.

Не с Мальцевым.

С нами.

Бред.

Возьми себя в руки, кретин.

-Парней нет, они где-то празднуют победу. Мальцев с ними. – Соврал я, чувствую противное ощущение в желудке от собственной лжи. – В доме пара человек осталось, пьют.

Девушка слегка погрустнела:

-О. Правда?

Нет. Твой парень в одной из верхних спален трахает безмозглую брюнетку, похожу на кокер-спаниеля, которая и мизинца твоего не стоит. А я прикрываю его, чтобы не видеть, как ты плачешь. Что за жесть творится? Когда моя жизнь превратилась в бразильский сериал, а я стал одним из главных героев?!

-Правда. – Кивнул я, отводя взгляд и всовывая руки в карманы. – А вы разве не в ссоре?

-Ну… Ссоры – это такие мелочи. – Вновь спрятала свои чернильные глаза девушка. – Решила, что это будет прекрасным поводом помириться, знаешь. Приехать, поддержать вас… Вся эта спортивная романтики и «у-ху, вперед, волки!».

Девушка издала неловкий смешок, будто стыдясь своего представления.

-Да. Наверное. – Какой я тупой.

-Если его нет, я могу подождать здесь? – Спросила она. - Покажешь его комнату? А то его телефон…

Девушка хотела пройти к двери на территорию особняка, когда я схватил ее руку, останавливая.

-Мм… Вообще-то я надеялся, что ты составишь мне компанию. Я как раз собирался уходить.

Она с сомнением посмотрела на меня и вновь на дом. Я закатил глаза к небу:

-Брось, Воронцова. Ты приехала в Питер, чтобы посидеть в четырех комнатах? Или ты хочешь слушать пьяные крики остатков команды? Пошли, посмотрим на ночной город. Если получится дозвониться до капитана, то так и быть, отвезу тебя к нему. Я неплохо знаю Питер, не позволю тебе заблудиться.

Очевидно, мне удалось ее соблазнить.

-Ты без вещей? – Поинтересовался я, будто это дело уже решеное.

-Только сумка. – Кивнула девушка. – Там белье, да зубная щетка.

Отлично, теперь я буду думать о трусиках в ее сумочке, как какой-то грязный фетишист. Воронцова, когда ты будешь не столь наивна, чтобы понять, что я парень? Па-рень. Мужской пол! Муж-чи-на. В полном расцвете сил… Тьфу ты блин, откуда в моей голове так много Карлсона?

Интересно, а она для этого дегенерата Мальцева не захватила кружевной комплект? И кого мне в нашей ситуации надо бить первым? Мишу? Себя?

Такси увозило нас прочь.

Я не собирался выгораживать Мальцева. Просто решил разок поступить по-человечески, дав ему шанс самому порвать с девушкой. Пусть объяснит все завтра, как протрезвеет. Они все равно взяли перерыв, так что не должно быть настолько ужасно, если он перерастет в полноценный разрыв. Наверное.

Я почувствовал, как пальцы девушки мягко и осторожно коснулись моей руки. Посмотрел на сидящую рядом Альку.

-Все нормально? Ты выглядишь каким-то растерянным. – Ее огромные глаза, еще более темные в тускло-сером салоне такси, смотрели с искренним беспокойством.

-Просто устал. – Улыбнулся я девушке.

Я хотел повернуть ладонь, чтобы обхватит ее пальцы, но ее рука уже исчезла, и я зачерпнул воздух. Сжал руку в каком-то урчащем недовольстве. За свой порыв и за неудачу одновременно.

-Тогда, может, нам стоило остаться дома?

-Нет, я выходил, когда ты позвонила. Понял, что дико хочу макароны с сыром. Или, хотя бы, бургер. Может, поедим сначала?

-Отличная мысль. Я голодная, как волк! – Живо встрепенулась девушка. – В самолете нам давали бутерброд, но он был какой-то пресный…

Я усмехнулся, прикрывая глаза и слушая лепет девушки. Обожаю то, что она обожает еду.

Обожаю её… Да черт возьми!

-А что в сумке? – Кивнула Алина на мой спортивный рюкзак, раздутый от содержимого. – Она огромная. Ты сбежал со всеми вещами и хочешь взять меня в заложники?

-Идея классная, приберегу на потом. – Пообещал я, внезапно кинув в девушку сумкой.

Она ахнула, подумав, что словить ее будет тяжело. Однако внутри были лишь смартфон, кошелек с документами, да футбольный мяч. Я расстегнул молнию, демонстрируя скудное содержимое.

-Эм… Почему ты с мячом?

-Не знаю. – Честно пожал я плечами. - Но сегодня мы будем гулять с ним. Называй его Васенька. Васенька мечтает посмотреть на мосты Питера.

Девушка вновь засмеялась.

Таксист высадил нас у круглосуточной забегаловки. А сонная официантка поставила перед нами два огромных подноса с фаст-фудом. Увы, макарошками с сыром они не торговали.

-Как прошла игра? – Спрашивает Алина, когда я пытаюсь повязать Васеньке салфетку, как манерному джентльмену. Не получается. Пусть сидит некультурный.

-Мы уничтожили их. – Довольно улыбнулся я, мысленно прокручивая самые опасные момента сегодняшнего матча. – Порвали на кусочки.

-А со скольких лет ты играешь?

-С пяти.

-Ты всегда любил спорт?

Хотелось ответить: «да». Это я делал всю свою жизнь. И такой ответ был довольно искренним. Все же почему-то я остановился. И вместо привычного ответа выдал нечто другое. Что-то, выкопанное из недр души:

-Не знаю.

Девушка посмотрела на меня с любопытством, призывая продолжать. Это что, интервью? Где диктофон?

Я, вздохнув, пояснил:

-Иногда я сам думаю, нравится ли мне спорт. В смысле… Да, это классно. Но порой кажется, что это просто здоровая привычка, что я в себе вырабатывал с детства. Тоже самое, как чистить зубы с утра, совершать пробежку в парке у дома, покупать кофе перед работой, или иной ритуал, к которому привязывают себя люди, чтобы сделать жизнь более нормальной.

-И что, ты хотел себе нормальной жизни? – Фыркнула подруга. – Ага. Охотно верю.

Я улыбнулся:

-Не себе. Я просто хотел, чтобы она была у Сани. Поэтому мне приходилось делать все лучше и лучше. Вроде как за нас обоих. Бегать быстрее, становиться выносливее… Просто Алекс, он… Я думаю, что ему досталось все от нас. Весь талант, до последней капли. Да и мозг, что уж тут скрывать. Он бы стал отличным стратегом в любой командной игре, но я бы не простил себя, если бы ему пришлось загнивать на футбольном поле или в каком-нибудь спортивном зале. Он создан для мольбертов и кистей. Это настоящий дар.

-Ты так восхищаешься братом. Обычно ты более пренебрежительно отзываешься о его творчестве.

-Если буду его хвалить, он может поймать звездную болезнь. – Сказал я, отворачиваясь, потому что ощутил, как скулы краснеют. Будто меня поймали на чем-то постыдном. – Не могу позволить себе такую роскошь. Я же все-таки старший брат, мне надо его хоть немного воспитывать.-Ты совсем не похож на старшего брата. – Хмыкнула Алька.

-А ты совсем не похожа не девушку. Что ж теперь. – Парировал я, подмигнув мелкой.

Сморщив нос, Алина перегнулась через небольшой столик, чтобы тюкнуть меня ладошкой по лбу. Я церемонно позволил ей это сделать, подставив голову под удар. Пусть дите тешится.

Мы засмеялись, а затем оба замолчали, раскладывая мысли по полкам. Заметив, как нахмурилась Алька, я наклонился, чтобы потрепать ее волосы:

-Эй. Ты не подумай, что я строю из себя мученика. Я действительно люблю все это. Азарт, вкус победы, даже горечь поражения, после которой хочется стать лучше, учесть ошибки и разорвать противников в следующий раз. Я люблю это. Очень.

Девушка прикусила губу и внезапно выпалила:

-Ты поедешь в Англию?

Ого. А она откуда знает про контракт? Секретом, это, безусловно, не было. Однако её реакция была странной.

-Мальцев растрепал?

-Ну… Я спросила на тренировке, что это за дядечка к вам пришел. Миша сказал, что он будет смотреть твои игры. И если ты хорошо проявишь себя, то подпишешь контракт. Судя по матчам, это дело решеное.

-А ты и рада бы отправить меня куда-нибудь подальше? К британцам, чаю и кашке на завтрак. – Перевел все в шутку я.

Девушка издала странный звук, и я покосился на нее. Показалось, будто кончики ушей Альки покраснели. Но она наклонилась, пряча их за сбежавшими из прически прядями волос.

Я вздохнул:

-Вообще-то, вакансия открыта. Мервин Фергюсон, которого ты назвала «дядечкой» - это менеджер греков. Он занимается трансферами. Я обсудил с ним идею моего путешествия на родину Шерлока Холмса, и мы решили, что дадим шанс всем членам команды.

-Ты имеешь в виду, что рассматриваются все кандидатуры? И Миша?.. – Нахмурила лоб девушка.

-Да. Все зависит от финальной игры. Так что, если твой парень хорошо себя проявит, может паковать чемоданы. – Я усмехнулся, решив поиздеваться над брюнеткой. – Что, готовы встречаться на расстоянии? Все эти трогательные переписки с «люблю, скучаю» вместо точек. Слезы в аэропортах… Красота-а-а.

На самом деле, Мальцев не был далек от правды. Фергюсон действительно приехал за мной. Я даже держал в руках контракт, с очень выгодными условиями.

Возможность выбить себе отсрочку и шанс для остальных «волков» стоила мне ссоры с отцом. Но Мервин согласился отсмотреть игру всех футболистов, пообещав приехать на финал.

-Почему греки, а не англичане? – Спросила девушка неожиданно, игнорируя мою тираду про отношения сквозь границы.

И это хорошо. Внутри меня все так и подмывало отметить, что отношения эти скоро закончатся. И я был странным образом рад этой мысли. Это было низко, но это правда.

-«Эпискирос» - название их сборной и греческое название футбола. И логотип у них греческий: мяч с венком лавровым. Как-то прижилось. – Пожал я плечами.

-Хотите что-нибудь еще? – Спрашивает женщина, убирая со стола пустые тарелки.

Я и не заметил, как мы уничтожили свои порции. Смотрю на Алину, но та кивает в отрицании.

-Что, тогда берем Васеньку и идем смотреть Питер. Счет, пожалуйста.

Уже проходя к выходу, я приметил прилавок с лотками. Из них мне подмигивали жареные пирожки. Предложи я другой девушке пакет с пирожками, вряд ли она оценит мой жест… Но… Кажется, Алька любит такое.

А я все больше очаровываюсь ей.

-Подождешь меня? – Кричу я вслед девушке, уже успевшей добраться до двери.

Когда я выхожу за девушкой на улицу, вижу ее прислонившейся к фонарному столбу. Он освещает ее, как софиты на сцене главную героиню.

Странная она. Малюсенькая, тонкая и бледная. Выглядит такой хрупкой, будто в любой момент может лишиться чувств. Но при этом, едва я вижу ее ониксовые глаза, понимаю, насколько эта девушка поразительно сильная.

-Воронцова. - Окликаю я подругу.

Она вновь уткнулась в свой телефон. Очередная попытка дозвониться до капитана?

Алька рассеянно оглядывается на меня, и я мгновенно подсовываю к ее рту купленный пирожок. Зубы девушки клацают, и она сразу впивается в румяный бок.

-О. Отличные рефлексы! – Хвалю я.

-Пфытфу… – Бубнит она, забирая у меня из рук мучное изделие. Она улыбается: – Пирожки? Спасибо.

Я гордо демонстрирую ей пакет, в котором ждут своей участи еще пять пирожков:

-Какое путешествие без еды?

Девушка с усмешкой качает головой:

-Твой желудок – бездна. И ты тянешь меня за собой!

Не смотря на урчание, она не выглядит недовольной. Наоборот, еще раз откусывает кусок пирожка, в этот раз добираясь до начинки. Она едва стонет:

-Мм… С яблоком! Жутко вкусно! – Одобряет она, едва ли не закатывая глаза.

Вы когда-нибудь видели девушку, которая может эротично поглощать пирожки? Нет? Вот и я нет. До этого момента…

-Ну, куда нам? – Спрашивает девушка, и, не дожидаясь ответа, устремляется вперед по улице.

-Воронцова… – Вновь окликаю её я, испытывая просто непреодолимое желание коснуться ее. Импульс, охвативший все мои нервные окончания, с которым я был не в силах бороться.

-Что, еще один пирожок? – Поворачивается она, а черные глаза ловят отблески ночных фонарей, отражая их, подобно темным озерам.

Вместо ответа я приближаюсь, ловко отодвигая со лба девушки темные волосы. Ее глаза чуть заметно расширяются. И, не дав ей опомниться, наклоняюсь , чтобы коснуться ее макушки губами.

-Т-ты… Ты чего?! – Ошарашенно делает девушка шаг назад.

Глаза заблестели сильнее, а лицо покраснело. Она перестала жевать, отчего правая щека так и осталась полноватая, с куском пирожка. Как у хомяка.

И я совсем спятил. Но это чертовски мило.

-Ты просто такая мелкая. Не могу удержаться. – Говорю я, и не вру.

Удержаться действительно сложно.

Она все еще красная, когда я громко фырчу, закатив глаза:

-Боги, Алина. О чем ты думаешь, маленькая извращенка? Тебя настолько смутил поцелуй в лоб? – Она хмыкает, не комментируя это и отводя взгляд, а я увожу тему: - Ну что? Начнем рейд по местам столицы?Я протягиваю ей руку. Девушка смотрит на нее и колеблется какие-то несколько секунд, но все-таки берет меня за руку. И этот жест доверия приводит к странному чувству облегчения в моей груди.

Я что, разволновался? От взятия за руки, как в первом классе на экскурсии? От спонтанного поцелуя в лоб? Да я Маруську с Ромашкой могу жарче поцеловать, а они мои сестры.

И тут я остро осознаю… Она будет моей. Просто она ещё не знала об этом. Я и сам долго не догадывался. А уж ее придурок-парень вовсе будет удивлён!

Я сжимаю маленькую ладонь крепче.

*****

-У меня ноги отваливаются. Я хочу лечь спать прямо здесь. – Категорично заявила девушка.

В доказательство своих намерений, Алинка села прямо в траву, не заботясь о чистоте одежды.

Наше путешествие по достопримечательностям Санкт-Петербурга длилось несколько часов. Того и гляди, над культурной столицей забрезжит рассвет. А нас занесло на какое-то старое футбольное поле, поросшее травой. Ворота с драной грязной сеткой должны были выглядеть уныло, но я прямо видел на этом маленьком стадионе толпу ребятни, что летом забивает и забивает голы. Галдят, кричат, ссорятся… Ностальгия.

-А я надеялся, что мы сыграем. – Я пару раз отчеканил мяч на ноге, послав его на голову и вернув на траву. Окей, я рисовался.

Девушка посмотрела на мои действия без энтузиазма. Увы. Точно, она же больше любит бокс. Может, набить кому-нибудь морду, чтобы ее впечатлить?

-Эй, ну ты же спортсменка. – Поддразнил я Воронцову. – Вставай. Я даже научу тебя пинать мячик.

-Я умею. – Мигом насупилась Сейлор Мун. Ее жажда соперничества была очень милой.

-Забьешь хотя бы один гол – исполню любое твое желание. – Подначивал я.

Честное слово, в черных глазах зажглись ведьмовские огоньки.

-Один? – Уточнила она.

-Всего один.

-О, ты сам так решил.

Спустя пол часа бесплодных попыток Алины отобрать мяч, мы сидели в центре поля. Я подстелил куртку для Али, усевшись на траву и откинувшись на руки.

-Да будь ты проклят… – Пробормотала обиженная поражением брюнетка.

-Не сотрясай воздух. Если бы проклятия работали, я бы давно перестал топтать землю. Но, как видишь, я полон жизни и энергии! – Довольно усмехнулся я.

Я втянул в грудь больше ночного воздуха. Запах сидевший в близости Воронцовой (а сегодня она пахла, как сладкая, вкусная клубника), смешивался с ароматами травы и земли.

Небо было темным, с множеством звезд.

Ночь казалась теплой. Может, из-за нашего импровизированного матча, разогнавшего кровь по венам. Или действительно было тепло.

-Знаешь… Приятно попинать мячик не с кем-то из команды. Просто для удовольствия. Я почти забыл, как это. – Озвучил я свои мысли.

Алина, которая до этого злилась, что не смогла забить гол, все-таки ответила:

-А что остальные? Ну, твои друзья. Ты мог бы пригласить их.

-У нас разные интересы. Романова как-то сказала, что не прикоснется к мячу, даже если он будет от «Тиффани». Королёва просто не любит спорт. Матвей больше любит баскетбол. Конечно, если я попрошу, они не откажутся, но зачем? Солнечный же не заставляет меня слушать про опасность гидроудара для двигателя или ремонт подшипников, когда мне это не интересно…

-А Александр?

-Мой брат поклялся, что в жизни не будет играть в футбол.

-Эм… Что?

Я задумался. Она доверила мне так много тайн. Но этот секрет был не моим. Моего брата, моей семьи. Однако сейчас, сидя в центре огромного поля под открытым небом, мне захотелось говорить. Как на исповеди. Обо всем, что меня волновало и тревожит. И о брате тоже.

-Он дал клятву не мне, а нашему отцу. Думаю, не осознанно, в запале ссоры, на эмоциях. Дело было еще в школе. С тех пор он ни разу не пинал мяч, даже случайно. Не то чтобы это какая-то великая проблема… Или у него душевная травма… Скорее он из тех принципиальных людей, которые сломаются, если не сдержат обещание. В доме эта тема не поднимается уже много лет. Все будто молча согласились принять отказ Сани от нашего с отцом образа жизни. Тем более, что это единственная их кхм… Скажем, проблема. А так они отлично ладят. Вне футбола.

Я повернулся, чтобы взглянуть на лицо Альки. Ониксовые глаза встретились с моими.

Алина Воронцова

Я посмотрела на Максима, с невероятными эмоциями в душе.

Всю ночь меня не покидало ощущение, что я знаю его всю свою жизнь. Будто парень одним своим присутствием возвращал меня в детство. Лишь ту его часть, те моменты, что были наполнены радостью и беззаботностью.

Вместе с Зориным в жизнь проникали краски. Запахи скошенной травы и горячего асфальта. Звук, с которым мел рисует квадраты для классиков. Прыжки скакалок и искренний смех. Самые яркие цветы и пирожки, которыми нас украдкой угощала работница кухни. Теплую руку моего друга.

Максим Зорин. Рыжий парень, похожий на пламя. Горящее также свободно и ярко.

«Как же мне с тобой хорошо».

Мысль, оставшаяся внутри сознания. Замершая коротким выдохом, в белесом облачке пара, выскользнувшем изо рта теплым воздухом.

Мысль эта, сокровенная и пронзительная, рассеялась также быстро, как этот выдох. Потому что была неправильная. У меня ведь был Миша.

Миша, о котором я едва ли вспомнила хоть раз, пока гуляла с Максимом.

Чувство стыда обожгло, заставляя меня отвернуться от веснушчатого парня.

С какой легкостью я согласилась провести время с Зориным, когда приехала к Мише? И да, я звонила ему, но разве это могло быть оправданием?

Я не должна чувствовать стыда, будто делаю что-то незаконное. Но я ощущала его. Значит, в глубине души я все-таки провинилась. Чувства и эмоции, они непослушные.

Может, мне действительно стоит держаться от Зорина подальше? Он как… Как… Как самый вкусный десерт для человека на жесткой диете. И поставили его прямо передо мной. В красивой пиале, украшенный ягодами и шоколадными нитями. Паутинкой из янтарной карамели. Как не сорваться?

-Эй, ты… Чего задумалась? Не строй из себя человека разумного, хотя бы не при мне.

Легкий и бесцеремонный щепок за мочку уха заставляет меня обернуться в наигранной злости.

-Максим Зорин! - Возмущаюсь я, но, не выдержав, тоже смеюсь.

Максим наклоняет голову набок. Смотрит на меня задумчиво, но в карих глазах все равно видны искры лукавства.

-Что? - Не выдержав, улыбаюсь я.

-Мне так нравится, когда ты произносишь моё имя.

-Оу. Ну, просто ты очень самовлюблён. Конечно, тебе нравится твоё имя. - Хмыкаю я, убирая пряди волос за уши.

Должно быть, распущенные локоны сильно растрепались от беготни по полю. Перед этим Максим отобрал у меня резинку, спрятав ее в сумке. Не знаю зачем, но создавалось ощущение, что ему нравились мои растрепанные космы…

Он покачал головой:

-Нет.

«Нет».

Слишком короткий ответ, для болтливого парня. Слишком много было в его взгляде.

-Какое небо звездное… – Бормочу я, хотя смотрю в траву.

Лишь бы увести тему. Это как люди, что не любят неловкого молчания, начинают говорить о погоде или курсе валют.

-Ага. Представляешь, мы с Алексом Близнецы.

-Что-о? Не может быть. – Фыркаю я, закатывая глаза и подтягивая к себе колени. – А я и не заметила того, что вы одинаковые.

-Да я не об этом. – Отмахнулся Зорин, кидая в меня сорванной травинкой. – Мы даже по гороскопу Близнецы. Близнецы в квадрате. Хотя мне говорили, что я не похож на представителя этого знака зодиака.

-Я не верю в гороскопы. Они бессмысленны. Люди читают их, чтобы оправдать себя или найти порцию смысла в происходящем. А по факту просто подгоняют себя под результат. «Я не стерва, я просто невыспавшийся скорпион». «Я люблю обсуждать людей, потому что я Весы, это в моей натуре». И в том, что их уволили, виновата луна в козероге и ретроградный Меркурий, а не то, что ты, овца тупая, поленилась и завалила годовой отчет.

-О, как категорично. – Усмехается парень и расслабленно откидывается на спину, чтобы лучше видеть небо.

В его рту – очередная травинка. Глаза слегка прикрыты.

Повинуясь порыву, я вскакиваю на ноги. Пока рыжий не понимает, что происходит, я уже хватаю лежавший рядом с нами мяч и, с силой пнув его, несусь к воротам.

Пинаю бедного Васеньку до тех пор, пока он не оказывается в сетке. Хорошо, что поле было для детей, а не профессионалов, я слишком устала, чтобы гонять по огромному стадиону.

С громким победным криком я вскидываю руки вверх в тот момент, когда Максим перехватывает меня за пояс. Я вскрикиваю от неожиданности и иного, странного чувства в моей груди.

Оторвав от земли, он прокручивает вокруг себя, заставляя нелепо согнуться и захохотать, вцепившись в его руки.

-Ты вновь грязно играешь, Воронцова! – Кричит он за моей спиной, позволяя встать на землю. – Ты второй раз меня разводишь! Плутовка!

-Ты не устанавливал правила! – Задыхаясь от моего спринта и смеха, кричу в ответ.

Поворачиваясь в его руках, пытаюсь не думать о том, что он не расцепляет их. Оставляет меня в кольце объятий. Будто это нормально для нас.

Мои руки касаются его груди, ладони распрямляются, нежно ложась поверх футболки. Какой он горячий. Сколько в его теле градусов? Сотня?

-И ты должен исполнить мое желание. – Говорю я, замершая, окутанная теплом рыжего парня.

Смотрю на Максима и точно знаю, что если бы он хотел, то смог бы меня догнать. Но он не сделал этого.

-Любое. – Говорит он, не сводя с меня пристального взгляда. – Когда захочешь.

Сердце беспокойно забилось.

Взгляд скользнул куда-то вниз, к нашим прижатым телам. Уткнулся в слишком уж мускулистую грудь парня, чтобы было заметно даже под футболкой.

Так. Я не буду смотреть ниже шеи, чтобы не провоцировать воспоминания о крепком теле футболиста. Вот, например, его лицо. Безопасная зона. Что это на нём? Губы? Красивые, надо сказать, губы… Чувствен… Стоп! Ресницы! Да! Не буду смотреть ниже ресниц! Глазки в глазки! Так и никак иначе!

-У тебя все нормально? – Протягивает рыжий, глядя на меня так, будто подозревает в невменяемости или очередной диверсии.

-А? Да. Конечно. Почему спрашиваешь? – Скалюсь в ответ, что выглядит еще более нелепо.

-Ты так таращишься… Мы играем в гляделки, и я проигрываю?

-И ничего я не таращусь… Слово какое глупое. – Смущенно отворачиваюсь я, будто пойманная с поличным за чем-то непристойным.

-У меня есть для тебя другое слово… – Говорит он, помолчав и будто даже неуверенно. - Verzehren…

Он пробормотал что-то странное, при этом так тихо, что я, конечно же, не поняла.

-Эм… Что?

-Ничего.

-Максим! Если ты ругаешься со мной, то делай это хотя бы на нашем родном языке. Я определенно слышала, что ты сказал «хрен»! Или «Эрен»? Есть такой парень в моем любимом аниме*… Эй, что ты сказал?!

Рыжий тихо, приятно засмеялся. Смех мирно клокотал в его широкой, теплой груди. Рядом со мной. Под моими ладонями. Так близко, что мне захотелось прижаться щекой к его грудной клетке, чтобы послушать его смех. Биение сердца.

Странное ощущение в виде уютного, тягучего тепла, распространилось по всему моему телу. Будто я нахожусь на своем месте. И чувство это не отпускало. Отстраняться не хотелось.

*Verzehren - немецкое понятие, глагол «потреблять, поглощать». Однако, в одном из своих значений означает, что тебе нравится кто-то так сильно, что ты бы его съел.

*Эрен Йегер – главный герой аниме «Атака титанов», экранизация одноименной манги, созданной Хадзиме Исаямой.