Игрушка с изъяном. Суши, лорды, два стола

Глава 94

Пока Адриан собирал свою армию для марш-броска на Сантор, Феликс лежал в кровати, изнывая от собственной беспомощности. Что он может сделать, кроме как метаться диким зверем в клетке своих мыслей? Стоило Демору только представить, что Антонию касаются грязные руки Вейла, как его накрывала волна кипящей ярости, которая могла расплавить стены, если бы имела физическую форму. Феликсу хотелось кричать, крушить все вокруг, бежать, ползти, хоть что-то делать, чтобы вырвать любимую женщину из этой западни!

В дверь постучали, и в комнату заглянул Томас. Он выглядел немного растерянно.

— Ваша светлость… э-э-э… к вам посетительница. Госпожа Доротея Пендлтон.

— Кто? — Феликс в изумлении поднял голову. Его мрачные мысли на мгновение рассеялись. — Доротея Пендлтон?

Дворецкий не успел ничего ответить, потому что, отодвинув его в сторону, в спальню стремительно вошла хозяйка антикварного магазинчика. На старушке было зелёное шерстяное платье в странных чёрных пятнах. В руках она держала плетёную корзину, из которой торчала голова здоровенного кота с чуть прищуренными наглыми глазищами.

— Да! Это я! Не ждали?

Тем временем кот выпрыгнул из своей «люльки» и, вальяжно потянувшись, направился прямиком к Феликсу. Через секунду дерзкое животное уже вскарабкалось ему на колени и начало громко мурчать. Бывший глава Тайной Канцелярии всё ещё пребывал в лёгком ступоре, когда гостья продолжила:

— До меня дошли новости, что Себастьян арестован. Я вернулась в город и узнала ещё много интересного, молодой человек! Вы, например, по всеобщей версии умерли! Девочки исчезли! А в моём доме, между прочим, рыскали ваши подчиненные во главе с леди Элиарой!

— Они уже не мои подчиненные! — раздражённо произнёс Феликс. От упоминания имени графини его передёрнуло. — Как, позвольте спросить, дворецкий вас впустил?

— Что значит: как? — фыркнула она. — Томас доверяет мне, как Себастьяну. Да-да, дорогой! В таком возрасте тоже пылают страсти! А наша с Демором разгорелась с новой силой! Старая гвардия знает толк в настоящих чувствах. Это вам не теперешние ахи-вздохи!

Феликс был в шоке. Отец крутит роман с этой эксцентричной особой? Доротея Пендлтон и Себастьян любовники?!

— А теперь рассказывай мне, что именно произошло? Всё в мельчайших подробностях, — старушка не давала ему опомниться. — После чего мы разнесём это змеиное кубло к чертям собачьим! Старые ведьмы, вроде меня, еще могут себя показать!

Её взгляд был полон такой решимости, что Феликс невольно улыбнулся. Эта женщина, казалось, была готова идти на штурм в одиночку.

— Я и подумать не могла, что ты, оказывается, не ледяная глыба... — склонив голову набок, Доротея смерила Феликса взглядом, полным насмешливого любопытства. — Белла рассказала мне любопытные вещи. Оказалось, ты помогаешь людям. Неужели это правда, Феликс Демор?

Феликс лишь закатил глаза, а потом начал рассказывать. Госпожа Пендлтон слушала его, не перебивая, лишь иногда возмущённо качая головой и цокая языком.

— Значит, Сантор... - задумчиво произнесла она и вдруг, наклонившись к своей корзине, извлекла оттуда большой пухлый конверт. — Вот. Это доказательства того, что респектабельный промышленник Вейл держит в неволе сотни людей. В его делишках замешаны многие высокопоставленные лорды, чьи имена ты найдёшь в этой папке. Те, кто прикрывал Вейла, а теперь его сына, получают свою долю от человеческих страданий. Целый синдикат мерзавцев!

Не веря своим глазам, Феликс уставился на конверт, а затем перевел взгляд на Доротею. Его брови взлетели вверх.

— Откуда у вас это?

Старушка победно усмехнулась, стукнув тростью по полу.

— В доме Вейла работает один человек… Жак Лейл. Я когда-то помогла ему выбраться из долговой ямы. После этого он с благодарностью поклялся мне в вечной верности. Жак оказался умным, очень наблюдательным и, что самое главное, очень осторожным... Он-то и собрал всё это для меня.

Феликс изумленно покачал головой. Это было просто невероятно!

— И что именно он собрал? Что это за документы? — спросил он, пытаясь осознать масштаб происходящего.

— Он смог сделать копии скрытых бухгалтерских книг Вейла. Не тех, что показывают налоговикам, а тех, где все доходы и расходы расписаны по-настоящему. Там есть записи о «поставках рабочей силы». А ещё, мой дорогой, здесь переписка Вейла с управляющими хлопковых полей. И самое главное, — Доротея многозначительно подняла палец, — список «игрушек», которые после якобы получения приданого оказались в рабстве.

Феликс взял папку дрожащими руками. В этих бумагах был не просто компромат, а настоящий ключ к уничтожению семейства Вейлов и его сообщников. Жак Лейл, обычный слуга, сумел собрать улики, которые могли бы пошатнуть основы всего Велуара.

— Томас! — крикнул Феликс, и дворецкий тут же материализовался в дверном проёме.

— Да, ваша светлость?

— Помоги мне одеться! — приказал Демор, сбрасывая одеяло.

Томас на мгновение замер, на его обычно невозмутимом лице появилась смесь удивления и беспокойства. — Но как же… вы ранены, ваша светлость! Вам предписан строгий постельный режим!

— Томас, сейчас мне не до твоей драгоценной заботы! Каждая

секунда дорога! — резко прервал его Феликс, морщась от резкой боли, пронзившей грудь при движении.

Видя, что пререкаться бесполезно, и зная нрав своего господина, дворецкий быстро кивнул и бросился к шкафу. Тем временем Доротея, внимательно наблюдавшая за этой сценой, прищурилась. В её глазах читалось если не одобрение, то, по крайней мере, понимание.

— Что вы хотите делать? — спросила она, когда Томас начал осторожно помогать Феликсу одеваться.

— Люди из Королевского Совета ещё в городе. Адриан сказал, что они сейчас проводят дознание с Блэквилем, проверяют все документы, касающиеся дел клуба «Золотая Луна». Я поеду к ним, — стиснув зубы, Феликс медленно выпрямился. Его лицо было бледным, но взгляд горел решимостью.

— Я тоже поеду! — тут же заявила госпожа Пендлтон. — У меня есть что сказать этим чинушам, которые ни черта не знают о происходящем в Велуаре! Подумать только, сидят там, попивают виски и рассуждают о благопристойности, пока под их носом такие дела творятся!

Через полчаса карета уже мчалась в сторону города. Демор прислонился к спинке сиденья, его лицо было бледным от боли. Доротея сидела напротив. Внезапно она подалась вперёд и похлопала Феликса по руке. Прикосновение старушки было лёгким, но каким-то удивительно успокаивающим, словно она передавала ему часть своей неиссякаемой жизненной энергии.

— Всё будет хорошо, сынок, — тихо сказала она, и в этом простом слове «сынок» было столько искреннего участия, что Феликс на мгновение забыл о боли. — Ты уж поверь старой Дори.

Он повернулся к ней и в полумраке увидел глаза старушки. Они блестели озорным, но в то же время невероятно добрым светом, отражая мудрость прожитых лет и непоколебимую веру в справедливость. Словно по волшебству, невидимая тяжесть, давившая на сердце, немного отступила. На душе почему-то стало тепло и спокойно, как в детстве, когда мать укрывала его одеялом, прогоняя ночные кошмары. Это мимолетное проявление искренности и нежности затронуло в Деморе какие-то давно забытые струны.

Вскоре экипаж остановился у величественного входа в «Королевский Лебедь», самую престижную гостиницу Велуара. Феликс медленно поднялся по широким каменным ступеням,

а Доротея, словно тень, бесшумно следовала за ним. Внутри царила тишина, нарушаемая лишь редким звоном хрусталя из дальнего зала. Воздух в холле гостиницы был насыщен ароматом дорогого табака и свежего полироля. Демор подошёл к стойке портье, за которой дремал пожилой мужчина с безупречно уложенными усами.

— Мне нужен лорд Эверс. Немедленно.

Вздрогнув от неожиданности, портье распахнул глаза.

— Прошу прощения, но лорд Эверс отдыхает. Он просил его не беспокоить до утра…

— Передайте ему, что его беспокоит лорд Феликс Демор, — жёстко прервал его Феликс. — И объясните, что у меня есть информация чрезвычайной важности. Если он откажется принять меня, вся ответственность за последствия ляжет на него.

— Сию минуту, ваша светлость! — портье поклонился и, выйдя из-за стойки, стремительно направился к лестнице, ведущей на верхние этажи.

Стоявшая чуть позади Феликса Доротея одобрительно хмыкнула. Даже в таком состоянии он оставался настоящим Демором.

Портье вернулся буквально через несколько минут. Он снова низко склонил голову. - Лорд Эверс ждёт вас. Номер сорок два, ваша светлость.

Феликс и Доротея поднялись по лестнице из тёмного, отполированного до блеска дуба и свернули в коридор, освещённый мягким светом газовых ламп, мерцающих в бронзовых светильниках.

Демор решительно постучал в дверь под номером сорок два, и она сразу же распахнулась. На пороге стоял лорд Эверс в тёмно-синем шёлковом халате. Чиновник выглядел не просто изумлённым, а скорее поражённым до глубины души. Его обычно строгое лицо было искажено смесью шока и недоверия.

— Неожиданно! Я получил известие о вашей безвременной кончине, Демор! Лорд Абернати лично видел ваше бездыханное тело! Входите же! Не стойте в дверях! Я жажду объяснений!