Между "да" и "может быть". Искушение на девичнике

12 дней до свадьбы. Алена

Алена проснулась от настойчивых поцелуев. Влажные губы Митрофанова втягивали кожу на шее, а ладонь уже задирала шелк ночной сорочки, толкаясь между бедер. От жениха несло перегаром и модным парфюмом, от которого хотелось одновременно удавиться и выпрыгнуть в окно.

— Тема, перестань, — девушка брезгливо отвела руку жениха, отодвигаясь к краю кровати. — Я хочу спать.

— Ну, Леночек… — Артем настойчиво притянул к себе, шепча на ухо, — не будь букой, давай мириться. Мой дружок уже готов приласкать твою киску. И проблема решена — папа обещал поговорить со Спартаком, все уладится…

Мысль, что «все уладится» благодаря очередному звонку отца, вызвала новую волну раздражения. Артем не менялся. Не взрослел, не становился серьезнее. Его устраивала легкость бытия, в которой все сложное, тяжелое и неприятное исчезало как по мановению волшебной палочки, а проблемы регулировались другими. Легко сохранять оптимизм, когда тебе остается только наслаждать жизнью. Вчерашний разговор с Дмитрием — честный, прямолинейный, двух равных и сильных личностей, точно выжег из души терпимость к вечно детской позиции.

— Я не обиделась, — холодно отрезала Орлова, поднимаясь с кровати и подхватывая с кресла халат. — Я устала. И мне надо поработать в тишине над делами бюро.

Видя, что ласки не сработали, парень понимающе улыбнулся, мгновенно меняя тактику:

— Тогда поехали в Солнечное к родителям! Отдохнешь в банном комплексе, ты же еще не видела мамин новый хамам с бассейном? Это что-то с чем-то, Миланка визжала от восторга. Говорит, такого нигде в Питере нет. Они и массажиста из Турции выписали, разомнет твои застоявшиеся блоки. Голова перестанет болеть. Ты же знаешь, что все боли от застоев энергии и закрытых чакр?

Алена закатила глаза, но жених не заметил скепсиса, продолжая одновременно рекламировать спа-процедуры и хвалиться роскошью родового гнезда Митрофановых.

— А еще папа сказал, что они закончили монтаж апидомика. Слышала о таком? — Тема замер на мгновения и, дождавшись удивленно выгнутой брови невесты, заворковал, — это новое слово в оздоровительной медицине — сон на ульях. Позитивная вибрация пчел вступает в положительный резонанс с организмом человека, а воздух, напоенный продуктами жизнедеятельности насекомых, омолаживает тело круче инъекции стволовых клеток.

— Тебе рано омолаживаться, — парировала Орлова, подразумевая, что до взрослого мужчины Артему еще расти и расти, но жених не уловил ехидности в замечании девушки продолжая:

— Заботиться о себе надо смолоду. Одно дело сохранить красоту и совсем другая сложность — вернуть утраченное! Ты видела комментарии в мамином блоге? На апидомики сейчас бешеный спрос, а у нас с тобой есть возможность провести в них не просто полчаса, но целую ночь. Что скажешь — начнем медовый месяц на недельку пораньше? — Митрофанов прищурился и подался вперед, прикусывая губы, изображая соблазн и похоть. Рука парня уже ласкала поверх одеяла восставшую и требующую разрядки плоть.

— Я в душ. — Алена проигнорировала мужскую потребность в утреннем сексе, скрывшись за дверью ванной комнаты. Близости с Артемом не хотелось совершенно. Он внезапно показался слишком сладким, слишком слабым и слишком пустым. Зато язык, скользнувший, облизывая, по внутренней стороне губ напомнил поцелуй на рассвете, ветер, честность и свободу поступать, как хочется, без оглядки на всех.

Последнее, чего хотелось Орловой — провести день в показной роскоши загородного имения Митрофановых. Но это был идеальный предлог не оставаться с женихом наедине в четырех стенах.

Поселок Солнечное встречал Аленин хетчбэк золотом сосен, песчаными дюнами и бесконечной чередой заборов, вдоль полосы асфальта, за которыми скрывались родовые замки и дворцы богачей Северной Пальмиры. Пустырей, покосившихся оград и сожженных остовов деревянных дач с каждым годом становилось все меньше — земля здесь стоила дорого. Значительно дороже не только принципов несговорчивых наследников, но зачастую и жизни. Отметив, что участок на углу, где еще в начале весны чернели руины разрушенного коттеджа, а корявые яблони тянули к низкому небу изломанные ветви, теперь активно разрабатывается под очередной шедевр современной частной архитектуры, Орлова невольно вспомнила Спартака Татляна -цепкие холодные глаза на лице, сохранившем отпечаток суровых времен, когда выживал сильнейший, а вместо закона дела решали «по понятиям». Много ли изменилось сейчас? Ей, хоть и молодому, но уже почти пять лет практикующему юристу, иногда казалось, что цивилизованность и отстраненная мягкость двадцать первого века лишь прикрыла звериную суть, обнажающуюся в условиях экстремальных перемен. Ее отец начинал одновременно с Татляном. Но если Владимир Орлов был осмотрителен и планомерен в движении от простого инженера к совладельцу верфи, то Спартак явно не гнушался ни чем в достижении цели.

На лбу выступил пот, который Алена смахнула незаметно от жениха — дурость Митрофанова затащила их на минное поле не просто большого бизнеса, но суровых «голодных» игр, где ты либо пан — либо пропал. А пропадать Елена Владимировна Орлова точно не планировала.

Юридический бутик Алены специализировался на конкурентном праве, одновременно решая вопросы двух противоборствующих сторон — корпораций-монополистов, захватывающих рынки, и мелких и средних предпринимателей, отстаивающих свое право на бизнес. Для кого-то подобная всеядность могла показаться продажностью или заявкой на провал, но девушка считала, что только таким образом можно удержаться в шатком равновесии — сегодня выступая адвокатом для акул, а завтра прокурором для рыбешек. Крупных клиентов на первых порах ей подкинули отец и будущий свекор, а мелкие подтянулись следом за громкими именами. Собственный штат, офис в центре, контракты, гарантирующие стабильный доход — в двадцать пять Орловой было чем гордиться. Конечно, она не смогла бы добиться этого будучи простой выпускницей универа. Владимир Орлов не только дал старшей дочери отличное образование, но и обеспечил ценный для молодых специалистов опыт работы. Вот только в отличие от большинства богатых наследников, Алена получила не просто запись в трудовой, но реальный стаж, отточивший профессиональные навыки. Она умела ставить цели и добиваться желаемого. Даже если для этого надо было задвинуть саму себя куда подальше. И все равно для большинства даже в ближайшем окружении она оставалась дочерью богача, от нечего делать открывшей свой бизнес.

Милана однажды открыто спросила: «Зачем тебе этот геморрой? Это же так сложно. Можно просто купить помещение и сдавать его в аренду». «Слишком низкая рентабельность и долгий срок окупаемости», — автоматически тогда ответила Орлова, но, увидев недоумение в широко распахнутых глазах, перешла на более простой и привычный язык: «Могу себе позволить, тем более если хочу. Да и Темику нравится снимать блог в моем кабинете и что у него невеста — бизнесвумен».

Вот и сейчас, подъезжая к кованым воротам в стиле ампир, девушка натянула привычную маску сдержанного высокомерия, разбавляемого дежурными улыбками и ленивым пренебрежением ко всем, кто не достоин сидеть с ней за одним столом.

— Смотри, мамуля доделала фонтан! — заорал Тема, прильнув к окну с восторгом ребенка, впервые попавшего в парк аттракционов. Идеальная улыбка на лице Орловой дрогнула, но удержалась — в конце концов, она сама отчасти виновата в модели поведения Митрофанова. Так же как ее мать много лет потакала властному абьюзу со стороны отца, по сути приняв роль жертвы и позволив мужу превратиться в себялюбивого эгоиста, так и же она, Алена, выбрав себе в спутники милого мальчика, долгое время наслаждалась контрастом с тем, что происходило в ее семье. Артем был добрым, ласковым и по своему заботливым. А еще он действительно радовался ее успехам и гордился не только красотой, но и достижениями невесты. А это дорогого стоило в мире, где женщинам отводилась роль эффектных кукол, подавшихся в бизнес не ради прибыли и амбиций, а от скуки и ради броских статусов в соцсетях.

Мама Артема была из таких. Фотомодель и манекенщица в прошлом, теперь она по полной отыгрывала образ светской львицы, разбирающейся в моде, искусстве и правильном уходе за собой. Блог Ксении Митрофановой пестрел выходами в оперу и театры, открытиями выставок и перфомансов, фотографиями на фоне шедевров архитектуры и объятиями с видными деятелями всех возможных искусств. А еще она активно раздавала советы о стиле, косметике, макияже и всевозможных оздоровительных практиках, внезапно оказываясь то нутрициологом, то энерготерапевтом, то натуропатом. Веяния материнского блога сын поддерживал и даже два года назад был амбассадором какого-то волшебного препарата, за один курс снимающего все ментальные блоки и нейтрализующего негативное воздействие внешней среды. Алена же на все потуги будущей свекрови вовлечь ее в «секту» последователей реагировала сдержанно, здраво предполагая, что внешней привлекательностью Ксения Митрофанова обязана не чудесным пилюлям, а куче свободного времени и огромному количеству вложенного в красоту бабла. Но была у женщины еще одна страсть, которую Орлова разделяла на все сто — фонтаны. Потому для свадьбы был выбран Летний дворец в Петергофе, а фотопрогулка молодых планировалась в специально закрытом по такому случаю для других посетителей знаменитом парке фонтанов.

А теперь на территории имения Митрофановых, посреди идеально вымощенной площадки журчала и переливалась на солнце уменьшенная копия римского фонтана Треви. И именно этому новому приобретению Ксении был посвящен первый час семейного обеда, где кроме родителей Артема внезапно оказалась Милана с бойфрендом.

Все мероприятие походило на званый прием с пятью сменами блюд, выносимых бесшумными вышколенными официантами. Алена знала, что кухней Митрофановых заведовал известный шеф-повар, перекупленный Николаем у дорогого ресторана, но все равно каждый раз удивлялась, как все в этом особняке походило на кадры идеальной жизни из фильма или глянца. Стерильный блеск зеркал и хрусталя, ни одной соринки, пылинки или случайно забытой вещи — все строго на своих местах, точно вот-вот приедет фотограф запечатлеть идеальный интерьер. Прием пищи, превращенный в ритуал, достойный королевской семьи, когда сама обстановка вынуждает держать спину, медленно пережевывать еду и вспоминать зачем нужна вилка с тремя зубчиками. Впрочем, это не мешало парню Миланы громко чавкать и швырять на пол грязные салфетки, а Артему капризно возить по тарелке идеально прожаренное «филе миньон» и высказывать прислуге, что в этот раз под видом говядины явно подсунули кенгурятину. Избалованные дети, выросшие в роскоши, воспринимали богатство и пафос как должное, и не испытывали перед ним ни трепета, ни уважения. И если обычно, Алена старалась не обращать внимания на такие мелочи, то сегодня каждый каприз, каждый недовольный взгляд или пренебрежительный жест ее знатно бесили.

Митрофанов-старший заметил, что будущая невестка напряжена сильнее, чем обычно и, не без оснований, решил, что проблема во вчерашней встречи сына с Татляном. Николай молчал весь обед, и только к десерту снизошел сухой фразой:

— С авантюрами Спартака разберемся в понедельник, — под укоризненным взглядом жены, добавив мягче, — главное, чтобы наша Леночка не переживала. Девочкам и так хватает свадебных забот.

После обеда, когда мужская часть семьи удалилась в банный комплекс, женщины отправились к фонтану, где их уже дожидался столик с прохладными коктейлями. Алена привычно позировала на множественных снимках на фоне «мини-треви» сперва с одной, а потом с другой Митрофановой, пока Ксению не отвлек звонок «очень важной подписчицы», а Милана, подхватив бокалы не увлекла девушку в тень павильона.

— Ну, как ты вообще? Пропала с девичника, мы с девочками хотели тебя в розыск объявлять. А вчера Темик вечером звонил, ныл, что ты на него злишься из-за какой-то машинки. Спартак на вас что, реально наезжал?

Алена насторожилась. Слишком невинный тон, слишком удачно подобранный момент и неожиданная тема. Она-то ожидала расспросов о побеге со стриптизером, а Милу внезапно заинтересовали бизнес-провалы двоюродного братца.

— Разобрались, — односложно ответила Орлова.

— А, ну хорошо! — Милана сделала глоток коктейля, блаженно щурясь. — А то Викуська переживала, что Татлян чуть что руки распускает и может вам перед свадьбой попортить внешний вид. Помнишь, у нее был на пол лица синяк, якобы от неудачного ботакса? Так вот это он с ней… ну, ты поняла. — Она понизила голос до конспиративного шепота. — Трахает он ее. Но я тебе по секрету, ты никому ладно?

Ледяная волна прокатилась по спине Алены. Вика спит со Спартаком. Пазл сложился в единую, уродливую картину. Не было никакой случайной аварии с ретрокаром. Была спланированная провокация. Парень Миланы предложивший очень выгодное дело. Спартак, давший уникальный автомобиль за копеечный залог. Вика, подогнавшая первых богатых клиентов. Все ради того, чтобы Татлян занял выгодное место у кормушки Николая Митрофанова. Интересно, все участники акции в доле, или как ее Тема просто глупые пешки в большой многоходовке? Орлова заглянула в глаза Миланы, пытаясь найти ответ. Но они были прекрасны и пусты. По всей видимости подруга действительно не понимала, что происходит.

— Интересно, — сказала Алена, и ее голос прозвучал на удивление спокойно, — а Спартак так «шутит» со всеми друзьями, с твоим парнем тоже? У них с Темой, вроде, совместный проект.

Милана замерла с бокалом в руках. В красивых глазах вспыхнул неподдельный страх быть впутанной в эту историю глубже, чем планировала.

— Я… я не в курсе их отношений. Так, болтала…

Алена больше не слушала, под предлогом записи видео, она вернулась к фонтану, покрутилась, разглядывая скульптуры, и отправилась в библиотеку.

— Мне надо подготовить контракт на завтра, — бросила удивленной Ксении и попросила какую-то пожилую женщину в форменном платье прислуги сварить кофе. В тишине и прохладе, оставшись наконец наедине с собой, Орлова попыталась упорядочить всю информацию и спрогнозировать, к чему приведет сделка с Татляном. Но мысли отказывались подчиняться хозяйке, то и дело возвращаясь к жениху, и нервному раздражению, которое внезапно стали вызывать не только поступки Артема, но и его идеальный ухоженный вид, протяжная манера речи и заискивающий, ищущий одобрения взгляд.

Вечером, когда пора было возвращаться в город, Алена совершила то, что еще утром считала немыслимым. Она обвила шею жениха руками, притянула к себе с самой сладкой, самой кокетливой улыбкой, какую только могла изобразить и прошептала, целуя между слов губы, щеки, скулы:

— Знаешь, я придумала, как сделать нашу первую брачную ночь более яркой и незабываемой.

— Как? — он оживился под ее ласками, довольный внезапно потеплевшим отношением.

— Воздержание. До самой церемонии. Это, конечно, старомодно, но романтично и очень волнующе. Хочу, чтобы ты по-настоящему по мне соскучился, чтобы наша первая брачная ночь стала разрывом шаблонов и взрывом эмоций. — Аленка прикоснулась пальцем к губам жениха. — Может, останешься у родителей? Поможешь маме с контентом для блога, да и папа, кажется, хотел обсудить с тобой дела. А я поеду в город, немножко поработаю и займусь свадебными приготовлениями. У меня есть идея для нашей встречи — одновременно невинная и порочная.

Лицо Артема расплылось в блаженной, наивной улыбке. Его было так легко обмануть сладкими обещаниями и намеком на страсть.

— Леночек, это пушка-бомба-восторг! Конечно, я очень хочу тебя прямо сейчас и вообще всегда, но ты права — после расставания жарче встречи, а мы же с тобой за четыре года больше чем на сутки не прощались. Ты придумала классное испытание для нашей любви. Думаю, это можно превратить в настоящий тренд для новобрачных и даже продвигать как марафон воздержания… Нет, лучше как восстановления чувственной невинности! Как тебе идея, а? — Митрофанов уже оседлал любимого конька гениальных старт-апов, одновременно представляя себя героем романтического фильма.

Через полчаса машина Орловой покинула территорию имения. Алена смотрела в зеркало заднего вида на уменьшающиеся вдали огни на воротах и не чувствовала ни вины, ни облегчения, только холодную, ясную решимость. Она осталась одна. И впереди двенадцать дней, чтобы разобраться с интригами подруги-Вики, манипуляциями Спартака и понять, что делать с байкером, который внезапно ощущался ближе и острее, чем весь идеально выстроенный мир. Впервые ее жизнь сошла с четко намеченного еще в школе шоссе — к успеху, карьере, влиянию и богатству.

Плана не было. Только решимость и пьянящий адреналин.