Мой Мармеладный Принц

Согласна!

А вот с пользой порыскать в интернете, ранний час мне нисколько не мешал. Однако, успеха моя разведывательная деятельность не принесла. Ни в одной из знакомых мне соцсетей обнаружить страничку Даниэля Мартиньяни не удалось. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. Данька умный, и так бездарно спалиться просто не мог. Причём самое смешное, что в принципе она ведь наверняка имеется, — у кого их сейчас нет? — но вот найти её не представляется возможным. Даже если он завёл её на настоящее имя, — а я полагаю, что не Даниэль, конечно, но Данил — его реальное имя, — то без дополнительной уточняющей информации искать её я буду до скончания времён.

Не знаю, где там заблудился Данька, но к тому времени, как он вернулся, я уже успела погрузиться в состояние полудрёмы. Я ожидала, что он присоединится ко мне, но на этот раз он отчего-то не торопился. Настолько, что, так и не дождавшись его, я уснула.

Проснулась через пару часов для того, чтобы с разочарованием отметить, что плюшевый медведь — единственный, с кем этим утром я делю свою постель. Если это у Даньки тактика привязывания такая — сначала дать привыкнуть к тому, что он спит рядом, а потом неожиданно оставить меня одну, то, надо сказать, она сработала. Пару мгновений я прислушивалась к царившей в доме тишине, но так и не поняла, спит ли Данька в соседней комнате или уже успел уйти на работу. Проверять не стала. Отвернулась к стене, обняла мишку и снова погрузилась в сон.

А вот следующее пробуждение оказалось куда как более приятным. Потому что сразу же после него первой мыслью, которую я осознала, было то, что меня кто-то обнимает сзади. Учитывая то, что медведь по-прежнему находился передо мной, он это точно быть не мог.

— Проснулась, Конфетка? — подтверждая мой вывод, тихо поинтересовался Данька и зарылся носом в мои волосы.

И как он интересно понял? Почему-то теперь от того, что он здесь и, наверняка, как всегда, обнажённый, стало страшно. Может сделать вид, что я сплю?

— Расслабься, Конфетка, — прошептал мне на ухо Данька, — так хотя бы станет похоже, что ты якобы и в самом деле ещё спишь.

— Когда я просыпалась в прошлый раз, тебя здесь не было, — я повернулась к нему, при этом попытавшись, как бы невзначай отстраниться, но Данька, дав взглядом понять, что от него мой манёвр не укрылся, не позволил мне этого сделать: прижал к груди и успокаивающе погладил по голове.

— Потому что я не хотел, чтобы ты принимала решения под действием алкоголя.

Это он сейчас про секс что ли? Ведь просить ответ на своё предложение ему тот момент, что я находилась под градусом, не помешал.

— Какие решения? — напрягаясь ещё больше, уточнила я.

— Любые, о которых впоследствии ты можешь пожалеть.

А, то есть о своём решении выйти за него, я пожалеть не могу в принципе? Или просто дело в том, что слова всегда можно забрать назад? В отличие от действий. И Данька это понимает. В таком случае это весьма благородно с его стороны.

— А теперь, раз ты пришёл, выходит, что я уже не под алкоголем? — не унималась я.

— Судя по тому, как ты напрягаешься от моей близости, — не настолько, чтобы принимать необдуманные решения.

Но к обдуманным он меня сейчас будет подталкивать, так?

— Дань, сколько времени? — ухватилась я за очередную соломинку.

— Два часа, — чему-то улыбаясь ответил он.

— Ого! А ты чего не на работе? На обед пришёл?

— У меня сегодня выходной, Конфетка, — он подмигнул и, дождавшись, пока смысл произнесённых им слов дойдёт до меня, добавил: — так что я весь в твоём распоряжении. Что желаешь на завтрак, который уже вроде как обед?

Ах, вот как? Весь значит?

— Сладкого хочу, — капризно надув губки, ответила я.

— А аппетит сладким не испортишь?

Ну это смотря каким. Я вот тем, которого хочу, напротив думаю его разжечь. Я упрямо покачала головой, и Данька вздохнул.

— Ну хорошо. И что именно из сладкого ты хочешь?

— Мармеладика, — пискнула я.

Он снова вздохнул.

— Мармеладика вроде нет, но если ты прямо очень сильно хочешь, я могу сходить в магазин.

— Очень, — тихо подтвердила я, — но не магазинного. Я хочу этого Мармеладика. — И я, чтобы исключить хоть малейшую вероятность того, что он неправильно растолкует мои слова, подняла голову и, глядя ему прямо в глаза, ткнула его в грудь пальчиком.

Сперва на его лице отразилась растерянность, а потом оно озарилось счастливой улыбкой. В следующий момент он сграбастал меня в охапку и подмял под себя. Упираясь локтями в кровать по обе стороны от моего лица, и, нависая сверху, посмотрел на меня с непередаваемой нежностью и прерывисто прошептал:

— Ты не пожалеешь, Конфетка…

И я как не пожалела! Сначала три раза подряд, а потом — после некоторого перерыва — ещё три.