Мой Мармеладный Принц

Мать его!

— Ну знаете, когда он сначала был резко против брака, а потом вдруг неожиданно согласился, это вызвало у меня подозрения. А так как его брат уже однажды подсунул нам вместо себя дубликата, — Даниэль вам рассказывал? — она дождалась моего кивка и продолжила: — то в этой ситуации я просто стала тщательнее присматриваться. Благодаря чему обнаружила и другие странности в поведении якобы Даниэля. Ну, а дальше дело техники. Узнать, что он и правда приобретал дубликатор, купить свой, сонастроить…

Я слушала её и поражалась: это ж надо так хорошо отрепетировать легенду, чтобы ни разику не проколоться!

— Я должна вернуть Даниэля, — продолжала тем временем «Её Величество», — теперь, когда его дубликат объявил о помолвке, свадьба должна состояться. В противном случае это ляжет несмываемым пятном на репутацию всего королевского семейства. Хотя в первую очередь пострадает, конечно, сам Даниэль, — она многозначительно помолчала, потом посмотрела на меня с надеждой: — Вы мне поможете?

Я ответила ей задумчивым взглядом: сказать или не стоит? Вдруг это шанс для моего мармеладного? Глупость, само собой — я покачала головой собственным мыслям: всё время будто забываю, что его история — выдумка, — а «Её Величество», видимо, решив, что это мой ответ на её просьбу, нервно закусила губу, но потом, словно опомнившись, гордо вздёрнула голову, однако кончики прикушенной губы так знакомо опустились вниз, что я уставилась на неё как заворожённая. Сейчас её сходство с Данькой — скорее наоборот, конечно, но неважно — стало практически абсолютным.

— А что если бы ваш сын — я имею в виду настоящего Даниэля — параллельно дубликату заключил помолвку с другой? Чья тогда помолвка была бы в приоритете? — я наконец оторвалась от разглядывания её губ — чуть более полных, чем у сына — и отчаянно нырнула в серую хмарь глаз.

Суть она улавливала, как я уже заметила, быстро: пробежавшись по мне внимательным, оценивающим взглядом, задержала его на моём безымянном пальце — том самом, где красовалось кольцо с рубином. Вздохнула.

— Если бы перстень был фамильным, тогда, разумеется, слова дубликата утратили бы силу…

— Слова, — тут же уцепилась я, — то есть Степаниде дубликат фамильный перстенёк тоже не подарил?

— Нет, но Степанида неприлично богата и брак с ней…

— Выгоден королевству. Я помню, — невежливо перебила я.

А ещё она неприлично стара. Но мне совершенно нечего ей противопоставить в плане выгоды для дурацкого несуществующего королевства. Хотя… А чего это только они тут сказки рассказывают? Я бы тоже могла. Например, причислить себя к какому-нибудь древнейшему княжескому или даже магическому роду. Липовый документ об этом в наши времена раздобыть особого труда не составит. Вот только смысл в бумажке, если написанное там я ничем не смогу подтвердить?!

Однако, избавиться от спонтанной мысли оказалось не так-то просто. А может и не надо? Хотя бы попытаться перекроить их сценарий по-своему я всё же попробую…

— Но знаете я ведь тоже далеко непростых кровей, — понизив голос, доверительно сообщила я, — это вот всё, — я обвела рукой вокруг себя, — не более, чем ширма. Родовое поместье Альстемов, в котором я провела всё детство, несомненно подошло бы для отдыха гораздо больше, но уже тогда успело наскучить. Знаете, все эти толпы слуг, ошивающихся на каждом шагу, балы, интриги, а позднее и кавалеры, которых в первую очередь привлекали мои бриллианты… всё это было настолько утомительно, что однажды я сбежала на другой край земли, приобрела тут домик и теперь, когда мне хочется уединения, прячусь в нём от назойливого внимания…

Я многозначительно замолчала, тяжело вздохнула и украдкой — из-под «устало» опущенных ресниц — посмотрела на Данькину мать: ну что — теперь-то я смогу составить конкуренцию семидесятилетней бабке? Доказательств «Её Величество Наэля», конечно же, попросит, но вот прямо сейчас навряд ли уличит меня во лжи. Ну, а пока она мнётся, явно подбирая слова, — бедная, тяжело, поди, когда не по сценарию-то! — собью-ка я её с толку ещё больше.

— Хочу, чтобы вы понимали: в данной ситуации я на вашей стороне, — с достоинством, присущим богатой наследнице, объявила я и с удовольствием отметила, как брови «Её Величества» взметнулись вверх. — В том плане, что я не меньше вашего заинтересована в возвращении Даниэля. В конце концов от женщин из досточтимого рода Альстемов, ведущего своё начало из самой глубины веков, женихи никогда не сбегали. И хотя, бежал он не от меня, но по факту исчезновение жениха ставит меня в весьма компрометирующее положение. И, разумеется, я не могу отправиться следом за ним. Женщины славного и очень богатого рода Альстемов никогда…

— Я поняла, — взмахом ладони остановила меня она.