Не свой

Глава 12

Ануш

Почему-то было ощущение, что Рогов расставил ловушку, и я сама туда залезла, весело виляя хвостом. Как собака, которой кидают кусок мяса в клетку, и она рывком бежит в железный каркас. Необдуманная глупость на грани нарушения закона. Это только кажется, что всего лишь подтёр малышке слюни, а на самом деле вынес биоматериал и отдал в посторонние руки.

— Вы же понимаете, что это незаконно? — просто для справки поинтересовалась у Савелия. Ну вдруг у мужчины где-то глубоко есть совесть?

— Понимаю, но этот проступок карается всего лишь выговором, — подчёркнуто медленно кивнул он, всем своим видом показывая полнейшую вовлеченность в разговор.

— Или увольнением, если у руководства есть намерения избавиться от сотрудника, — присмотрелась внимательнее к Рогову, пытаясь понять, не решил ли он подставить меня.

— Согласен, но попасться на изъятие материала практически невозможно, — остановился на красный светофор Савелий и всем корпусом развернулся ко мне, обнимая рукой спинку сидения. — Поэтому я и прошу мне помочь, чтобы не пришлось понапрасну запрашивать разрешение через суд и платить госпошлину.

— Не заметила, чтобы вам судебные расходы были не по кошельку, — с сарказмом заметила, поддаваясь вредной бабе, что зашевелилась внутри.

— Значит в бумажник тоже залезли, — свёл брови в сплошную линию, констатируя факты.

— Только в ванную комнату и в паспорт, — поспешно опровергла обвинение. — И в холодильник за водой. Не рискнула пить кофе в таком… беспорядке.

— А в ванную комнату-то зачем? — удивлённо поинтересовался Рогов, возвращаясь к движению в потоке.

— Пыталась составить анамнез вашей личности, — пожала плечами, стиснув сумку. Карен, скотина бешеная, умудрился испортить не только пальто, но и поцарапать кожу. Чтоб ему всю ночь с толчка не слезать.

— И как? Поде́литесь выводами? — с лёгким налётом высокомерия усмехнулся Савелий.

— Вам не понравится, — опустила его на землю и приготовилась к смене высокомерия на любопытство. Ну что я могла ему сказать? Распущенный, неразборчивый, избалованный блядун, не отягощённый аккуратностью и манерами.

— Озвучите? — не заставил себя ждать. Всё же юристы не сильно отличаются от простого люда. — Обещаю не обижаться и трезво оценить характеристику.

— Думаю, это не самая хорошая идея, — заметила подсевшим голосом.

Помнится, любая критика в адрес Карена заканчивалась криками и оскорблениями. Судя по последним событиям, проживи я с ним ещё дольше, и вместо голосового давления огребала бы физически. Наверное, в нормальных с виду семьях именно так всё и происходило.

— Это был не первый раз? — тихо спросил Рогов, и я сразу поняла, что он имел ввиду не обшаривание его квартиры.

— Второй, — прошептала, отворачиваясь к окну и пряча сведённое судорогой лицо. Вроде, прошло время, а мне до сих пор напоминание доставляло боль. — Первый раз муж избил меня полтора месяца назад. После этого я ушла из дома и подала на развод.

— В суд? Я так понимаю, ваш супруг не согласен с разводом.

— Не согласен, — кивнула. — Более того, его и мои родители встали на сторону Карена и пообещали подпортить мне жизнь.

— Его родителей я ещё могу понять, а вот ваших…

— У нас не принято разводиться, — потёрла запястье, занимая чем-нибудь руки. — Проще отказаться от дочери, чем принять позор.

—Какое-то средневековье, — буркнул себе под нос Рогов. — В столице же живёте. Здесь уже давно не действуют древние законы и порядки.

— Это у вас не действуют, а нас всё ещё воспитывают в строгости и в уважение к старшим, а браки нередко заключаются под влиянием родителей.

— И ваш?

— Да, — накрутила на палец ремешок от сумки, отчего-то нервничая, но продолжая зачем-то делиться с посторонним мужчиной наболевшим. — Наши отцы сговорились, когда я только родилась.

— Не поспешили? — опешил от сказанного Савелий, отрывая взгляд от впереди ехавших автомобилей и переводя на меня. — А если бы у жениха образовался горб? Или вы выросли бы страшнее атомной войны? Ещё вы или он могли полюбить совсем другого человека.

— Это не важно, — остановила его предположения. — Горбатые, кривые, больные, но свадьбу всё равно бы сыграли.

— Знаете, Ануш, у меня к вам выгодное предложение, — потёр переносицу Рогов, прежде чем озвучить продолжение. — Не считайте, что я намекаю на взятку, но у меня есть хороший адвокат по бракоразводным процессам.

— Я работаю врачом в государственной больнице, — нервно хихикнула, откидывая голову на спинку кресла. Удобного, между прочим, кресла. — Моей зарплаты не хватит даже на пуговицу с костюма адвоката.

— С ним и с его пуговицами я разберусь сам, а вы поможете мне с материалом для ДНК, — прямо услышала металлический лязг захлопнувшейся ловушки. — Поверьте, от этого договора мы оба будем в выигрыше.

— Что будет, если тест подтвердит родство? — решила всё же успокоить свою совесть. В конце концов, можно себя убедить, что делаю благое дело.

— Мой ребёнок не будет расти в детдоме или в чужой семье, — как-то зло процедил Рогов, на мгновение потеряв маску невозмутимости. — Я могу потянуть финансово профессиональную няню.

— Ну, няня намного лучше, чем детский дом, — протянула я, снова засомневавшись в правильности решения разыскать отца девочки. Возможно, в новой семье ей было бы намного лучше. Любящие родители, а не этот замороженный сухарь.

— К сожалению, моя работа не предусматривает отпуска по уходу за ребёнком. Мне с трудом удаётся вырвать неделю обычного всего раз в год.

— Вот здесь сверните, пожалуйста, — заметила Любкин дом и обрадовалась, что с минуты на минуты мы расстанемся с Роговым.

— Вы мне ничего не ответили, Ануш, — заехал во двор Савелий и остановился у первого подъезда.

— Мне нужно подумать. Я вам позвоню.