Не свой

Глава 46

Ануш

Был ли у меня выбор? С одной стороны напряглись Граблин и два богатыря, подавшиеся вперёд и готовящиеся к стремительному прыжку, с другой начищенный до блеска чёрный автомобиль и отец, опустивший наполовину стекло. Я отлично знала, что в салоне с ним вооружённые водитель и телохранитель, а у тротуара стояла машина сопровождения, напичканная оружием.

Не послушаться отца означало развязать конфликт, втянуть в перестрелку непричастных к моим семейным разборкам мужчин и рискнуть Машенькой.

— Всё нормально, — тронула за рукав Юрия, успокаивающе кивая. — Это мой папа. Мы поговорим немного.

Обошла родительского монстра и забралась на пассажирское сиденье. Странно, столько лет прошло с того времени, как отец возил меня в школу, а знакомый, такой родной запах кофе с корицей до сих пор витал по салону.

— Это правда? — сурово свёл брови Вардан Арамович, нажимая на кнопку закрытия окна и следом поднимая перегородку, отгородившую нас от посторонних.

— Чего именно? — с трудом выдержала его тяжёлый взгляд, впиваясь ногтями в ладони.

— То, что ты живёшь с мужиком, позоря наш род? — стукнул по подлокотнику, отчего тот болезненно скрипнул.

— Я живу в квартире будущего мужа и занимаюсь исключительно ребёнком, — с силой разжала кулаки и вытерла о брюки потные ладони. — А если ты имеешь в виду моё аморальное поведение, то я хорошо помню то, что в меня вбивали с детства.

— Он не наш. Армянские девушки выходят замуж за армян. Ты должна вернуться к Карену, — настойчиво произнёс отец, быстро просматривая пришедшее на телефон сообщение и блокируя экран. — Я поговорил с Давидом. Тот приструнит сына. Больше щенок не поднимет на тебя руку.

— А что делать с его постоянными загулами и той грязью, что он тащит в кровать? — вопросительно уставилась на него. — Будем ждать, пока Карен наградит меня СПИДом или гепатитом С? Когда ты вспомнишь, что у тебя дочь, а не разменный актив в бизнесе?

— Ты не актив, но твоё упрямство может стоить мне компании.

— Той, что вы собирались передать потенциальному внуку, которого Каренчик убил собственными руками и ногами? — ехидно поинтересовалась.

— Не паясничай, — пробурчал отец. — На тебя оформлено несколько дочерних компаний, обслуживающих потребности общего холдинга. Через них проходят огромные суммы, а зарегистрированы они в законном браке.

— Как вам удалось без моего согласия провернуть это? — ошарашенная новостью, глянула на родителя.

— Потому что нехрен подписывать, не читая бумаги, — рявкнул он, устало растирая лицо руками.

— Ладно, чего говорить о сделанном, — философски рассудила. — Я с удовольствием перепишу всё на тебя, только оставьте меня в покое.

— Не получится, — мотнул из стороны в сторону головой отец. — Давид пригрозил подать на раздел, как совместно нажитое имущество, и обрубить все госконтракты, составляющие основные заказы холдинга. Здесь Макаелян переплюнули меня, рассадив в своё время многочисленных родственничков по важным постам.

— Ты же раньше занимался перевозками. Вернись к ним, — осторожно предложила, кутаясь в пуховик. Почему-то стало зябко и некомфортно, хоть климат-контроль работал на отлично.

— Если бы транспортная компания приносила прежний доход, мне не пришлось бы связываться с Давидом и выдавать единственную дочь за его ублюдка! — взорвался он, рывком оттягивая ворот рубашки с галстуком. На мгновение показалось, что мой папка вернулся. Показалось… — Теперь ты знаешь, почему тебе необходимо помириться с мужем.

— Я всегда была послушной дочерью, не переча тебе, — потупилась на свои колени, сжав ладони между ними. На отца смотреть больше не хотелось. — Ты сказал выйти замуж за Карена и стать ему примерной женой, и я сделала. Пять лет терпела измены, оскорбления, неуважение и придирки, лишь бы не расстраивать тебя с мамой. А что же ты, папа? Ты не смог даже уберечь свою дочь от побоев, хотя это твоя прямая обязанность. Достаточно было объяснить Каренчику и надавить своим авторитетом, но тебе оказалось проще игнорировать такое отношение ко мне и делать вид, что ничего не знаешь. И сейчас, когда я вырвалась из ада, ты требуешь моего возвращения туда ради спасения твоей компании. А имеешь ли ты право требовать после того, как бросил меня в беде?

— Я же сказал, что Карена утихомирили. Больше он не тронет тебя.

— Не тронет, — кивнула. — Потому что я к нему не вернусь. Ты можешь сколько угодно угрожать малышке, посылать головорезов, чтобы те избивали Савелия, но я больше не буду скакать под твою дудку. Оформление на меня компаний стало самым глупым твоим решением, папа. Если не отстанешь от нас, я распоряжусь активами против тебя.

— Лишишь отца с матерью смысла жизни? — неверующе воззрился на меня отец.

— Ну вы же лишили меня. И ничего. Небо на землю не рухнуло, — дёрнула на себя ручку и толкнула дверь, впуская в салон морозный воздух. — Я предупредила вас, Вардан Арамович, не ломайте то что с трудом получилось у меня выстроить. Вспомните на досуге, что уничтожаете собственную дочь, которую когда-то носили на руках, смазывали зелёнкой коленки и подтягивали в детском саду колготки.

Буквально вывалилась наружу, глотая мелкими порциями кислород с крупинками ледяного снега. Вроде, прошло максимум десять минут, но у меня было ощущение, что я надолго провалилась во времени.

— Я не приказывал избить адвакатишку, — крикнул вдогонку мне отец, прежде чем автомобиль тронулся с места. — Предпочитаю покупать и откупаться. На моих руках, слава богу, нет чужой крови.

Юра сразу бросился ко мне, подставляя для поддержки локоть, а охранник открыл дверь, напряжённо наблюдая за вражескими передвижениями. За отцом следом тронулась машина сопровождения, профессионально подпирая мордой зад.

— Всё норм? — обеспокоенно поинтересовался Граблин, сканируя мой вид.

— Он непричастен к нападению на Савелия, — поспешила на негнущихся ногах занять пассажирское кресло, кивком поблагодарив мужчину. — И теперь я знаю причину такой настойчивости в восстановление ячейки общества. Давай выясним насчёт Елены и устроим совещание в палате Рогова. Альберт, скорее всего, тоже понадобится.