Не свой

Глава 41

Савелий

Странное ощущение, будто провернули в фарш, а затем как-то слепили обратно, не совсем точно разместив внутренние органы. Казалось, что печень упирается в кадык, а почки отбивают ритм под рёбрами. В голове распирал грипп от взрыва водородной бомбы, выдавливая через глазницы серое вещество. И сквозь шумовые волны продрался женский всхлип.

Наверное, я больше почувствовал, чем смог разглядеть заплывшим глазом хозяйку душераздирающего всхлипа. Ну кто ещё мог так нежно погладить по ноге, выискав единственное живое место? Не скажу, что стало как-то менее больно, что Ануш произвела эффект анестезии, но душу окатило родной заботой.

— Ты чего это здесь сырость разводишь, Анушка? Не так всё плохо, — продрал пересушенную глотку. Захотелось сжать в успокаивающем жесте тонкую кисть, но малейшее шевеление отдавалось острой болью в нашпигованном требухой теле.

— Конечно, всё отлично, — с сарказмом ответила Ануш, поправляя на груди одеяло и невесомо поглаживая поверх повязки. — Господи. Я чуть с ума не сошла, не зная, где ты и что с тобой. Весь вечер ждала. Ужин приготовила.

— Вкусный? — хрипло поинтересовался, пытаясь разбавить напряжение.

— Кто? — не поняла она, убирая от меня ладони.

— Ужин, — мечтательно дёрнул губами в подобие улыбки. — И руки верни обратно. Так приятно.

— Дуралей, — снова всхлипнула и провела пальчиками по краю бинтов. — Ещё потребуй поцелуй принцессы.

— И потребую, как только морда заживёт, — пообещал ей, проваливаясь в темноту.

— Врач сказал, что через два месяца Савка сальто будет крутить, — услышал, выныривая из сна. — Из самого страшного сотрясение и трещина в рёбрах. Всё остальное просто выглядит страшно.

— Если бы его не нашли, — с надрывом прошептала Ануш. — Минус двадцать восемь. К утру получили бы хладный труп.

— Ты сопли-то подбери, — грозно прикрикнул Юрка. — Вроде врач, а ведёшь себя как кисейная барышня.

— Прости. Перенервничала, — начала оправдываться она.

— Полегче, — обозначился я, ставя друга на место. — С моей будущей женой говоришь.

— Что же ты так пугаешь, — приблизилась Макаелян и села, скрипнув стулом. — Взял и отключился.

— Ануш, принеси, пожалуйста, мне кофе, а я пока помогу другу нужду справить, — безапелляционно скомандовал Граблин, выпроваживая девушку. — Рассказывай.

Чего тут можно было рассказать?

Забрав Машкины документы, поклялся Розе ускориться с узакониванием отношений и подать заявление в суд на лишение материнских прав Малышкиной. Она пообещала со своей стороны помочь с судом и потребовала приглашение на свадьбу.

Потом потянулась рабочая текучка. Ознакомление с делом подзащитного, опрос двух свидетелей, короткая беседа со следователем, встреча с женой подследственного, запрос в архив на выдачу бумаг прошлого века.

В половине девятого вечера вышел из офиса, намереваясь купить для Ануш цветы и успеть к ужину. Точно помню, как во рту скапливалась слюна, стоило представить, какие ароматы витали по квартире.

Первый удар по голове получил в процессе открытия двери автомобиля. Скорее всего, потерял сознание, потому что процесс перетаскивания меня в опустевший сквер не отложилось в памяти. Очнулся от агрессивного массажа ногами.

Двое или трое — разглядеть не смог, пытаясь прикрыть рукой лицо, — изображали вокруг меня какой-то первобытный танец и делали из моей туши отбивную. При этом матерились по-русски, но с лёгким южным акцентом.

— Тебе лучше исчезнуть со своим ублюдком из города и не пудрить мозги чужой женщине, — проговорил один из них, схватив меня за волосы. — Или в следующий раз закатаем ноги в бетон и заставим нырять за жемчугом.

Следом я получил ботинком по фейсу и уплыл в непроглядную темень. А очнулся уже в больнице, перемотанный похлеще мумии.

— Думаю, это родственники Ануш, — поделился с другом, слегка повернув в его сторону голову. Видно, с одного глаза немного сошла отёчность, и я угадывал размытый силуэт в пучке яркого света. — Но предъявить мы им ничего не сможем. Там не наш уровень.

— Может, тебе не стоит связываться с ней? Зачем такие проблемы? — тихо, чтобы никто не слышал, предложил Юрка. Понимал, что такая реакция была продиктована заботой, но для меня она попахивала трусостью. — Сейчас избили, а потом убьют.

— Вот и привлечёшь папашу Ануш к ответственности, — зло процедил сквозь зубы, заодно проводя по ним языком и проверяя челюстные потери. Вроде, дыр и прорех не нашёл. — Со своей стороны заранее могу написать заявление, что в моей смерти прошу винить…

— Прекрати паясничать, — огрызнулся Граблин. — Тебе мало проблем с вдруг объявившимся ребёнком? Куда отправят твою дочь, если тебя прибьют? Правильно. Назад в детский дом.

— Вот поэтому мне надо срочно жениться на Ануш и лишить прав Гельку.

Сейчас, ощутив себя беспомощным, оценив скоротечность жизни и внезапность смерти, я как никогда уверился в своём решение прибрать к рукам Анушку.

— Альберт не звонил? Что там с разводом? — задал актуальный вопрос.

— Благодаря тому, что гражданка Макаелян додумалась дёрнуть Шейлера, мы так быстро смогли отыскать тебя, — недовольно заметил Юра. — А про развод ничего не знаю. Слушай, там следователь рвался сюда.

— Тебе не отдали дело?

— Ты же знаешь, что у нас с тобой много пересечений, — с сожалением посетовал Юра. — Но там неплохой мужик. Придёт завтра.

— Я не буду вмешивать отца Ануш. Уйду в несознанку, — твёрдо заявил, сжимая кулак почти здоровой руки.

— Всё же папа… — донеслось растерянное со стороны двери, а стаканчик с кофе с глухим звуком шлёпнулся на пол.