Он Мной Одержим Навеки

Глава 16

Я понимаю, что всё это представление устроил он. У меня нет никаких сомнений, он умеет эффектно появляться…

Смущаюсь и подхожу к нему.

— Ананьевский, что за спектакль? — Хоть в моём тоне и сквозит осуждение, я улыбаюсь.

— Кузьмина, ты должна сейчас при всех изнасиловать мой рот, как вчера! — Заговорщически шепчет Влад.

— Я его не насиловала, — выпаливаю я и тут же оказываюсь в тисках Влада.

— Целуй, — шепчет, обжигая дыханием и склоняясь ко мне.

И я целую. И снова сплетаюсь с его языком в танце. Тону в любимом парфюме. Удивительно, но мне раньше казалось, что Влад ледяной, а он настолько горячий, что я чувствую его жар даже через слой зимней одежды. Встаю на мысочки, тяну руку к его шее, веду вверх по коротко бритым волосам и отмечаю, как мне нравятся эти ощущения.

— Всё, Кузьмина, все видели, я тоже не железный, — отстраняется от меня, — и порадуйся цветам.

— Ты стальной! — шепчу ему, намекая на семейный бизнес, и с наслаждением вдыхаю аромат роз. Они действительно практически с меня. Эффектно, хоть я и не выношу красные розы.

— Так и знал, что заценила утром стального Влада, — нахально улыбается, — а теперь поехали.

Разворачивается, кому-то машет. Поворачиваю голову, это он Борису. К нам подъезжает «Аурус», Борис выбегает, забирает букет, получает указание отвезти его ко мне домой и уезжает. А я гадала, как он его в купе засунул, оказывается, для моих роз есть Борис. Влад открывает мне дверь и сажает к себе в «Порш», бросаю взгляд на сокурсников, все глазеют. «Аурус» был заключительным аккордом. Умеет Ананьевский устроить шоу…

— И зачем это всё? — Спрашиваю, как только он садится в машину.

— Никто не имеет права обижать мою девушку, Аня, — с какой-то категоричностью отвечает Влад.

— Но я не твоя девушка.

— Об этом знаем только мы вдвоём. Для всех остальных ты — моя, — Влад строг и смотрит на дорогу.

— Ты читал паблики в «Телеге»? — Озабоченно спрашиваю. Мне стыдно за то, как меня там обливали.

— У меня нет «Телеги». Вообще никаких мессенджеров и соц. сетей.

— А как ты узнал, что меня обижают?

— Рассказали. И кореш написал, что ты заплаканная, а потом скинул скрин из подслушки. Как-то так, — Влад напряжён и, кажется, смущён, закусывает губу и напрягает челюсть.

— Поняла, — отвечаю и понимаю, что зря выкладывала некоторые посты, обращённые к нему, он их не видел, но это меня даже радует, — а ты не мог бы раздеться?

— Детка, прям здесь? Мы можем доехать до отеля, — его губы растягиваются в ухмылке.

— Ананьевский, я серьёзно! Меня бесит твоя форма, аж триггерит.

— А-а-а, — лениво тянет. Останавливается на ближайшей остановке, выходит из машины, открывает багажник и возвращается в пуловере и кашемировой куртке. Пусть штаны и прежние, но уже лучше. «Лоро Пиана» вытягивает весь образ.

— Спасибо, а то воспоминания не очень, — искренне признаюсь ему.

— Ты тоже снимай своё худи, — бросает мне своим фирменным тоном.

— У меня под ним нет футболки, ты что?

— Тем лучше. Мне нравится твой пиджак. Подходит под твой дерзкий характер. И в футболке он не нуждается.

Он считает, что у меня дерзкий характер? Мне все всю жизнь твердят, что я меланхоличная. Интересно…

— А куда мы едем?

— Нам надо ещё засветиться, поэтому на Патрики.

— О, я там никогда не была, представляешь? Только в театре на Малой Бронной. Будем давать интервью о твоих доходах или о том, сколько мне нужно в месяц? — Смеюсь, представляя это наяву.

— И правильно делала. Сборище эскортниц и темщиков, хотя рестораны вкусные. Интервьюеры эти — отдельная тема, конечно…

— В какой ресторан пойдём?

— В самый злачный. Хорошую девочку веду в хорошую девочку.

— Это название?

— Ага. Заценила мой каламбур?

Я закатываю глаза и начинаю приводить себя в порядок. Вроде краснота с глаз спала. Снимаю жакет, стягиваю худи и пытаюсь максимально закрыться, пока надеваю обратно жакет. Боковым зрением замечаю, что Влад бросает на меня короткие взгляды.

— Хватит пялиться, Ананьевский! — Возмущаюсь его подглядыванием.

— Кузьмина, я уже всё, что надо, видел, — отвечает равнодушно, делая вид, что следит исключительно за дорогой.

Нарушаю второй раз за день своё обещание и лезу в «Телеграм». Первым делом в студенческий паблик. Там только нас и обсуждают, даже фото с видео наделали.

— Зацени! — Протягиваю Владу телефон.

Он быстро осматривает и возвращает взгляд на дорогу.

— Этого и добивался. Лучше скажи, будешь перед сном пересматривать? — Хитро спрашивает, ухмыляясь.

— Ой, всё

На Патриарших мы долго ищем место для парковки, нам приходится довольно долго идти до ресторана. И хоть этот район я практически не знаю, каждое здание и вывеску я узнаю. Всё-таки здесь снимается огромное количество видео, которые набирают миллионы просмотров.

Здесь много очень эффектных девушек и стильных парней, но мой компаньон самый самый. Он самый высокий и самый уверенный в себе. Это считывается в каждом его движении. И считывается не только мной. Девушки зыркают на него оценивающими взглядами, а парни как-то неуверенно тушуются. Особенно, если идут со спутницами. Рядом с ним и я себя чувствую свободнее, а потому распрямляю плечи и представляю себя на подиуме. Иду уверенно за руку со своим фиктивным бойфрендом и осознаю, как мне нравится это всеобщее внимание.

Когда у нас забирают верхнюю одежду, я бросаю взгляд на нас в зеркало и понимаю, что я очень хорошо выгляжу. Жакет как будто надет на голое тело, но это не откровенно, а действительно дерзко. А он сечёт. И лицо у меня как-то преобразилось. Довольная следую за Владом в зал.

Нас сажают за овальный стол у окна и дают меню. Оно очень неоднозначное и полно намёков… Я даже немного смущаюсь, но потом вижу очень забавные названия блюд и мы начинаем вместе угорать.

— Полагаю, ты закажешь себе «парня из френд-зоны»? — Подкалываю Ананьевского.

— А ты пасту «Не богатая, но обеспеченная?» — прилетает мне в ответ.

Мы смотрим серьёзно друг на друга и взрываемся от смеха. Я смотрю, как он искренне смеётся и начинаю не то что ржать, а прям хрюкать, а у него уже текут слёзы.

— Куда ты меня привёл, Ананьевский? — спрашиваю чуть успокоившись.

— Ты ещё подачу не видела, Кузьмина!

— Я уже в предвкушении!

— Ты не представляешь в каком я, — загадочно произносит Влад.

Я со смехом дальше листаю меню. Оно откровенное, но действительно актуальное и с юмором. А ещё заведение очень красивое, стильное. У посетителей на столах какие-то невероятные коктейли и официанты разносят блюда с яркой подачей. Это какой-то девчачий рай. Я с родителями хожу в дорогие и хорошие рестораны, но не такие модные. А в такие мне ходить не с кем.

Влад сказал, что у него были жёсткие тренировки с утра и заказал без зазрения совести себе два бургера с фуа-гра. Всё-таки взял парня из френдзоны, чтобы меня порадовать и зелёный салат. А я заказала себе гребешков и ту небогатую пасту с трюфелем и страчателлой. Обожаю и то и другое. И Влад опять ржал, когда официант принимал заказ.

— Ну, рассказывай, как себя ведут на свиданиях? — С любопытством спрашиваю у Влада.

— Ты что никогда не была на свидании? — с удивлением спрашивает.

— Нет. У меня не было ни отношений, ни ухажёров, — отвечаю честно, мы уже прошли этап, когда можно чего-то стесняться.

— То есть вообще? Ничего? — с ещё большим удивлением спрашивает Влад и откидывается на стул, внимательно меня осматривая.

— Вообще ничего. Ну, однажды целовалась с парнем с подготовительных курсов, но мне совершенно не понравилось и я его кинула в чс.

— Хорошо, что я реабилитировал поцелуи, — усмехается Влад.

— В плане?

— Тебе же теперь нравится…

Я закатываю глаза и вздыхаю.

— Расскажи лучше о своих свиданиях. Куда водишь и всё такое.

— А у меня тоже как таковых свиданий не было.

— А отношения?

— Были, — отвечает уже сухо.

— А почему закончились?

— Это была моя репетитор по китайскому. Она была старше на пятнадцать лет. У неё были другие приоритеты.

— О, ты китайский знаешь? — спрашиваю первое что мне приходит на ум.

Ничего себе, я бы никогда не подумала, что у него были отношения с взрослой женщиной. Да ещё и с его репетитором. Я думала, что ему нравятся гламурные мажорки.

— Плохо. Мы не китайским занимались, как ты понимаешь…

Я смущаюсь и лезу к Владу за картошкой фри с трюфелем, чтобы отвлечься.

— Не ешь из моей тарелки, — с напускной строгостью заявляет мне.

— Тебе жалко что-ли?

Влад подтягивает тарелку ближе к себе, берёт картошку и протягивает мне.

— Так не жалко, — хитро произносит и прищуривается.

— Ты хочешь чтобы я ела с твоих рук? На нас и так все смотрят, — шепчу ему.

Он пожимает плечами и пододвигается ещё ближе. Я закрываю глаза и опускаюсь за картошкой. Мы ржём и я замечаю, что девушки у барной стойки нас фотографируют исподтишка. Влад тоже это замечает и подмигивает мне. Мы засветились. Да ещё как…

Когда я возвращаюсь из уборной на столе стоят десерты. И теперь я понимаю, что он имел в виду под подачей. У Влада тарелка с голой попой и яркими донатсами. Очень очень провокационный десерт. Посередине стоит муссовое пирожное в форме груди, а мне он заказал эклер. Огромный эклер. На котором красуется надпись «В рот беру только такие» Теперь я уже смущаюсь.

— Я не буду это есть, Ананьевский!

— Я тебя так готовлю, — говорит Влад, подцепляя вилкой сосок на пирожном.

Я округляю глаза и теряюсь. Это просто пирожное, но почему-то оно вызывает у меня странную реакцию. Он отправляет вилку в рот, закрывает глаза и выдыхает звук удовольствия. У меня же от этого его наслаждения десертом замирает сердце. Он облизывает тщательно вилку и не сводит с меня глаз.

— Знаешь что самое лучшее, чему меня научила китаянка?

— Что? — спрашиваю, как бы невзначай. А сама разрезаю свой гигантский эклер, который очевидно размером с гигантский член, вилкой, дабы не доставлять Владу удовольствие лицезреть, как я его кусаю.

— Она донесла до меня, что высшее удовольствие мужчине приносит осознание, что его женщина наслаждается. Им и вообще…