Он Мной Одержим Навеки

Глава 31

— Моя хорошая, мне пора, — пытается уже вырваться от меня Влад после получасового прощания в дверях. С поцелуями и объятиями. Я понимаю, что он скоро вернётся, но не могу отпустить, кажется, что пройдёт целая вечность.

— Я тебя провожу. — Быстро обуваюсь и выхожу с ним в коридор. Хотя бы ещё пять минут с ним побуду.

Краснею, проходя по вчерашнему маршруту до каюты. Надеюсь, здесь нет камер видеонаблюдения. Неделю назад мне казалось, что я его на дух не выношу, а сегодня не могу представить, как буду засыпать без него.

— Коть, когда ты вернёшься?

— Зай, к концу недели. В Магнитогорске три дня, потом надо на два слетать в Петрозаводск, и вернусь.

Я жалобно вздыхаю и ближе к нему прижимаюсь. Я успела свистнуть его футболку, буду в ней спать всю неделю.

— Так, манипуляторша, прекращай на жалость давить. Хочешь быть женой декабриста, бросай универ и следуй за мной, — нахально улыбается.

Мозг фокусируется на «хочешь быть женой»… Нет, я понимаю, что он имеет в виду, но сейчас я первый раз в жизни об этом задумываюсь и понимаю, что действительно хочу.

— Заманчиво, но меня прибьют, — наконец нахожусь с ответом.

— И правильно сделают. Учись хорошо, и будешь менять жизнь к лучшему в наших промышленных городах. Мне нужна квалифицированная спутница.

Квалифицированная спутница? Это кто? Что он вкладывает в «спутницу»? Я настолько загоняюсь, что даже не замечаю, как мы выходим на палубу. Влад что-то шепчет, я даже уловить не смогла что, целует бережно в лоб и спускается к машине. Последний раз кидает мимолётный взгляд, и дверь закрывается. Это плохо, что он меня в лоб поцеловал?

Плетусь обратно в каюту собираться. За подушкой нахожу его бант аскот и с одержимостью вдыхаю. Ложусь на кровать, зарываюсь в одеяло, подушки, тут всё пропитано им, и проваливаюсь в сон.

— Анна Павловна, вас ждет Юлия Владимировна за завтраком, — будит меня стук в дверь и сообщение от стюарда.

— Спасибо! Иду.

Поспала час. Через два у нас самолёт. Мигом умываюсь, привожу себя в порядок, как могу, и бегу к его маме.

— Милая, я уж подумала, что ты с нашими мужчинами улетела. Садись. Заказывай быстрее, — его мама одаривает меня очаровательной улыбкой в отличие от сестёр.

Да почему я им так не нравлюсь? Хотя… мне Данины девушки тоже никогда не нравились. Первая вообще разбила мне сердце, ведь это была моя лучшая подруга. В итоге я тогда лишилась и брата, и подруги. И стоили их три месяца встречаний дружбы со мной? Думаю, что нет. Но мне надо постараться с девочками поладить, но как, если меня напрягают эти взгляды?

Мы своей женской компанией возвращаемся на самолёте, на котором и прилетели. С какой-то особой любовью и теплотой на него смотрю. Даже спрашиваю, можно ли его сфотографировать, и делаю фото и видео. Он для меня особенный теперь… даже назвать как-то ласково хочется.

Я последняя поднимаюсь по трапу и уже слышу, как девочки у кабины экипажа оживлённо болтают. Поднимаюсь и вижу сегодня более расслабленную атмосферу. Пилот и стюарды с удовольствием болтают со Златой и Мирой, пока Юлия устраивается.

— А где Катя? — с досадой говорит младшая, — кто же нам будет тиктоки снимать?

— Катя сегодня встала на Эмбрайер, — говорит пилот девочкам, — у них там свои тик-токи, — переглядывается со стюардессой и улыбается.

Я понимаю, что всё это время просто зависла и стояла слушала в проходе. Злость и раздражение накатывают поочередно волнами. Какие тиктоки она снимает? Что за свои тиктоки. Почему она полетела с ними? Во рту появляется настолько вязкое неприятное чувство, что я не знаю, куда деться.

— Анют, всё в порядке? Ты бледная, — видимо, и его мама уже замечает моё состояние.

— Да-да. Просто, — мешкаюсь, не знаю, что ответить, — немного переживаю перед взлётом. Когда мы садились, был ветер и туман.

— О. Денис у нас настоящий ас. Садись ко мне. Шампанского? — заговорщически предлагает.

Шампанского мне только и не хватало. Я полчаса повеселюсь, а потом меня накроет вселенская тоска. Вежливо отказываюсь и сажусь рядом с ней. В итоге опять незаметно для себя засыпаю и просыпаюсь, когда девочки начинают носиться по салону и визжать.

Девочки как раз снимают тренды. Улыбаюсь, года четыре назад я тоже целыми днями снимала эти ролики. На улице, в магазинах, в гостях. Правда, не горячие тренды, а на своей теме, но была одержима. Съёмка, монтаж, переходы, выкладка. Нон-стоп. Потом поняла, что мне за это стыдно, и удалила всё. Надеюсь, сервер нельзя взломать и Влад это не увидит никогда.

Решаю подойти к девочкам и помочь, может, и налажу контакт.

— Хотите я вам этот переход сниму? В динамике будет эффектно.

Девочки переглядываются, смотрят на меня сначала с недоверием, потом с оценкой. Интересно, по каким критериям они уровень моего мастерства оценивают? Мнутся, сомневаются, но в конце концов сдаются, и я даже удосуживаюсь улыбки.

Через двадцать минут съёмок они уже на мне виснут, а я понимаю, что не такие они и маленькие. Вроде я их в два раза старше, но они осознанные и совсем не глупые. Не думала, что мне может быть вполне интересно с мелкими.

Когда я им отсняла кучу дублей, они сажают меня к себе, и Злата показывает мне свои японские или корейские сладости и предлагает выбрать всё, что я захочу.

— Девочки, я ничего не понимаю, что тут написано. Лучше посоветуйте, — улыбаюсь.

Мира начинает читать, наверное, на корейском названия, которые мне ничего не говорят. Потом приступает к составам. Она издевается надо мной?

— О, ну теперь мне всё ясно, — смеюсь, — я ни слова не поняла. Но я в шоке, ты свободно по-корейски говоришь?

— Это китайский. Не свободно, но хорошо. Раньше у меня была наша любимая Ира, учительница, мы с удовольствием занимались, а теперь китаец Янлин. Он такой строгий. Вообще не заходит, понимаешь? Интересно, их учительница Ира и есть та самая? Или у Влада персональная была?

— А почему вы с Ирой тогда не занимаетесь?

— Я не знаю, сначала её уволили, нам не сказали почему, — шепчут мне на ухо, — а потом она вышла замуж за нашего юриста Алексея. Сейчас мы тебе покажем тик-токи с ней.

Опять начинаю нервничать. Если уволили, то, возможно, это она и есть. Но вышла замуж за юриста? Вот у них тут страсти-мордасти. Интересно, Влад её любил? Она его бросила или он её?

Поднимаю глаза и встречаюсь с Юлией взглядом.

— Ты в курсе, да? — лаконично спрашивает.

Теперь нет сомнений, что это она и есть.

— Да…

— Ох и понервничали мы, — вздыхает женщина, — но хорошо, что всё в прошлом. И теперь он счастлив, я вижу, — очень искренне мне улыбается.

Я улыбаюсь в ответ и даже немного заливаюсь румянцем, приятно, что мама на моей стороне. Но внутри меня распирает дикое любопытство и дикая ревность.

— Вот смотри, — протягивает мне планшет Мира, а Злата листает и показывает видео.

Видео с ней! Она не китаянка. Не экзотичная. Это радует. Я думала, что она как та Катя, а здесь совершенно обычная молодая женщина. Тёмное каре, голубые глаза. Волевое лицо, но что-то в ней такое притягательное есть. Пытаюсь разгадать эту загадку, пока Злата быстро свайпает.

— О, а это наша Катя. Ты знаешь Катю? — спрашивает Злата.

— Да, мы с ней летели. Покажите, — стараюсь звучать весело и беззаботно, но мне кажется, что мой голос напоминает сейчас ведьму диснеевскую.

На одном из видео в самолёте Катя скачет в своей юбочке с девчонками, а сзади сидит Влад и пялится на это всё. Сначала я зацепилась с радостью за него взглядом, потому что уже соскучилась, а потом поняла, куда направлен его взгляд. Настроение падает в нулину просто. Теперь общение даётся с таким колоссальным трудом, что к концу полёта чувствую себя выжатой, как лимон.

На свежем воздухе стою и жадно дышу, пока Юлия с дочками уезжают с двумя машинами сопровождения домой. Это тоже немного напрягает. Их серьёзно нужно охранять? А Влада? А Константина Юрьевича? Не помню, как он в прошлый раз уезжал…

Меня встречает Борис, и уже через двадцать минут я дома. У нас сегодня по воскресной традиции опять в гостях Рогачёвы. Мама явно мной хвастает перед ними, и меня зовут на стол, чтобы я всё-всё рассказала. С чего начать? С джета или банта? Смешные такие…

Про эйрбас всё-таки рассказываю и даже показываю фото. Рогачёв аж в лице меняется. Видно же, как он завидует и как они с мамой постоянно соревнуются, у кого что лучше. Зачем такая дружба вообще нужна? Никогда не понимала. Для приличия немного рассказываю про Красноярский край и иду к себе.

Но на лестнице меня ждёт сюрприз. Я аж кричу на весь дом.

— Мама! Это что? — на лестнице стоит какое-то бесчётное количество нежно-розовых роз.

Я, конечно, понимаю, что это, но это поражает. Их, наверное, раз в десять больше, чем было на прошлой неделе в общем. Большие вазы стоят с обеих сторон ступенек все три полёта. Я такое только у Кардашьян на день рождения видела…

Сажусь на лестнице и погружаюсь в этот безумный аромат. Почему-то они пахнут лимонами и моими духами Miu Miu. Ругаю себя мысленно за часы ревности в полёте. Он же сказал мне: «Смотри на отношение», а я себя вечно накручиваю и живу в своих представлениях. По щекам бегут слёзы. Достаю телефон и пишу ему: «Ты сумасшедший! Я в шоке? Сколько их, тысяча?»

«3500. Почти такие же красивые, как ты».

Я глажу, как дурочка, его сообщение и улыбаюсь. Самый лучший. Просто поверить не могу. Что-то ещё печатает, с замиранием сердца жду. «Там».

Это к чему? Что там? Перечитываю заново оба сообщения, и до меня доходит! Оглядываю теперь с ужасом всю эту розовую вакханалию и замираю. Ну точно перверт!