Он Мной Одержим Навеки

Глава 56

Мы с Владом приезжаем первые в ресторан, и нас сажают за уже украшенный более-менее приватный стол.

Всё равно в ресторане почти полная посадка, и наша компания будет на виду.

По просьбе Влада на столе много атрибутов нашей культуры. Подсвечники из Гжели, самовар и яркий хрусталь.

Сколько я была в этом ресторане с родителями, такого не видела.

— Это для Халида всё притащили?

— Да. Атмосферно вроде?

— Вполне. Мне нравится. Но у вас на даче намного симпатичнее!

— Зай, — проникновенно смотрит, — прости меня! Не защитил тебя, уехал. Моя милая, мне очень жаль!

— Влад, всё хорошо! Твои родители меня очень поддержали. Я тоже была неправа, я понимаю. Но сейчас же всё хорошо!

— Хорошо, — склоняется и обтирается о мою щёку, — может, поедем к тебе, я уже соскучился.

— Влад! Нет! Ты меня всю стёр!

— Чо, кто кого стёр? — Говорит парень с белыми дредами, плюхаясь напротив нас.

— Здорова, Фар! — встаёт Влад и через стол пожимает руку известному рэперу, которого я сразу не узнала.

— С дэрэ, Броди! Это тебе! — парень протягивает Владу пакет с кедами, сразу понимаю по логотипу Jordan.

— От души, брат! Спасибо! Это моя Аня. Аня, это Федя. Можно Фара, — представляет нас.

— Это из-за тебя его выгнали из Универа? — Спрашвает парень, снимая глухие солнечные очки.

— Из-за меня, — сразу чувствую смятение, но решаю не акцентировать, — а я тебя слушаю. Рада познакомиться!

— О, круто! Слышал, Дос, даже твоя девочка меня слушает, — рэпер улыбается золотыми грилзами.

Я, наверное, пялюсь на его рот дольше обычного, но мне всегда было интересно, как они с этими штуковинами во рту уживаются. А если камень выпадет?

— Это она просто вежливая, — глумится Влад.

Официант принимает заказ. Так как у нас по плану дегустационный сет, мы не ждём остальных и заказываем сразу на всех. И Влад заказывает что-то в стол на всю компанию.

— Брат, братэлло! — кричит на весь ресторан Эльдар, поднимаясь по лестнице с принцем и каким-то блондином.

Влад обнимается с друзьями. Они дарят ему подарки. Начинаю переживать, что ничего ему не купила, кроме пирожных.

Теперь неловко себя чувствую. А если кто-то спросит, что я ему подарила…

Ещё скажет, чего доброго.

— Котя! Зая! Я счастлив! — рисует Эльдар сердца в воздухе. Ну прямо купидон.

— Платон, это моя Аня! Аня, Платон, он же Тоша, — молодой человек вежливо пожимает мне руку. — Вот ты и познакомилась с нашей великолепной пятёркой.

Парни рассказывают, что они учились вместе в Англии и сразу сформировались в квартет, а затем в свою русскую компанию приняли и Халида.

Который, к моему удивлению, за столом заговорил на вполне сносном русском.

Влад учился в этой школе всего два года. Фара — три, а вот Платон и Эльдар с Халидом — выпускники этого легендарного учебного заведения.

Я гордилась своей экономической школой, но чувствую себя какой-то невеждой рядом с парнями, которые окончили одну школу с Байроном и Голсуорси.

Ну хоть знаю, кто это.

Платона, оказывается, уже после первой сессии в МГИМО позвали стажироваться в ООН. Но по нему видно, что он умница.

Надеюсь, что он не только красивый, но и дерзкий и будет за нас рвать, когда займёт место Небензи.

— Влад, — наклоняюсь к нему и тихо шепчу, — а где мулаточка? Почему больше нет девушек?

— Хал, ахи, моя женщина хочет твою Терезу!

Пробиваю его в бок и зло зыркаю.

— Не смею отказывать, моя госпожа! — ослепительно улыбается принц.

Они издеваются надо мной?!

— Детка, это мой день рождения. Были бы у парней девушки постоянные, нет вопросов, а сажать за один стол с тобой кого попало, — Влад качает головой и мимикой даёт понять, что это не круто.

— Но ты запомнил, как её зовут!

Влад улыбается, притягивает меня к себе и целует в висок.

— Зай, мне не нравятся китаянки, арабки, мулатки. Мне не нравятся европейки и азиатки. Не нравятся латиноамериканки и островитянки. Я люблю Аню Кузьмину. Понимаешь? — Говорит так серьёзно, что мне уже даже в шутку не хочется его подначивать.

Подлезаю к нему под толстовку и обнимаю. Чмокаю в мои любимые углы челюсти.

Я уже тоже хочу домой с ним.

— Котики, в пятницу дерби, придёте? — Обращается к нам Эльдар.

— Ань, любишь футбол? Хочешь на матч? — Спрашивает Влад.

— Я никогда не была. И не смотрела, но я бы сходила. Что такое дерби?

— Это когда две команды из одного города играют. Или два принципиальных соперника, — объясняет Эльдар.

— Поняла. Хорошо.

— Братья, — встаёт Халид, — я поговорил с Платоном и принял решение остаться в Москве на неделю. Мне очень у вас нравится, и я не хочу от вас улетать!

Никита с Эльдаром сразу начинают ему предлагать разные движения, и вроде как принц решил избавиться от охраны и оторваться у нас по полной.

К пятому курсу я уже еле шевелюсь. Не представляю, как мы ещё на ужин к родителям поедем.

А нам всё выносят и выносят новые блюда.

Очень забавно наблюдать, как нам постоянно меняют салфетки, фужеры и тарелки.

Явно намного чаще положенного. Понимаю, что всё дело в пятерых очень завидных парнях, и хостес не могут придумать, как ещё перед ними помелькать.

Меня же постоянно смеряют оценивающими взглядами.

К концу дегустации к нам выходит шеф, и Влад шепчет мне, чтобы я делала контент.

Я записала кружки с нашим всемирно известным поваром и Халидом, который пел ему оды, с Фарой, с Авером, который тоже напросился на мини-интервью.

Потом выложила эксклюзив с обрывками поздравлений Влада. Друзья его любят и уважают.

А как его не любить?

Да и мне его кореша нравятся, все по-доброму подкалывают друг друга и постоянно ржут. Понимаю, что с парнями мне намного комфортнее, чем с девочками.

Может, у меня и друзья теперь появятся. Влад как будто вошёл в мою жизнь и раскрасил её в яркие цвета.

— Аня, а у тебя есть свободные подружки? — Обращается ко мне самый спокойный и серьёзный Платон.

— У меня нет подружек, Платон, — я сначала смущаюсь, это моя больная тема, а потом осознаю, что мне всего хватает, и я расплываюсь в улыбке, глядя на Влада, — вот мой единственный лучший друг и мужчина.

Влад ржёт и предлагает разместить Платона в телеге с объявлением о поиске хорошей девочки для будущего дипломата.

Парень соглашается, Авер вызывается написать объявление, я его публикую, и в итоге от шквала уведомлений я ставлю авиарежим.

— Мне очень понравились твои друзья, — говорю Владу, когда мы расходимся и уезжаем к родителям.

— Я рад, зай. Это важно для меня. Знаешь, там в школе было очень жёстко, а мы были совсем маленькие, но благодаря друг другу справились.

— Завидую вам. Представляю, какие вы умные после вашей Хэрроу.

— Зай, эта школа не столько для получения знаний, сколько для обретения связей. Да и все учебные заведения для этого. Я дружу с будущим султаном и бил морду какому-нибудь будущему премьеру Великобритании. В этом суть.

— И Платон бил? — Смеюсь, представляя, как ему теперь будет сложно выстраивать карьеру.

— Ага. Мы держали в страхе весь наш курс.

— Вот против тебя и ввели санкции, хулиган!

Влад делает брови домиком и тянется в карман за звонящим телефоном.

— У меня для тебя подарок, — протягивает Влад свой телефон.

Я включаю видео, уже понимая, что там.

Но когда я вижу зарёванную Кристину, жутко испуганную и в ужасе, сердце сжимается.

Конечно, Влад стёр все воспоминания своей любовью, но когда перед глазами предстаёт почти такая же ситуация, старые чувства сразу же явно всплывают.

Девочка сидит на стуле в окружении парней в балаклавах и извиняется. Перед Владом и передо мной.

Говорит, что ей написали ночью во время показа Яны Раскаваловой. Сразу после первых фотографий, где они сидят рядом.

Заплатили в биткоинах и присылали четкие задания. А также подарки, чтобы она их выставляла и достоверно изображала отношения.

Фото с похожим парнем она просто скачала.

Девочка на видео передаёт свой ноутбук и телефон и говорит, что искренне раскаивается.

Мне её жаль. Настроение падает на дно.

Всё было так хорошо, и вот Влад опять жестит.

— Влад, я рада, что всё прояснилось, но ты перегнул. Это жесть. Надеюсь, они её не лапали, как ты меня!

Отворачиваюсь к окну. Не хочу на него смотреть.

— Аня, я не перегнул. А если бы ты, видя все эти фальшивые фотографии, что-то сделала с собой? А если бы она тебя до нервного срыва довела? — Влад тянет ко мне руку и поглаживает. — Мне Авербах рассказал, какая травля была в паблике академии. И тебе, и этой Кристине, и всем студентам надо чётко понимать, что каждое действие имеет последствия. Им я тоже доходчиво это донесу. Не сомневайся.

— Ты что, к каждому комментатору отправишь Росгвардию?

— Если понадобится, отправлю.

Меня всё ещё не отпускает неприятные ощущения от вида Кристины, но я понимаю, что Влад хотел сказать и смягчаюсь.

Я действительно моментами ловила такое чувство отчаяния, что мне было страшно.

Если бы не эти фото с показа и букет, я бы ему позвонила раньше и смогла сама помириться. Я же хотела, но она меня настолько добила, что никаких сил не было.

Меня ревность и чувство обиды так накрыли, что я не могла справиться с собой. А если бы не было поддержки моих и его родных, то мне даже страшно представить.

И в конце концов мне невероятно приятно, что он готов всех ради меня заткнуть.

Это совершенно особое чувство какой-то защищённости.

Разворачиваюсь к нему, перелезаю через широченную консоль с холодильником, разделяющую нас, и сажусь к нему на колени.

Так и доезжаем до дома его родителей, прижавшись друг к другу.

Включаю телефон написать Дане, что буду поздно, и не могу справиться с уведомлениями.

Благодаря друзьям Влада у меня уже сто три тысячи подписчиков. Я в шоке. Утром было шестьдесят четыре тысячи.

— Смотри сколько подписчиков, ты гений! — Протягиваю ему телефон и делюсь радостью.

— Я же говорил, — ухмыляется, — всё. Мне прислали переписку этой Кристины и крысёныша. Писал с незарегистрированного номера, но я его по стилю письма узнал. Его фразочки. Чмошник. Ему конец.