Он Мной Одержим Навеки

Глава 50

— Папуль, — кидаюсь на шею к папе.

— Моя маленькая, — папа крепко меня обнимает.

Любопытство распирает, мне очень хочется узнать детали, но я сдерживаюсь и просто радуюсь папиной свободе.

— Так, ну всё, времени мало, — вклинивается мама.

— В каком плане мало? — отстраняюсь от папы и с опаской смотрю на родителей.

— Мы в шесть утра улетаем с мамой на какое-то время, — говорит папа и трёт переносицу, — скоро за нами машина приедет.

— Улетаете? Куда? Ты не под домашним арестом?

— Нет, нет. Дело было не во мне, — говорит папа мягче, — но Ананьевский всё равно сказал пока улететь в Дубай. И предоставил самолёт.

— Константин Юрьевич? — ошарашенно смотрю на папу.

— Да. Он меня лично встретил. Я буду у него работать, Аня, — папа вздыхает, — мировой мужик. И очень тепло о тебе отзывался.

Папа будет работать на Константина Юрьевича? Я думала, что он не согласится…

Зачем это Ананьевскому?!

— Да, пап. Мировой… А когда вернётесь?

— Дней через десять. Две недели максимум. В общем, как и планировали. Немного от графика отбились. Счета пока будут заблокированы. Я оставил на столе вам деньги с Даней.

— Да, Анют, не переживай. Ты у нас умничка. Кто бы мог подумать? Такая молодец, — мама вздыхает, — но не забывай закрывать ставни!

— Помню, мам, помню!

Когда вижу, что за родителями приехал водитель Константина Юрьевича, волнение немного угасает.

Мама ещё раз повторяет заезженную пластинку про ворота, ставни, сигнализацию и окна. А также даёт уйму поручений.

— Бро, знаешь, что слышал? — заговорщически говорит Даня, как только машина скрывается за поворотом и мы заходим в дом.

— Что?

— Папа был на Лубянке сутки, — многозначительно смотрит, понижая голос, — под Фёдорова капают. Папа может с ним потонуть, поэтому идёт к Ананьевскому. Там большие бонусы.

— Подслушивал?

— Да, — самодовольно отвечает, — слушай, может, мне панамеру тогда возьмут?

— Дань, ну ты серьёзно? — закатываю глаза и иду к себе.

Какой же он маленький ещё. По-хорошему, ему летом тоже надо устроить какую-то школу жизни. Нельзя оставаться таким инфантильным, когда в семье такие обстоятельства.

Пока моюсь в душе, звонит мама. Не выключая воду, отвечаю. У них всё хорошо, взлетают через пять минут. Мама в полнейшем шоке от самолёта. Того самого…

Кладу трубку, сажусь на горячую мозаику и реву. Не могу больше…

Тело содрогается от рыданий и дрожи. И горячий тропический душ не помогает.

Немного успокоившись, вылезаю. Закручиваю волосы в шелковую чалму, наношу сыворотку, плотно зашториваю окна и включаю кондиционер на семнадцать градусов.

Мне нужен качественный сон, иначе я скоро свехнусь.

Просыпаюсь внезапно. Впервые за неделю чувствую бодрость и ясность ума.

Проверяю телефон. Нахожу сообщение от мамы, что они прилетели и всё в порядке, отвечаю ей и выхожу из чата. Среди неотвеченных вижу сообщение от незнакомого номера: «Он в Москве. Прилетел».

Номер самый обычный, аватарки нет. Отправлено в одиннадцать утра. Ничего не отвечаю, но чётко осознаю, что я проверю слова Константина Юрьевича и заявлюсь к нему.

Если я что-то и извлекла из общения с ними, что надо быть решительной и смелой. Слишком долго я плыла по течению. Течение же в моих руках.

Завтра у него день рождения, и я намерена поздравить его первая. Прямо в полночь.

Не завтракая, еду в Москву. Выстраиваю маршрут на Патриаршие. Мне нужно в ресторан, в котором у нас было первое свидание. Провокационные эклеры и пироженые будут вместо праздничного торта.

Купив пироженые, возвращаюсь к машине и в одной из витрин вижу своё тайное оружие. Ухмыляюсь и захожу в бутик нижнего белья.

Вспоминаю его фразу во время обыска, что моё бельё такое же унылое, как и я.

Что он на это скажет?!

Девушка-консультант явно меня узнаёт, но старается этого не показывать.

— Добрый день! Мне нужно что-то дерзкое. Под кожаный плащ, — быстро выпаливаю, пока не передумала.

Девушка кивает, осматривает меня и предлагает мне разные комплекты. Я с интересом смотрю на ассортимент.

Я такое и не видела никогда. Смотрю на комплекты из кружева и шёлка, но выбираю из прозрачной сетки с какими-то барельефами.

Примеряю верх и беру несколько вариаций, дома спокойно определюсь.

— А такое платье прозрачное не хотите? Оно очень эффектно смотрится.

— Хочу.

Я так расхожусь, что покупаю очень много. Корсетные пояса, корсетные бра, различные шорты, боди, пояса. Всё такое откровенное. Со стрепами, цепочками, разрезами.

Кладу пакеты рядом с собой на пассажирское сидение и всю дорогу до дома с любовью смотрю на них. Я уверена, что меня сегодня ждёт успех.

Заезжаю в торговый центр, долго брожу, но наконец нахожу отдел праздничных товаров и покупаю разные стильные свечки для пироженых.

Домой возвращаюсь уже вечером. Полтора часа провожу в ванной и ещё час примеряю свои приобретения. Выбор очень сложный.

Но в итоге останавливаюсь на прозрачных слипах с открытой паутиной на попе и прозрачном бра с корсетом. Накидываю плащ, встаю на каблук и игриво высовываю ногу в разрез.

Я бы сама не устояла. Самодовольно смотрю на себя, обдумывая, нужен ли мне макияж. Не нужен! Заплетаю высокий хвост и собираю одежду на сменку.

Уже десять вечера, скоро надо выезжать.

От сборов меня отвлекает телефон. Уведомления сыпятся одно за другим.

Предложка телеграма. Сажусь на кровать, делаю вдох и открываю.

«Халид бен Тарик Аль Саид неожиданно добрался до России: оманский принц прилетел в Москву поздравить наследника «Севрустали» Влада Ананьевского. Молодые люди в компании друзей замечены за ужином в ресторане «Белуга». Надеемся, шеф Евгений Векеньтьев сможет удивить принца своим легендарным курсом».

Просматриваю десятки одинаковых сообщений и фотографий. Надеюсь рассмотреть Влада, но их фотографируют издалека. А ещё у принца много охраны. Влада узнаю только по возвышающейся над всеми бритой голове.

Быстро читаю комментарии, столичные девушки явно перевозбудились от приезда такого гостя.

Опрокидываюсь на кровать. Нахрен этот султан прилетел? Все планы мне нарушил. С другой стороны, я же могу поехать к Владу и просто ждать его дома.

Просто поеду позже.

— Видела? — заглядывает ко мне в комнату брат.

— Видела…

— Что делать будешь?

— Собираюсь поздравить его сегодня.

— В этом костюме Блейда? — Даня с сомнением смотрит на мой плащ.

— Да! В этом! — раздражаюсь. — Свали, Дань!

— Да свалю скоро. Если вдруг передумаешь, можешь со мной поехать в «Газгольдер».

Достаю телефон и залезаю в профиль к Кристине. Надо и её проверить.

Последняя сторис девицы, где она крутится в ультракоротком платье перед зеркалом.

Подписана «Night out».*

*-Тусовка.

Они же могут поехать развлекаться дальше…

Значит, и я поеду!

Иду в ванную краситься. Глаза перекрашиваю несколько раз и постоянно мониторю телегу.

Осматриваю гардеробную и понимаю, что у меня нет ни одного подходящего образа. Платья Яны слишком нарядные, а одежда для универа слишком формальная.

Надеваю подвеску в виде зайки и дальше пытаюсь что-то придумать.

Телефон опять брякает. Тем временем уже первый час ночи, что-то я припозднилась.

Открываю приложение.

Последнее сообщение: «Девочки, налетаем. Принц в компании друзей и роскошных девушек замечен в ночном клубе «Родина». Кто попытает счастье?»

Смотрю на фотографии. Влад, этот шейх, мой новый знакомый Эльдар, рэпер Фара и ещё какие-то парни поднимаются по белой лестнице с девушками наверх. Рядом с Владом и его султаном высокая блондинка и яркая мулатка.

С остальными мальчиками типичные оттюнингованные брюнетки. Я даже не различу, кто из них Кристина.

— Дань, Данечка, — забегаю в слезах к брату, — пожалуйста, умоляю, отвези меня в «Родину»!

— Ой, бля, бро, забей, а!

— Данечка, мне очень надо! Мне просто надо там оказаться!

— Ань, меня кореша ждут. Вызови такси.

Даня абсолютно равнодушно собирает вещи в комнате и выходит.

Одна я не могу поехать. Я вообще никогда не была в клубе. Что я там буду делать? Да и надеть мне нечего…

С убитым в ноль настроением плетусь в гостиную и закрываю мамину любимую ставню. Проверяю все окна и ухожу наверх. Сил смывать макияж и переодеваться нет.

Выключаю свет и просто заваливаюсь на кровать. Глушу уведомления и слушаю оглушающую тишину.

Мулатка… Кристина… Блондинка…

Потусил в Омане, приехал в Москву теперь кутить. А этот принц чванливый только рад предоставить доступ к своему гарему. И Авербах этот со своими заверениями пустыми.

Всем очень хорошо, пока я здесь каждый день помираю… ненавижу!

Тяжело дышу, чувствуя, как ярость разливается по венам. Накупила белья, дура… какая дура!

Прикладываю все свои усилия, чтобы больше не читать телеграм.

Вдруг тишину нарушает странный звук. Как будто ворота затряслись. Вслушиваюсь в тишину и понимаю, что кто-то тяжелой поступью бегает по моему участку.

Мамины наставления и предостережения мигом всплывают, и меня окатывает страхом. Шаги приближаются, и я уже слышу их на террасе под своим балконом. У меня тут наличка, украшения... Удачно заглянули.

А ещё у меня настежь открыта балконная дверь…

Если я сейчас выбегу из комнаты, будет слышно? Сто процентов…

Со стороны террасы звуки становятся громче, и трясется пергола. Надо бежать в подвал. И вызвать полицию. И охрану посёлка.

Я понимаю, что мне надо срочно встать с кровати и максимально тихо выбежать из комнаты, но страх парализовывает.

Пиздец. Тусит с мулаткой, пока меня одну грабят тут… Еще и изнасилуют впридачу.

Меня таким адреналином накрывает. Да похер. Пусть делают со мной что хотят! Я ему сейчас позвоню, и пусть слушает! Да! Будет до конца жизни жалеть!

Снимаю блокировку с телефона и набираю Владу. Прислушиваюсь к звукам на балконе и к гудкам, которые не идут.

Я не дышу, не шевелюсь и даже не моргаю.

Внутри такой ком из обиды, страха, чувства несправедливости и решительности, что мне кажется, что я сейчас взорвусь.

Облизываю пересохшие губы и не понимаю…

Из телефона идут гудки, а под балконом играет до боли знакомая мелодия.

Мгновенно вскакиваю, пересекаю комнату, порывисто дёргаю штору, сношу москитную сетку и выбегаю на балкон.

— Ананьевский, ты идиот?