Семь драконов Ниларской принцессы (СИ)

Глава 15. Три задания

Князь Каннат уснул, Таймгар, не просто побелевший, а посеревший от переживаний, ушел из его комнаты, оставив князя на других драконов. Я же, понимая, что еще немного, и мне захочется завыть, перебралась в ту комнату, которая когда-то была моей… А может быть, так и не была, просто мне хотелось в это верить. Мне вообще много во что хотелось верить: что все закончится хорошо, что всё вообще закончится!

Всё это было по сути один непрекращающийся кошмар, он никак не мог закончиться, он никак не мог разорвать оковы этих страшных будней, я была пленницей этого замка и вместе с тем его хозяйкой. Я не могла убежать от собственного плана, я не могла от него отступиться, я была вынуждена двигаться строго в рамках того, что придумала сама, в рамках той иллюзии, что вольно или невольно создала.

Я была, даже не знаю, как сказать, мне было больно, мне было страшно, я не знала точно, что мне делать дальше.

В этой истории я могла порадоваться только за Таймгара. Счет его жизни был закрыт. Хотя, если так подумать, я не была уверена в том, что получившийся итог его порадовал. Да, счет был закрыт. Да, он сам позаботился о том, чтобы мучитель его сестры закрыл его. Вся боль, каждая её слеза вернулись ему сторицей.

С другой стороны, даже мне, присутствовавшей в сознании князя очень условно, было страшно. Я не хочу знать, что в этот момент пережил мой фиолетовый дракон.

Сейчас ему, как никому другому, нужно было отдохнуть, набраться сил, успокоить мысли и разум, выдохнуть. Но вместе с тем, этого было делать нельзя. Нужно было заставлять его двигаться, что-то делать, чтобы то, что он пережил, не отложилось в его памяти и душе неподъемным грузом.

Интересно, если сейчас начать войну, поможет ли ему это? Не слишком адекватно начинать войну, ради того, чтобы одному дракону стало легче. Но, кажется, со мной происходило что-то страшное. У меня было такое ощущение, что душа князя Канната не исчезла. Она была со мной, она была внутри меня, стала частью меня.

То, что я делала, меня пугало. И чтобы не погружаться в этот страх, мне нужно было делать, постоянно что-то делать! Помогала даже глупость, вроде того, чтобы прыгнуть с башни или искупаться в дворцовых фонтанах! Кто упрекнёт привидение?! Ещё мне хотелось собрать все книги князя Канната по кровавой магии и сжечь их. Или найти заговорщика и сообщить, что на самом деле князь мёртв. Или! Ну, хоть что-то!

Но… где взять на это силы? Где взять на это уверенность в себе?

Должна ли я поступать именно так, как задумала? А не наврежу ли я этим тем, кто мне дорог? (Как будто таких много).

Если Ритани не ошибся, если мой дед действительно жив, то мне совсем не нужна помощь драконов. Я могу воспользоваться силой медовой провинции! Мне нужно прийти к деду и попросить его о помощи…

Но хотела ли я просить помощи? Хотела ли я опираться на чужие силы, чтобы достичь того, о чём мечталось?

Я хотела Свободы. С самого начала во всех политических игрищах я была разменной монетой, пешкой, сброшенной с доски. Если император-отец узнает, что я жива, он вернёт меня в клетку. И я никогда не смогу стать той, кем мне действительно хочется быть…

Воспользоваться силой драконов? Чтобы сбежать, сбежать так далеко, где меня никогда-никогда не найдут! Да, так было можно. Но я не знала, хочу ли я использовать драконов.

Они были для меня чужими. Каждый из них стал по-своему моим убийцей. Я вполне могла отомстить – причинить им боль, разрушить их личность, их судьбы, но я не хотела этого делать!

Всё было нагромождением случайностей. И то, что я оказалась здесь, и то, что они были здесь…

Хотя, кстати, вот нет. Единственным, кто подписал мне смертный приговор – был император Ниларии, и только к нему можно и нужно было предъявлять счёт.

Тихий шорох отвлёк меня от размышлений.

Сев на кровати, я воззрилась на… вошедшего Ритани. Итак? Эльф был в меру мрачен, в меру спокоен, и что-то в его глазах мне категорически не понравилось.

Что-то было в этом неправильное. В том, как он шёл ко мне, в том, как смотрел. Пренебрегать своей интуицией я бросила ещё в самом начале, поэтому, отодвинувшись от края кровати, я глухо спросила:

- Ты кто?

«Ритани» остановился, не доходя до кровати. В его глазах… да, я не ошиблась. Ненависти там не было, там была прямая угроза.

- Не знаю, кто ты, - заговорил он мягко, хриплый голос гостя звучал совсем не по-эльфийски, зато угроза была поистине палачевская. Ощущение было такое, словно надо мной повис молот бога войны, и вот-вот рухнет, погребёт под собой. Немного пугающее ощущение. С другой стороны, здесь и сейчас я была в бестелесной форме, а тот, кто пришёл – не обладал силой тьмы, в отличие от настоящего Ритани.

- Могу сказать то же самое, - улыбнулась я вежливо. – Понятия не имею, кто ты. Поэтому… поскольку я дама, может быть, начнёшь с того, что представишься?

- Не думаю, что ты «дама». Мёртвые, как известно, титулов не имеют.

- А живые растеряли последние правила вежливости и этикета? Очень «вдохновляет», признаться. Итак, значит, представляться ты, аль главный заговорщик не желаешь. Хорошо. Так и запишем. О, не спеши пугаться, не кровью. Завяжу узелок на память.

«А потом припомню», - последние слова я не сказала, хотя очень хотелось, так же, как захотелось послать этого самого заговорщика далеко и надолго и оставить Каннаританию себе. А что! Из меня получился отличный князь. Устрою ещё пару амнезий, найду «невесту», на ней счастливо «женюсь». Потом князя убью, а его «женой» останусь править здесь.

Ой, вот это я нагородила что-то совсем страшное. Лучше без этого бы обойтись. К тому же, сдалось мне это княжество. Я только несколько минут назад думала о том, что мне свободы хочется, возможности быть той, кто я есть, возможности поступать так, как мне того хочется. А окажись привязанной к какому-то княжеству, и что? Нет, в самом простом-то плане – ничего, почёт, уважение, слава, деньги, психи. Много психов. Но вместе с тем, пустота в душе, страх от каждого дня и оковы, которые не сбросить и с которыми ничего абсолютно не сделать!

Нет уж. Надо держать себя в руках, надо не говорить лишнего, выключить свою ярость. Она тут как бы не к делу.

- Не такая уж и тихоня ты, мёртвая принцесса.

- А мёртвым не обязательно быть «мёртвыми» и в душе. Вполне можно быть такими, как хочется, - сообщила я равнодушно, - у тебя какие-то с этим проблемы, аль незваный гость?

- Нет, просто думал, что ты должна быть совсем другой.

- Думать вредно.

- Вот и выполняй свое пожелание, принцесса. А ещё лучше – затихни. Тебе не так уж и много времени осталось, затихни, забейся куда-нибудь в угол и просто проведи это время, не мешаясь под ногами.

- С чего бы? – удивилась я. – Кажется, у нас был уговор.

- Я его разрываю. Посмотрел на тебя и могу заключить, что это совсем глупая идея. Ты ничем не поможешь, только глупостей натворишь.

- Глупостей? – уточнила я недоумённо, потом потянулась. – Слушай, аль заговорщик. У меня есть свои планы и, собственно говоря, участвовать в твоих планах я согласилась только по одной простой причине – они созвучны моим планам. Вполне могу не участвовать, но, если я где-то перейду тебе дорогу, никаких проблем и претензий ко мне.

- Что может мне сделать мёртвая принцесса? – уточнил «Ритани», усаживаясь на кровати напротив меня, я сдвинулась ещё немного, прижалась к стене. Ещё немного – и мне придётся провалиться через стену, только чтобы оказаться подальше от этого типа. Я не знаю, что у него за сила, с тем учётом, что силы тьмы у него нет, но зато есть другая! Та, которая куда более страшная и опасная! Он может заставить исчезнуть любого призрака. Так что если вдруг попробует воспользоваться своей силой на меня, сразу станет понятно, что я не настоящий призрак! И вот это уже будет большой бедой!

- Наверное, мало что, а может быть и много, - сообщила я весело, - знаете что, аль заговорщик, пойду-ка я от тебя, не очень мне хочется с тобой разговаривать. И более того, разговаривать нам не о чём. Если решите что-то передать, воспользуйтесь драконами? А то напрягает меня соседство с вами.

Отодвинувшись ещё немного, я уперлась спиной в стену. Так. Не поняла?! Я должна была проваливаться через неё вообще-то!

Скосив взгляд, я с ужасом увидела тончайшую мерцающую полоску! Он закрыл комнату своей силой!

- Пытаетесь от меня сбежать, принцесса? Давайте, заключим сделку? – и перешёл резко на «ты». - Мне бы хотелось уточнить кое-что у тебя. Ответишь на вопрос, получишь свободу. Не ответишь, пеняй на себя.

- Примените силу, аль?

- Да, - согласился заговорщик просто. – Понимаешь, принцессочка, ты безумно похожа на ненастоящую. Заявилась откуда-то, влезла с ногами и натворила дел. Вот зачем ты вмешалась?

- Все претензии к князю Каннату, а также к его палачу, который помог меня доставить сюда, к драконам, которые не смогли меня уберечь, к тебе самому, что не закончил свой заговор до того, как я очутилась здесь. В общем….

- Виним кого угодно, но только не себя? – усмехнулся насмешливо «Ритани». – Знаешь, принцессочка, самая виноватая здесь ты. Уже только потому, что ты здесь появилась, ты устроила столько проблем, что не передать словами!

- Можно не передавать, если я этого не узнаю, не буду переживать.

Эльф скрестил на груди руки, потом вздохнул:

- Почему я не успел раньше? Какая бы из тебя княгиня получилась!

Пожав плечами, я положила ладонь на преграду. Так, я вообще как-то выбраться, не очень сильно себя запалив, смогу?!

- Отвратительная. Живая принцесса – это такая кукла, глазками «хлоп-хлоп», и не более того.

«Ритани» промолчал, а потом завеса пропала.

- Что ж, раз мы ни до чего не договорились… можешь бежать от меня, принцесса, но в следующий раз, имей в виду, я не дам тебе сбежать. И более того, учти, попробуешь мне помешать – я сделаю так, чтобы ты перестала коптить этот мир досрочно. Мы поняли друг друга?

Кажется, этот тип собирался сказать что-то ещё. Не знаю, не слушала. Как только он утратил бдительность, я сделала самое разумное, что могла – просто сбежала!

Устроившись в той самой башне, где сидели драконы, в образе теневой кошки, я пыталась собрать все осколки того, что именно мне стало известно и пришло в голову. Пункт первый. Заговорщик, самый главный, сегодня был здесь, с самого начала. Он был в замке, раньше, сейчас он был тоже здесь.. Пункт второй. Я не знаю, почему он принял облик Ритани, но он допустил промашку в нескольких пунктах: не было нужной силы, неправильный голос и неправильная походка. Ритани был силён, но вот этот, подставной, был чем-то сверх этого. Пункт третий. На меня почему-то подействовали те чары, которые должны действовать на привидений – и это было плохо. Наконец, … что в моей башне делает Астарт? Оранжевый дракон князя Канната?

- Ваше высочество! – задрал эльф голову, найдя меня взглядом. – Пожалуйста, могу я Вас увидеть?

Дёрнув ухом, я помотала мордой. Нет уж, не хочу.

- Ваше высочество, если у Вас сейчас нет времени, я могу подождать. Мне нужна Ваша помощь.

Вот настырный! Да что это с драконами такое?

Спрыгнув вниз, я уселась, обняв хвостом передние лапы, помотала мордой:

- Что ты хочешь, оранжевый дракон?

- Вашей помощи, ваше высочество. Так получилось, что я догадался, чья именно кошка гуляет по дворцу. Даже несмотря на то, что Вас больше нет... кошка продолжает следовать за Вами. И единственное, что изменилось – это то, что пропало клеймо с её ушей.

Кивнув, какой догадливый, я наклонила морду:

- В чём ты ищешь моей помощи?

- Вы можете пройти в любое место? – спросил Астарт, перейдя мгновенно к делу.

Покачав ушками, я кивнула:

- Если там нет очень специфической защиты – в любое.

- А сможете найти… кое-что?

Я задумалась. Найти что-то? Он хочет, чтобы я нашла что-то очень конкретное? Что-то очень нужное? Что там Каннат думал? Что он перешёл этому дракону дорогу трижды. С сестрой, подругой детства и его девушкой? Так кажется? Соответственно…

- У нас есть общий враг, ваше высочество. Князь Каннат. Я очень надеюсь, что он умрёт. Желательно не очень быстро и очень мучительно, - оранжевый дракон улыбнулся от души. А меня мороз по коже продрал. Ой-ой-ой, что тут творится! Это насколько он ненавидит князя? Нет, не просто ненавидит, была бы возможность – он бы его тут на месте и убил, сразу же и мгновенно!!! Ой, отпустите меня отсюда, а? Неадекватность она заразная, а мне самого князя для этого заражения более чем достаточно!

- А я здесь причём? Вы же не предлагаете мне его убить?

- Что Вы, ваше высочество! Ни в коем разе! С этим я мог бы справиться и сам. Но на это у меня нет разрешения. Дело в другом. У князя есть неприятная особенность, он предпочитает сохранять память о своих любовницах и о своих жертвах. Всего лишь очень ценные для них, но совершенно бесполезные для него безделушки. Он называет безделушками даже то, что бесценно, и никогда, никогда их не возвращает. Так случилось с моей … семьей. Когда моя сестра убегала к нему на свидание, на её руке было очень… особенное кольцо для нашего рода. Когда нам вернули её тело, на её пальце кольца не было.

Кивнув, поощряя рассказывать дальше, я встала и двинулась вокруг Астарта, рассматривая его. Эльф остался совершенно спокоен, словно и не видел ничего особенного в поведении «моей кошки».

- Я не буду обманывать Вас, ваше высочество. Это кольцо – не просто безделушка. Она имеет высочайшую ценность для нашего рода. Это дар королевы Цитандеры, а вместе с тем – это кольцо-артефакт. С его помощью можно активировать колыбель жизни. Артефакт, сохраняющий жизнь наследнику рода. Сейчас… Я не могу быть наследником рода. А жизнь сына моей старшей сестры, который сейчас наследник, в серьёзной опасности. Нужна колыбель, а кольца – нет. Я хочу вернуть это кольцо. Шкуру князя я тоже очень хочу, но на это пока не было разрешения.

Кивнув, я двинулась в обратную сторону вокруг Астарта. Так-так-так. Колечко, да? Бродя в образе теневой кошки я ещё в первый день обнаружила кучу интересных мест. Но ничего такого, о чём говорил оранжевый дракон, не было.

Склад ценных безделушек?

Нет. Ничего подобного. У Канната в принципе не было ничего, что он считал безделушками. Но и склад «ценных вещей» содержал в себе то, что не очень вписывается в понятие того, о чём рассказывает Астарт.

Два варианта. Или он сейчас меня проверяет. Или он лжёт.

Причём, во втором случае, лжёт он не просто так, а с умыслом. И с посылом от того самого главного заговорщика, явившегося не далее как полчаса назад ко мне в образе Ритани. И если после того, как я сбежала – Астарта заслали, чтобы поймать меня в ловушку, то я выясню это очень быстро.

Вот только не через кошку. Мне придётся прийти самой.

Силуэт кошки дрогнул и распался. Я сгустила в углу тени, добавила немного света, искр, создала там маленькое облачко чего-то душного и в то же время эфемерного, распустила свою силу на всю комнату. Потускнели шёлковые золотые обои, лаковые дощечки на стенах потеряли свой внутренний свет, дрогнули хрустальные подвески люстры, и немного просела мебель, словно состарилась за одно мгновение на несколько десятков лет.

А потом из угла шагнула я сама.

Времени, чтобы приводить себя в порядок, не было. Поэтому я шагнула в комнату в своём будничном варианте. В простом платье, с неприбранными волосами, босыми ногами и… кровавыми пятнами.

- Прошу прощения за внешний вид, не хотела, чтобы Вы, аль, подумали, что я ушла. Так что… скажите мне только одно, зачем Вы меня обманываете сейчас? Не знаю уж, были у князя или нет такие порочные наклонности, но вот склада с такими вещами моя кошка точно не находила, пока бродила во дворце. К тому же, колыбель жизни, особенно эльфийская, не нуждается в артефактах-ключах. И, наконец, королева Цитандера не могла подарить никому кольцо, поскольку это могло расцениваться в единственном ключе – как предложение о заключении брака. И такую историю давно бы раздули до самых небес. Поэтому, прошу, хватит мне вешать лапшу на уши, они не эльфийские, для этого не предназначены. И давайте ближе к делу.

Астарт подавился воздухом и радостно расхохотался:

- Принцесса, да у Вас тяжеловесный характер Вашего отца, гореть бы ему ещё при жизни на кострах жрецов бога войны! Что ж, двумя заданиями меньше.

- Заданиями?

- Мне дали три разных существа три задания. Одно из них было выяснить настоящая ли Вы принцесса Медуница. С тем учётом, что только Ниларский император позволял себе фразу «длина эльфийских ушей создана для развешивания лапши», Вы определённо настоящая. Второе задание было выяснить – действительно ли Вы мертвы. Знаете, у того, кто решил устроить переворот в этом маленьком княжестве, поистине извращённый ум. Не могу понять, почему он решил, что Вы можете быть живой. Возможно, его смутила разница в том, как Вы выглядели, когда Вас забрали из дворца императора, и той, кем Вы стали, перейдя черту смерти. Наконец, третье задание – самое сложное. И самое простое. Мне велели передать Вам простые слова: «У тебя не так много времени, как ты думала. Количество песка в твоих часах сократилось».

Я не догадалась, о чём идёт речь ни с первого, ни со второго раза. Наверное, нужно было сосредоточиться на чем-то конкретном, попробовать прикинуть, но…

- Аль, скажите мне только одно, с чего вдруг Вы решили выполнить эти задания? Насколько мне известно, оранжевый дракон отличается редкостной самодостаточностью. Он делает только то, чего ему самому хочется. Более того, он действует только так, как ему выгодно. Так в чём же выгода ваша, аль, в этом случае?

- Просто Астарт, принцесса. Я хочу, чтобы Вы мне помогли.

- В чём будет моя выгода?

- Я принесу Вам присягу.

- Ради чего-то непонятного? Того, не знаю что? – удивилась я от души. – Лэр Астарт, так не бывает. Правда, не бывает. Нет, вы не хотите меня обмануть, сейчас и здесь. Но вместе с тем, вы поставили всё, что у вас было, на одну карту. И эта карта – я.

- Никто никогда не смел отказать вашей семьей в уме. Да, принцесса. Я хочу вашей помощи. Действительно вашей помощи.

- И что же вы попросите меня сделать?

- Я попрошу сделать то, что несовместимо с честью представительницы Ниларской империи. Я хочу попросить у вас то, что «леди не положено». Я хочу, чтобы вы помогли мне совершить мою месть. Я хочу, чтобы вы помогли мне украсть.

Удивления я особого не испытала.

- Не только аристократке-принцессе, но и светлому эльфу не положено, - напомнила я мягко. – Это, скорее, то, что в принципе не может прийти в голову ушастым святым. Если уж Вам пришло это в голову, то ситуация чрезвычайная и требует немедленных действий. Причем в такой компании, которую в обычном состоянии, никому бы не пришло в голову связать с вами, а значит и позаботиться о том, чтобы защититься. Итак… Присаживайтесь, лэр Астарт. И попробуйте меня заинтересовать.

Эльф смотрел на меня серьезно.

- Чтобы получить результат от вашего отца, принцесса, надо врать. Чтобы вы выслушали, нужно рассказывать правду. Я бы… если бы я был вашим отцом, братом, вашим возлюбленным, я бы не сказал ни слова. Но я ищу вашей помощи, поэтому я расскажу вам это. Всю историю, от начала и до конца.

Я поощряюще кивнула, стараясь справиться с ощущением, что сейчас опять услышу что-то, чего слышать мне не следовало бы.

Астарт устроился в соседнем со мной кресле, нервно вздохнул:

- Чтобы ни приписывали князю Каннату, среди этого нельзя добавить двух определений: «насильник» и «убийца». Он никогда не насиловал девушек и никогда сам не убивал их. Но в его свите… были и есть эльфы, для которых нет обычных моральных запретов. Мою сестру звали Кристабель, я её любил, любил до безумия. Возможно, даже немного больше, чем просто «до безумия». Я любил её так… как не стоило бы любить. Я старался бороться с этим чувством, отдалился насколько мог. Наделал бед. И упустил…

- Она попала на глаза князю Каннату, - поймала я волну рассказа, забираясь с ногами на диван.

- Да, - хмыкнул Астарт. – Она показалась ему достаточно «миленькой» и «обнимательной». Девушки… именно девушки этих категорий оставались в его комнатах на ночь, он крепко-крепко их обнимал, укутывал в одеяло и рассказывал сказки. Он не трогал девушку ни словом, ни взглядом, ни единой пошлости, ничего. Только страшные сказки, от которых даже у закаленных в боях воинов вставали дыбом волосы. И знаете, принцесса, что самое страшное? Он сочинял их сам. Где-то в глубине его души оставалась искра света. Что-то, что не давало ему окончательно скатиться в бездну своей кровавой магии. А потом моя Криста попала на глаза одному эльфу из его свиты. И он её забрал. Он её убил… В ту ночь на пальце моей сестры было простое кольцо, из живого четырехлистного клевера. Это кольцо ей создал я. Вырастил из живых растений и надел ей на палец, ещё когда был совсем мелким, когда ещё не знал, что моё «вырасту и на тебе женюсь», никогда не станет правдой. Она умерла. А кольцо осталось у этого ублюдка. И не просто осталось. В кольце было столько магии, столько света и любви, что оно само по себе стало могущественным артефактом и сейчас защищает его. Я хочу вернуть это кольцо. Я хочу, чтобы оно было … с моей сестрой. Даже в посмертии. Особенно в посмертии. Я верю, что души перерождаются. Я знаю… это. Я был однажды у кольца перерождения Привратника. Убитая своими же, душа моей сестры может возродиться только человеком. Я хочу, чтобы у меня был шанс её найти. Эгоистично и так по-человечески, правда?

Я молча смотрела на эльфа. Больше не было маски высокомерия, был бесконечно усталый и раздавленный мужчина, потерявший женщину, которую любил. И было неважно, что их души родились в одной семье. Не на Альтане, где и у орков, и у эльфов, и у людей было перерождение, раз за разом, раз за разом.

Те души, что преступили запрет и растворились в любви друг к другу, в следующей жизни рождались близнецами или родными братьями и сестрами. Здесь и сейчас я должна была отказать Астарту, сказать ему, что эта любовь не приведет ни к чему хорошему, что она уже – наказание для них из прошлой жизни.

Но кто я такая, чтобы судить других живых?

И почему я должна пойти против того голоса, что сейчас надрывается во мне, плачет и умоляет: «Не отказывай, не рушь эту любовь, не надо?!»

- Хорошо, - кивнула я. – Кого мы будем грабить?