Сердце Кровавого Ангела. Дилогия

Глава 10

Аден

Мира… Я мысленно пробовал это имя на вкус, глядя на спящую на заднем сидении машины девушку. Такая беззащитная, хрупкая, словно стебелек едва распустившегося цветка. Ее хотелось укрыть от всего мира, защитить, спрятать, чтобы больше никто и никогда не смел причинить боли, даже коснуться.

Да что со мной такое?! Нет, я и раньше увлекался женщинами, причем порой чувства были достаточно сильными. Но никогда при этом не обволакивала душу такая щемящая нежность, а сердце не вело себя столь странно: то едва не выпрыгивало из груди, то почти останавливалось.

Уже и не думал, что вообще могу испытывать такого рода чувства. Слишком много лет живу на свете, слишком многое повидал и слишком хорошо узнал человеческую натуру, чтобы свыкнуться с мыслью, что одиночество предпочтительнее.

Мне тысяча двести сорок пять лет. Немногие из моей расы вообще доживают до такого возраста, сознательно выбирая смерть или сходя с ума от такой длительной жизни. Когда живешь так долго, мало что способно по-настоящему заинтересовать. Многие ищут смысл существования в борьбе за власть или развлечениях, постоянном поиске новых впечатлений. Для меня спасением стала работа, но в последние годы и она не приносила должного удовлетворения.

Хотя я давно уже не помышлял о смерти. Может, из-за того, что одиночество не казалось таким уж тягостным. Я искал в нем спасения после очередных разочарований в тех, кто меня окружает. Методично заковывал сердце в ледяную броню, чтобы оно не стремилось к несбыточному. И вот, при одном взгляде на эту девушку на приеме броня пошла трещинами, и с каждой минутой те все расширялись, грозя оставить сердце совершенно беззащитным и уязвимым. Я не хотел этого. Слишком хорошо помнил, чем все закончилось в тот раз, когда настолько позволил себе отдаться чувствам. И как больно было потом, когда в это обнаженное, беззащитное сердце вогнали нож по самую рукоятку. Как сильно хотелось умереть и как отчаянно я искал смерти.

Тогда мне повезло встретить Дерека, который стал верным другом и спутником в течение долгих лет. Его насмешливый оптимизм, умение называть вещи своими именами и способность никогда не отчаиваться стали именно тем, что мне тогда было необходимо. Он был на триста лет младше меня, но казался мудрее и опытнее во многих вещах. Может, из-за того, что никогда не позволял себе жить прошлым и долго в нем копаться.

Я взял с соседнего сиденья новый мобильный телефон и стал задумчиво вертеть его в руках. Именно Дереку собирался позвонить и попросить о помощи, хотя сам уже столько времени его отталкивал. И тот имеет полное право отказать, послать меня к черту. Нет, после нашего окончательного разрыва мы все же поддерживали связь. Когда Дерек решил заняться развлекательным бизнесом в Мирграде, я помогал ему уладить формальности. Мы иногда созванивались и говорили о делах, если бывшему другу требовалась помощь. Как советник, я мог быть ему в этом полезен. Именно это позволило надеяться, что Дерек все же поможет. Хотя прекрасно понимал, что вещи немного разные. Помогая мне сейчас, бывший друг рискует собственным положением, которого так долго добивался. Разве я имею права требовать от него такое за чисто символическую помощь, которая не потребовала от меня особых усилий?

Но мне и правда особо не к кому было обратиться. Губы тронула горькая улыбка. Меня окружало столько мнимых друзей и знакомых, всегда пытавшихся добиться моего расположения. Но я прекрасно понимал, чего стоит их дружба. Они немедленно отвернутся, едва узнают о том, в каком положении я очутился. Впрочем, Дерек может поступить так же. Я бы даже не удивился, если бы он это сделал.

В любом случае попытка не пытка. Я решил, что постараюсь понять по самому тону голоса бывшего друга, чего от него можно ожидать. Если возникнут малейшие сомнения в том, что вместо помощи он может меня выдать Крассу, сам закончу разговор.

Черт, как же сложно решиться! Я закусил губу, вспоминая причину нашего разрыва и как повел себя тогда. Слишком непримиримый, кипящий возмущением, даже слушать его не пожелал. И это после всего, что он для меня сделал. Не раз, думая о той ситуации, сам понимал, что можно ведь было повести себя и по-другому. Гораздо мягче. Не обрывать одним махом то, что успело возникнуть между нами. Но нет же…

Взяв с собой мобильный, я вышел из машины и отошел подальше, чтобы ненароком не разбудить Миру. Да и говорить с Дереком предпочел бы без свидетелей. Не хотел, чтобы девушка по моему лицу разгадала те эмоции, что обуревают. И все равно долго тупо смотрел на экран, не решаясь набрать номер, четко отпечатавшийся в памяти. Вспоминал тот день, когда Дерек отыскал меня в подвале заброшенного дома, где я валялся несколько месяцев после того, как порвал отношения с Дамией.

Тогда мне ничего не хотелось. Было так больно, так нестерпимо больно, что смерть казалась лучшим исходом. И вместе с тем искать ее самому я тоже не мог. Вообще утратил всякое желание бороться, что-то делать. Без регулярной подпитки кровью я сильно ослабел и не мог даже двигаться. Тело все сильнее иссушалось. Представляю себе, как выглядел в то время — скелет, обтянутый кожей, живой мертвец. Но я уже был тогда достаточно стар, чтобы отсутствие крови не могло убить. Разве что ввести в длительную спячку.

Я даже жаждал этого забытья, но оно пока не торопилось приходить. Лежа в месте, которое стало моим склепом, только и делал, что думал. Вспоминал, прокручивал в голове вновь и вновь все, что произошло со мной. Никогда не любил жалеть себя, но сейчас просто упивался этой жалостью. Становилось противно от собственной слабости, но не мог избавиться от нее. Будто разом утратил те внутренние резервы, которые помогли выжить и не сломаться в куда более худших ситуациях.

Услышав шум над собой, где-то в доме, невольно оторвался от тягостных раздумий. Хоть какая-то смена обстановки, позволившая отвлечься. Острый нюх помог без труда определить, кто вторгся в мое временное пристанище. Вампир и человеческая девушка. Сейчас, после подписания мирного договора, бесконтрольное убийство людей было запрещено, так что вряд ли мой сородич привел ее сюда, чтобы осушить. Да и, судя по хихиканью девицы, она и правда пришла сюда добровольно. Слышалась веселая возня, сменившаяся стонами и вскриками. Мои губы тронула саркастическая улыбка. Хоть кто-то еще способен получать удовольствие!

Почему я не могу так просто? Не задумываясь, радоваться жизни и ее маленьким подаркам? Судя по тому, что я слышал, тот вампир отлично это умеет. Удовлетворив девушку и самого себя, получив еще и порцию свежей крови, он заплатил ей и отправил восвояси. Позвякивая полученными монетками, девица, по-видимому, не особо тяжелого поведения предложила обращаться к ней еще и покинула заброшенный дом.

Я ожидал, что вампир последует за ней, но неожиданно понял, что его запах усиливается. Черт! Осознав, что он направляется ко мне, даже запаниковал немного. Наверняка тоже меня почуял. Тут же мышцы, напрягшиеся до предела, сами собой расслабились. Разве не этого я жаждал? Просто закончить свои мучения? Теперь даже не нужно искать смерти, она сама идет ко мне. Даже если вампир идет сюда чисто из любопытства, я могу ведь попросить его сделать то, что нужно. Оружие при мне, висит в ножнах на поясе. Отдам его ему и попрошу убить. Так что даже никто не заподозрит его ни в чем, если станут разбираться. Может, еще и решат, что я покончил с собой. Хотя кто там станет разбираться? Я никогда не стремился возвеличиться, пусть даже возраст позволял это. Не пытался занять место наверху. Так что моя смерть вряд ли кого-то заинтересует. И мои останки наверняка найдут еще нескоро. Никто и не свяжет этого вампира со мной. Мозг уже разворачивал перед глазами цельную картину и я все больше убеждался в том, что это и правда стало бы для меня лучшим исходом.

Послышался скрип проржавевших петель подвальной двери. Чьи-то шаги, замершие наверху лестницы. Сам я лежал у прогнивших бочек, на куче соломы, даже не пытаясь шевельнуться или открыть глаза. Снова послышался звук шагов. Вампир даже не пытался скрывать свое присутствие. Почувствовал колебания его ауры совсем рядом. Тоже высший. Тем лучше. Умереть от руки ровни будет, по крайней мере, не так позорно.

— Эй, помощь нужна? — неожиданно раздался низковатый голос над головой.

Я вздрогнул и инстинктивно открыл глаза. И правда, с чего решил, что меня непременно убьют? Зверские законы, по которым вампиры жили раньше, уже в прошлом. Разумеется, внешне. Но у этого вампира и впрямь не было причин убивать меня. Я открыл глаза и безразлично взглянул на худощавого высокого мужчину, склонившегося надо мной. Если бы точно не знал, что он вампир, вполне мог бы принять за человека. Живое смугловатое лицо с лукавыми темными глазами, мимика, в которой напрочь отсутствовала деланная бесстрастность, что любили напускать на себя вампиры.

— Нужна, — едва сумев разлепить пересохшие губы, произнес я и с трудом нащупал ножны на поясе.

Вампир тут же напрягся и прищурился. Наверное, подумал, что я попытаюсь ударить его ножом. Мысль показалась настолько нелепой, что я не смог сдержать горького смешка.

— Возьми сам, — безвольно опустив руку, проговорил, в упор глядя на него. — Окажи мне услугу — прикончи.

Вампир окинул меня цепким взглядом и покачал головой. Потом, не говоря ни слова, подхватил с пола мое наверняка ставшее легким, как пушинка, тело, и взвалил на плечо. Двинулся к подвальной лестнице.

— Что ты делаешь? — слабо запротестовал я. — Если не хочешь убивать, просто оставь здесь. Может, кто-то еще заглянет на огонек… — я снова хрипло рассмеялся.

— Давай так, приятель, — чуть насмешливо сказал вампир. — Сначала мы приведем тебя в нормальное состояние, ты мне все расскажешь. И если потом снова попросишь себя убить, я это сделаю.

— Зачем тебе это? — хмыкнул я.

— Ну, считай, что у меня принципы такие: полутрупов не убивать. А ты сейчас на него сильно смахиваешь. Рука не поднимется.

Осознав, что он самым натуральным образом издевается, вызвало отголосок злости внутри. Я даже дернулся, желая освободиться, но меня лишь посильнее прижали к себе.

— Ну-ну, успокойся! Ты ведь понимаешь, что сейчас не смог бы даже котенка придушить. Вот когда наберешься сил, тогда и попытаешься мне морду набить.

От возмущения я не нашел, что сказать, а вампир, широко улыбаясь, произнес:

— Кстати, меня Дерек зовут. Дерек Найрс.

В ответ я промолчал, не собираясь называть свое имя. А какой смысл? Знакомиться с этим наглым вампиром незачем. Все, что мне от него нужно — помощь в прерывании моей жалкой жизни. Но отставать Дерек не собирался.

— А тебя как зовут?

— Это важно? — холодно буркнул я.

— Предпочитаю знать имя того, кого предстоит убить.

Логика была дикая, но по какой-то причине я все же ответил, хоть и неохотно:

— Аден Ларес.

Вампир резко остановился посреди пыльного помещения, заваленного хламом. Мы уже находились в центре заброшенного дома, и он нес меня к выходу.

— Не врешь? — недоверчиво спросил, спуская меня на пол и оглядывая более внимательно.

Я поневоле насторожился.

— А зачем мне врать? И почему тебя удивило мое имя?

После некоторой паузы вампир задумчиво проговорил:

— Да так, слышал о тебе, когда одно время поступил на службу к Бурру Дагано.

При одном упоминании об этом имени в глазах помутилось. Я тяжело задышал, силясь подняться или хотя бы отползти подальше. Ненависть, которую испытывал к Бурру, невольно перекинулась и на того, кто ему служил.

— Да успокойся ты! — заметив мою реакцию, вампир даже приподнял брови от удивления. — Я ведь не сказал, что до сих пор служу у него. Уже давно наши пути разошлись. Не по нутру мне его методы решения конфликтов оказались.

Я обмяк на полу, но все равно смотрел настороженно и недоверчиво. Дерек разглядывал меня теперь с неподдельным интересом, склонив голову набок.

— Знаешь, как-то не верится, что ты тот самый Аден Ларес.

— Почему? — безразлично отозвался я. На самом деле было плевать, что думает незнакомый вампир. Но просто лежать и молчать не хотелось. Да и если хочу, чтобы он и правда помог мне умереть, можно проявить немного уважения.

— Те вампиры, которые с тобой раньше сталкивались, говорили, что ты редкий красавчик. Называли не иначе как Кровавым Ангелом. Говорили, что Бурр одно время от тебя совсем голову потерял. Уже при моей службе у него некоторые вампиры ему регулярно приносили известия о том, что ты делаешь, чем занимаешься. Его это немало интересовало.

Я снова сцепил зубы.

— Но на то, что я вижу перед собой… — продолжил Дерек и хмыкнул, — без слез не взглянешь. Жалкое зрелище.

Злость во мне разгорелась с новой силой. Я отметил это с некоторым удивлением. Странно, но всего несколько минут назад было плевать на все, а особенно на то, что обо мне подумают. Упивался жалостью к себе. Но сейчас, когда меня счел жалким другой вампир, это задело. Настолько сильно, что захотелось вцепиться ему в глотку и доказать, что меня рано списывать со счетов. Дело, конечно, не в комментариях по поводу моей внешности. А в том, что он вообще считает себя вправе отзываться обо мне в таком тоне. Ощущает полную безнаказанность, не выбирая выражений и говоря то, что думает. Заметив мою реакцию, Дерек почему-то довольно улыбнулся и опустился на колени рядом со мной.

— Думаю, Бурр был бы рад увидеть тебя в таком состоянии. Он ведь так жаждет тебя сломать, уничтожить. Слышал как-то подобные высказывания во время пиров в его доме.

Я тяжело задышал, чувствуя, как все внутри скручивается в тугую пружину. Издав дикий утробный рык, на который уже не считал себя способным, змеей метнулся к склонившемуся надо мной вампиру. Цепко обхватив руками его шею — откуда только силы взялись! — вонзил клыки в плоть Дерека. Кожа оказалась намного тверже, чем у людей или молодых вампиров, но я все же сумел ее проткнуть даже в таком состоянии. Поток живительной влаги ворвался в рот, и тело радостно заныло, снова получая столь необходимую ему влагу. С каждым новым глотком я все сильнее обхватывал шею вампира, и далеко не сразу осознал, что он даже не пытался сопротивляться. Наоборот, обнял меня и привлек к себе.

Оторвавшись, наконец, от его шеи, я с удивлением взглянул на Дерека. Тот чуть насмешливо улыбнулся.

— Ну вот, так гораздо лучше! Выглядишь все еще не ахти, но хоть уже не похож на живые мощи. Пойдем, снимем тебе пару красоток, чтобы окончательно пополнить силы.

Он рывком поднялся на ноги и протянул руку. Поколебавшись, я принял ее и смог подняться. Меня все еще шатало от слабости, но по крайней мере, мог идти теперь сам. Направляясь к выходу вслед за своим новым знакомым, я напрасно пытался понять, что им движет. В ту причину, о которой он говорил, почему-то не верилось. Скорее всего, просто пожалел. И от этого челюсти сами собой сжались от гнева. С удивлением понял, что сама мысль о том, что могу вызывать в ком-то жалость, кажется нестерпимой. И самому уже не хотелось делать то же самое. Жалеть себя. Дерек прав — мои недруги бы только порадовались. Нет уж, такого удовольствия я им не доставлю!

Позже, когда я уже полностью принял нормальный вид и мы с Дереком сидели в какой-то таверне, грея руки о горячий отвар, он удовлетворенно улыбнулся.

— Так ведь гораздо лучше, правда?

И я вполне искренне улыбнулся ему в ответ.

— Не знаю, почему ты захотел мне помочь, но я благодарен тебе.

— Пустяки, — он отмахнулся. — А теперь, может, расскажешь, что тебя заставило лежать там грудой ветоши?

Я помрачнел. Пусть и испытывал теперь к Дереку теплоту и признательность, но делиться с ним тем, что до сих пор выворачивало душу наизнанку, не особо хотелось.

— Слышал, что у Бурра появилась новая спутница, — как бы между прочим сказал вампир.

Стиснув челюсти, я уставился в столешницу. Сердце заколотилось так, что в голове помутилось.

— Ты так любил ее, что предпочел умереть, когда потерял? — снова заговорил Дерек, а я вдруг понял, что он осведомлен и об этой части моей жизни. Неужели моя скромная персона все же вызывает у сородичей интерес, раз незнакомые вампиры так много обо мне знают?

— Дело не в этом, — глухо откликнулся.

— А в чем?

Я яростно сверкнул глазами, поднимая взгляд от столешницы. Поймал теплую улыбку на лице Дерека и гнев сам собой улегся. Этот вампир и правда хочет мне помочь. Без всякой задней мысли. Может, я нашел еще одного идеалиста, несмотря ни на что верящего в мораль, доброту и человечность? И я заговорил. Сначала неуверенно, осторожно подбирая слова, а потом они уже неслись нескончаемым потоком.

Я рассказал о том, как пятьдесят лет назад встретил Дамию. Дочь обычного торговца книгами. Я как-то зашел в их магазинчик, чтобы приобрести что-то для себя, и увидел там ее. Девушка показалась мне очаровательной, такой живой, непосредственной. А еще поразили ее неожиданно смелые взгляды на жизнь, пытливый ум. Она вовсе не считала, что удел женщины — быть всего лишь женой и матерью. Стремилась к большему. Желала вырваться из своего тесного мирка, увидеть большой мир со всеми его чудесами. Девушка настолько запала мне в душу, что я стал регулярно наведываться в магазинчик, чтобы увидеть ее. Потом стал приглашать на свидания, на которые она убегала втайне от строгого отца. Мы подолгу бродили по городу, заходили в уютные ресторанчики, прогуливались по паркам. Каждая минута, проведенная с ней, была наполненна чем-то настоящим, искренним. Мне даже казалось, что до встречи с Дамией я и не жил вовсе. Просто спал и никак не мог проснуться от тоскливого нескончаемого сна. А теперь весь мир обрел краски.

Потом же поразила мысль, все сильнее захватывающая сознание. Я ведь улавливал в Дамии особую структуру крови, которая давала возможность тоже стать одной из нас. Как было бы замечательно, если бы она стала моей спутницей! Но захочет ли она этого? Я никогда еще не создавал других вампиров, пусть и миновал уже тот возраст, после которого это разрешалось делать. По исполнении пятисот лет вампиры имели право создавать других вампиров. Правда, каждый раз для этого требовалось выбить разрешение совета. Но я никогда не использовал это право. Слишком болезненным был собственный опыт. Ведь я стал вампиром лишь по необходимости. Дерек, услышав последнее, попробовал углубиться в тему, но об этом я не мог говорить. Поняв это, он не стал настаивать, и я продолжил рассказ о моей пламенной любви к человеческой девушке:

— Мне понадобилось несколько месяцев, чтобы решиться предложить ей это. Может, и не решился бы вовсе, если бы однажды она не прибежала в слезах и не сообщила, что отец собирается выдать ее замуж. Причем настроен настолько решительно из-за того, что узнал о наших встречах. И поставил ультиматум: или замужество или он вовсе откажется от нее. Не желал, чтобы Дамия навлекла позор на семью, пятная свою девичью честь. Верить в то, что я никогда бы не воспользовался ситуацией, он не желал. Когда Дамия сказала, что ей, наверное, придется покориться, меня будто пламенем обожгло. Я не мог ее потерять. И вот тогда путано и сумбурно изложил девушке то, о чем давно думал. Почему-то казалось, что она тут же в ужасе отвергнет подобное предложение и убежит, теперь уже навсегда. Но Дамия пришла в восторг, она загорелась этой идеей больше меня самого. В ту же ночь она оставила дом отца, написав ему записку, и пришла ко мне. Мы покинули тот город и отправились в Дармин. Я собирался просить совет позволить мне создать своего первого вампира.

— Что было дальше? — подавшись вперед, спросил Дерек. А я невольно подумал о том, как замечательно он умеет слушать. Его лицо так живо отражает интерес к тому, о чем я говорю. Невольно улыбнулся ему, чувствуя, как понемногу оттаивает сердце. В тот вечер я впервые за долгое время не чувствовал себя одиноким.

Снова погрузился в воспоминания о прошлом. О том, как впервые переступил порог тайных подземелий, где проходили заседания совета. Вряд ли кто-то из людей знает, что под Дармином проходит целая сеть тоннелей, из которых можно попасть практически в любую часть города. Там же есть жилые помещения, где проходят вампирские сходки или держат неугодных пленников. Раньше, во время войн, это служило немалым подспорьем. Сейчас же большинство тех помещений заброшено, но вампиры продолжают отдавать дань традициям и решать самые важные дела подальше от людских глаз.

Один из вампиров-служителей вел меня по коридору к залу для советов, когда из одного из ответвлений мне навстречу вышел Бурр Дагано собственной персоной. Уже тогда мелькнуло что-то вроде тревожного предчувствия. Появление этого вампира накануне самого важного события в моей жизни казалось недобрым знаком. Беспокойство лишь усилилось, когда Бурр жестом отослал моего сопровождающего, сообщив, что проводит сам. Тот безропотно удалился, не желая спорить с Наперсником.

— Слышал, что ты, наконец, решил завести себе официальную спутницу, — он криво ухмылялся, глаза недобро блестели.

— Разве это вас хоть каким-то боком касается? — понадобилась вся сила воли, чтобы не отступить на шаг и не выдать нервного напряжения.

— Снова дерзишь, мальчишка? — он подошел еще ближе и застыл напротив, не сводя глаз с моего лица.

— Я уже давно не мальчишка, — холодно бросил я.

— Знаю, — ухмыльнулся Бурр. — И заметь, что твоя долгая жизнь и молодость — в первую очередь моя заслуга.

— Я не просил об этом, — я с трудом подавлял накатывающую ярость, но знал, что не имею права ее проявлять. Бурр занимает слишком важное место в вампирской иерархии, и мог бы помешать мне добиться того, зачем я сюда пришел.

Вздрогнул, когда сильная рука ухватила за плечо и сжала так крепко, что я едва сумел подавить болезненный вскрик.

— Зачем тебе эта девка? — прошипел Бурр с такой злостью, что по моей спине невольно пробежал холодок.

— Я люблю ее, — с вызовом бросил, хоть и понимал, что совершаю ошибку.

Лицо Бурра исказилось так, что стало почти неузнаваемым.

— Ладно, поживем-увидим, — неожиданно отозвался он, снова принимая невозмутимый вид. К моему облегчению, разжал пальцы, развернулся и двинулся по коридору. — Следуй за мной, — не оборачиваясь, холодно процедил.

И я двинулся за ним, чувствуя, как меня всего трясет, и радуясь, что он не может этого видеть. Бурр все же провел меня в зал для советов и даже принял мою сторону, когда я излагал свою просьбу. Последнее особо встревожило. Я понятия не имел, чего следовало ждать от этого вампира. Но все же я получил главное — разрешение на инициацию Дамии. Она прошла успешно, и вскоре я выбросил из головы все тревожные предчувствия.

Только вот все оказалось не так безоблачно, как я полагал раньше. Хотя первые три года парил, как на крыльях. Никогда еще не чувствовал себя таким счастливым. Дамия жадно впитывала все знания, какие я мог ей дать. Мы много путешествовали, я оплачивал ей учителей, которые обучали ее манерам знатной дамы и всему, что она хотела знать. Сам тоже ненавязчиво делился с ней своими представлениями о том, как себя должна вести леди. Дамия была одержима этой мыслью. Казаться аристократкой. Хотя я не понимал, почему для нее это имело такое значение. Мне больше нравилось то, какой она была раньше. Настоящей, живой и непосредственной.

Сам не знаю, когда все начало катиться под откос. Постепенно она изменилась. Стала все чаще говорить о том, что я не до конца использую свои возможности, мог бы добиться большего. И рядом со мной этого могла бы добиться сама. Я не понимал, почему для нее это имеет такое значение. Меня все вполне устраивало. Я не желал погружаться в закулисные интриги, борьбу за власть.

Потом она окончательно пресытилась теми развлечениями, какие могла получить в моем обществе. Ее потянуло на эксперименты, в том числе и в сексуальном плане. Она не раз намекала на то, что хотела бы посетить какое-то из заведений, где бывают другие вампиры, жаждущие острых ощущений. Мне же это претило. Я не допускал и мысли о том, что могу изменить той, кого люблю, или что она может изменить мне. Снова мои идеалистические взгляды на жизнь…

В этом месте я оборвал рассказ и ощутил, как Дерек ободряюще положил руку на мою. Я благодарно улыбнулся и продолжил:

— Инстинктивно я чувствовал неладное. Даже мелькали подозрения, что она втайне все же ищет тех развлечений, от которых я отказывался. Но не желал искать подтверждения своим предположениям. Предпочитал на все закрывать глаза. Цеплялся за призрачные надежды на то, что все еще может стать по-прежнему. Наивный идиот! Хотя мы и так прожили вместе пятьдесят лет… Срок не такой уж маленький… Но лучше бы она сказала мне все сама… Не знаю, когда у них все началось. Помню, как однажды вечером, когда Дамия упорхнула из дома, сказав, что идет к подруге, мне доставили записку. В ней меня приглашали на одну закрытую вечеринку и настоятельно советовали быть там. В записке намекнули, что это сюрприз от того, кому я небезразличен. И я подумал, что Дамия решила устроить нам свидание. Даже обрадовался. В последнее время мы совсем отдалились и давно уже никуда не выбирались вместе.

Так хотелось верить, что это ее попытка снова все вернуть, как раньше. Я тщательно подбирал одежду, желая показаться ей более привлекательным. По дороге зашел в ювелирный магазин и приобрел золотой браслет с изумрудами — ее любимыми камнями. В общем, летел, как на крыльях. — Я мотнул головой, грустно улыбаясь. — Пришел к тому дому и показал приглашение дворецкому. Меня немедленно проводили к залу, откуда доносилась ритмичная музыка, напоминающая ритм танцев жителей Южных островов. Мы там как-то бывали с Дамией во время путешествий по миру. Слуга оставил меня, позволяя самому решить, стоит ли открывать двери. Поколебавшись, я распахнул створки и переступил порог. Тут же остолбенел, не в силах ступить дальше ни шагу.

Закрытая вечеринка?! Хм… Такая формулировка казалась издевательством. Перед глазами предстала самая настоящая оргия. Мужчины и женщины в масках, полностью скрывающих лицо, зато совершенно обнаженные, сплетались друг с другом. По двое, по трое, а то и больше. Отовсюду слышались восклицания, стоны, прерывистое дыхание. Некоторые, уже уставшие от утех, сидели на мягких диванчиках и наблюдали за остальными. Для подкрепления сил голые официанты-люди разносили им кровь в золотых кубках.

Кто и зачем пригласил меня сюда?! В полном оцепенении стоял на пороге, не в силах даже пошевелиться. Некоторые на диванах заметили мое появление и теперь бесстыдно меня рассматривали. Сквозь прорези масок виднелись искривленные в похотливых улыбках рты. Одна женщина поднялась со своего места и двинулась навстречу, бесстыдно покачивая бедрами.

В лицо пахнуло запахом чужой страсти и внутри все содрогнулось от отвращения.

— Ангел, ты тоже решил к нам присоединиться? — послышался хрипловатый голос, и я осознал, что наверняка раньше встречал где-то эту женщину. В другой обстановке, может, на каком-то приеме, куда затянула меня Дамия. Но я даже не попытался вспомнить, кто она. Все, что испытывал к этой женщине — гадливое отвращение.

Казалось, она этого не замечает. С обворожительной улыбкой потянулась руками к моему камзолу и начала расстегивать пуговицы.

— Знаешь, тут многие хотели бы познакомиться с тобой поближе… — она плотоядно облизнула губы, недвусмысленно намекая на то, о каком именно знакомстве идет речь.

Я схватил ее за запястья, не позволяя продолжать, и оттолкнул. Лучшее, что мог сделать, это просто уйти. Наверняка это чья-то дурацкая шутка. Уже собирался так и сделать, когда взгляд упал на женщину, стоящую на четвереньках и издающую утробные стоны. Сзади ее одновременно трахали сразу двое, по-хозяйски лаская грудь и упругие ягодицы. Трудно было не узнать тело, которое сам не раз сжимал в объятиях, знал до мелочей. В глаза бросилась родинка на правой груди, чуть напоминающая полумесяц. Дамия! Мне кровь бросилась в голову от ярости, разочарования, боли. Стоял, как оглушенный, пока женщина, проявившая ко мне интерес, снова повисла на шее. Я оттолкнул и двинулся через множество извивающихся на пушистом ковре тел.

В какой-то момент затянутый пеленой возбуждения взгляд Дамии сфокусировался на мне. Глаза расширились, она сдавленно охнула и дернулась в руках берущих ее тело мужчин. Один из них тут же отпустил, тоже заметив меня. Что-то в его фигуре показалось знакомым, но сейчас я не мог об этом думать. Видел лишь Дамию, которая пыталась высвободиться и встать на ноги. Второй мужчина недовольно подтянул ее поближе, а первый уже вышел из нее и теперь ухмылялся, чуть склонив голову.

— Ангел, это не то, что ты думаешь! — залепетала Дамия, все же высвобождаясь и пытаясь подняться. Ее ноги тряслись, и это удавалось плохо. Второй мужчина, наконец, просек ситуацию и, окинув меня взглядом, поспешил ретироваться. Наверное, что-то такое увидел на моем лице, что его напугало.

— Не то, что я думаю? — повторил я каким-то сдавленным неузнаваемым голосом.

— Это ничего для меня не значит, поверь… — она все же поднялась, попыталась прикоснуться ко мне, но я с гадливостью отпрянул. Сейчас прикосновения этой женщины были отвратительны. — Я люблю только тебя!

Я запрокинул голову и расхохотался так громко, что это привлекло к себе внимание и других, находящихся в зале. Многие оторвались от своего увлекательного занятия и теперь заинтересованно наблюдали за происходящим. Кто-то даже решил прокомментировать:

— Да не будь ханжой, ангелочек! Лучше присоединяйся.

Я проигнорировал эту реплику, чувствуя, что едва могу держать себя в руках. Хотелось все крушить, кричать, выть от всей той гаммы эмоций, что сейчас переполняли.

— Не знал, что ты такой ревнивец, Ангел, — послышался новый голос, и я вздрогнул, словно меня плетью ударили. Тот самый мужчина, который трахал Дамию и не подумал уйти вслед за своим незадачливым напарником, соизволил снять маску и прямо взглянуть мне в лицо. Будто ведром ледяной воды окатило. Бурр Дагано.

Я покачнулся, словно на меня весь мир обрушился. В тот же миг, неуловимо быстрым движением он оказался рядом. Я даже не ожидал этого. Он схватил за талию, помогая удержаться на ногах. Глаза смотрели с непонятным выражением, губы кривились в легкой усмешке.

— Ну тише-тише, мой мальчик. Не стоит показывать своей слабости перед теми, кто будет лишь рад этому.

Я сцепил зубы и резко дернулся, стараясь высвободиться. Он тут же отпустил и все с той же ухмылочкой отошел к Дамии, пытающейся прикрыть тело руками и волосами. Она выглядела жалкой и растерянной. А я вдруг почувствовал, как внутри что-то умирает, а в сердце расползается черная и липкая пустота.

— Ангел, пожалуйста, прости меня! — прохрипела она, видимо, что-то увидев в моих глазах. — Я всего лишь хотела попробовать. Многие так развлекаются… Это ничего не значит…

— Я мог бы попытаться понять и простить, — показалось, что говорит кто-то другой, а не я, таким холодным и бесстрастным стал голос. — Если бы ты не изменила мне именно с ним, — мой взгляд метнулся в сторону Бурра, с явным удовольствием наблюдающим за этой сценой. — Ты знала, как я к нему отношусь.

— Ангел, послушай, давай поговорим… Не здесь и не сейчас, хорошо? — Дамия подошла ближе, сбрасывая маску и с мольбой заглядывая мне в глаза. На ее щеках выступили пунцовые пятна, губы дрожали.

— Зачем? — я ощутил, как мои губы раздвигаются в холодной улыбке.

— Я ведь все еще твоя. Ты мой хозяин, наши пути связаны.

— Больше нет. Я отпускаю тебя, — четко и громко сказал я, телепатически повторяя принятое решение.

Ощутил, как треснула невидимая нить, соединившая наши души в тот самый момент, когда я сделал ее вампиром. Я и раньше предлагал ей это. Официально освободить. Но Дамия не соглашалась. Она говорила, что рада, что я считаюсь ее хозяином, отвечаю за нее. Да и я никогда не вел себя с Дамией, как хозяин. Мы были равноправными партнерами. Теперь же не желал, чтобы хоть что-то связывало нас. Послышался душераздирающий крик Дамии в ответ на мои слова. Она рухнула на колени и попыталась обнять мои ноги.

— Пожалуйста, не прогоняй меня! Ангел, я люблю тебя, слышишь?! Прости!

Я брезгливо стряхнул с себя ее руки, развернулся и двинулся прочь, больше не оглядываясь. Слышал, как она кричит мне вслед бессмысленные просьбы о прощении. И знал, что не смогу простить. Никогда не смогу. Она предала меня с тем, кто сделает все, чтобы меня уничтожить, растоптать. И ему это даже удалось. Почти. Если бы не Дерек, появившийся в тот момент, когда я и правда был готов умереть.

Мы долго молчали после того, как я рассказал о том, что со мной произошло. А потом Дерек осторожно сказал:

— Ты еще любишь эту женщину?

— Не знаю… — я устало провел рукой по лбу. — Но мне больно даже думать о ней.

— Думаю, ты слишком категоричен, Аден, — он слегка покачал головой. — Мне кажется, она стала такой же жертвой, как и ты. Бурр просто использовал ее, чтобы причинить тебе боль. Думаю, даже ту записку написал он. Подстроил все.

— Возможно… — без всякого выражения откликнулся я. — Но каждый раз, когда я буду ее видеть, я стану вспоминать ту сцену. То, как он… — голос сорвался.

— Ладно, не будем об этом. Лучше поговорим о том, что тебе делать дальше. — И не дожидаясь моего ответа, продолжил: — По-хорошему, тебе было бы лучше убраться из этого города. Слишком много неприятных воспоминаний. Как тебе идея немного попутешествовать? Я как раз думал о том, что слишком долго задержался на одном месте. Не хочешь составить компанию?

Я колебался лишь несколько секунд, потом согласился. И не пожалел. Дерек стал моим другом и спутником на протяжении почти двухсот лет. Мы вдвоем искали свое место в мире, объездили весь мир. Дерек научил меня радоваться жизни и получать от нее удовольствие. Если бы он тогда не появился в моей судьбе, боюсь даже представить, что бы со мной было.

Но все оборвалось в одну минуту. В один злополучный день, который не предвещал ничего плохого. Мы тогда находились в Восточных землях и развлекались в местном увеселительном заведении. Две хорошенькие девицы составляли нам компанию и довольно хихикали, сдобренные изрядным количеством вина, которые мы для них заказали. А мы иногда потягивали из них кровь и вместе с ней тоже невольно подпадали под действие вина. Только таким вот оригинальным способом вампиры могли хоть немного опьянеть, чем иногда пользовались, когда хотели больше повеселиться.

Дерек как раз рассказывал очередную веселую историю, а мы с девушками смеялись, когда к нашему столику подошел незнакомый мне вампир — плечистый блондин с глубоко посаженными серыми глазами. Заметив его, Дерек осекся. Взгляд стал настороженным, и я тоже напрягся из-за этого.

— Какая встреча! — осклабился визитер, обводя всю нашу компанию цепким взглядом. — Рад тебя видеть, приятель!

Дерек, судя по виду, рад не был, и сухо поздоровался:

— Здравствуй, Иер.

— А ведь я поначалу не поверил, когда мне наши общие знакомые рассказали, — хохотнул вампир, без приглашения усаживаясь рядом с Дереком. — Ты все-таки охмурил его!

— Послушай, мы сейчас немного заняты, — бросил мой друг, в упор глядя на блондина. — Если хочешь, можем встретиться как-нибудь потом.

Я настороженно смотрел на них, а в затуманенной вином голове плескалась какая-то сильно смущающая мысль. О чем они говорят? Кого Дерек охмурил? Неясное подозрение заставило тоже влезть в разговор:

— Рад видеть кого-то из приятелей Дерека. Раз уж он не захотел нас представлять, придется сделать это самому. Я Аден, — с невозмутимым видом протянул руку блондину.

Тот ухмыльнулся и пожал ее.

— Знаю, кто ты. Прекрасно знаю. Меня, как ты уже понял, зовут Иер.

Его слова насторожили еще больше. Откуда он может меня знать? Дерек взглянул как-то странно, будто умоляя о чем-то, но я уже не мог смолчать. Снова вспомнилось то, как меня когда-то предали. Если такое предстоит пережить опять, лучше узнать об этом как можно раньше.

— Мне кажется, или вы оба что-то скрываете?

Я спустил с колен девушку и попросил обеих красоток оставить нас. Они сначала недовольно засопели, но вознагражденные парой серебряных монеток, просияли и поспешили ретироваться. Дерек смотрел с усталой обреченностью.

— Тебя ведь послал Бурр? — глухо спросил он у блондина.

Хмель окончательно выветрился, и я ошеломленно откинулся на спинку стула. Что происходит, черт возьми?!

— Да я просто мимо проходил, — осклабился тот, но судя по голосу, явно врал.

— Я уже давно не работаю на твоего господина, — процедил Дерек. — Проваливай отсюда!

— Не раньше, чем я открою глаза твоему новому приятелю на кое-что, что ему было бы интересно узнать, — нахально произнес Иер.

Дерек вскочил и столкнул его со стула, с плохо скрываемой яростью сжимая руки в кулаки.

— Давай выйдем на воздух! Похоже, тебе не терпится по морде получить.

— А я бы все же хотел его выслушать, — холодно сказал я, останавливая готовую разразиться драку.

Дерек как-то сник. Я никогда его еще таким не видел.

— Давай я все тебе объясню сам, хорошо?

— Ага, объясни ему, — едко произнес Иер, уже стоящий на ногах и с интересом наблюдающий за нами. — Как следил за ним по приказу Бурра и как втюрился, как полоумный. Прямо бредил им. Ведь ты именно из-за этого оставил службу, не так ли?

Я в полном оцепенении смотрел на Дерека, избегающего моего взгляда. Потом холодно бросил блондину:

— Достаточно. Вы не могли бы оставить нас? Дальнейшее я хотел бы услышать от самого Дерека.

Тот с преувеличенной почтительностью поклонился и двинулся прочь. Дерек устало опустился на свое место и уставился в столешницу, не поднимая глаз.

— Объяснишь? — сухо спросил я. — Чего еще я о тебе не знаю?

— Разве я хоть раз дал тебе повод сомневаться во мне? — откликнулся он негромко, все же поднимая глаза.

Я поразился тому, как изменилось выражение его лица. Никогда еще не видел Дерека таким. Будто сейчас он, наконец, впервые обнажил передо мной свою душу. В глазах читалось глубокое сильное чувство, смешанное с тоской и обреченностью.

— Нет, ты был мне хорошим другом, — выдохнул я, чувствуя замешательство и неловкость.

— Был? — он понимающе улыбнулся.

— Послушай, я не знаю, как реагировать на то, что узнал, — я нервно повел плечами. — Расскажи мне все, и тогда я смогу сделать какие-то выводы.

— Хорошо. — Дерек откинулся на спинку стула и заговорил, внимательно наблюдая за выражением моего лица. — Да, я солгал тебе в том, что всего лишь слышал о тебе, но никогда не видел. Я был одним из тех, кому Бурр поручил какое-то время следить за тобой. Но уже скоро я понял, что не могу этого делать. Не могу предавать тебя таким вот образом. Доносить Бурру то, что удавалось узнать, что он мог использовать против тебя. И я оставил службу у него. Пытался избавиться от мыслей о тебе, держаться подальше. Но все равно возвращался, чтобы хоть иногда увидеть тебя, узнать, как ты.

— Зачем? — я с легким недоумением тряхнул головой. — Мне казалось, ты предпочитаешь женщин.

— Мне самому так казалось. До встречи с тобой, — он слабо улыбнулся. — И поверь, я сам не понимаю, почему так сильно запал на тебя. Но мое сопротивление ничего не меняло. Меня все равно к тебе тянуло… Потом я узнал, что ты исчез. После расставания с твоей спутницей. Пытался найти тебя. Сам не знаю, зачем. Ведь знал, что у меня никогда не хватит смелости в открытую подойти к тебе и предложить свою помощь. Найти так и не смог. Ты будто сквозь землю провалился. Знал, что люди Бурра тоже тебя ищут и не могут найти. Решил, что ты вообще уехал в другой город. А потом, желая отвлечься, снял одну шлюшку и забрел в заброшенный дом… Дальнейшее ты знаешь… Сначала я не узнал тебя. Просто увидел доведенного до жуткого состояния вампира, который мечтал о смерти. Ощутил сочувствие. Захотелось хоть кому-то помочь, тем самым отвлекшись от собственных тяжелых мыслей. Можешь себе представить мое удивление, когда ты назвал свое имя… Я с трудом скрыл свои настоящие чувства. Понимал, в каком шатком состоянии ты сейчас находишься. Важно было вывести тебя из него, пробудить желание жить. А сам я… Мне было бы достаточно просто находиться рядом. Быть тебе другом, слугой, кем угодно…

Он опустил голову, ожидая моего вердикта. Я же пребывал в полной растерянности. Знал одно — сегодня между нами все изменилось. Дерек оставался все тем же и одновременно другим. А еще вдруг пришло неутешительное осознание, что я совсем его не знаю. Разве может быть дружба без доверия? Он так долго врал мне, притворялся. Мое молчание давило на него, и я это понимал. Но не мог заставить себя сказать ни слова. Мне было чуждо то, что он испытывает ко мне. Я никогда не спал с мужчинами, не мог даже представить себе такое. Это казалось неправильным и мерзким. И оказывается, что мой лучший друг все это время был тайно влюблен в меня. Кто знает, о чем фантазировал, глядя на меня, о чем мечтал. Накатило отвращение. Смогу ли я относиться к нему по-прежнему?

Я медленно поднялся и двинулся прочь, так и не сказав ему ни слова. Понимал, что это неправильно, жестоко, но ничего не мог с собой поделать. Почему-то чувствовал себя преданным. Опять. Хотя по сути в чем меня предал Дерек? Сам не мог ответить на этот вопрос, но ощущал себя именно так.

Вернувшись в гостиницу, заперся в своем номере и лег на постель, даже не раздеваясь. В голове крутились мрачные и тяжелые мысли. Сам не знаю, как все же удалось уснуть. А проснулся от ощущения пригвоздившей к постели тяжести. Кто-то жадно целовал меня, продвигаясь по шее вниз. Чьи-то руки неистово ласкали, освобождая от одежды. Я попытался столкнуть его, но он оказался сильнее. Только поднял голову, и я вскрикнул при виде совершенно ошалевшего лица Дерека.

— Пожалуйста, хотя бы раз!.. — прохрипел он. Я ощутил исходящий от него винный запах и понял, что после моего ухода он наверняка продолжил наше прежнее развлечение. И напился одурманенной крови до совсем уж невменяемого состояния.

— Пусти! — прошипел, снова пытаясь столкнуть его, но Дерек тут же накрыл мой рот своим и принялся жадно целовать, терзая мои губы без какой-либо нежности. С такой звериной дикой страстью, что это даже пугало.

Ну почему?! Почему все так? Моя проклятая красота сначала сделала меня пленником жестокого и коварного существа, потом лишила единственного настоящего друга. Если бы не она, я давно уже тихо-мирно бы покоился в земле. И не терпел бы одного разочарования за другим.

Дерек уже стаскивал с меня одежду, продолжая неистово целовать, когда я все же заставил себя собраться. Я больше уже не беззащитный слабый мальчишка и смогу за себя постоять. Напряг волю, посылая в голову Дерека ментальный удар. Не слишком сильный, чтобы не убить и не покалечить, но достаточный для того, чтобы отрезвить. Друг завопил от боли, выпуская из объятий и обхватывая голову руками. Я тут же соскочил с кровати и прервал воздействие, холодно глядя на него. Дерек, отрезвевший и несчастный, лежал на подушках, глядя с таким отчаянием, что мне стало не по себе.

— Я не хотел…

— Думаю, как раз таки хотел, — я холодно улыбнулся. — Завтра я уезжаю, Дерек. Один. Не ищи больше со мной встреч.

— Ангел, прошу… Я никогда больше…

Я не стал дослушивать, сам покинув комнату. Потом слонялся по городу до самого утра. Когда вернулся, Дерека уже не было. Я собрал вещи и, как и обещал, покинул город. Отправился в Северные земли, где впервые задумался о том, чтобы заняться карьерой. Хотел хотя бы таким способом отгородиться от раздирающей душу тоски и все более ширящейся пустоты. И именно тогда я нацепил на себя маску холода и безразличия, за которой было так удобно прятать настоящие чувства.

С Дереком мы все равно пересеклись, но ни один из нас ни разу не заговорил о прошлом. Он по какой-то причине тоже выбрал себе местом жительства Мирград. Завел свое дело. Отношения наши стали непонятными и холодными, но они все же были. Мы иногда созванивались, видели друг друга время от времени на светских мероприятиях. Но он, как и я, прекрасно понимал, что возврата к прошлому не будет. Я надеялся, что та болезненная тяга ко мне у Дерека прошла.

Вздохнув, я все же набрал его номер и, после томительного ожидания в трубке послышался спокойный голос:

— Слушаю.

— Дерек, это Аден.

Несколько секунд царило напряженное молчание, потом интонации Дерека сменились. Стали более живыми.

— Ты сменил номер?

— Так получилось, — уклончиво сказал я. — Мне нужна твоя помощь. Мне и одной женщине. Понимаю, что не имею права просить тебя о подобном, но…

— Помощь какого рода? — последовал спокойный ответ.

— Сможешь найти для нас какое-то безопасное место на несколько дней?

— Что-нибудь придумаю. Где ты?

Я заколебался, не зная, могу ли доверять ему. Но все же произнес, повинуясь интуитивному порыву:

— Это за городом… — я сообщил точные координаты и услышал сухое:

— Жди меня там. Я приеду за вами.

Не успел я хотя бы поблагодарить, как Дерек уже отключился. А я почувствовал, как меня трясет от странной внутренней дрожи. Давно уже не чувствовал себя настолько неуверенно. Это ощущение совершенно не нравилось, и я заставил себя собраться. Не имею права раскисать, ведь от меня зависит судьба и жизнь Миры. Я вернулся в машину и долго сидел, уставившись в окно и прислушиваясь к ее ровному дыханию. Дерек все не появлялся и в какой-то момент я даже подумал, что он не приедет совсем. Может, узнал что-то об обстоятельствах, при которых мне пришлось скрыться, и не пожелал связываться с фактически смертником. Ощутил вдруг, как накатывает усталость, наливая веки свинцом. И сам не заметил, как погрузился в сон.