Сердце Кровавого Ангела. Дилогия

Глава 2

Мира

Так же безропотно, как позволила себя накрасить и причесать, я надела элегантное вечернее платье. Серебристое, длинное, с соблазнительным разрезом, открывающим правую ногу до середины бедра. Сверху спереди оно было закрытым и опоясывало шею, оставляя обнаженными плечи, но сзади вся спина оставалась оголенной. Я даже понимала, почему Красс выбрал именно такой покрой платья. Или его люди выбрали — я понятия не имела, кто озаботился этим. Но несомненно тот, кто имел возможность видеть меня в достаточно откровенном виде. Если бы шея сбоку, грудь и живот остались открытыми, зрелище было бы чудовищным. Там мое тело испещряли следы кровавых укусов. Некоторые успели зажить, но на том месте еще остались синяки, другие были совсем свежими. Красс обожал оставлять на своих живых игрушках подобные метки. Особенно любил делать это на груди и шее. Но гостям на приеме ни к чему лицезреть следы постельных игр хозяина. В кои-то веки Красс озаботился правилами приличий.

Я стояла перед большим зеркалом в человеческий рост и разглядывала собственное отражение. Изящные серебристые туфельки на высоченных шпильках делали выше, и от этого становилось еще более неуютно. Я предпочитала казаться как можно меньше и незаметнее. Но сейчас этого трудно было избежать. Незнакомка в зеркале невольно приковывала внимание. И вовсе не сногсшибательной красотой. Насчет этого я не тешила себя иллюзиями. Наверное, дело в контрасте темного и белого, слабости и вызова. Светлые волосы и черные глаза, подведенные так, что казались еще больше. Их выражения я и сама не могла разгадать до конца. Агрессивный макияж так не вязался с моим обычным обликом, что я не могла привыкнуть к нему. И это несоответствие смущало меня саму. Хотя, кто знает, может, на приеме никто и внимания не обратит. По крайней мере, буду на это надеяться.

— Готова? — я так погрузилась в созерцание своего нового облика, что упустила момент, когда в дверях появился Церетр Тарн.

— Я точно должна туда идти? — осмелилась спросить у вампира, превозмогая привычную робость перед представителями его расы.

— Желание хозяина, — невозмутимо откликнулся он, критически меня осматривая. Удовлетворенно кивнул, по-видимому, оставшись довольным увиденным.

— Но что я должна буду там делать? — пробормотала еле слышно, пока мы с ним пробирались по коридору к выходу, что раньше был для меня недоступен.

— Развлекаться, — криво усмехнулся вампир, бросив взгляд через плечо. — Передаю тебе слова господина. Ешь, пей, веселись. Ему постарайся не досаждать. Если будет нужно, он сам тебя позовет.

Досаждать? Я даже содрогнулась при одной мысли об этом. Неужели секретарь Красса всерьез считает, что я попытаюсь добиваться внимания хозяина? Да он последний, к кому бы я обратилась, даже если бы угрожала смертельная опасность! Так что вполне рада такому повороту. Я уж думала, что придется торчать рядом с Крассом все время. А так все может оказаться вполне сносным. От господина же намеревалась держаться как можно дальше и не попадаться на глаза. В идеале будет замечательно, если за весь вечер он и не вспомнит о моем существовании.

Хотя все еще не понимаю, зачем ему вообще понадобилось тащить меня на прием? Может, и правда прощальный подарок? От этих мыслей по обнаженной спине пробежал холодок, и я постаралась выбросить их из головы. Будь что будет! Даже если пришло мое время, постараюсь перед смертью найти хоть что-то приятное в сложившейся ситуации. Я ведь никогда не бывала на подобных приемах, лишь наблюдала за ними со стороны. Теперь же окунусь в ту расслабленную приятную атмосферу с головой, став частью веселящейся толпы.

Кто бы мог подумать, что девчонка с окраинных территорий когда-нибудь окажется в подобном обществе? Я знала, что на приемы у Красса приглашаются лишь те, кто имеет значительное влияние. Радовало, что там будут не только вампиры, но и представители других рас, в том числе люди. И я не буду чувствовать себя там белой вороной.

Как же ошибалась! Поняла это сразу, едва вслед за секретарем Красса вошла в огромную гостиную, обставленную для приема. Большинство гостей уже находились здесь, наслаждаясь приятной живой музыкой скрытого в нише оркестра, изысканными закусками и напитками. Они собирались группками, вполне непринужденно чувствуя себя среди людей своего круга. Отовсюду слышались негромкие голоса и смех, сливающиеся в журчащий ненавязчивый гул. Когда я наблюдала за такими приемами со стороны, мне казалось, что нет ничего проще, чем влиться во всеобщее веселье — так ненавязчиво это получалось у других. Теперь же поняла, что сильно ошибалась. Сама ни за что на свете не решилась бы подойти к незнакомцам, для которых была грязью под ногами, и заговорить.

Церетр Тарн уже оставил меня, поспешив к хозяину, вокруг которого собралась наиболее большая группка гостей. Даже до меня, стоящей у входа, доносился его раскатистый зычный голос, что-то с жаром обсуждающий с собеседниками. Я поспешила найти укромное местечко, пока Красс не обратил на меня внимания. Сделала вид, что заинтересовалась выбором закусок на фуршетном столе. На самом деле все расплывалось перед глазами, и я с трудом удерживалась на подкашивающихся ногах. Еще и шпильки проклятые заставляли прилагать максимум усилий, чтобы самым позорным образом не упасть. Так и не выбрав ничего из закусок, я взяла у проходящего мимо официанта бокал с шампанским и отошла к мраморной колонне. Едва ли не с облегчением прислонилась к ней, радуясь хоть какой-нибудь опоре.

Вокруг кипела жизнь, я же чувствовала себя чужой. Досадовала на Красса за это новое унижение, какое он придумал для меня. Ведь не мог не знать, что вряд ли мне здесь будет уютно. Но хуже всего становилось, когда некоторые из гостей все же выделяли из толпы и одаривали любопытными взглядами. Нетрудно было догадаться, чем вызвано их любопытство. Никто из них меня не знал, в то время как на подобных тусовках постоянно мелькали одни и те же лица. Заметила, как один вампир, одетый в экстравагантный щегольской костюм, первым решился удовлетворить любопытство и направился в мою сторону. Тут же сжалась, не зная, как себя вести. Можно ли говорить правду о том, кто я на самом деле? Что если Красс будет недоволен этим? А если солгать, то что именно придумать?

Но наверное, Небеса были сегодня на моей стороне, потому что появление нового гостя вдруг заставило все взгляды обратиться в сторону двери. И я прекрасно понимала, чем это вызвано. Мои собственные глаза тут же уставились на него, почти помимо воли скользя по стройной элегантной фигуре в черном. Многие вампиры, присутствующие на приеме, тоже предпочитали черное, но ткань их костюмов была блестящей, а у некоторых и с декоративными яркими вставками. Вошедший же словно бросал вызов нарочитой скромностью и повседневностью наряда. И тем не менее ему удалось затмить собой даже самых расфуфыренных гостей. Красс был прав, когда говорил Кровавому Ангелу, что он бы выглядел выигрышнее многих даже в рубище.

Адена окидывали жадными любопытными взглядами. Похоже, для многих оказалось сюрпризом, что он сегодня будет на приеме. Со всех сторон слышался шепоток, на который сам вошедший не обращал ни малейшего внимания. Он двигался неторопливой плавной походкой, словно был королем, продвигающимся в окружении собственной свиты. И все смотрели на него, словно зачарованные, любуясь каждым уверенным завораживающим жестом этого мужчины. Что-то в Адене Ларесе было такое, что вызывало эффект, сродни гипнотическому. Возможно, дело еще в его ауре, которая казалась настолько сильной и яркой, что вокруг него воздух был словно наэлектризован.

Странное очарование, охватившее всех, нарушил разорвавший тишину громкий голос Красса:

— Ангел, я рад, что ты все-таки пришел. Иди сюда, старина!

Уловила, как во взгляде Кровавого Ангела промелькнули неприязненные искорки. Но это было столь мимолетно, что не могла бы в этом поклясться. Хотя невольно улавливала, чем вызвано недовольство вампира. О том, хочет ли он присутствовать на приеме, его по сути не спрашивали. Приглашение было подано в такой ультимативной форме, что отказаться казалось невозможным. Глава вампиров мог себе такое позволить. Это он решал, кто из его сородичей какое место станет занимать в социальной иерархии. Конечно, существовал совет старейших вампиров, который Красс возглавлял. Но они все были лишь марионетками в его руках, в чем я не раз уже убеждалась, подслушивая тайные разговоры. Все решал Красс.

Иногда поражалась, почему нам, девчонкам с тайной половины дома, не запрещали бродить по этим помещениям почти беспрепятственно. Ведь мы столько могли увидеть и услышать, что не предназначено для наших глаз и ушей. Но потом приходила к выводу, что нас не воспринимали, как угрозу. Что могут сделать бесправные рабы? Даже если кому-то удалось бы выбраться наружу, лишь дело времени, когда могущественный вампирский клан выйдет на наш след. Вампиры опутали своими сетями весь мир. По сути, они были самой могущественной расой нашего мира, пусть и немногочисленной.

Даже подпуская кого-то из других рас к себе, они стойко хранили самые важные тайны. Думаю, вряд ли кто-то из обычных людей знал, как именно проходит вампирская инициация, какие способности скрыты в каждом из вампиров и многое другое. И это делало их еще опаснее. Враг, о котором не знаешь почти ничего, самый страшный. Он может настигнуть с той стороны, откуда и не ожидаешь нападения. К тому же вампиры безжалостны не только к другим расам, но и к себе подобным. Четкая иерархия и раздел сфер влияния соблюдается ими неукоснительно.

И мой господин стоял почти на верхушке вампирской власти. Выше него был только Первородный. Тот, с кого и начался весь их род, в кого когда-то вселилась могущественная высшая сущность. Одна из тех, что пришли в наш мир множество столетий назад и дали начало различным расам, выбрав себе по одному или двум людям, которых посчитали наиболее достойными. И если в случае с оборотнями наделенными высшей силой были мужчина и женщина, составляющие божественную пару, то у вампиров был лишь Первородный. Вампиры не могли иметь потомство обычным способом. Но как передавался их дар крови, я понятия не имела. Как и остальные, кто не входил в доверенный вампирский круг. Я с трудом могла представить, какой мощью обладает тот, кого называли Первородным. Думаю, даже не все вампиры имели честь видеть его воочию. Связью между ним и остальными был Наперсник. Так называли самое доверенное лицо Первородного. Его я видела несколько раз, наблюдая за жизнью по ту сторону.

Размышляя обо всем этом, я смотрела, как Аден поравнялся с группой, окружавшей Красса, и с самым любезным, хоть и отстраненным видом, стал приветствовать собравшихся и отвечать на их реплики. Казалось, он был в своей стихии, и ничто не выдавало, что это не так. Сама не знаю, почему я была практически уверена в обратном. Может, это самонадеянно, но почему-то казалось, что я чувствую, что он испытывает на самом деле. Все эти гости, засыпающие льстивыми речами, ищущие его внимания, вызывали в нем раздражение и скуку. В подтверждение моей догадки Кровавый Ангел, выдержав положенное время, извинился и отошел ото всех, взяв с собой бокал с кровью. Поначалу, когда я видела подобное, испытывала дурноту, но постепенно привыкла. Представляла себе, что это всего лишь красное вино, и это помогало подавить инстинктивное отвращение. К тому же в отношении Адена Лареса вряд ли что-то могло вызвать эту эмоцию. Он держался настолько естественно, что и правда казалось, что пьет изысканное вино.

Так получилось, что он расположился около стены напротив той, где стояла я. Поэтому я имела возможность беспрепятственно разглядывать его, делая вид, что обвожу взглядом зал. По его непроницаемому лицу ничего нельзя было прочесть. Он спокойно наблюдал за вновь возобновившимся весельем гостей, всем видом демонстрируя, что не желает, чтобы его беспокоили. На других приемах он тоже всегда держался чуть в отдалении и поэтому это никого не удивляло. И хотя многие продолжали, как и я, словно невзначай, посматривать на него, что-то во всей его фигуре будто говорило: опасность, от меня стоит держаться подальше, если я сам не захочу иного. Проходящие мимо гости будто наталкивались на невидимую стену и спешили отойти подальше, оставляя вокруг него достаточно свободного пространства.

Я же радовалась тому, что перестала вызывать малейший интерес собравшихся, переключившихся на более достойный объект. Да и то, что я скромно и тихонько держалась, тоже не способствовало пробуждению любопытства. Думаю, меня приняли за чью-то протеже, впервые появившуюся в подобном обществе и которую покровитель бросил на произвол судьбы, сам предпочтя веселиться с другими гостями.

Такое положение вполне устраивало. Постепенно нервная дрожь, сотрясавшая тело поначалу, ушла. Да и пара бокалов шампанского дали свое. Я даже стала получать кое-какое удовольствие, придумав себе нехитрое развлечение — изучать наряды гостей и их манеру держаться. Старалась по мимике и жестам понять, насколько естественно те себя ведут. В какой-то момент, лениво скользя взглядом по залу, ощутила, что меня будто молнией ударило. Сердце так и подпрыгнуло, а потом забилось в бешеном темпе. Аден Ларес смотрел прямо на меня. Или так только кажется?

Я осторожно заозиралась по сторонам, отыскивая рядом со мной более подходящий для его взгляда объект. Но никого в обозримой близости не нашла. Черт, он и правда смотрит! И это произвело на меня такой эффект, что я застыла, будто парализованная. Только и могла, что хлопать ресницами и пытаться выровнять дыхание. Пристальный изучающий взгляд светло-васильковых глаз обволакивал, дурманил, заставлял трепетать каждую клеточку. Стоило неимоверного труда все же отвернуться и, чтобы скрыть смущение, двинуться к фуршетному столу.

Ощущала досаду на саму себя за то, что так отреагировала. Ну, посмотрел на меня мужчина, и что? Он, как и остальные, скорее всего, пытается угадать, кто я такая и что делаю на этом приеме. Так зачем же выставлять себя идиоткой, уподобляясь множеству других, кто тает под его взглядом?! Нет уж, со мной подобного не случится! Аден всего лишь хищник, как и большинство его сородичей, пусть и напоминает ангела. Кто знает, может, посмотрел на меня, как на возможное развлечение, с которым можно неплохо провести время и получить несколько глотков крови. Накладывая себе на тарелочку понравившиеся закуски, я стояла спиной к остальному залу, постепенно успокаиваясь. Так что разворачивалась уже с вполне бесстрастным видом.

Впрочем, он тут же слетел с меня, словно шелуха, стоило увидеть, что Аден отлепился от стены и идет в мою сторону. Значит, не почудилось! Я и правда чем-то его заинтересовала. Хотя по холодному лицу, на котором играла ничего не значащая вежливая улыбка, трудно было понять, что он чувствует на самом деле. Возникло неудержимое желание позорно сбежать, лишь бы не допустить этой встречи. Я понятия не имела, как вести себя с ним. А опозориться перед Кровавым Ангелом почему-то казалось досаднее, чем перед кем-либо другим.

К счастью для моего душевного спокойствия, уверенное движение в моем направлении Кровавого Ангела прервали самым бесцеремонным образом. Круг гостей пополнился новыми вампирами, чье появление тоже вызвало немалый ажиотаж. Аден резко остановился, устремив взгляд на дверь, и на несколько мгновений маска невозмутимости слетела с него. У меня перехватило дыхание при виде той силы эмоций, что исказили совершенные черты. Ненависть, отвращение, презрение — он спрятал их почти сразу, но я, не отводящая от него глаз, успела заметить. Невольно посмотрела в сторону тех, кто вызвал такую реакцию у Кровавого Ангела.

Мужчина и женщина, которых я не раз видела среди посетителей Красса Падерниса. Наперсник Первородного — Бурр Дагано со своей официальной любовницей. Кажется, ее звали Дамия, фамилия напрочь вылетела у меня из головы. Весьма колоритная парочка.

Если бы я точно не знала, что Бурр Дагано — вампир, его легко можно было бы принять за обычного человека. Кожа настолько смуглая, что даже черная кровь не смогла ее достаточно осветлить. Коренастый, но с хорошей фигурой и развитыми мускулами и выправкой, что выдавало в нем, как и в Крассе, бывшего воина. Волосы всклокоченные и непокорные, темно-рыжего цвета. При недостаточном освещении они могли показаться каштановыми. Глаза цвета темного миндаля, слишком маленькие, особенно на контрасте с широким лицом с мощной квадратной челюстью. Бурр Дагано мог показаться простаком, но из его разговоров с Крассом я знала, насколько обманчиво это впечатление. Его добродушие было таким же мнимым, как и у Главы вампиров. Коварный и злопамятный тип, никогда не прощающий обид. И близость Бурра Дагано к Первородному помогала ему убирать с дороги неугодных вампиров.

Дамия рядом с этим мощным крепким мужчиной смотрелась изящной статуэткой, пусть даже была выше него ростом. Фигура фотомодели, соблазн в каждом движении и взгляде, полное осознание собственной привлекательности. Она была блондинкой, но явно не натуральной — вряд ли такой цвет в естественном виде существовал в природе. Выразительные светло-зеленые глаза, похожие на кошачьи, горели лукавством, словно она на все смотрела с иронией и только и искала случая подшутить над теми, кто встречался на пути. Вот уж кто чувствовал себя в своей тарелке в любой ситуации! Я ощутила невольную зависть к этой сногсшибательной женщине. Сама я вряд ли бы смогла когда-нибудь сравниться с ней. Хотя у вампирши было несколько столетий, чтобы отшлифовать свое умение подать себя до ярчайшего блеска.

К ним тут же ринулись навстречу, приветствуя и засыпая комплиментами. Явное угодничество гостей невольно заставило скривиться. Как же они все мечтают заслужить расположение Наперсника Первородного! И вряд ли подозревают, что на того это не производит никакого впечатления, в чем я не раз могла убедиться. Этот мужчина действовал исключительно в собственных интересах.

Чарующий смех Дамии в ответ на реплику одного из гостей, адресованную ей, резко оборвался. Лицо тут же перестало казаться всего лишь умело наложенной маской роковой красотки, в нем на несколько секунд проявилось что-то настоящее, простое и естественное. Удивленная, я не преминула проследить за взглядом вампирши и моя рука, держащая тарелку с закусками, судорожно сжалась. Дамия в упор уставилась на Адена, который с ледяным безразличием смотрел на нее. Этот поединок взглядами длился недолго. Кровавый Ангел отвернулся и стал пробираться через толпу как можно дальше от вновь прибывших. Его глаза сейчас сияли еще ярче, чем обычно, выдавая кипящие внутри эмоции. Думаю, он даже толком не соображал, куда именно идет. Желает оказаться в отдалении от парочки вампиров, вот и все.

Сама не осознавая толком, что делаю, я двинулась по направлению к нему. Это было инстинктивно, на уровне импульса. Мы едва не столкнулись, замерев лишь в нескольких сантиметрах друг от друга. Аден вздрогнул и чуть нахмурился, но быстро взял себя в руки и даже улыбнулся. Показалось, что во взгляде промелькнуло что-то вроде облегчения. Наверное, воспринял меня как способ чем-то занять себя, чтобы избежать нежелательного внимания. С горечью подумала, что очень скоро ему придется разочароваться. Я совершенно не умела поддерживать светскую беседу. Что уж говорить о том, что в его присутствии и вовсе язык прилип к гортани.

— Простите, что едва не налетел на вас, — раздался обволакивающий голос, от которого сердце тут же ухнуло в пятки.

— Что вы… это я… — голос сорвался, и я смутилась еще больше.

— Тут немного шумно, не находите? Заметил, что вы тоже предпочитаете сохранять дистанцию от остальных… — он кивнул в сторону колонны, у которой я до того торчала.

— Вы весьма наблюдательны, — обругав себя последними словами, я все же заставила себя нацепить маску вежливого безразличия, скопировав его собственную. Хотя, пожалуй, сейчас его улыбка была более теплой, чем раньше, когда он улыбался остальным.

— Тогда, может, не откажетесь составить мне компанию? Поскучаем вместе, пока не закончится прием.

Черт, я снова начала волноваться. Даже ладони взмокли, и я с трудом удержала тарелку с закусками. Удивительно, но Аден это заметил и с еще более обворожительной улыбкой предложил мне помочь. Взяв тарелочку из моих пальцев, свободной рукой подхватил меня под локоть и увлек ко все той же колонне. А у меня едва ноги не подкосились, настолько ошеломляющий эффект оказало одно его прикосновение. В этом месте будто искры рассыпались, сменяясь вереницами мурашек. Да еще, когда он находился так близко, я могла ощущать аромат, исходящий от него. Именно аромат, по-другому это назвать было нельзя.

Нет, я и раньше замечала, что вампиры пахнут иначе. Их запах напоминал духи, в которых отчетливо ощущалась сладость. Но если в запахе Красса доминировали слишком резкие нотки, почти неприятные, то от аромата тела Адена Лареса кружило голову. Утонченный, напоминающий тот, что источают розы в саду. И вместе с тем в нем чувствовалось что-то будоражаще-мужское, отчетливо дающее понять, что передо мной сильный мужчина, которого уж никак нельзя спутать с надушенной женщиной. Этот запах хотелось вдыхать снова и снова, и я с трудом подавляла желание приникнуть к нему чуть ближе, чтобы ощутить его глубже.

Когда он отпустил мой локоть, оказавшись у колонны, я даже испытала разочарование. Но оно тут же сменилось новой вспышкой смущения, когда Аден слегка склонился ко мне и доверительно шепнул:

— Вы впервые на таком приеме?

— Это настолько заметно? — голос прозвучал хрипло и неуверенно, что лишь усугубило мое смущение.

Я не желала, чтобы Кровавый Ангел понял, насколько меня волнует его общество. Он может воспринять это как-то не так. Словно он интересен мне, как мужчина. Тут же ехидный внутренний голос не преминул заметить: а разве не интересен? Я постаралась не додумывать эту мысль и стиснула зубы. Ни за что не уподоблюсь другим девчонкам, приходящим в восторг от одного взгляда на Кровавого Ангела!

— Вы держитесь достойно, но я все же заметил, что вам здесь не по себе. С кем вы пришли? — спросил Аден как бы невзначай. — Просто преступление со стороны вашего спутника так надолго оставлять вас одну. Но тем хуже для него, — я невольно посмотрела в его лицо и немедленно пожалела об этом. Остаться безразличной к этому живому соблазну было невозможно. Сердце тут же устроило бешеную пляску, а мои попытки держаться гордо и независимо затрещали по швам.

Сказать ему, кто я такая, чтобы немного поубавить решимости затащить меня в постель? В том, что именно это цель Адена Лареса, я не сомневалась. Не раз видела, как он подобным образом вел себя раньше, и неизменно одерживал победу, уходя с приема с очередной покоренной им красоткой. Конечно, мне льстило, что в этот раз выбор искушенного вампира пал на меня, но почему-то я злилась. Уязвляло то, что он считает меня очередной пустышкой, которую ничего не стоит очаровать и свести с ума.

Я уже продумывала какой-нибудь язвительный, но вежливый ответ, чтобы дать понять, что со мной этот номер не пройдет, когда взгляд Адена будто застыл. Он смотрел куда-то поверх моего плеча, и я инстинктивно обернулась. Показалось, что меня плетью хлестнуло, настолько колким взглядом окинула с ног до головы подошедшая Дамия.

Впрочем, она тут же обратила все свое внимание на Кровавого Ангела, игнорируя мою персону. Ее улыбка опытной искусительницы вряд ли могла оставить равнодушным любого мужчину. Любого. Но не Адена. Лицо последнего осталось абсолютно непроницаемым.

— Давно не виделись, Аден.

— Действительно, давно, — произнес он таким тоном, словно осталась недосказанной мысль: «Еще бы век не видеться». Это так не вязалось с его привычной безупречной обходительностью, что я пораженно замерла. Тут же захотелось исчезнуть куда-нибудь, оставляя этих двоих наедине, но я будто приросла к полу. Сама не понимая, почему, не могла решиться уйти и так и не узнать, что же между ними происходит.

— Думала, ты подойдешь, чтобы поприветствовать нас с Бурром. Хотя бы по старой дружбе, — прозвучало явной издевкой, и Аден едва заметно нахмурился.

— А я думаю, что у вас и так нет недостатка в тех, кто желает примкнуть к числу ваших друзей, — уголки губ Кровавого Ангела чуть приподнялись в вежливой улыбке, почему-то больше напомнившей готовый обнажиться оскал.

— Ты прекрасно знаешь, чье общество мы бы предпочли обществу многих, — зеленые глаза красавицы слегка прищурились. — Но вижу, ты предпочитаешь наделять своим вниманием всякую шваль.

Я так и замерла, чувствуя, как то бледнею, то краснею от такой явной грубости. Дамия, по-видимому, как и Красс, тоже считала, что правила приличий не для нее. Но сама я вряд ли бы осмелилась возражать подруге того, кто стоит на одном уровне с моим господином. Таким, как я, полагается помалкивать и знать свое место. Да и сейчас все, чего хотелось, это опрометью броситься прочь в желании оказаться как можно дальше от всех этих напыщенных снобов. Да уж, Красс превзошел самого себя в попытках сделать мне «приятное»! Век не забуду! Хотя в моем случае понятие «век» звучит почти насмешкой. Я уже хотела незаметненько так отойти в сторону, найти секретаря и попросить отвести меня обратно на тайную половину, но рука Адена сжалась на моем запястье. Я замерла, ощущая, что еще немного — и просто сгорю со стыда.

— Ты всегда была дурно воспитана, моя дорогая, — чуть насмешливо проговорил Аден. — Даже пять столетий не смогли сделать из тебя аристократку, как ты ни пыталась этого добиться.

— Может, если бы мой любимый наставник не бросил дело на полпути, все было бы по-другому, — она улыбалась, но что-то в ее взгляде выдавало скрытую горечь.

— О, моя дорогая, ты ведь с легкостью нашла себе другого наставника, так что не стоит винить кого-то в собственном выборе!

Улыбка Дамии стала еще шире, а потом она беззаботно рассмеялась.

— Ты все такой же колючий! Хотя лучше это, чем твоя излюбленная маска ледяного ангела. По крайней мере, сейчас можно понять, что ты чувствуешь на самом деле.

У меня даже уши горели, настолько неловко было присутствовать при этом несомненно интимном разговоре. Для них сейчас не существовало кого-то еще. Даже Аден, продолжающий сжимать мою руку, словно забыл о том, что я рядом. Все его внимание было приковано к дерзкой красотке, ведущей с ним одну лишь им двоим понятную пикировку.

— Вряд ли мои настоящие чувства бы тебя порадовали, — с очаровательной улыбкой проговорил Аден. — Так что не советую пытаться их разгадать.

— А я бы все же попробовала… — Дамия медленно провела рукой по его груди, не отводя призывного горящего взгляда. — Не хочешь сбежать отсюда?

— С тобой? — в этот раз он даже не пытался скрыть презрения в голосе и взгляде. — Прости, но единственная женщина, которая интересна мне среди присутствующих в этом зале, уже и так оказала честь, удостоив своим вниманием.

Он посмотрел в мою сторону и чуть склонил голову в церемонном кивке. Потом, окончательно деморализовав меня, поднял мою руку и поднес к губам. В том месте, которого они коснулись, будто вспыхнуло пламя, и я едва подавила прерывистый вздох. Тут же с опаской посмотрела на Дамию и содрогнулась от неприкрытой враждебности, сверкающей в кошачьих глазах. К ее чести, она довольно быстро овладела собой, принимая невозмутимый вид и ничем больше не выдавая досады.

— Ты хоть понял, кто это? Я вот не преминула задать этот вопрос секретарю Красса. Он ведь сам составляет списки гостей, так что прекрасно осведомлен о том, кто здесь кто. Тебе бы тоже не мешало сначала интересоваться, кому собираешься уделить внимание, — следующие слова Дамии заставили замереть. Как и Аден, я уставилась на вампиршу в ожидании продолжения.

— Разве это имеет значение? — холодно проговорил Кровавый Ангел. — Я никогда не сужу о людях по их социальному положению.

— В этот раз это сыграло с тобой злую шутку, — хмыкнула женщина и чуть посторонилась, встав по другую руку от Адена. Наклонившись прямо к его уху, жарко зашептала. Достаточно громко, чтобы слышала и я. — Обрати внимание, каким взглядом смотрит на вас Красс Падернис!

Теперь это заметила и я, до того полностью поглощенная разговором Кровавого Ангела с вампиршей. Господин никогда не считал нужным скрывать эмоции, и от выражения его мрачного лица к горлу подкатила дурнота. Черт! Трудно не заметить, что он недоволен. Увидев, что к нам уже спешит секретарь Красса, я и вовсе сникла. Что я сделала не так? Он ведь сам предоставил меня собственной участи, велел развлекаться. Я всего лишь разговаривала с Аденом, не больше. Но по выражению глаз господина не сомневалась, что он думает иначе. И наверняка уже придумывает какое-нибудь наказание, чтобы знала свое место. Может, вся эта затея с приглашением меня на прием и была задумана с этой целью? Получить новый повод для наказания? Нет, полный бред! Это слишком даже для Красса Падерниса!

Странно, что Аден все равно не выпустил моей руки даже после слов Дамии. Напротив, невозмутимо улыбнулся.

— По-видимому, это и есть ваш покровитель, моя прекрасная незнакомка, имени которой я до сих пор не знаю, — мягко обратился он ко мне. — В таком случае в следующий раз он сто раз подумает, прежде чем бросать вас на растерзание всем этим волкам.

— Ты не понял, Аден, — елейным голосочком произнесла вампирша, и у меня внутри все сжалось. — Она не его официальная спутница. Она его вещь, подстилка, существо с тайной половины. Не знаю, чем руководствовался Красс, выпустив ЭТО сегодня к приличным людям, но я возмущена. К счастью, запятнать себя общением с подобным ничтожеством я не успела. Пойдем лучше к остальным! Не хочу, чтобы тот, кого несмотря на все наши разногласия, я глубоко уважаю, и дальше делал из себя посмешище, оказывая знаки внимания отребью.

Пальцы Адена, обхватывающие мое запястье, медленно разжались, и я тут же ощутила, как на плечи обрушивается весь мир. Господи, да я бы предпочла подвергнуться худшим истязаниям со стороны Красса Падерниса, чем снова увидеть этот застывший взгляд, совершенно безразличный и ледяной! Тот, в котором еще недавно проскальзывало едва уловимое, но все же тепло по отношению ко мне. Не сомневаюсь, что за ледяной маской, в которую снова превратилось лицо Кровавого Ангела, теперь скрываются презрение и гадливость.

Игрушка для утех, которую можно использовать так, как только заблагорассудится господину — вот, кто я такая! Бесправное существо, у которого нет права на жизнь и свободу, которое принято скрывать от всех, как постыдную тайну. Кукла для выполнения самых порочных и жестоких фантазий, которые никогда не озвучат другим. Я прекрасно знала, как вампиры относятся к таким, как я. И то, что Аден отвернется от меня, едва узнав о том, кто я такая, не стало сюрпризом. Правда, от этого легче не стало. И все же он пока не отошел. Продолжал смотреть, не отрываясь, будто стараясь проникнуть в самую душу этим взглядом. Хотел что-то сказать, но в этот момент рядом оказался Церетр Тарн и резко дернул меня за руку:

— Господин велел тебе возвращаться к себе… — Он тут же церемонно склонился перед Аденом и Дамией и фальшиво улыбнулся. — Прошу прощения, господа!

Женщина милостиво махнула рукой, Кровавый Ангел же стремительным шагом двинулся прочь, рассекая толпу. Я поймала себя на том, что с тоской смотрю ему вслед, а перед глазами все заволакивает пелена слез. Только не это! Я не должна плакать сейчас, когда на меня все смотрят. Чудовищным усилием воли сдержала слезы и высоко вскинула подбородок, следуя за секретарем к выходу. По сторонам не смотрела, а все звуки сливались в один непрерывный неразборчивый гул. Хотелось одного — пусть это наконец-то закончится! Сейчас я даже не боялась смерти, а сочла бы ее избавлением от позорной незавидной участи живой игрушки. Снова и снова вспоминала последний взгляд Адена Лареса, и каждый раз это будто проворачивало нож в сердце.

Проводив на тайную половину, Церетр Тарн велел мне оставаться в своей комнате и ушел, не удосужившись сказать больше ни слова. А я даже не пыталась спрашивать его мнение насчет того, что теперь меня ждет. Не снимая вечернего платья, проковыляла к кровати и рухнула на нее. Свернувшись калачиком, устремила невидящие глаза вдаль и полностью отрешилась от реальности.