Скандал у алтаря. История униженной невесты

Глава 50

Успеваю лишь увидеть, как глаза мужа наполняются… ужасом? И тут же триглид подо мной рывком пускается вскачь. Ахнув, стискиваю в ладонях рога, чтобы не свалиться с «лошадки».

Перед глазами мелькают ошарашенные лица магов, а потом меня накрывает густая тень. Короткого взгляда наверх хватает, чтобы увидеть силуэт дракона, что парит прямо надо мной.

Ешкин кот...

Все пошло не по плану.

Мой расчёт был на то, что Рейгар покажет мне дорогу к залежам сланша, и я последую за ним. Но вместо этого триглид, как необъезженный мустанг, уносит меня прочь в неизвестном направлении, а дракон, получается, нас догоняет. Возможно, он хотел бы лапами выдернуть меня с триглида, но тут вокруг деревья, и ему никак не подобраться ближе.

В панике цепляюсь за зверя. Льну к его подпрыгивающему телу, словно утопающий к спасательному кругу. По лицу хлестают ветки, стволы сосен проносятся мимо, как в ускоренном кадре. Куда мы прискачем таким макаром, понятия не имею… Нет, дружок, так не пойдет!

— А ну, стой, — отчаянно кричу «лошадке» и тяну рога на себя.

Как ни странно, это срабатывает. Триглид потихоньку замедляется и через минуту, другую останавливается онончательно. Мощный зверь тяжело дышит, мышцы дрожат от напряжения.

Казалось бы, мы с ним сейчас один на один. Его звериной мощи хватит, чтобы разорвать меня на кусочки, но я не испытываю к нему ни капли страха. Растерянность — да и только.

И вот что удивительно.

Мне кажется, наши чувства сейчас взаимны. Это прекрасное, сильное животное, похоже, тоже пребывает в замешательстве.

Я медленно глажу его по теплой, чешуйчатой холке, говорю:

— Ты прости меня за бесцеремонность, ладно, дружок? Нам надо было для начала познакомиться. Привыкнуть друг к другу. Не стоило мне наскакивать сходу. Но мне очень-очень надо попасть в одно место. Это важно для меня. И я надеюсь, что ты поможешь… Эм. По дружбе.

Чувствую, как при звуках моего голоса животное подо мной потихоньку успокаивается. Когда его дыхание выравнивается, он изворачивает шею так, что один глаз в упор смотрит на меня. Черный зрачок сужается в янтаре, будто фокусируется камера объектива.

С минуту мы просто смотрим друг на друга, и я ощущаю, как меня покидает волнение, растерянность и прочая шелуха. Точно желтые листья слетают с дерева в осенний день, оставляя голую суть. Связь. И доверие. И радость, вплоть до бурлящего ликования, что мы с триглидом друг друга поняли.

Наконец, животное отворачивается. Перебирая лапами, спокойно топчется на месте, будто ждет от меня сигнала, куда двигаться. Я бы ему подсказала, вот только сама не в курсе… Задираю голову и машу дракону, что кругами летает прямо надо мной.

— Где сланш? — кричу погромче.

Кажется, Рейгар меня слышит, потому что он перестает наворачивать по небу круги и начинает двигаться по прямой, прочь от меня. Я аккуратненько тяну триглида за правый рог, и прошу:

— Повернись-ка, милый! Нам надо напра-аво.

Ящер подо мной послушно поворачивается, куда я прошу, и медленно шагает, острожно ступая, словно прислушиваясь к моей реакции. Услышав одобрящие нотки в моем голосе, набирает скорость и вот, мы уже со всех ног мчимся за драконом.

Так как ландшафт нас окружает лесной, приходится то и дело лавировать между деревьями. Я не расслабляюсь ни на секунду, стараюсь прилипнуть к зверю второй кожей. Мышцы скоро деревенеют от напряжения. Запоздало ругаю себя, что за столько дней в новом мире даже не догадалась привести тело в тонус.

Не знаю, сколько продолжается наша гонка, но к моменту, когда мы добираемся до каменистых поверхностей я ощущаю лютую усталость в каждой клеточке тела. К счастью, дракон начинает снова выписывать надо нами круги, будто показывая, что мы прибыли на место назначения.

Осмотревшись, я ужасаюсь. Передо мной, насколько хватает глаз, отвесная каменная гряда. Значит, это ее мне предстоит покорить верхом на триглиде?

Это вам не по ровной поверхности скакать!

А вдруг я слечу с его спины?

Тут хочешь - не хочешь надо подстраховаться.

Слезаю с триглида и стаскиваю с себя нижнюю юбку. Рву ее на широкие ленты. Потом приматываю себя к животному, на удивление, спокойно воспринимающему мои манипуляции. В целом оно проявляет столько ума и смекалки, что я только диву даюсь.

К моменту, когда я примотана к нему крепко-накрепко, краем глаза замечаю справа от себя какое-то движение. Секунда — и передо мной появляется Рейгар, в человечьем обличии. По его лицу сразу понимаю, что он зол. Видно, ему не по душе мое самоуправство.

Секундой позже, понимаю, что я не ошиблась.

— Что ты задумала, Ари? — рычит он. — Слезай.

Я молча мотаю головой, но объяснить ничего не успеваю. Рейгар указывает на широкую каменную гряду и шипит:

— Ты не видишь? Тут скалы. Если упадешь, разобьешься насмерть!

— Я не планирую падать, — поспешно указываю на тряпки, сцепившие нас с триглидом так, что мы теперь напоминаем мумию Кентавра. — Смотри, как крепко я себя привязала!

Но мужа мои доводы не убеждают.

Он безапелляционно приказывает:

— Слезай. Теперь моя очередь оседлать триглида.

Тут неподалеку от нас раздается треск веток. Обернувшись, замечаю нагоняющую нас стаю. Видимо, она всю дорогу следовали за вожаком, которого я у них угнала.

Что же. Удачно получилось.

Указываю рукой на стаю и говорю:

— Хочешь оседлать триглида? Выбирай любого.

Рейгар озадаченно хмурится. Ноздри едва заметно раздуваются, пальцы сжимаются в кулаки до побледневших костяшек. Он злится? Озадачен? Раздосадован?

Ну, еще бы… Своего питомца я уже объездила. А ему со своим еще надо договориться.

Подсказываю:

— Выбери одного триглида. И поговори с ним по душам. Эти лапочки очень восприимчивы к доброму слову.

Герцог фыркает и... внезапно замирает, прислонившись к каменной гряде. Мысленно усмехаюсь. Да что он так напрягается? Ну, сбросит его разочек триглид со своей спины, подумаешь! Не смертельно же, особенно, дракону…

Но тут муж резко прикладывает палец к губам, требуя тишины, и тревожно задирает голову вверх. В его глазах — хищная настороженность. Рефлекторно замираю, чувствуя, как всё вокруг словно на миг перестаёт дышать.

Что он там увидел? Вглядываюсь в своды, в пустое небо, в дрожащие на серых камнях листья, но ничего, что могло бы встревожить, не замечаю. Ничего... кроме тишины, которая теперь звенит слишком чисто.

Кажется, он что-то уловил своим звериным слухом. Что-то, что пронеслось мимо моего внимания, но вызвало в нём тревогу на уровне инстинкта.

Рейгар молча приседает и, не говоря ни слова, начинает выводить на пыльной каменной поверхности буквы.

Я склоняюсь ближе — и когда наконец читаю написанное, сердце сжимается и срывается вниз, как в кошмаре. Прямо в бездонную яму, куда вслед за ним летит и моё хрупкое, едва собранное спокойствие. Мир на мгновение перестаёт существовать. Только эти слова на камне. И глухой, ледяной удар паники в грудь.

КРИНВУД ЗДЕСЬ.