Спецназ ищет няню. Срочно!

Глава 9

Сквозь сон чувствую нежное поскуливание и тычок чего-то мокрого в щеку. Я недовольно морщусь, пытаясь отмахнуться, но настойчивый нос снова находит мое лицо, теперь уже тыкаясь в подбородок.

– М-м-м, еще пять минуточек… – бормочу, натягивая одеяло выше.

В ответ раздается тоненькое, жалобное «тяв».

Резко распахиваю глаза. На подушке рядом со мной, свернувшись клубочком, лежит тот самый щенок. Вчерашний найденыш. После того как мы вернулись домой далеко за полночь, я первым делом отмыла его в ванной от всей грязи, что он успел собрать на улицах. Под слоем колтунов и пыли скрывался очаровательный малыш с шерстью цвета карамели и умными, как у взрослой собаки, глазами-бусинками. Он оказался таким измученным, что даже не сопротивлялся, когда я обрабатывала ему ранку на ухе. А потом я завернула его в самое пушистое полотенце, накормила специальным кормом для щенков, который у меня всегда есть в запасе, и он тут же отключился.

Видимо, ночью он перебрался ко мне на кровать. И теперь, выспавшись, требует внимания.

– Привет, сладкий, – улыбаюсь, почесывая его за ушком. – Проголодался?

Щенок в ответ виляет своим коротким хвостиком так, что вся его задняя часть ходит ходуном, и пытается лизнуть меня в нос. Ласковый. И совсем не дикий, как я думала. Просто напуганный.

Я осторожно встаю с кровати, чтобы не потревожить Масю с Диком, которые спят в другой комнате. Щенок тут же спрыгивает следом и семенит за мной на кухню, путаясь в собственных лапах. Он такой смешной и неуклюжий, с огромными, явно не по размеру, лапами и висячими ушами. Настоящий лопоухий красавчик.

Насыпаю ему в миску порцию корма и ставлю свежую воду. Малыш набрасывается на еду с жадностью, чавкая на всю квартиру. Пока он ест, я ставлю чайник и беру телефон в руки. На экране несколько пропущенных от Светки. Наверняка волнуется. Я вчера так и не отписалась ей, чем закончилась наша спасательная операция.

Набираю ее номер, прижимая телефон плечом к уху и доставая из холодильника молоко для кофе.

– Лялина, твою мать! – раздается в трубке возмущенный голос подруги вместо приветствия. – Ты жива? Я уже собиралась звонить в полицию и сообщать о пропаже человека! Ты почему не отвечала?

– Привет, Свет. Прости, я вырубилась, как только до дома добралась, – виновато оправдываюсь я. – Все в порядке. Мы его нашли!

– «Мы»? – тут же цепляется она за слово. – Ты же вроде одна собиралась ехать. Неужели это Раш примчался на помощь прекрасной даме?

– Нет, не Раш, – я делаю глоток горячего кофе и на секунду замолкаю, собираясь с мыслями. – Меня Иван подвез.

На том конце провода повисает оглушительная тишина. Я даже проверяю, не прервался ли звонок.

– Света? Ты тут?

– Сосед-терминатор? – уточняет она недоверчиво. – Тот самый, который считает тебя проблемной малолеткой? Он?

– Он самый, – вздыхаю я, наблюдая, как щенок, доев, пытается залезть прямо в миску лапами, чтобы вылизать ее дочиста. – И он не считает меня…

– Серьезно, что ли?

– Ладно, считает. Но это не отменяет того факта, что он мне вчера очень помог.

– Так, рассказывай. Подробно и с самого начала. Что этот айсберг делал в полночь рядом с тобой?

Я пересказываю ей все события вчерашней ночи: как столкнулась с Иваном у подъезда, как он сначала ворчал, а потом сам предложил меня отвезти, как мы два часа бродили по темным улицам, и как он в итоге поймал щенка, бросившись ему наперерез.

– Ничего себе, – присвистывает Света, когда я заканчиваю свой рассказ. – Да твой Терминатор, оказывается, рыцарь в сияющих доспехах. Просто доспехи у него немного ржавые и скрипучие.

– Ага, и с функцией перманентного недовольства, – фыркаю я, но против воли на губах появляется улыбка. – Ты бы видела его лицо, когда он этого грязного щенка на руки взял. Мне кажется, он в этот момент проклинал все на свете. Особенно меня.

– Но ведь взял же! И помог! Сонь, мне кажется, или этот мужик на тебя запал?

– С чего ты взяла? – я чуть не давлюсь кофе. – Он же сам сказал Марку, что я ребенок, и чтобы тот делал что хочет.

– Сказал-то он сказал, а сам среди ночи срывается, чтобы отвезти тебя за тридевять земель за каким-то щенком. Мужики так не поступают с теми, кто им безразличен. Особенно такие, как он – серьезные и занятые. Поверь моему опыту.

– У него просто очередной приступ благородства случился, – упрямо стою я на своем, хотя где-то в глубине души ее слова заставляют маленькое зернышко надежды проклюнуться.

– Приступы благородства, которые случаются исключительно рядом с тобой? Сонь, не будь наивной. Ты ему нравишься. Я уверена. А то, что твой сосед сказал Рашу… это просто защитная реакция. Он боится.

– Чего боится? Меня?

– Разницы в возрасте, ответственности, новых отношений. У него ребенок, развод за плечами. Конечно, он будет строить из себя неприступную крепость. Но ты эту крепость, кажется, уже начала потихоньку штурмовать.

Я молчу, переваривая ее слова. Может, подруга права? Может, его показное безразличие – это всего лишь маска?

– Ладно, а что с Марком? – переводит тему Света. – Свидание в силе?

– В силе, – вздыхаю я. – Сегодня вечером идем в какой-то бар.

– И как настроение? Боевое? Готова очаровать красавчика?

– Если честно, я вообще не знаю, чего хочу, – признаюсь я. – Раш, конечно, классный. Веселый, обаятельный, с ним легко. Но…

– Но это не Иван, – заканчивает за меня подруга.

– Но это не Иван, – эхом повторяю я.

Мы молчим пару секунд, и в этот момент в дверь тихонько, но настойчиво стучат.

– Ой, Свет, ко мне, кажется, пришли. Я тебе позже перезвоню, ладно?

– Лады. Беги уже. И держи меня в курсе всех событий на твоем любовном фронте! – хихикает подруга и отключается.

Я откладываю телефон на столешницу и, нахмурившись, иду в прихожую.

Кто бы это мог быть в такую рань?

Заглядываю в глазок, но там пусто.

Странно. Может, послышалось?

Но стук повторяется – глухой, где-то в самом низу двери.

Щелкаю замком, нажимаю на ручку и толкаю дверь от себя.

На пороге, в милой розовой пижаме и пушистых тапках-зайцах, стоит Полина. Одна. Я замираю, моргая, пытаясь сопоставить картинку с реальностью.

– Поля? – выдыхаю я, опускаясь перед ней на корточки. – Ты как тут оказалась? Одна?

Малышка сияет, переминаясь с ноги на ногу в своих забавных тапках. Ее светло-русые волосы растрепаны, а синие глаза светятся восторгом.

– Пвиветь, Няня! – звонко выдает она. – Я к тебе пвишла! Соскусилась!

Я испуганно оглядываю лестничную площадку. Ни Ивана, ни Нины Егоровны. Пустота. Тишина, нарушаемая только тихим сопением ребенка и поскуливанием щенка у меня за спиной.

– Полечка, а где папа? Где бабушка? – мой голос дрожит от подступающей паники.

– Папа дома! – она машет рукой в сторону своей двери. – Он там… куп-куп! А бабуля меня утлом пвивезла и уехава. Сказава, папа за мной посмотвит. А он купаеса!

Меня прошибает холодный пот. То есть этот суровый «Терминатор» сейчас спокойно намыливает свою брутальную зад… шею и не подозревает, что его трехлетняя дочь разгуливает по подъезду? Класс! И потом – я чудачка?

– Господи, Поля… Ты сама дверь открыла? – я хватаю ее за крошечные ладошки. Они холодные.

– Да! Я больфая! – гордо заявляет ребенок. – На стульсик встала!

– Да как же ты…

– Я к тебе котела. Низя? – сводит обижено бровки.

– Можно! – вскрикиваю я. – Конечно можно!

Я быстро затаскиваю ее в квартиру и захлопываю дверь. Сердце колотится в горле. Раз Полинка смогла выйти из дома, значит, она может уйти и дальше. А если бы она к лестнице пошла? Или на улицу? У меня от этих мыслей все внутри сжимается.

– Так, Пирожочек, слушай меня внимательно, – стараюсь говорить спокойно и внушительно, хотя меня всю трясет. – Это чудесно, что ты ко мне пришла, но лучше так больше не делать. Гулять одной – может быть опасно. Ладно? – Кивает послушно. – А сейчас сиди здесь, смотри за собачками. Никуда не уходи! Я сейчас быстро сбегаю к папе, оставлю ему записку, чтобы он не пугался, и вернусь. Хорошо?

– Ховофо! – соглашается Поля, уже заприметив карамельного щенка, который осторожно выглядывает из-за угла. – Ой! Кто это?

– Это новый гость. Сиди тихо, я мигом!

Я хватаю пачку стикеров с подоконника на кухне и карандаш. Трясущимися руками отрываю один листок и быстро вывожу: «Поля у меня. Она сама открыла дверь и пришла в гости. Я за ней присмотрю. Не убивай меня. Соня».

Выскакиваю в коридор. Дверь Ивана действительно приоткрыта – видимо, Поля не смогла ее плотно захлопнуть. Внутри стоит тишина, сквозь которую едва слышен шум воды из ванной. Значит, Иван все еще блаженствует под душем, ни о чем не подозревая.

Прошмыгиваю в его прихожую. На зеркале в коридоре куча отпечатков маленьких пальчиков. Леплю записку прямо по центру, чтобы ее точно заметил сосед, и пулей вылетаю обратно.

Захлопываю свою дверь, поворачиваю замок на два оборота и только тогда выдыхаю. Навстречу мне из комнаты выходит Полина. Картина маслом: маленькая девочка в розовой пижаме тащит несчастного щенка, обхватив его обеими ручонками под мышки. Малыш болтает задними лапами в воздухе и смотрит на меня с немым вопросом: «За что, женщина?».

– Смотли, Няня! Он послуфный! – Поля сияет, прижимая щенка к себе. – Как зовут?

– У него еще нет имени, принцесса. Хочешь сама придумать? Только давай сначала поставим собачку на пол, а то он тяжелый. И кажется, ему не совсем удобно…

Малышка задумывается, смешно наморщив носик. Опускает щенка, и тот сразу прячется за мои ноги, испуганно высунув нос.

– Квепа! – выдает Поля через секунду. – Он будет Квепа! Мавенький и смефной.

– Клепа? По-моему, просто отлично звучит! – улыбаюсь я, чувствуя, как напряжение потихоньку отпускает. – Ну что, Полина Ивановна, завтракать будем? Папа тебя, как я понимаю, накормить не успел?

– Неть. Я сбезала.

– Чем вы обычно завтракаете?

– Кафой, – говорит Поля, нацелившись крохотными ручонками на прячущегося за меня Клепу. – Папа мне кафу дает. А она нефкусная. Фу, – делает попытку схватить щенка. Тот отскакивает и улепетывает под кровать.

– Невкусная? – притворно округляю в ужасе глаза. – Не верю!

– Чесно-чесно, нефкусная.

– Ты просто не пробовала мою фирменную, для принцессы. Хочешь?

– Кочу!

– Тогда давай свою лапку и идем. Сейчас я приготовлю тебе такой завтрак – пальчики оближешь!