Тихоня для босса. (не) фиктивная беременность

40. Дарья

Зарецкий прет как танк. Невзирая ни на протесты, ни на здравый смысл, ни на тихий ропот совести, если, конечно, она у него есть. Чувствую, что начинаю сдавать позиции. Снова прогибаюсь под его бескомпромиссным напором. И это лишь провоцирует Евсея а более активные действия.

В офисе, сидя за своим столом в кабинете Зарецкого, я только и могу думать о том, что же ожидает нас вечером. Можно не сомневаться: задавшийся целью покорить меня миллиардер задумал что-то грандиозное. Простым походом в ресторан я явно не отделаюсь. Хотя против еды я теперь никогда не возражаю. Удивительно, что при таких аппетитах прибавляю нормально. Но каждый раз встаю на весы со страхом и обещаю в следующий раз сдерживаться.

Работа кипит. Зарецкий то роется в бумагах, то совещается с замами, а то и вовсе отлучается по делам. В такие моменты меня очень поддерживает Евгений Анатольевич или, как он сам настаивает, для меня просто Женя. Приятный молодой мужчина трудится личным помощником Евсея. Наверное, сам Зарецкий приставил ко мне Женю, чтобы было к кому обратиться за помощью в случае чего.

— Устала? — заглядывает в кабинет Евгений.

С самого утра меня никто не трогает, очевидно, в моих подписях нужды нет, и я спокойно занимаюсь дипломом. Евсей уже пару часов как отсутствует, так что в кабинете я совершенно одна. И, надо сказать, это очень способствует концентрации. Никто не отвлекает, глаза сами собой не приклеиваются к широкоплечей фигуре, сосредоточенной на бумагах, не скользят к чувственным губам, а память не подкидывает картинки наших поцелуев. Сердце работает в нормальном темпе. Сплошные плюсы!

— Привет, — здороваюсь еще раз с личным помощником. — Вроде не устала, но пройтись бы не помешало, — с наслаждением потягиваюсь. — Долго сидеть в одной позе — то еще удовольствие.

— Согласен, работка у нас вредная и тяжелая, — улыбается заговорщицки Женя. — Поэтому обед мы заслуживаем самый вкусный, а вечером ходим гулять или в спортзал. Ты, кстати, где предпочитаешь сейчас поесть, у нас в столовой или в ресторане через дорогу?

Смотрю на Евгения в оба, хлопаю ресницами и понимаю, что ничего не понимаю.

— Сейчас поесть? — переспрашиваю и наверняка кажусь совсем глупой.

— Обеденный перерыв, — кивает Женя на огромный циферблат на противоположной стене. — Я подумал, что ты не будешь против моей компании. А босс задерживается, будет еще не скоро.

Ну что ж, поесть я теперь всегда рада, тем более завтрак был уже давненько. Мой бездонный желудок успешно его переварил. Глупо отказываться, да и в затворницы я не записывалась.

— Тогда ресторан. Подожди только, я сейчас куртку возьму.

К моему удивлению, Евгений берет отдельную кабинку. Памятуя о том, к чему привело прошлое мое посещение подобного места, я не расслабляюсь. Отправляю сообщение Евсею о том, где я и с кем, но оно пока что остается непрочитанным. Женя расслабленно болтает, советует, что из меню стоит заказать, а я сижу как на иголках и мечтаю только об одном: чтобы этот странный, некомфортный обед поскорее закончился. Наверное, это нечестно по отношению к Жене — он для меня старается, но вот как есть.

Заказываю себе стейк и салат. На десерт медовик — очень уж понравились ягодки, украшающие золотистый кусочек на фото. В общении веду себя скованно, хотя Евгений явно старается. Поэтому предпочитаю сосредоточиться на еде. Тем более, что кухня в этом ресторане отрабатывает на все сто: каждое блюдо — особый вид гастрономического наслаждения.

— И как тебе работается у нас? — интересуется личный помощник, когда я уже почти доедаю десерт.

Так и тянет заказать еще один, но я сдерживаюсь, не хочу через несколько месяцев стать похожей на баржу. Вряд ли тогда Зарецкий еще хоть разок вышибет опору у меня из-под ног своим поцелуем. Не могу представить его страстно целующимся с откровенной уродиной даже ради всех его драгоценных миллиардов. А если и отчается Евсей до такой степени, то уж точно будет делать все без огонька. Такого счастья мне точно не надо. Чувствовать, что мужчина с тобой по необходимости — что может быть страшнее?

— Неплохо, — жму плечами. А что я еще могу ответить? Что мне без разницы, где писать свой диплом?

— Ну да, ты же на особом счету, — хитро тянет Евгений. Давлюсь последним куском торта и во все глаза смотрю на помощника. Он знает о нашем с Зарецким договором? — Завидую тебе, с тебя босс не сдирает каждый день по три шкуры, — подмигивает мне. — Но если что, не стесняйся обращаться, всегда рад помочь красивой девушке. Поддержать в случае чего — тоже.

— Спасибо, — я улыбаюсь в ответ, но эта улыбка отдает фальшью. К чему были эти последние фразы? Не хотелось бы думать, что доверенное лицо Зарецкого замыслил что-то против меня. Или это просто флирт? Он — молодой и довольно симпатичный, я вроде тоже, почему бы и нет?

В офис возвращаемся с небольшим опозданием. Евсея еще нет, и я спешу скорее занять свое рабочее место. Женя ловит меня за руку и задерживает прямо на пороге.

— Подожди, Даш, — мягко просит он. Мы стоим друг напротив друга, и между нашими лицами едва ли поместится две ладони. — Я серьезно говорил про любую помощь. Ты — очень красивая девушка, и я рад, что пришла к нам работать, — он заправляет мне за ухо выбившийся локон, его глаза странно мерцают. А я застыла на месте и совершенно не знаю, что делать. Сама себе напоминаю олененка в свете фар несущегося на него автомобиля. — Сходим вдвоем куда-нибудь сегодня вечером?

— Не помешал? — доносится вдруг до нас холодный голос Зарецкого, и мое сердце больно сжимается, а потом падает в желудок.