Только твоя

Глава 11

Аза

Трясло как в лихорадке. Забралась под одеяло в одежде, всё ещё ощущая языки пламени по всему телу. Такую бурю эмоций выдавало моё тело, что совладать с этим самостоятельно невозможно.

Хочу накрыться одеялом с головой, как в детстве. Раз и всё, я в домике, пусть там за боротом хоть цунами, меня это не касается. Проблема в том, что я не ребёнок и проблемы придётся решать самой. А как её теперь решить? Обливаюсь холодным потом.

Перед глазами его заволочённый похотью взгляд, лишённые чести руки и всё тело, которое вибрирует от исходящих волн желания. Зажмуриваюсь до боли прогоняя морок. Пусть меня отпустит, пожалуйста.

Руки дрожат, я боюсь того, что произойдёт совсем скоро. Собственной глупостью разверзла перед ногами ад. Какая же я дура.

А ещё совру, если скажу, что не повелась сознательно. Я повелась. И сделала это осознанно…. Не смогла иначе, пыталась сопротивляться наваждению и не смогла. Позволила всё что он захотел, пошёл бы дальше и там не стала сопротивляться. Тошно это признать, но правда. У него такие притягательно-порочные глаза и алчный рот, будящий во мне что-то противоречиво-колючее, такое, от чего всё нутро вздрагивает.

Даже запах…

Его запах одна сплошная агония.

Пожалуй, только сейчас понимаю, что я давно смотрю на него ни так как должна была бы… Отнекивалась, закрывала глаза, прикрывалась ненавистью и злостью, а по факту больше гнала себя в угол.

Адреналин, гуляющий в крови, не даёт спокойно лежать и совсем скоро я спускаюсь вниз на кухню. Руки должны чем-то занимать иначе я сойду с ума от собственных мыслей. Решаю, что займу позицию «не знаю о чём вы, ничего не было, как вы могли такое подумать». Правда есть одно жирное НО! Шукрат…

Именно он может подлить масло в огонь. Если Давид решит придать огласки… или даже не так. Шукрат может рассказать из принципа. По пальцам холодок, режу сельдерей, а сама не вижу ничего сквозь пелену слёз.

Быстро утираю их, не хватало чтобы вездесущая Фаина материализовалась и увидела меня. Вопросы совсем ни к чему сейчас.

Но… врасплох меня застаёт совсем не Фаина, в кухню размашисто входит хмурый Арман.

Застывая с наполовину съеденным ломтиком красного перца, который только что успела зажать зубами. Смущаюсь и быстро пропихиваю его в рот быстро прожевывая.

Арман проходит к кухонному островку, где я расположилась и встаёт, напротив опираясь руками, смотрит прямо не отводя взгляда. Всё внутри меня покрывается ледяной коркой. Неужели он узнал… Боюсь начала диалога, даже не здороваюсь, так испугана. В голове ярчайшие картинки, где меня волокут к машине на глазах у всего народа и спустя некоторое время отдают в руки отца.

Аллах…

В голове миллионы разных сценариев один хуже другого. Смотрю на злого мужчину, и сама внутри холодею от ужаса, вот сейчас он назовёт меня падшей женщиной. В его карих глазах ничем не прикрытая мужская ярость. И смотрит Арман исключительно на меня, а я не могу выдержать этого давления, ломаюсь сразу, опускаю голову. Вот и всё…

— Аза, я хотел тебя попросить.

Вскидываю голову, ловя его глаза до конца, не веря в то, что расплата обходит стороной. Он не знает. Медленно отпускает страх. Улыбаюсь практически сквозь слёзы. Голову кружит как от гипервентиляции лёгких.

— Сегодня вечером я привезу девушку, — многозначительная пауза, — И хочу, чтобы именно ты была рядом.

Всего секунду назад радовалась, а теперь уже нет. Цепенею от его глухих слов. Он привезёт девушку? Ту самую девушку??? Непонимающе смотрю на мужчину.

— Я не совсем понимаю.

Чертыхается, отрываясь от островка, раздражения не скрывая. Смотрю во все глаза. Мужчина в ярости, но не я причина, он уже такой сюда вошёл. Неизменно в чёрном, гладко выбрит, глаза сверкают и силой веет на километры вокруг.

Я знаю, что должна делать жена по случаю прибытия гостей, но это не совсем тот случай, он просит не комфортное размещение и гостеприимство. Тут явно что-то глубже. И любопытство разъедает кожу.

— Она не хочет тут находиться и всячески сопротивляется. Мне нужно чтобы ты как самая мудрая и понимающая в этом доме, была по возможности рядом и, если будет необходимо помогла ей адоптироваться.

Воздух застревает в горле, мне, как и ему тяжело даются слова. Мне, потому что я ещё растеряна, а ему, потому что он не хотел начинать этот разговор, словно считает его постыдным. Это так на него не похоже. Хотя… настолько ли я его хорошо знаю, чтобы так думать.

Хмурюсь, но спросить не решаюсь. Боюсь, что это вызовет агрессивную реакцию, да и хватит мне потрясений на сегодня.

— Мне нужно следить за ней?

— Нет. Чёрт! — ерошит волосы, — Просто будь рядом и убереги её от возможных проблем.

Эм…

— Если я смогу, то да, конечно.

Благодарно кивает и стремительно уходит, оставляя о себе напоминание в виде лёгкой нотки парфюма. Такого же терпкого, непреклонного, как и он сам. Ловлю себя на мысли, что мне не больно, есть раздражение, непонимание, грусть, но не больно. Видимо, я просто устала. Мои мысли занимает ни он, удивительно, но факт. Я чаще думаю про то, как повела себя, как глупо поступила, перечёркивая будущее.

Будущее — для меня уже какая-то абстракция. Что меня теперь ждёт? Фархад мне не муж. Моя увлечённость к Арману с каждым днём меняется, а Давид… Про него совсем не хочу думать и анализировать.

Почему-то вспомнились слова мужа:

«Арман очень похож на твоего отца. Такой же упрямый, твердолобый, агрессивный и жёсткий, совершенно не скрывающий ни своего характера, ни эмоций. Ты просто нашла в нём подобие мужчины, которого знала с самого детства. Это психология. Для девочки нормально искать в будущем муже черты собственно отца»

Чем больше думаю, тем чётче параллели между ними. О боги… они даже внешне имеют схожесть.

Ещё какое-то время кручусь на кухне, перетаскиваю ноутбук, пью чай и готовлю для себя рыбу с овощами переваривая информацию. Стараюсь придумать правдоподобную версию в случае катастрофы, почему-то нутром ощущая, что грядёт что-то, но что, одному Аллаху известно.

Утром следующего дня происходит сразу две вещи. Первая я катастрофически опаздываю на тренировку и соответственно поздно заканчиваю, полностью выбиваясь из сил и вторая… На пороге дома лоб в лоб встречаюсь с миниатюрной блондинкой.

Мы застываем друг на против друга. Девушка с огромными глазами в какой-то мешковатой тунике совершенно ей не по размеру, и я с тренировочным рюкзаком через плечо. Рассматриваем, друг друга подмечая детали. Я вижу синеватые губы, которые она прикусывает от волнения, а её взгляд проскальзывает к кольцу на моём пальце. Взгляд словно тухнет.

— Здравствуйте…

— Здравствуйте, — проговариваю в ответ.

Она испугана, я растерянна. Рассматриваем друг друга, словно примеряясь. Думаю, мы бы так и стояли, пока не появился Фархад в сопровождении Фаины. Раздражённый, практически матерясь выскакивает к нам. Не сбавляет хода сканирует атмосферу молниеносно. Жёсткий взгляд проходит по нашим лицам подмечая всё.

— Но как же так, милый… как же так, — тихо сокрушалась женщина, бросая короткие взгляды на нас, еле поспевая за мужчиной.

Я уже чувствую, что это она его так раздраконила. И медленно понимаю кто эта девушка напротив. Она та самая, потому что, смотря на неё он волнуется, в глубине глаз я это вижу. Можно хорошо узнать человека, если долго смотреть за ним и эта эмоция считалась, потому что раньше её не было. Фархад мог быть каким угодно, но, чтобы прошить броню всего лишь одним взглядом испуганных глаз незнакомки, и он нутро себе вывернул.

У меня у самой замирает сердце при этой картине.

— Не намерен это обсуждать! — отрезает муж.

Голос режет металл, и мы словно очнувшись смотрим снова друг на друга. Паника в глазах незнакомки ещё больше разгорается. Пытаюсь одобрительно улыбнуться, представляю какой ворох мыслей в её голове. Это тяжело и во мне развезлась вот эта пресловутая женская солидарность.

Поравнявшись с нами, Фархад неожиданно притягивает к себе девушку и коротко целует в висок, от чего у Фаины глаза выпрыгивают из орбит. Она поочерёдно смотрит то на меня, то на спину Фархада, а я еле сдерживаю смех. Действительно смешно.

— Я приготовлю комнату.

Разворачивается, чтобы уйти, делает это как-то рвано, резко, будто бы хочет затолкать эмоции во внутрь, но никак не получается. К слову, её штыком пронзают и следующие слова:

— Мне кажется я чётко выразился по этому вопросу.

— Да, конечно.

Согласилась, а в голосе еле сдерживаемый яд.

Ликую. О, да!!! Это какая-то расплата за все нервы что она мне потрепала своей якобы заботой! Не переставая улыбаться, спрашиваю:

— Та самая русская?

Фархад хмыкает и вжимает её сильнее к своему боку, девушка сохраняет настороженное молчание. Для неё шок. Ещё бы! «Нормальная» жена должна вести себя иначе. Но, нам всем повезло, я совсем не нормальная жена. Сейчас даже вспомнить страшно, как мы вдруг решили через силу связать друг друга там в его комнате. Бред, не иначе. Отчаяние порой творит неожиданные вещи.

Протягиваю руку для пожатия и не дожидаясь её реакции сама беру за руки. Она вся холодная, нервничает, но рук не отнимает. Кошусь на Фархада и хочу прикрикнуть недовольно. Мог бы ведь рассказать, что у нас сговор! Всё говорит о том, что блондинка не в курсе.

Хочу разрядить ситуацию.

— Ну наконец-то в этом доме у меня появится союзник! — заговорщически шепчу.

И без того огромные глаза округляются. Фархад тем временем расслабляется и более нежно обнимает свою спутницу. Признаю, смотреть на это приятно. Душа радуется.

— Началось…

Муж не успевает договорить, звонит его мобильный и он, извиняясь отходит с силой отрывая себя от девушки. Не хочет оставлять ни на секунду. Где-то там взболтнула осадочек… у меня ведь тоже так могло бы быть…

Во все глаза смотрю на неё не веря, что встречу когда-то. Миниатюрная, светленькая вся, глаза большие и добрые. Мне она нравится.

— Аза, — представляюсь.

— Оксана.

— Идём, провожу тебя и всё расскажу. Так рада, что ты тут появилась!

Недоверчиво бросает взгляд, я лишь шире улыбаюсь. Чувствую себя немного смущённо, всё-таки я только после зала и не совсем подобающе выгляжу. Но, глушу это. Мы же примерно ровесницы, следовательно должны найти общий язык. Я бы этого хотела. В душе радуюсь. Возможно, у меня появится подруга быть постоянно одной и не иметь возможность просто поболтать без оглядки тяжело.

— Неожиданно, — тихо подмечает.

— Почему? — её ответ меня удивляет.

— Он твой муж…

Улыбаюсь. В её глазах я какая-то неправильная дурочка, но я так рада что у Фархада наконец появилась возможность быть с ней… Это не объяснить. Просто воодушевление внутри.

— Номинально.

Смотрит на меня недоумённо. Не верит. Ничего, пройдёт.

Провожаю в комнату Фархада попутно рассказывая, что здесь и как не могу перестать счастливо улыбаться, хотя она вся зажата и как на иголках. Зову прогуляться через час во дворе и не отстаю от неё пока девушка не соглашается, продолжая максимально закрываться от меня.

— Вот и отлично, я зайду за тобой, поболтаем.

Кивает.

Выхожу из комнаты и тут же натыкаюсь на Фаину. Кто бы сомневался… Улыбка слетает с губ мгновенно.

— Уже поговорила с ней?

Одна бровь ползёт вверх.

— Притащилась, ни стыда не совести! — Шипит женщина. — Да как это можно, так в наглую! При жене! Девочка моя не переживай, я тебя поддержу, и мы с тобой выживем эту нахалку отсюда!

Глаза медленно сужаются.

— Ты умненькая, всё правильно делаешь, нужно держать врага ближе, чем друга.

И всё, последний рубеж она перешла.

— Я думаю, что вам не стоит лезть туда куда вас не просят.

Женщина ахает. Не ожидала от меня подобного.

— Ты что же не против? Они же прям тут под твоими глазами. Как же так… Аза, деточка, ты видимо в шоке.

Зло выдыхаю и обхожу по дуге. Не хочу грубить, но видит Аллах, Фаина переходит, а местами перепрыгивает все границы. Даже если представить теоретически, что я обманутая жена и муж привел свою любовницу, она не имеет никакого права стоять и поучать меня!

Бесит.

Сдерживаю обещания и стучусь в дверь через час. Немного неловко, вдруг они решили уединиться, а тут я… Но мне так хочется пообщаться, что утерпеть возможности просто нет.

Безусловно рада, что Фархад воссоединился с этой девушкой, пусть я её не знаю, но мне так хочется, чтобы она была хорошим человеком. А ещё сам Фархад раскрылся с иной стороны. Так удивительно… Он рядом с ней другой, более живой, наверное, не такой суровый, улыбается, показывает эмоции. Приятно смотреть.

Перед дверью замираю, нервно дергаю край майки, переминаюсь с ноги на ногу. Нервничаю. Ещё бы! Мне так одиноко в этом доме среди этих до крайности непонятных мужчин, что светловолосая русская кажется какой-то соломинкой. За которую хочется ухватиться. Хоть бы у нас всё сложилось… Эгоистично думаю о том, что она мне нужна, просто необходима иначе я сойду с ума. Пусть всё сложится. Складываю руки домиком в жесте прошения.

Коротко стучу и замираю. Вдруг не откроет? Просто проигнорирует и всё. А может быть она купается… а может быть ещё что-то. Неуверенность растёт внутри в геометрической прогрессии.

Сомнения развеиваются, когда Оксана открывает дверь. Делает это медленно, словно оставляет себе шанс в случае чего просто захлопнуть её. Надеюсь, что не перед моим носом, это было бы обидно.

— Прогуляемся? — доброжелательно интересуюсь я.

Кивает и раскрывает дверь шире пропуская во внутрь. Прохожу, смотря в спину Оксане. Останавливается у кровати и смотрит на телефон, он отчаянно вибрирует, но она не двигается с места, просто смотрит. Подхожу ближе и тоже заглядываю в экран. Неизвестный номер, звонит раз, потом ещё раз и наконец замолкает.

Кидаю взгляд на девушку, она будто бы в статую превратилась, не шевелится, только губа нижняя подрагивает. Странно, но боюсь показаться невежливой и заносчивой, поэтому не заостряю своего внимания на этой МАКСИМАЛЬНО странной реакции. Раз и впала в транс. Кто бы на моём месте ни удивился. Давлю в себе любые зачатки и тихо спрашиваю:

— Ты в порядке?

— А? — вздрагивает отмерев, — Да-да, прости. Идём?

Взглядом тянет на выход, телефон даже не попыталась взять с собой. Маленькая вроде бы деталь, но это странно в современном мире. Думаю, об этом ещё пару секунд, а потом отмахиваюсь. Ну, мало ли что, не моё дело!

Следующие полтора часа мы гуляем по огромной территории, разговаривая обо всём что только можно, но не затрагивает Фархада. Это и понятно, никто не готов к этому разговору. Я не могу раскрыть все карты, потому что не до конца доверяю, а у неё не складывается в голове два и два.

По большей части мы говорим про учёбу, я делюсь своими фантазиями и предположениями, а она говорит про то, как было в её ВУЗе. Так затягиваюсь этой темой, что без конца спрашиваю и спрашиваю. Совсем скоро учёба начнётся и у меня. Воодушевление, волнение и куча ожиданий этот океан должен куда-то выплёскиваться.

— Наверное это очень классно жить в общежитие. Много общения между студентами, можно заниматься вместе! — восхищённо восклицаю.

Оксана смеётся.

— Не совсем так. Общежитие — это больше улей. Там ни как в фильмах все сидят за круглым столом и занимаются. Скорее наоборот. Если хорошо поспал, считай победа.

— Ого! А как там на самом деле? Неужели настолько всё плохо?

— Ну… по-разному, в основном ты либо вставляешь наушники в уши, либо беруши, — смеётся.

— Ты жила в общежитие? — изумляюсь.

— Да, я иногородняя, несколько лет жила.

— Классно!

Не комментирует, но глаза сверкают, моя реакция её забавляет. Не обижаюсь. Всё-таки они похожи. Вот сейчас только поняла. Что Фархад, что Оксана не пускают в голову дальше, чем сами того хотят, ни то, что я болтушка. Хотя, мне простительно, я просто изголодалась.

Почему-то взгляд постоянно падает на тунику, не знаю почему, она какая-то несуразная и большая для такой хрупкой девушки. Может быть у неё такой стиль? В голове как лампочка загорается идея предложить ходить в зал вместе. Будет круто. Предложу чуть позже.

Как-то так получилось, что я совершенно забываю про разговор с Арманом и вспоминаю про него, когда мы с Оксаной замираем от шока при выходе к центральным воротам.

И есть от чего.

На плече Армана болтается девушка. Она так кричит и ругается, что её слышно во всей округе. Охрана в таком же шоке застывает, рассматривая шоу.

— Боже… — выдыхает Оксана.

Смотрю во все глаза на мужчину, который когда-то казался всем миром, самой центральной точкой вселенной и кажется тихо злюсь параллельно негодуя. Потому что в голове не укладывается, как НАШ мужчина может позволить обращаться с собой вот таким образом.

— Не смей, сволочь! Убери от меня свои руки! Обезьяна! Скотина! НЕНАВИЖУ! Урод! Чтобы ты сдох!

И тут же получает увесистый шлепок по попе, от которого я сама подпрыгиваю на месте, а девушка только больше свирепеет. Смешно цепляется за дверной косяк и визжит что-то про помогите и пожар подправляя это всем очередными проклятиями.

— Эм… — Оксана

— Ужас какой, — я.

А тем временем очень крикливую и огненно-рыжую девушку внесли в дом. Безошибочно узнаю в ней ту самую, которая целовалась с ним стоя на тротуаре. Вот она какая оказывается. Неужели ему нравятся женщины, которые позволяют себе высказывать в отношении мужчины такие вещи, да ещё и во всеуслышанье?

Накрывает шквалом разнообразных эмоций от злости до стыда. Мне стыдно за неё, хотя я совершенно ни при чём. Аллах… мне в страшном сне не может присниться то, как я сыплю оскорблениями в сторону мужчины.

Мама как-то раз повысила голос при разговоре с отцом. На следующий день мама вышла из комнаты с ровным слоем тонального крема на лице и весь дом знал почему…

В эту же секунду вспоминаю как кричала на Давида. Зажмуриваюсь, чем я оказалась лучше? Правильно, ничем, просто знаю, что так делать нельзя. А они, русские, не обучаются этому с детства. Вроде бы спроса не должно быть, и не было бы. Только вот они сами выбрали НАШИХ мужчин, соответственно должны понимать ярость вскипающей крови.

Смотрю на Оксану, хочу спросить, как они познакомились, но в самый последний момент не решаюсь. Почему-то мне кажется, что она более сдержанная, как минимум не станет вести себя как эта истеричная рыжая бестия. Что ж, теперь у меня есть законное право не любить женщину Армана.