Выбор судьбы

Глава 13

— А разве не всё жрицы Мары так могут? — спросила изумлённо.

— Мы не управляем теми, кто принадлежит яви, — произнесла Томила и задумчиво уставилась в даль. — А почему ты решила, что можешь применять силу к людям? — поинтересовалась она, вернув осмысленный взгляд.

— А что, нельзя? — удивилась, пожав плечами. — Разве есть какие-то запреты?

— Хм… нас всегда учили наставницы: силы нави — для нави, а яви, для яви.

— То есть, вы никогда даже не пробовали? — прошептала изумлённо.

Для меня, испорченной разнообразной фэнтэзи литературой, никаких препон в голове не существовало. Наоборот. Это и оружие, и защита, и даже полезный инструмент. Если бы ещё понять её структуру и систему взаимодействия… я бы ух-х-х… А нет ли тут магического университета? И красавца ректора… Можно даже без оборотней и вампиров… гы-гы-гы….

Ведь я всеми фибрами души против посыла «сила есть, ума не надо». Ко всему нужно подходить разумно. Зачем ломать, если можно воспользоваться остро отточенным лезвием? А для сего нужны знания и доведённые до автоматизма умения. Так что, получив от Мары разрешение лечить, я наловчилась орудовать своей силой как по отношению к себе, так и применительно к живым людям. Просто ежедневно практиковалась.

Чего стоят только мои «защитные перчатки». А как-то раз получив в пациенты мужчину с гнойным заражением, даже умудрилась соорудить себе маску на лицо из силы.

Мои воспоминания из медицины будущего дали широкий простор в раскачке воображения, как ещё можно применять свои возможности. Я даже стала тренироваться утончать зелёное свечение до состояния тонкой иглы, чтобы проникать в тело человека.

И вот тут… пришла мысль, что это можно использовать и как оружие… так что практиковалась я действительно усиленно. Но показывать все свои возможности даже Томиле, пока поостерегусь. Как бы окружающие меня в особо опасные психопаты ни определили. Так что…

— Так почему… — повторилась Томила, — ты решила, что твоя сила подействует на живого?

— Но ведь Мара сама дала мне возможность лечить… — произнесла удивлённо. — Значит могу взаимодействовать с человеком… разве нет?

Жрица ещё долго меня расспрашивала, усиленно смотрела, сощурив глаза и изучала, словно подопытную зверушку. Утихомирилась она только к ночи. Пришлось уступить ей свою кровать, а самой расположиться на сундуке. И как только Беляна на нём ежедневно спала?

Утро принесло к нам высокопоставленного гостя. Сам князь Ярополк явился. Правда почему-то без Ратмира. Зато двое батюшкиных слуг тащили тяжёлые корзины. При помощи Нежданы, они быстро накрыли стол. Благо, зная мои привычки чернавка уже приготовила горячий взвар на завтрак.

Князь сидел в беседке, разглядывая её и даже поглаживал листья плюща, что я пересадила, с трудом отодрав от какого-то дерева в подлеске. Все пальцы потом долго были в занозах.

— Так быстро соскучился по мне, братец? — спросила Томила, когда мы закончили с едой.

— Какая же ты язва… — ухмыльнулся Ярополк и продолжил. — Вот хочу узнать у хозяюшки… откуда она про наш поход на ромейцев узнала? — и вперил в меня острый изучающий взгляд.

И вот что ему сказать? Когда-то в школьные годы читала, что ещё до Игоря русичи часто с успехом грабили Константинополь? А потихоньку собираемую армию только слепой не заметит? Или на кого они там в поход собрались? Не на хазар же… Для этого столько ладей не нужно.

Ну что же, придётся как-то выкручиваться.

— Знаешь ли ты княже… что у ромейцев, есть такое слово… аналитика… — начала я издалека.

Ярополк сдвинул брови и взглянул на сестру.

— Есть такой предмет у них, в школе логики, — согласно кивнула женщина, — рассуждения о, человеке, вещах, процессах и отношениях между ними. Ещё Платон писал о простых и сложных формах мышления.

Мужчина задумался и удивлённо взглянув на меня, спросил.

— Но ты откуда о том знаешь? Не думал, что Ратмир подобному своих детей учит.

— Не учит… — помотала я головой. Интересно, а откуда об этом знает княжна, но со вздохом продолжила. — Батюшка же наверняка рассказывал, что в прошлом году[1] я в царство Мары попала.

Томила при этих словах посмурнела, да и лицо князя стало хмурым, и он печально произнёс:

— Сказывали, будто ошиблись жрецы Трояна, и ты просто заснула сильно, а затем проснулась.

— Нет, — ответила улыбнувшись. — Не заснула.

— И как там? — поинтересовался Ярополк подавшись ко мне поближе, а Томила при этих словах дернулась и посмотрев прямо в мои глаза, незаметно покачала головой.

— Не могу того рассказать, княже, — произнесла улыбнувшись.

— А зачем тогда разговор завела? — заявил он обиженным голосом.

— Про само царство Нави рассказать не могу…

— А что можешь? — перебил меня Ярополк недовольным тоном.

«Ну прямо как ребёнок», — подумала, стараясь скрыть усмешку.

Как там в афоризме?.. «Первые сорок лет детства у мужчин проходят тяжело» … Вот, вот…

— Там я к знаниям прикоснулась, — ответила вздохнув. — Увы… не всё смогла почерпнуть. Так… по верхам нахваталась. Что успела.

— Это как? — иронически спросил он.

Попросив Неждану принести вощёную дощечку, что изготовил по моей просьбе Видан, быстренько нацарапала первые два столбца таблицы умножения. Правда, забывшись, сделала это арабскими цифрами. Когда осознала… просто рядом приписала рунами числовые значения, и передала князю. Тот ошалело смотрел на мои каракули. А вот Тамила через минуту буквально вырвала её у Ярополка из рук.

— А греческим счётом можешь? — спросила жрица, уставившись на меня.

Так… что там я помню? В отличие от арабов[2], что стали применять отдельные знаки для чисел уже где-то веке в пятом, греки, как и римляне, использовали для этого буквы своего алфавита. Чтобы отличать числовые знаки от словесных, над ними рисовали горизонтальную черту.

Для обозначения единиц, десятков и сотен существовала своя эннеяда (*девятка) знаков. К примеру, один, это альфа — α. Два, бета — β. И так до девяти. Затем десятки… Десять, йота — i. Двадцать, каппа — k… так до девяносто. Следом девять знаков для сотен. Всего 27 (три эннеяды).

Чтобы создать более сложные значения, к примеру, одиннадцать, две буквы писали рядом друг с другом. Первым в паре обычно стояло бóльшее число iα (11), и их складывали. Подобная система известна в современном мне мире по римскому счёту. Таким образом нумеруют, к примеру века, или главы в старых книгах. Дело в том, что по подобной схеме у греков обозначалось также само действие — сложение. Если требовалось вычитать, то слева стоял меньший знак, αk (19).

А вот в отличие от арабских цифр, нуля у греков не было. Как и самого такого понятия.

Я долго мучилась, вспоминая первую энеяду греческого алфавита, но, с грехом пополам, нацарапала два столбца.

— Это же из треугольника Никомаха Герасского[3], — авторитетно заявила Томила, разглядев мои каракули. Продолжаю удивляться познаниям этой женщины.

— Так понимаю, складывать и вычитать ты научилась хорошо, — грустно выдавил князь. — Но неужто и о походе ты там же, у Мары, узнала?

Не успела ответить, как во двор ввалился румяный парень в одежде княжеского хирда и проорал, что всё готово к поездке на болото. Ярополк раздражённо оглянулся и этого молодого человека как ветром сдуло.

— Нет, княже, — ответила тяжело вздохнув. — Сие я высчитала.

— Это как же? — Опешил мужчина.

— Математически… — произнесла улыбнувшись и поймала два изумлённых взгляда.

Пришлось примерить на себя роль Шерлока и рассказать двум Ватсонам суть дедуктивного метода. Положа руку на сердце, некоторые предпосылки были откровенно высосаны из пальца. Другие же, притянуты за уши. Это если не считать некоторые подтасовки фактов. Но у меня всё сходилось в стройную логическую картину. И… княжеская семья была впечатлена.

— Хочешь сказать… что любые действия — вот так вот реально просчитать? — произнёс Ярополк.

— Вполне возможно, — пожала я плечами. — Если есть достаточно нужной информации.

Ну а что… если что-то пойдёт не так, всегда можно заявить, что было мало вводных данных. Правда я в подобный блудняк соваться не собираюсь. Советников у князя и без меня хватает. Пусть свои кадры обучает.

Мужчина долго на меня смотрел и открыл уже рот, чтобы что-то сказать, но Томила пихнула его в бок и прошипела:

— Оставь боярышню в покое, брате. Нам уже ехать надо! — И поднялась со скамьи. — Как же мне без тебя на болоте то быть? — добавила она плаксивым тоном и засмеявшись, направилась к воротам. За околицей ей подвели коня. Хм… они по лесу верхом передвигаться будут? Мдя…

Тут обратила внимание на Видана, что так же сидел на лошади. Взгляд его был таким счастливым… Соскучился бывший хирдман по воинскому делу. И боевой топор был зачем-то приторочен к седлу, и любимый лук за спиной. Они же только на болота собрались… или нет?

Поймала его взгляд, и охотник радостно мне улыбнулся. Не нравится мне всё это…

До самого вечера я спокойно занималась рукоделием. И когда уже солнце стало клониться к закату, в воротную калитку зашёл Ратмир. Взгляд его не выражал ничего хорошего и сердце моё ёкнуло. Неужели на княжеский отряд напали?

— Что-то случилось? — поднялась я навстречу, а части цветов из моих рук осыпались на стол.

— Князя ещё нет? — спросил он оглядываясь вокруг.

Ну да… ну да… а то при подъезде к подворью видно не было, что тут пусто. Были бы здесь светлейшие родственники, то народ бы вокруг толпился. Так я и поверила.

— Нет, батюшка. Жду. Хочешь, со мной обожди. Кваску попей. Или может горячего взвару?

— Горазда же ты Любавушка взвары пить, и куда только? — но сам при этом улыбнулся и устроился за столом. Затем печаль снова накрыла его.

— Негоже это… — заявил он, когда опустошил чашку и занять рот было больше нечем, — что младшая вперёд старшей идёт.

— Мы уже обсуждали сие, батюшка, — произнесла, старательно улыбаясь. — Нельзя мне замуж.

— Так и будешь всю жизнь в девках? Ни жрица… ни жена…

— Да мало ли таких в Скугре?

Ратмир хотел что-то ответить, но я его перебила:

— Не рассказали сваты, почто так долго их не было то? Ведь ещё по первой воде их матушка Зорица ждала. Тогда бы всё давно разрешилось да успокоилось.

Мужчина недовольно махнул рукой и скривился, как от лимона. Видимо рассказанная будущими родственниками отмазка не впечатлила боярина.

— Как я в глаза Милице посмотрю, когда за реку Смородину перейду? — произнёс Ратмир, сжав кулаки. Тяжелый взгляд его блуждал где-то далеко.

— Что ты… батюшка… — взяла его за руку и улыбнулась, заглядывая в глаза, — всё у меня хорошо будет. Не печалься!

Мы ещё сидели какое-то время рядом, каждый размышляя о своём, когда послышался топот копыт и звуки голосов. Вскоре появились и так ожидаемые гости.

Ратмир сразу же направился к князю, и они принялись что-то обсуждать с плотным мужчиной из свиты Ярополка. А Томила устало направилась ко мне и аккуратно, придерживаясь за стол, тяжело опустилась на скамью.

За уздцы на подворье вели небольшую лошадку, поперёк которой был перекинут длинный куль. Скорее всего, тело пресловутого волхва. Затем въехала подвода, наполненная еловыми лапами. Хирдманы споро принялись сооружать из них помост в дальнем углу.

— Его что, у меня во дворе сжигать будут? — удивилась я.

— Нет, — произнесла Томила, прикрыв глаза, — просто тут полежит.

— Так провоняет же всё вокруг!

— Я заговор прочту, чтобы не портился. Да и ты надеюсь поможешь, — она приоткрыла один глаз и вопросительно посмотрела на меня.

— Помогу, — тяжело вздохнула я.

Вот… только трупов мне на подворье не хватало.

— Завтра кроду сложим, и отпустим душу, — прошептала жрица устало.

— А почему так долго-то ходили? — поинтересовалась я.

— Хорошо что Видана с собой взяли, — произнесла она, глубоко вздохнув. — Без него, наверное, не отдала бы. — И грустно покачала головой.

— Кикимора? — Уточнила я для порядка.

— Она самая. Даже откликаться не хотела, поганка старая. Силу применять уже думала, да охотник её твоим именем усовестивил. — Тут жрица, задумавшись чему-то, улыбнулась.

— Ехать надо, сестрица, — произнёс Ярополк, подойдя к нам.

— Так поздно уже, а завтра ещё костёр править с утра. Или ты сам отправиться хочешь? Но почему вдруг в ночь? — удивилось подобной спешке Томила.

— Сваты сегодня у боярина, — князь кивнул в сторону Ратмира и смущённо посмотрел на меня. — Просит гостями быть. Уважить бы надобно хозяина.

Женщина какое-то время рассматривала меня, затем повернулась к брату и произнесла:

— Так зачем же там, на пиру жрица Мары? — и ухмыльнулась.

— Мы же в гостях! — усовестил её Ярополк.

— А не хочешь с нами? — спросила Томила, повернувшись ко мне.

--

[1] Часть учёных считает, что Древние славяне Новый год праздновали в марте — с наступлением тепла и началом полевых работ. Основная версия приходится на день весеннего равноденствия. Со времени введения христианства и вплоть до XIV века Новый год на Руси отмечался 1 марта. В 1492 году Русская Православная Церковь приняла решение перенести Новый год на 1 сентября. В 1700 году указом Петра I в России начали отмечать Новый год 1 января.

[2] Арабскую манеру письма чисел придумали вовсе не арабы. На самом деле эти цифры родом из Индии — именно там были придуманы удобные символы для обозначения чисел. Арабское письмо адаптировало эту систему записи. Впервые это сделал средневековый учёный Мухаммед ибн Муса аль-Хорезми, автор «Китаб аль-Джебр ва-ль-Мукабаля», от названия которой произошёл термин «алгебра».

[3] Первым автором таблицы умножения считается древнегреческий математик Никомах Герасский, живший в период примерно с 60 по 120 годы н. э.