Выбор судьбы

Глава 25

Завтра… понятие растяжимое. Потому как избежав батюшкиных расспросов ночью, просто удрав в храм Мары, с раннего утра уже от него отделаться не смогла. Меня с пристрастием допрашивали на предмет знакомства с Симом. Даже клятвенные заверения, что нас ничего кроме деловых отношений не связывает, не вызвали у Ратмира доверия.

Раз за разом он переспрашивал меня, не хочу ли я замуж. Возмущённо реагируя на ответ «пока не созрела». Ведь по местным меркам я уже давно «перезреваю». Вот ужас то!

— Так может случиться, что никто более и не предложит! — боярин с маниакальным упорством призывал принять предложение «купца». — Это-ж надо, не хочет она пока! А когда это твое «пока» наступит? Женихи может к тому моменту и кончатся!

— Боюсь этот конкретно, не кончится… — пробубнила, упрямо сжав губы.

— Это ты о чём? — подозрительно переспросил мужчина.

— А может мне другой люб? — строптиво сложила руки на груди.

— Давно не слышно ничего о твоём Ратко. Кажись и в живых уж нет… Думаешь не видел я ваших переглядываний. Да, не пара он тебе был… Не пара… Хотя… сейчас бы и ему отдал… — печально произнёс боярин, тяжело оседая на лавку.

Хм… Ратко… давно я о нём не вспоминала. Да вот, как воспоминания Любавы усваивала… с тех самых пор и не думала. Поначалу ещё оставалась какая-то фантомная боль и грусть, но затем всё смыло ворохом проблем и буераками погони за получением жреческого сана.

Сейчас же… сама себе с трудом признаюсь, но чувства у меня есть… но не к нему. А к одному сильно покалеченному хирдману. Наверное, когда вливала в него силу и молилась об исцелении, вплела и часть своего сердца. Вот только…

Не прощу себе потом если с ним что-нибудь случится. Я ж до конца своих дней поедом себя есть буду. Да и Маре обещала безропотно принять участь жрицы. Хотя… она то против замужества ни слова не говорила… Но это как тогда должна себя в руках держать, чтобы ненароком ничего не произошло с любимым. А ведь я помню по прошлой своей жизни, что именно те, кого мы допускаем в своё сердце, чаще всего причиняют боль. Или может… любой их поступок принимается близко к сердцу? И сделай тоже самое посторонний человек, даже не обратили бы внимание…

Получается… для жрицы Мары лучше всего не испытывать ничего к избраннику, тогда и проблем не будет? Выходит, эта самая кобелина для меня лучший вариант? Вот же-ж…

— Хотя… — задумчиво произнёс батюшка, — во время похода сотник один о тебе постоянно расспрашивал. Уж и о сватах речь заводили его люди… но по приезду, как узнал, что ты Владычице Нави жизнь посвятила… так и замолчали все. Испугались, наверное. А ведь бесстрашные воины… Но одно дело в бой с врагом идти… и совсем другое в сладкое мгновение души лишиться.

Ратмир в раздражении потёр лицо ладонями и тяжко выдохнул.

— Я ж как грека того вспоминаю, так холод до мурашек пробирает. Потому даже рад, что сей справный воин сам отказался тебя сватать. Жаль доброго молодца губить…

— А купца значит не жаль? — изумлённо воззрилась на боярина.

— Ну… он не из наших… знакомых и родичей между нами нет. Помрёт… ну так что-ж… А так… может успеет тебе ребёночка сделать, всё не одна будешь в старости.

— А ребёнка я значит не могу случайно убить? От силы чувств… Может он мне спать мешать будет? Или ещё что случится… — спросила язвительно, старательно сдерживая злость.

— Так мы ж заберём его поначалу, кормилицу приставим. А как подрастёт и разуму наберётся, там и возвернёшь.

Наткнувшись на мой бешеный взгляд Рамир поспешил добавить.

— Ну ты ж и так каждый день его видеть будешь… Он просто под присмотром будет…

Видимо боярин почувствовал поднимающуюся во мне бурю. Так как стены дома местами стали покрываться морозным узором, а у нас тут как бы уже лето на дворе. Оглядевшись, он начал потихонечку двигаться спиной к двери, натянуто улыбаясь.

В спешно раскрытую дверь влетел кратун. Громко каркнув он привлёк моё внимание.

— Что ещё за выкрутасы? — недовольно проворчал он, усаживаясь на плечо.

— Я им что…? — хрипло прокряхтела, сжимая и разжимая кулаки.

— Успокойся! Учу тебя, учу… Никакого толка! — буркнул ворон нахохлившись. — Идём давай… там тебя у реки заждались уже.

— Не думаю, что в таком состоянии мне следует… — произнесла, стараясь прийти в себя. — А хотя… Может так даже лучше. Ему нужно уехать! Пусть найдёт нормальную жену, что сможет приголубить без последствий в пылу страсти. И детей родив, любить их без боязни. А нет вот это вот всё…

И меня накрыла истерика. Я не то плакала, не то смеялась. Но вдруг всё резко оборвалось. Как отрезало. Наверное, мой пернатый учитель постарался.

— Эх… девонька… — прокряхтел Карыч, наблюдая за моими не долгими сборами.

Как не настраивала себя, но перед встречей, всё равно много раз посмотрела в отполированное серебряное зеркальце, хоть там и не видно нормально ничего.

На подходе к реке заметила колоритную картину. На берегу стояли Глеб со своим дядькой и что-то яростно обсуждали на повышенных тонах. Нет, голосов было не слышно, они не кричали, но набычившиеся позы и яростная жестикуляция ясно об этом свидетельствовала. Когда я подошла, они так и стояли друг напротив друга, но уже молча. Каждый, словно бык на корриде грозно выдувал воздух из обеих ноздрей.

— По добру ли, по здорову всё тут у вас? — спросила с заметной ехидцей.

Дядя зыркнул на меня и уже открыл рот чтобы сказать в ответ, явно что-то нелицеприятное…

— Ратибор! — зло прервал его Глеб и схватив за локоть продолжил. — Иди, я всё решил!

Мужчина тяжело вздохнул и сжав кулаки пошёл в ближайший перелесок, где виднелась пара коней. Хм… они ещё и лошадей купить успели. Значит не на лодке поплывут.

— Любава… — выдохнул хирдман, взяв меня за руку. — Надеюсь Ратмир ещё не сговорился с тем купчишкой? — спросил он, заглядывая в глаза.

Я не ответила, лишь нежно всматривалась в любимые черты, стараясь запомнить.

— Раз нет, — принял он молчание за ответ и улыбнулся, — я сегодня же вечером приду к вам на подворье. Прошлым летом запала ты в сердце моё, когда словно русалка стояла в воде. Уж думали, что навь привиделась, но звонкий девичий голосок показал ошибку. Ещё тогда пытался я разыскать тебя. Правда времени перед отправлением было мало и не успел.

Улыбнулась, вспомнив как пряталась в комнате, когда батюшка возмущенно кричал на хирдмана, что вместо выполнения поручения князя, его отряд шнырял по городку, выспрашивая всех встречных обо мне.

Увидев эту улыбку, Глеб сделал какие-то свои выводы и притянув к себе, обнял. Я завороженно смотрела в его глаза. Поднеся руку, пальцами провела по скуле, носу, бровям. Аккуратно, чтобы не причинить боль очертила несколько шрамов. Я очень старалась, чтобы они заживали правильно, не оставляя сильных рубцов, как бы люди не говорили, что они «украшают мужчину»…

Хирдман сжал мои пальцы и поцеловал. Очень нежно. Зачем прикрыл ненадолго глаза, выдохнул и резко склонился к губам. Этим поцелуем меня просто снесло. И я ответила. Я… взрослая тридцати с большим лишком женщина, а не этот нежный цветочек, в теле которой жила всё последнее время.

Громогласное «ка-а-ар» раздалось над нашими головами, и мы резко отпрянули, ошалело уставившись друг на друга. Почувствовав всплеск силы от ворона, что немного промыла мозги, судорожно отскочила. Заозиравшись вокруг, не видел ли кто, хрипло произнесла.

— Тебе лучше уехать!

— Что?.. — пытаясь сместить взгляд с моих губ на глаза уточнил Глеб. — В смысле?

— Ты. Должен. Уехать! — раздельно произнесла, выравнивая дыхание.

— Почему? — сдвинул брови хирдман, смотря более осмысленно.

— Ты пойми… Я не могу стать твоей женой! — выдавила, выдохнув.

— Но почему? Ведь люб тебе! Нелюбого так не целуют! — вскричал он, хватая за руку.

— Вот именно… — произнесла тихо, прикрыв ненадолго глаза. — А я жрица Мары! Ты осознаёшь, что это значит для тебя? Чем грозит? — спросила, теперь вглядываясь в его лицо.

— Я не боюсь! Главное, ты будешь со мной! — заявил он, пытаясь вновь притянуть к себе.

— Но я не смогу! Каждое мгновение опасаться, что лишу тебя жизни… — тяжело выдохнула. — Это будет мучение, а не супружество.

— Почему тебя это заботит? Это моя жизнь! — упрямо старался вновь обнять меня Глеб.

— О боги! Мужчина во всей красе. А ты подумал, как я буду мучиться, если с тобой что-то произойдёт? Если буду виновата в твоей гибели? Подумал?.. — начала уже заводиться.

— Любишь меня… — довольно заявил хирдман и широко улыбнулся. — Любишь…

— Уезжай! — тихо произнесла, выдохнув. — Я выйду замуж за другого!

Полностью вырвавшись, наконец, из таких тёплых и близких сердцу объятий, развернулась и бросилась бежать. Услышала топот, но тот резко затих, так что я остановилась и обернулась. Глеб прервал преследование. Между нами, увеличившись до своего первозданного исполинского размера в воздухе висел кратун. Он размахивал огромными крыльями, постоянно сдувая мужчину с ног и угрожающе стрекотал.

Выдохнув, поспешила в храм. Придётся там прятаться, пока хирдман не покинет городок. Он почти выздоровел, а предприимчивый дядька Ратибор костьми ляжет, но постарается уволочь подопечного отсюда. То, что я и хотела!.. Или нет?..

Проплакав до вечера, попросила Видана подготовить всё необходимое для похода в лес на несколько дней. Мне нужно проверить, какая нечисть всё-таки вернулась на прежнее место. Необходимо наладить связь, подпитать. И если получится, найти новых помощников. Мара говорила, что не все смогут вернутся.

Мы как раз проверяли свои сумки, когда неожиданно появилась Драгана.

Пришлось прерваться и угостить гостью взваром. Она долго молчала, бросая выразительный взгляд на Видана. Так что мне пришлось попросить его выйти. Только тогда сестрица заговорила, смущённо глядя в пол.

— Говорят… ты замуж выходишь… — начала она издалека.

— Кто говорит? — тяжело вздохнув, посмотрела на девицу.

— Да так… батюшка с красавцем этим весь день обсуждают… — произнесла она, смущённо ковыряя пальчиком в столешнице.

— С каким красавцем? — с упавшем сердцем привстала со скамьи. — Глеб у Ратмира сейчас?

Вот же-ж. Просила же уехать. Неужели в пику, пошёл говорить обо мне с боярином?

— Глеб?.. Ты видно смеёшься? Кто же этого старика с посечённым лицом красавцем назовёт? — звонко рассмеялась она, подняв голову.

Смущения у этой егозы не было ни в одном глазу. Зачем же она пришла?

— А о ком же ты тогда говоришь? — поинтересовалась нахмурившись.

— Так о красавце купце, что тебя сватать приходил… — широко улыбаясь, заявила сестрица.

— Ты о Симе говоришь? — успокоившись села за стол. — Да… он хочет на мне жениться… — усмехнувшись откинулась на стену. — И не боится ничего… псина крылатая… — добавила тихо.

— Так он не люб тебе? — заинтересованно посмотрела в мои глаза Драгана.

— Погоди-ка… неужто ты этим балахвостом[1] заинтересовалась? — ахнула я.

— Почему ты так говоришь? — обиделась она, скрестив руки на груди.

— Милая… — взяла её за руку. — Сватается он ко мне, потому что сам такой же как я.

— Брешешь! Не может живой муж Властительнице Нави служить! — хмуро заявила пигалица.

— Ты не поняла… — рассмеялась в ответ. — У него тоже сила есть. Потому и не боится меня.

— Так он тоже способен душу вынуть? — отшатнулась Драгана, посерев.

— Способен! — на всякий случай поддакнул я совершенно серьёзно, кивнув.

Природу силы Симаргла я не понимала, но опасность у меня она вызывала. Да и зачем девчонке связываться с бессмертным гулякой? Хотя я не знаю, как размножаются божественные посланники. Подходят ли для этих процессов простые девушки, или хотя бы жрицы Мары. И что от этого союза может уродиться? Хм… а ведь для «сладких» дел явно годились…

И тут задумалась. Интересно… а что ей действительно нужно? Зачем она пришла со всем этим ко мне? Это реальный интерес к Симу или просто желание младшей сестры забрать всё более-менее хорошее у той, которую всей женской частью семейства помыкали, старались принизить и побольнее ткнуть всю жизнь? Жениха же Божидаре отдала…

Если реальные чувства… другое дело. Хотя… у этого кобеля в каждом городу по возлюбленной. Правда, в это время к множеству жён относятся совершенно спокойно. И Драгана воспримет подобное с полным принятием.

Сестра долго смотрела на меня, выискивая сомнения в ответе. Потом согласно кивнула и засобиралась домой, а я задумчиво за ней наблюдала. Затем крикнув Видана вернулась к сборам.

Вышли почти затемно. Лето было в самом разгаре и по прохладе нужно было успеть пройти окружающие городок поля. Те уже вовсю колосились. Оно и не удивительно. Из высокой травы ко мне шагнул низенький полевик и поклонился до земли.

Поделившись с ним небольшой частью силы, ненадолго остановилась дабы обсудить, всё ли хорошо на подчинённой ему территории и не нужна ли какая помощь.

Отправившись дальше минут через десять с улыбкой отметила, что Видан на нечисть отлично прореагировал. Напрягшись в начале, он перестал обращать на полевика внимание сразу же, как увидел его поклон. Вернувшись к отслеживанию периметра.

Только через пару часов наконец свиделись с лешим. Старый подопечный ещё Преславы, по его словам, сам настоял вернуться сюда.

— Столько сил вложил в этот лес. Каждый кустик знаю… — улыбаясь ответил он мне на заданный вопрос. — Как же бросить? Да и неуютно было на новом месте.

Звали моего нового помощника Дубравом. Вот он-то хотел полного моего внимания. Но заметив, что через полчаса разговора я начала переминаться и поглядывать, где бы присесть, крякнул. Тут же засеменил куда-то вглубь, прося следовать за ним.

Привёл он нас на милую полянку рядом с чистым источником. Обрадовавшийся Видан тут же стал разводить костёр, обещая вскоре порадовать вкусным обедом. А я вернулась к Дубраву, успевшему вырастить для меня удобное кресло из невзрачного кустика почти в центре опушки.

Когда мы уже кушали, угостив моего ветвистого помощника большим куском хлеба с солью, Дубрав резко встрепенулся. Отложив лакомство, посмотрел на меня напряжённо, передавая прямо в мозг немного размытую картинку. Вид был из-за веток и откуда-то сверху. Белка… или сова отчитывалась смотрителю этого леса о происходящем.

— Видан, — окликнула я охотника, — ты только не волнуйся, но у нас гости.

— Чего-же волноваться. Сейчас кашу разогрею. Попотчуем незванца.

— Не думаю, что его прельстит наша каша, — произнесла улыбнувшись. — Главное не дёргайся.

Удивлённый взгляд был мне ответом, пока из-за кустов на поляну не вышел старый знакомец — волк. Вожак дёрнул вопросительно ухом и повинуясь моему кивку медленно подошёл. Косясь на охотника, что положил руку на рукоять кинжала, серый подставил голову под почёсывание. Он помнил меня и ему понравилось такое обращение хозяйки этих мест.

— Собирайся, Видан, нам нужно будет пройти к реке, у заболоченного берега.

— А зачем? Не хорошее место. Этот блохастый туда зовёт? — недоверчиво спросит он.

— Острый клык видел там тело девушки. Нужно проверить. Может удастся найти новую навь?

--

[1] Балахво́ст — мужчина, который волочится за всеми подряд женщинами.