Заложница. Черный корсар (СИ)

Глава 36

Петр вернулся с Ахтияра на рассвете. Ездил ночью, так чтобы Мехмед не заметил его отсутствия, почти загнал жеребца. Но договорился с кем нужно. Завтрак еще не начался, и Игнатьев решил проверить собирается ли Евгения в Ахтияр. Судно до Одессы отплывало завтра. Вчера эта девица устроила такой дикий скандал со слезами по поводу своего отъезда. Но Мехмед был непреклонен.

В спальне Евгении не оказалось. Петр решил спустится вниз. Но когда проходил мимо спальни Мехмеда дверь отворилась и оттуда выплыла Евгения, в какой развратной ночнушке, короткой и на тонких бретельках. Ее тощее даже костлявое тело смотрелось в ней совсем не красиво. Ключицы выпирали, а груди совсем не было.

Тут же Игнатьева пронзила мысль о том, что эта визгливая девица провела ночь с Али Хасаном. Девица хищно улыбнулась ему и заявила

— Я остаюсь. Андрюша передумал, и не хочет чтобы я уезжала. Так что Тимур ступайте, я никуда не еду.

Петр сразу же понял, как этого добилась эта ушлая девица. Она отдалась турку, чтобы никуда не уезжать. Поморщившись, Игнатьев, сухо кивнул, и уже собрался уйти, как н а пороге появился Али Хасан.

— Тимур, зайди, — когда Петр выполнил его повеление, Мехмед закрыл дверь, и сказал: — Евгения едет с нами. Тебе новый приказ. Немедля поезжай к нашему Ахмеду, ты знаешь куда, проконтролируешь наш товар, чтобы выгрузили в порту. Ты помнишь место?

Петр кивнул, понимая, что Али Хасан опять посылал его проследить ха доставкой контрабанды. Он сделал знак рукой.

— Да. Корабль пришел. Как только закончишь, сразу же возвращайся. Заберем девок и отчаливаем.

Прищурившись, Игнатьев наклонил голову. Быстро вышел из комнаты, понимая, что надо немедля писать записку Анне, чтобы спасти ее. Главное, чтобы девушка прочла ее и решилась на этот рискованный шаг.

В полдень Петр сделал вид что уехал. Однако скрылся в ближайшем селении, и выжидал ночи. Он собирался встретиться с Анной тайно, и в записке назначил время и место, и сразу же объясниться с нею. Убедить ее бежать.

Анна — Милана

После завтрака я вернулась ы свою комнату, решила переодеться и прогуляться. Неожиданно на своём туалетном столике увидела сложенный в четверо лист. Точно я не оставляла его и не писала.

Быстро открыла его и прочла:

«Анна, будьте осторожны. Никуда не уезжайте с вашим братом. Это опасно. Он желает вам зла. Я могу всё объяснить. Приходите сегодня к морскому гроту в десять вечера. Ваш друг».

Записка вызвала у меня странное чувство тревоги и недоумения. Кто это мог писать? И почему Андрей опасен? Я не могла понять. Но записка очень напугала меня. Я вдруг вспомнила начало своей жизни в этом времени. Когда незнакомец отправил меня сюда, в тело убитой Анны. И почти годи страшные обстоятельства не беспокоили меня. Неужели снова началась охота на Анну Ковалеву. Это меня пугало.

До вечера я терзалась мыслями идти или нет на это тайную встречу с якобы «другом». И опасалась худшего. Может быть эту записку прислал убийца, который охотился за Анной?

Я почти решилась все же пойти, но где-то около десяти в мою комнату вбежала Евгения с истерикой о том, что ее ужалила пчела, и она не чувствует своего пальца. Следующие полчаса мы с кухаркой обрабатывали ей руку, чтобы снять опухоль.

В итоге я направилась к морскому гроту только около половины одиннадцатого. Шла тропой по темноте, и немного трусила. Добралась уже к одиннадцати. Маяк светивший с берега, чуть освещал дорожку, и у моря было не так страшно. Зайдя опасливо в грот, я постояла у входа, чтобы глаза привыкли к темноте. Потом вошла, в гроте никого не было.

— Здесь есть кто-нибудь? — спросила я на всякий случай, но мне никто не ответил.

Я подумала, что пришла поздно и этот друг не дождался меня, или же записка была чьей то глупой шуткой. Но чьей тогда?

Может быть это Юсуф вызывал меня на свидание таким странным способом? Я знала, что он приходил свататься ко мне, а Андрей прогнал его. К тому же запретил татарину появляться у нас в доме. Потому Юсуф вполне мог устроить подобное тайное свидание.

Спустя полчаса я вернулась домой ни с чем. «Друг» так и не появился.

Перевоз груза растянулся почти на неделю. Как ни старался Петр, все было долго и муторно. Единственное что он доложил тайным посланием куда надобно о новых людях, работающих на турков. Обычно спустя месяц или два таких людей арестовывали за что-то другие, и специально спустя время, чтобы не пало подозрение на Игнатьева.

Вернулся он на Форос поздно ночью спустя восемь дней. Дом весь спал, и Петр вознамерился идти отдыхать, решив поговорить с Анной, завтра до завтрака. Как то вызвать ее на прогулку верхом, или же подойти к ней в саду, она точно гуляла ежедневно по утрам.

Сразу вырубившись, после десятичасовой скачки, Игнатьев проснулся на рассвете. Около семи вышел в коридор. Невольно пошел к комнате девушки, надеясь застать ее одну. Дверь ее комнату была не заперта. Он медленно вошел внутрь, но девушки в комнате не оказалась. Мало того шкаф был открыт, а на полу валялись два палантина, словно она второпях собиралась куда-то и не убрала вещи.

Петр вышел, решив, что Анна уехала кататься верхом или же опять тайком убежала к морю. Быстро спустился вниз и наткнулся на Мехмеда.

— Тимур, вернулся! — заявил он, — Пойдем, все доложишь, как все прошло.

Нахмурившись, Игнатьев последовал за ним, думая как быстрее отделаться от Али Хасана, и идти немедленно искать девушку пока не поздно. Она должна была убежать сегодня ночью. Но об этом Али Хасан не должен был знать до последнего.

— Как я и говорил девчонка, влюбилась в меня едва я сказал, что я ей не брат.

Остолбенев от слов Али Хасана, Петр непонимающе уставился на турка. Ему показалась что Мехмед говорит что-то ненормальное, то что не укладывалось в голове Игнатьева.

— Да. Оказывается я ей нравился как мужчина уже давно. Но как только я открыл ей что я всего лишь друг ее брата, то она даже сопротивляться не стала.

Сердце Петра пропустило несколько глухих ударов, он ощутил что ему на хватает воздуха, и он начал дергать ворот своей одежды. Он даже боялся поверить в эту страшную правду. Болезненную правду которая резала его сердце словно ножом.

— Она моя любовница. Сладкая такая, в постели получше даже Сины будет, — бахвалился Али Хасана, а Петр мрачнел все больше.

Он не мог поверить во все это. Анна что отжалась Мехмеду? И так быстро. Но может, как и Петр Мехмед действовал напором и потому она и сдалась так скоро?

Но девушка принадлежала ему! И только ему Петру! Как она могла отдаться этому мерзкому турку? Он не понимал. После всего того что у них с ней было. Нет она просто не имела права так проступить! Возмущение, гнев, дикая ревность завладели Петром. Он едва сдерживался, чтобы не накинуться на турка и не убить его. Это желание завладело Игнатьевым.

Видя, что Али Хасан ждет его реакции, Петр сдал кулак, пытаясь взять себя в руки, и не показать какие черные чувства владели им в этот миг. Опустил глаза вниз, и глухо выдохнул. Сделал знак рукой.

— Она уже на корабле, отвез ее вчера, — объяснил Мехмед. — Евгения тоже там. С нами поплывет. Лишняя девка в гареме не помешает. Пока она очень горяча в постели, и такое вытворяет.

На лице Мехмеда появилась похабная улыбка, что Игнатьеву стало противно. То есть этот выродок, который убил брата Анны, блудил с Евгенией, еще на «десерт» себе и Анну получил. Это было до такой степени несправедливо, что у Игнатьева сперло в горле от негодования.

— Довольно о девках. Доложи, как все прошло у тебя? — велел Али Хасан.

Петр ответил жестами, что все прошло хорошо.

— До обеда отдыхай, потом отправляйся на корабль, бери управление на себе. Саид пригонит корабль к мысу оттуда тебя заберут. Посмотри все ли запасы сделаны и готов ли корабль. Я здесь закончу все дела и завтра отплываем.

Быстро кивнув, Игнатьев направился к двери, желая поскорее покинуть кабинет, еле сдерживаясь чтобы ничего не выкинуть. Его мысли были в полном смятении, и впервые за многие годы он не мог понять что делать.

Уже у выхода он обернулся к турку, и сделал жест рукой.

— Девчонка останется в гареме, пока не расскажет все что знает. Потом решу, что с ней делать. Возможно сделаю ее главной наложницей. А то Лития надоела мне уже.

Петр вышел на улицу, ему не хватало воздуха. Он не мог понять, как Анна могла стать любовницей Мехмеда. Это была какая-то вопиющая несправедливость.

Мало того она не пришла на тайную встречу, хотя он предупредил ее об опасности. Он прождал ее до одиннадцати, потом увидел некий огонь, на берегу отвлекся на него, немного отошел от грота, чтобы его не заметили. Это был кто-то из местных. Когда же он решил вернуться в грот, раздался знакомый свит. Так его иногда звал Али Хасан. Подождав еще пять минут, Игнатьев был вынужден уйти от грота. Он был расстроен, потому что Анна так и не пришла.