Хирургическое вмешательство

Глава 24. «Аптека»

Глава 24. «Аптека»

Неожиданно начавшийся дождь настроения не добавлял. Громов, несмотря на волевой характер, все-таки сегодня устал. Его привычная жизнь никогда уже не станет прежней, так как он встретил Марьяну, от которой у него появилось столько важных дел и проблем, что ему и не снилось. Он хотел добраться пешком до общежития, ведь оно в двух шагах, а сейчас пожалел, что не взял свой Lexus. Промок до нитки, так как и зонта у него с собой не оказалось. И вот он на первом этаже общежития.

— Вечер добрый. Марьяна Кислицына в какой комнате проживает?

— Дмитрий Викторович, Вы? — старушка за столом, освещенным лишь настольной лампой, откровенно удивилась. Громов кивнул и вопрошающе на нее посмотрел.

— В сорок второй. Она недавно пришла, и с ребенком. Сказала ненадолго. Кажется, она очень спешит.

— Вот как? Отлично. Я как раз хочу помочь коллеге. Какой этаж?

— Четвертый… Дмитрий Викторович, а потом дверь направо, и по коридору до конца, а там увидите. Зеленая такая дверь.

— Хорошо, я понял, спасибо Вам большое, — Громов, перескакивая через ступеньки, добрался до нужного этажа, и, широко шагая, прошел к нужной двери. Марьяна как раз силилась закрыть дверь ключом. Рядом стояла дорожная сумка, на которой сидел уставший Ванечка.

Громов с шумом выдохнул. Он хотел взять себя в руки и не начать с упреков, но увидел ее и все…

— Марьяна, какого черта, скажи!? — Дмитрий проговорил это настолько громко, что женщина вздрогнула и выронила ключи.

— Дмитрий Викторович? Вы? — снова на «вы» и по имени отчеству проговорила Марьяна. Нет, она так и не перешла на новый уровень и вообще не считала его даже другом.

— Я, — мужчина прожигал ее упрекающим взглядом, — а что, ты ждала кого-то другого? Почему ты ушла от мамы? Почему ты сейчас собираешься вместе с Ваней куда-то? Что опять поменялось в твоей голове?

— Дмитрий Вик…

— Не надо называть меня так. Объясни мне, Марьяна, что происходит?

— Дядя Дима, мы в Марьино едем. Мамане звонила тетя из аптеки, сказала, что меня могут забрать, — прояснил ситуацию Ванюша, от чего понятнее Громову не стало.

— Что? Какая аптека? Ванек, причем тут аптека?

— Господи, Ванечка, — Марьяна попыталась взять себя в руки. — Дима, у меня Ваню забрать могут. Отца и мамы у него нет. Моя мать больна, а отца тоже лечить надо. Чтобы усыновить Ванечку надо документы собирать. Мне срочно нужно в Марьино.

— Откуда они про смерть твоей сестры узнали?

— Это село. Понимаешь, там, на одном конце чихнешь, а на другом «будь здорова» говорят. Намекали, чтобы у меня условия надлежащие имелись. В Марьино чтобы работала и желательно, чтобы я замужем была. А где я сейчас этого самого мужа возьму? И дома ремонт делать надо. Они как посмотрят условия и все, «пиши, пропало». Заберут Ванечку у меня.

— Ясно. Понятно. Марьяна поедем пока в мою квартиру. Не нужно, на ночь глядя, никуда ехать. У меня завтра выходной, а потом я у Аверина еще сутки займу. Вместе поедем, если такая срочность, в чем я сильно сомневаюсь. У меня есть знакомый юрист в Ростове. Надо узнать, сколько времени у нас есть.

— Нет, Дима, не могу. Мне нужно сейчас знать, что там нужно.

— Они что там в опеке, круглосуточно что ли работают? Говори телефон. В век технологий за такой информацией ходить не обязательно, тем более в такой момент. Вон и Ванек «носом клюет» спать хочет.

— Но…

— Марьяна, едем ко мне домой и точка, — Дмитрий на секунду задумался и виновато улыбнулся. — Вот черт, машина на парковке возле больницы осталась. Ладно, боец иди к дяде Диме на шею, и сумку, Марьяночка, давай.

— Дверь не закрывается, — женщина пыталась вытащить ключ, который застрял.

— Это все вещи? — указал Громов на сумку, одновременно осматривая дверь. Он без особого труда ее открыл и отдал ключи Марьяне.

— Нет, я намерена вернуться потом.

— Так, все собирай, ты больше здесь не живешь.

— Как же не живу, когда живу.

— Марьяна, ребенок не должен жить в общаге. Пока поживете у меня. Я один в квартире. Ничего страшного не случится, если вы побудете у меня. Тем более ты отлично готовишь.

— Неудобно, Дима. Ты столько для нас делаешь, а у нас снова проблемы.

— Послушай, ну чего ты как маленькая? Не съем я тебя, обещаю.

— Маманя, поехали к дяде Диме. Он нас ни скушает. У него вон, какой животик. Мы не влезем. Поехали.

— Дело Ванек говорит. Так. Вещи собираем и быстренько. Я отлучился ненадолго. Так что давайте оперативненько собираемся.

Неожиданный звонок.

— Дмитрий, вертай назад. ДТП. Трое в тяжелом. Чтобы через пять минут был в реанимации.

— Еще не легче, — к таким новостям Громов привык, но сейчас все к одному, и так не вовремя это ДТП. — Хорошо, сейчас буду.

— Что случилось?

— ДТП, мне в реанимацию надо и срочно. Марьяна, я такси вызову до моего дома, только тебя умоляю, поезжайте ко мне. А как утро настанет, я в опеку позвоню и все выясню. Не волнуйся.

— Дима, может, я все-таки поеду?

— Марьяна, время, все потом. Сейчас вы едите ко мне. Так, горячего ничего нет, но то из чего можно приготовить есть. Чувствуй себя как дома. — Дмитрий вызвал такси, и оно уже подъезжало. Мужчина помог загрузить машину сумками Марьяны.

Вещи были уже собраны в комнате, так как Марьяша планировала съезжать с квартиры, а потому приготовилась.

Громов доплатил таксисту, чтобы он помог поднять сумки до его этажа, а сам побежал на работу. В его жизни снова была битва за жизнь женщины и двух детей. Мужчина, который был за рулем, получил травмы средней степени тяжести. А вот женщину и деток нужно было спасать. Работали с Иваном Васильевичем в паре. Мальчиком занимался Ветров, а через час подъехал Аверин. Он знал, что его уже ждут, взялся за самое сложное и сейчас занимался маленькой пациенткой, которой и года не было. Ее оперировать Громов не рискнул. Переломы, повреждено легкое. Николай ни на что не отвлекался, как и Громов. Чуть позже Дмитрий ассистировал Аверину…

У девочки неоднократно останавливалось сердце, которое все-таки удалось запустить.

Дмитрий сконцентрировался на работе, и лишь ощущение песка в глазах говорило о том, что организм мужчины нуждался в отдыхе.

Показатели на приборах фиксировали состояние ребенка, и сейчас кризис миновал. Николай все еще боялся отойти от нее, а Дмитрий просматривал рентгеновские снимки мальчика.

— Послушай, Коля, я начинаю жалеть, что в нашем мире есть автомобили. Какого черта этот бесстрашный мчал под двести. Семья в машине. Сам в нетрезвом. Ни один ребенок не пристегнут в автокресле. Жена тоже не пристегнута ремнем, малышку держала. Зато сам он красавец практически отделался легким испугом.

— Громов, что на лошадях что ли меньше гибли. И заметь, сейчас хотя бы медицина вперед шагнула, а раньше палку в зубы и стакан водки вместо наркоза. Много ты сделаешь, когда пациент от болевого шока готов скончаться каждую минуту? А то, что не пристегнулись, то это вина водителя, я считаю. Ты глава семейства, проверь своих, как они устроились. Тем более кресла имелись.

— С тобой спорить, Николай, бесполезно, вот вечно ты такой, правильный.

— Я правильный? Скажешь тоже. Кстати, как Марьяна?

— Лучше не спрашивай. Там проблем масса, а я не могу оставаться в стороне. Вот она у меня где, — Громов указал на сердце.

— С недавних пор и меня задело. Кажется серьезно…

— Кто она?

— Все тебе скажи… — Аверин, наконец, отошел от маленькой пациентки и сел в кресло. — Что там с похоронами?

— Через три дня, хотя может и раньше. Я про кремацию думаю. Но надо у Марьяны спросить. Кто я, чтобы распоряжаться. Пусть сами решают. А материально помогу, конечно.

— Материально и мы поможем. Я уже отправил сообщение в отдел кадров, чтобы деньги собирали. Пусть Марьяна чувствует, что не одна.

— Это правильно, светает уже.

— Громов, давай домой поезжай, знаю, что вторую ночь без сна. Концентрация внимания не та. Ты теперь не хирург, а опасный для больного врач. Давай отдыхай, точнее Марьяне помогай, и чтобы через час я тебя в реанимации не видел.

— Марьянка с Ваней у меня. Как они там, я даже не позвонил вчера.

— Ты хирург, думаю, она поймет.

Громов неопределенно кивнул и поспешил к выходу.

Марьяна занесла последний пакет с вещами в квартиру Дмитрия и буквально упала в мягкое кресло.

— Маманя, я кушать хочу.

— Кушать? Сейчас. Там в зеленом пакете булочки есть и молоко. Я чайник поставлю.

Ванечка поел, и его хватило только на скорое купание и чистку зубов. По обыкновению мальчик «сова» и ложился поздно, а сейчас он хотел спать постоянно. Стресс сказался на нем именно проявлением чрезмерной сонливости и быстрым переутомлением.

Мальчика уложила на диван, который ей удалось самостоятельно разложить. Ванечка тут же уснул. Марьяна вспомнила слова Дмитрия и набрала телефон женщины, которая ей звонила из опеки.

— Добрый вечер, Анжелика Алексеевна.

— Рабочий день уже закончен.

— Да, я понимаю. А можно мне перечень документов на усыновление?

— Может быть, Вы имели ввиду, опеку?

— Нет, именно усыновление. Ванечка родная для меня кровиночка, ни какой опеки. Только усыновление.

— Да, но только у Вас никаких шансов его усыновить. Нужна хорошая квартира, условия для мальчика. Желательно чтобы у ребенка был отец, а я знаю, что у Вас, Марьяна Витальевна, кроме сомнительной работы в Ростове ничего нет.

— Почему это сомнительной? Я работаю медсестрой в стационаре. У меня не сомнительная, а самая настоящая работа.

— А ваше финансовое положение, милочка?

— Вы мне на «ватсап» список документов отправьте, пожалуйста, а потом когда придете с проверкой и будем рассуждать о моих доходах.

— Хорошо, сейчас отправлю. Но лучше бы Вам смириться с тем, что Ване придется отправиться в детский дом.

— Еще посмотрим, — Марьяне стоило больших трудов не нагрубить этой женщине. Марьяша вспомнила слова Ани, что она должна научиться держать эмоции под контролем.

Список требований оказался внушительным. В течение одного двух дней все это не сделаешь, а за Ванечкой придут, только вот когда? Дмитрий говорил, время есть. Только сколько дней у меня есть? Сколько?

Пришло СМС от Громова.

«Вы там как, нормально добрались?»

«Да» коротко ответила женщина, на что получила от Громова веселый смайлик в переписку.

Марьяна смотрела на телефон отрешенным взглядом, пытаясь понять, как ей выпутаться из всего этого. Потерять еще и Ванечку ей совсем не хотелось. Она посмотрела на варианты по ипотеке. Долго, дорого. Потом решила срочно ремонтировать дом в Марьино и перебираться туда на постоянное место жительства. Дом у Риты еще строился, и они жили в основном у родителей, а там, на участке у них только небольшая бытовка построена. Сам же дом еще нужно достраивать. Там не было ни окон, ни дверей, только коробка и крыша.

Марьяна набрала СМС для Анны.

«Анечка, я знаю, уже очень поздно, ты напиши, как там дома у нас. Присмотри, пожалуйста, за животинкой еще несколько дней. Как с похоронами что-то решиться, я тебе сообщу»

— Ой. Что же делать-то? — Марьяна не могла уснуть. Она встретила рассвет, так и не сомкнув глаз. На завтрак приготовила сырники и с трудом съела один, запивая его крепким чаем.

Ближе к обеду, когда она закончила заниматься обедом, в двери провернулся ключ, и на пороге появился Дмитрий.

— Добрый день, какой божественный аромат. Марьяна я готов съесть слона.

— Добрый. Дима, руки мой, Ванечка тоже сейчас обедать будет. Вместе и поедим, — Громову так понравилось, как она ему это сказала. По-домашнему. Так тепло сразу стало на сердце.

— Ванёк, привет, боец. Давай-ка руки мыть, а то Марьяна нас не покормит.

— Маманя покормит, только микробы тоже покормятся твоим олганизмом, если не помоешь.

— А вот это нам никак нельзя допустить.

Ванюша кивнул. Они вместе с дядей Димой помыли руки и поспешили к столу.

Сегодня Марьяна приготовила куриный суп с клецками, а на второе тефтели в подливе с рисом. Все что нужно для приготовления, обнаружилось у Дмитрия в холодильнике и в кухонных шкафах.

— Марьяна, я тебя точно никуда не отпущу. Ну кто меня еще так накормит.

— Скажешь тоже, — Марьяна села за стол. В своем зеленом домашнем халатике она Дмитрию нравилась еще больше.

— Маманя, а аптека — это очень страшно? Ты из-за нее весь вечер вчера плакала.

— О «р» проскочила, а то в тот день словно и не умел ее говорить. Видимо успокаиваться начал, — шепнула Марьяна Дмитрию, когда они вместе встали, он чтобы достать перец, а Марьяна за недостающими вилками.

— Заметил, это стресс, точно тебе говорю, — шепнул Дмитрий в ответ.

— Аптека? Ванечка. Мы тебя ей не отдадим, — усмехнулся Громов.

— Я разговаривала вчера с этой мегерой. Они спят и видят Ваню в детском доме. Мне нужно жилье. Самое главное чего у меня нет, это квартиры.

— Квартиры? Ты там еще про мужа что-то говорила.

— Да, желательно чтобы у меня он был, но я читала, что и без мужа могут позволить усыновить Ваню.

— Ну что я могу сказать. У меня есть только один выход из сложившейся ситуации.

— Какой?

— Выходи за меня замуж, — Марьяна выронила кружку, благо она была пустой и не разбилась, так как упала на ковер.

— Что?

— Я предлагаю тебе выйти за меня замуж, причем очень оперативно.

— Ты предлагаешь мне фиктивный брак?

— Я этого не говорил. Послушай, тебе нужно усыновить Ваню, а еще тебе нужен муж и квартира. Как ты считаешь, я на роль мужа подхожу?

— Ты? Похоже на авантюру. А если они поймут, что это все не правда.

— Какая неправда? Штамп в паспорте будет и свидетельство о браке тоже.

— Какой брак? У меня траур!

— Марьяна. Мы сейчас просто распишемся. Даже можно сегодня. Я договорюсь, а потом соберем все документы. Опека не такой уж и страшный зверь.

— Маманя, аптека — это зверь?

— Ванечка, Дима.

— Соглашайся, Марьяна, это все, чтобы Ванечку спасти.

— Да, а вдруг ты встретишь девушку, полюбишь, а тут мы с Ванечкой. Как ты при этом себя чувствовать будешь?

— Послушай, я столько лет один и вряд ли такая девушка появится. Тем более я очень сильно заинтересован вполне конкретной.

— Кем? — Марьяна нахмурилась.

— Да, работает со мной одна весьма симпатичная медсестра.

— Медсестра?

— Да, по имени Марьяна…

— Опять ты шутишь. Вот как ты можешь так? Дима, ну я не могу вот так сразу замуж выйти. Что люди скажут?

— Вот меньше всего меня волнует, что там люди скажут. Главное чтобы опека отстала, верно?

— Маманя, ты что, станешь невестой дяди Димы, чтобы меня аптека не съела.

— Вот Ваня и то разобрался, что к чему. Марьяна по поводу Риты и Вадима. Предлагаю воспользоваться услугами крематория.

— Крематория? Но там дорого, и я не представляю как это.

— Я все организую. Думаю, через три дня все будет готово.

— А могилка то будет у сестры и Вадима.

— Само собой, все будет, только я считаю, что кремация нам подойдет больше. На корабле был взрыв. Сама понимаешь, ну а Риту ты видела.

— Не напоминай. У нас бабушка в Ростове жила, мы в машине, когда ехали, мама просила похоронить Риту и Вадима именно рядом с бабушкой нашей. И кремация, я не знаю. Думаю, родственники захотят проститься. Не современный мы народ. Будем хоронить как все. — Марьяна задумалась, а потом добавила. — Дим, сколько я тебя должна. Я все отдам.

— У жены и мужа общий бюджет не забывай. Ты мне ничего не должна. Хорошо, раз мама так хотела, то так тому и быть.

Похороны проходили на Северном кладбище. Два гроба были закрыты. В сопровождении двух санитаров привезли отца проститься с дочерью, а мать прилететь не смогла, так как в этот день, у нее была операция. И снова борьба за жизнь.

Юрист успокоил Марьяну, сказав, что время есть. Он так же отметил, что замужество заметно уменьшит препятствия к усыновлению, но Марьяна все еще сомневалась.

— Дима, Ани почему-то нет, я позвоню. Она обещала, но вот второй день тишина.

— Конечно, — Марьяна постоянно смотрела на телефон, но ни СМС, ни звонка от Ани не поступало. Женщина решила дозвониться через ватсап.

— Да, Марьяна, привет, извини тут такое дело, я не смогу на похороны вырваться.

— Что случилось?

— Мы в Ростове. Федьке операцию будут делать…