Хирургическое вмешательство

Глава 25. Навстречу судьбе

Глава 25. Навстречу судьбе

Ростов-на-Дону

Аня пересекла мост и остановилась. Ранее утро дарило прохладу. Она вышла из машины и осмотрелась вокруг. Впереди простирался город. Куда не посмотришь везде застроено.

На западе из утренней дымки выступают тонкие угольники строительных кранов. Они словно застывшие жирафы в тумане стоят и не двигаются. Вокруг них и под ними термитниками, где выше, а где ниже растут высотки. Это все для того, чтобы там жили люди.

«Сколько же народу может вместиться в этих коробках, рвущихся вверх своими прямыми углами?»

Для Ани, всю жизнь проведшей в тихой сельской местности такое даже представить страшно.

«Как там можно жить? Всю эту массу народа надо обеспечить едой, одеждой, бытовой техникой и работой, в конце концов».

Царство стекла, бетона и пластика.

«Тут даже добрая половина растений искусственная. И это то самое место, куда так рвется Марьяна? Ютиться в тесных, душных стенах с одним только видом из окна — таких же стен и окон домов напротив».

Чуть левее выступал силуэт Ростов арены. Словно таинственный космический корабль приземлился и своим округлым корпусом притягивал взгляд. На реке стоял у берега белоснежный трехпалубный корабль. На него Аня смотрела долго и с грустью. Она точно не знала, как это судно называется: катер или яхта. А может еще как по-другому. Но не это имело теперь значение. Главное в том, что они с Марьяной так давно мечтали покататься по своей главной реке на таком судне, да жизнь все откладывала этот момент.

Быт и необходимость постоянно решать жизненные проблемы — вот два главных врага мечтателей. Зачастую для таких как Аня и Марьяна мечты, так и остаются мечтами, только уже не сбывшимися.

По водной глади несся маленький катерок. Его винты резали воду и создавали две волны, расходящиеся в стороны большой стрелкой. Аня смотрела на эту красоту и улыбалась. Остуженный влагой воздух немного прояснил голову, а красивая река с ее живописными берегами и этим кораблем-мечтой с квадратными иллюминаторами, и узкими проходами по периметру палуб немного отвлекли.

Глаза снова обозревали горизонт и этот бесконечный город, утопающий в утреннем тумане. Казалось, ему нет ни конца, ни края. Квадраты и прямоугольники, выше и ниже выдвигались к небу своим зубчатым рельефом по всей длине горизонта. Аня последний раз глянула на Дон и корабль у берега.

— Надо что-то с этим делать, — говорила она сама себе вполголоса, — так и жизнь пройдет, а я нигде и не побываю. Вот разберемся с Феденькой и сразу же всем семейством рванем сюда. По парку погуляем, вот на тебе, — Аня улыбнулась белоснежному красавцу у берега, — покатаемся. Но сейчас у нас важные дела. Впрочем, как всегда, — бормотала она себе под нос и внимательно изучала маршрут. — И люди мы в принципе не плохие, только быт нас заел.

Она загрузила карту в свой смартфон, и сердце в груди снова забилось бешено от волнения.

— Так, успокойся. Ты справишься, — убеждала она сама себя, — куча народу ездит по этим дорогам и ничего, справляются.

Аня подняла голову и уже внимательно осмотрела дорогу впереди.

— Огромные часы на квадратной башне. Ага, вон они, на месте. Мне значит туда. Потом прямо. Потом направо в Газетный переулок. Дальше еду по нему по кругу и выезжаю…

Она взглянула на спящего сына, завела машину, взялась за руль, включила левый поворотник и посмотрела в зеркало заднего вида.

— Фух, ну с Богом, вперед!

Напряжение зашкаливало, но голосовой навигатор помог, и знание правил дорожного движения стояли, словно перед глазами. Пропускаем обгоняющий джип, притормаживаем и перестраиваемся на другую полосу. Снова светофор, пешеходный переход и дальше.

Неожиданно ее обогнала машина, причем справа, сначала дала газу, потом резко затормозила. Аня чуть не врезалась в нее. Мятный Infiniti FX35 остановился, и из него вышла женщина в белоснежном обтягивающем брючном костюме. Аня включила аварийный сигнал и тоже вышла.

— Слушай ты? деревенщина. Хватит тупить. Почему еле ползешь и мешаешь проехать?

— Вы нарушили правила дорожного движения еще и меня обвиняете? У меня в машине ребенок. Думать надо головой, когда Вы на дороге.

— Знаешь что, по такой как ты трактор проедет и не жалко. Не удивлюсь, если у тебя этих детей дома семеро по лавкам. По тебе видно, что крест на себе поставила.

— Вы кто такая чтобы такое говорить. Я сейчас позвоню в полицию, и пусть они скажут, кто прав, а кто виноват, — Анна не собиралась разбираться с ней, для этого есть закон. Женщина насторожилась как только услышала про полицию.

— Ой, да черт с тобой, вот держи. И постарайся больше не попадаться мне на глаза, — женщина протянула Ане тысячу рублей, и вдруг ее окликнул парень с мелированной модной стрижкой в ярко желтой футболке.

— Евочка, ты что там? Она нас не зацепила, поехали уже, ребята ждут.

— Бегу, Макс, — женщина еще раз смерила презрительным взглядом Анну и поспешила к своей машине. Анна даже не знала, как на это все реагировать.

— Какие тут однако экземпляры водятся ни воспитания, ни такта. Денег мне еще сунула. Раз заплатила, значит, признала свою ошибку, наверное. Не выкидывать же деньги теперь. Только время потеряла с этой наглой.

Остаток пути прошел без приключений, и вот, наконец, Анна вырулила на центральную парковку лечебного учреждения.

— Девушка, — сунула под прозрачный экран регистратуры документы Аня, — нам экстренно нужна операция!

— А что у вас? — слегка улыбнулась миловидная белокурая почти девчушка.

— Что-то серьезное!

— Можно уточнить, что и насколько это что-то серьезное? И у кого?

— Вот, у него. Ох, — всхлипнула Аня и замерла.

Она поняла полную абсурдность своих слов. Вся всполошенная, Федя стоит рядом трет заспанные глазенки. Ситуация выглядела так, что скорее самой Ане больше требовалась помощь медиков, чем Федору.

— Привет, — обратилась девушка к мальчику, — как тебя зовут и откуда вы?

— Я Жуков Федор Павлович, — спокойно ответил Федя, — Ростовская область, село Марьино. У меня бок тянет. Врач Аверин сказал, срочно на операцию.

— Угу, — не уставала улыбаться и смешно щурить голубые глазки девушка, — сейчас глянем.

Она быстро и легко прошлась пальчиками по невидимой за стойкой клавиатуре, потом перебрала документы и подняла голову.

— Извините, но на сегодня для вас нет зарезервированного талона к урологу. И, к сожалению, среди документов я не нашла вашего направления.

Аня не знала, как поступить. Она так неслась сюда, что совершенно не подумала, а как все будет происходить по ее приезду. Девушка вернула все документы обратно.

— Давайте я еще раз проверю вас по базе. Не переживайте, тут такая текучка, что всякое происходит регулярно. Вы пока поищите все же направление к врачу.

Аня озадаченная засовывала все в папку и думала, как быть дальше, а девушка тем временем напряженно колотила по клавишам. Она-то не знала, что нет, и не было никакого направления.

— Я зашла на сайт клиники. Не было на сегодня ни одного направления. Вы точно уверены, что талон у вас на сегодня, а не на другой день?

— Извините, — отмахнулась Аня, — тут нет ошибки. Направления точно нет. Это я все напутала. Простите, что отняли ваше время. Удачного дня.

Аня уже отошла от стойки, но девушка не привыкла видно сдаваться просто так.

— Постойте! С часу до трех у вашего врача платные приемы. Осталось два свободных талончика. На тринадцать тридцать и четырнадцать пятнадцать.

Аня оживилась и уже выбирала время приема.

— Сколько стоит прием? Где можно его оплатить?

— Две тысячи. По карте или наличными?

— Можно картой.

— Картой прямо здесь на терминале. Я покажу как.

— Хорошо, давайте на тринадцать тридцать.

— Добро, — не переставала стучать девушка, — можно обратно ваши документы? Кабинет триста два. Третий этаж. Врач уролог Аверин Илья Михайлович.

— Все так, — радовалась Аня, что все неплохо складывается.

— Мам, — неожиданно вмешался в деловые переговоры Федор, — а зачем мне врач уролог?

Обе женщины посмотрели на мальчика. Шустрая девушка подмигнула ему и быстро ответила.

— Чтобы он тебя осмотрел и вылечил. Может никакой операции не понадобится такому красивому мальчику.

— Да, — поддакнула следом Аня.

Но Федя все же внес свой корректив в эту идиллию мнений мамы и работницы регистратуры.

— Но наш врач Аверин вовсе не уролог, и вовсе не Илья.

Аня замерла от неожиданности с широко открытым ртом.

— И кто этот ваш врач Аверин? — быстро протараторила девушка.

— Наш, — серьезно и деловито отвечал Федор, — Аверин хирург. Николай Владимирович.

— Вот как?

Совершенно не озлобилась девушка. Она просто стала снова стучать без устали по клавишам. Ане было невыносимо стыдно. Она забрала снова свои документы. Еще не оплаченный талон, тихонько просунула ближе к краю стойки и виновато улыбнулась.

— Это усталость, простите. Кажется, мы запутались в Авериных.

— Совершенно нет! — весело засмеялась девушка, — Николай Владимирович Аверин — заведующий хирургическим отделением первой краевой больницы. Он?!

— Заведующий? — пролепетала Аня и сглотнула.

— Он! Он! — четко ответил за нее Федя.

— У нас клиника огромная. Краевая. Такая, что даже Авериных аж три штуки, — шутила с Федором девушка, а он тоже смеялся, глядя на нее, — наш в поликлинике уролог, второй Аверин в стационаре и третий Аверин. Впрочем, он вам и ни к чему.

— Это почему же? — от удивления округлил Федя глазки.

Девушка засмеялась снова и еще раз подмигнула Феде.

— А потому что это скорее Аверина, чем Аверин. Мария Андреевна, санитарка в детском терапевтическом отделении. Обеды привозит деткам, которые тут лежит на лечении.

— О, да, точно, — согласился Федя, — нам не подойдет.

— И что же нам делать? — поинтересовалась Аня.

— Я написала сообщение. И оказывается, что вы правы. Федора Жукова очень ждут. Но не тут, а в приемном покое хирургического отделения. Это вам через парковку надо пройти, там направо и большой красивый новый корпус. Это наш стационар, а тут поликлиника. Вы немного зданиями промахнулись.

Аня была тронута таким участием к себе. Она перед тем, как пойти в стационар свернула к ларьку. Купила самую большую шоколадку и послала Федю подарить ее такой обходительной девушке из регистратуры.

Николай не находил себе места. Он постоянно хватался за телефон, но тут же его возвращал в карман. Часто подходил к окну и смотрел во двор на пешеходов, словно выискивал глазами конкретного человека. Медсестры кружились вокруг него пчелиным роем и недоумевали, отчего их начальник сегодня такой напряженный.

— Николай Владимирович, может Вам сделать чаю?

— Не стоит, Лиза, благодарю.

— Николай Владимирович, давайте лучше кофе. Он бодрит, а Вы какой-то сегодня вялый.

— Что?

— Николай Владимирович, — растолкала всех девушек Вера, — а может массаж?

— Что?

— Массаж.

Вера была вызывающе красива. Один типаж с Евой. Длинноногая брюнетка, синий томный взгляд, брови вразлет, крупный рот, и почти не видно носика. Явно живет не по средствам медсестры. В последнее время ее активность в отношении Аверина развернулась в военных масштабах. Как узнали девчонки, что заведующий отделением свободен, так словно взбесились. Николай замер и недоуменно в упор глянул на Веру.

— Вера Ивановна, Вам нечего делать? Так я сейчас Вас займу. Вы заполнили журналы и уже отнесли их на проверку? А что у нас по медикаментам в процедурной?

Вера цокнула языком и закатила глаза.

— Ясно. Извините, Николай Владимирович. Можно идти работать?

— Идите. И не только Вы можете идти. Такое впечатление, что тут всем делать нечего.

Медсестры с поникшим настроением столпились у выхода. Вера еще раз некрасиво закатила кверху глаза и вполголоса проговорила.

— Попробовать стоило, а вдруг бы прокатило.

— Второй раз не прокатит, — прошептала одна из девушек, — Аверин в одно и то же болото не полезет. Евка, дура, такого мужика потеряла.

— Эт, точно, — хором ответило сразу несколько голосов.

— Хм, — раздалось с угла, где стоял еще один стол, — ты Николай на девок не злись. Они из кожи вон лезут, чтобы ты на них внимание обратил.

Аверин только сейчас заметил, что за столом сидит и разбирает папки Попов Семен Вадимович. Его ровесник, давно и счастливо женат. На корню сразу же обрубает все намеки на внимание к своей персоне. Хотя поначалу, когда он пришел в отделение, от женского внимания не было отбоя. Он работал анестезиологом.

— Сем, — неожиданно скривился Аверин и чиркнул ребром ладони себя поперек горла, — у меня эти охотницы вот где уже сидят. Мне нормальная женщина нужна, адекватная. Я эту Веру помню еще с тремя тощими волосками на макушке и блеклым серым водянистым взглядом. Эти тюнингованные девочки уже оскомину набили. Мне Евы хватило. Достаточно. Хочу настоящую женщину.

— Ну, дружище, желаю успеха. Это сложно, но возможно. Моя Женя тому пример. — Попов непроизвольно улыбнулся, вспомнив жену, — она у меня ух какая. Сама маленькая, худенькая, локотки остренькие, как в бок даст, аж искры из глаз. А ты вот где такую встретишь? Даже не знаю.

Неожиданно раздался звонок. Аверина приложил смартфон к уху.

— Николай, я все прооперированных осмотрел, все стабильно идут на поправку. Малышка порадовала. Уже в себя пришла. Слушай, сегодня завтра меня не будет. Возможно, еще день возьму.

— Дим, я все знаю. Я уже попросил переставить твои дежурства. Если будет возможность, завтра к вечеру заскочи. Надо подписать документы будет. Но пока контрольные обследования не пришли, поэтому не знаю, понадобишься ли.

— Не нашел тебя в ординаторской когда уходил. Мне сказали, у тебя пациент со сложным перелом, оперируешь.

— Да, все так. Ничего страшного, что не пересеклись. Будь на связи, и держитесь там с Марьянкой.

— Пока, Коля, — Громов отключил свой телефон первым, а Николай снова бросил взгляд в окно, и его сердце пропустило удар…

— Вот! Вот она!

Аверин увидел на порожках приемного покоя Аню с Федей и потерял над собой контроль.

Он занервничал так сильно, что не мог устоять на одном месте. Вынул из кармана телефон, увидел, что за все время Аня ему так и не набирала. Вздохнул, опустил его в карман и снова приник к стеклу.

Попов от любопытства не удержался и уже тоже стоял у окна, но Ани не увидел, так как она вошла в здание.

Аверин тем временем уже успел сесть за стол, бездумно раскрыть чью-то карточку и тут же даже не заглянув в нее, захлопнуть.

— Та-ак, дружище, — вытянул в сторону Николая руку, Семен, — знаешь, что? Сиди тут и никуда не уходи, а я спущусь в приемный покой и проведу разведку боем. Договорились?

Аверин в ответ смог только согласно кивнуть. Семен вышел за дверь, но тут же заглянул обратно.

— Как хоть зазнобу зовут? С чем пожаловала?

— А… Аня, — резко встал Николай и, не находя больше себе места за столом, снова направился к окну, — перекрут гидатиды.

— О! — Озадаченно сдвинул брови Попов. — Тогда стоит поспешить. Жди, Ромео, сейчас я тебя вызову вниз. Да, а какую операционную готовить?

— Шестую.

— Будет сделано.

Дверь закрылась, и Николай только теперь выдохнул. Сердце стучало в районе горла. Он сам не мог себе объяснить, что происходит. Но это волнение приносило ему радость и чувство счастья от того, что она приехала. Аня его послушалась и теперь она здесь.

Аверин прижался лбом к прохладному стеклу и никак не мог себя заставить не улыбаться. Раздался звонок по внутреннему телефону. Николай схватил трубку, резко приставил к уху, и, даже не выслушав говорившего, сразу кинул ее на стол и выскочил из кабинета. Ему и не надо было дослушивать говорившего, он уже знал, для кого его только что вызвали в приемный покой…